Тот самый момент, когда замирает сердце?

***

Довольно холодный осенний день как обычно не приносил много радости. Люмин держала крепкой хваткой ладошку маленькой сестрёнки, которая еле поспевала за быстрым шагом блондинки. -Люмин!- Воскликнула Паймон, когда её ручку сжали в очередной раз, но уже сильнее. Люмин тут же остановилась осознав, что происходит. Она настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как причиняла неудобства родному человечку. Повернувшись в сторону Паймон девушка присела на корточки перед ней и положила ладони на маленькие плечи. -Прости...Я... Просто слишком задумалась.- Девчонка помотав головой подарила сестре очередную тёплую улыбку.- Хорошо... Давай повторим главные правила.- В ответ Люмин получила положительный кивок и принялась выжидать нужные ей слова. Правила, к которым они пришли в ходе частых "таких приходов" отца. Сегодня на удивление даже не было скандалов или криков. Это было самое лучшее из зол, что только могло быть. В Обычных же случаях отец мог завалиться в дом даже посреди ночи и начать буянить. Выпивка окружала его постоянно, а если её не хватало он заставлял старшую дочь доставать её для него. Ему не важно было каким образом и что она даже несовершеннолетняя, лишь бы принять очередную порцию спиртного. Часто он приглашал своих собутыльников в их квартиру, где они могли устраивать и драки. В такие моменты попадалось и старшей сестре. Люмин часто проводила такие моменты рядом с младшей, чтобы та не боялась и всегда была под защитой. Когда только начался этот переломный момент в их семье блондинка не хотела свыкаться с таким поведением отца и часто перечила ему. Это было самой главной ошибкой. Мужчина, что под воздействием алкоголя, что без него, мог поднять руку на родную дочь, покрыть трёхэтажным матом, но совесть его никогда не мучила. Он как ни в чём не бывало продолжал свою трапезу, что уж тут говорить о простых словах-извинениях. Но вот душевное состояние подростка это очень подшатнуло. Самый страшный и отчаянный шаг в жизни, так это причинение самому себе увечий. После того, как Люмин убеждалась в том, что отец больше не причинит вреда малышке и не представляет для неё никакой угрозы, укладывала сестрёнку в кровать спать и отправлялась далеко-далеко в свои мысли. Едкий металлический запах вызывал рвотный рефлекс, а от своих же действий хотелось закрыться и никогда больше не открывать глаза. Единственное, что держало Люмин в этом мире, так это тот самый маленький лучик солнца, который нуждался в ней. Нуждался в её тепле и объятьях. Нуждался в поддержке. Малышка была не глупой и видела как страдает сестра. Паймон старалась изо всех сил радовать старшую, но всё было тщетно. Увечий с каждым разом становилось больше, а на душе словно что-то застывало. Нет, это была не боль. Умиротворение. Спокойствие. Тоска. Люмин скучала по тем дням, проведённым в счастливой семье, скучала по брату, скучала по прежнему отцу и матери, скучала по любви и заботе. Итэр никогда не забывал про семью, он часто созванивался с сёстрами, отправлял деньги, которые отец тут же пропивал, из-за чего Люмин пришлось устроиться на подработку и утаивать часть денег, чтобы хоть как-то продлить существование сестры и своё в том числе. Но старший брат никогда не знал о том, что происходит на самом деле. Люмин никогда не решалась рассказать омерзительную реальность, ей было стыдно и больше всего она чувствовала вину за то, что случилось. -Если папа приходит домой и выглядит уставшим-вести себя тихо.- Начала Паймон, взгляд детских глаз опустился на каменную дорожку. -Продолжай.- Уверенно сказала Люмин, заботливо глядя на сестрёнку. -Если отец разговаривает-не перебивать, не перечить. -Дальше. -Никогда не выходить из комнаты, когда тебя нет дома. Стараться меньше попадаться ему на глаза. -И последнее. -Если папа будет кричать на тебя...- Взгляд потупился, а на уголках детских глаз начали скатываться слезинки.- И очень громко буянить... И если шум резко стихнет и тебя не будет дольше двух минут, взять телефон и позвонить дяденькам-полицейским. -Правильно, ты молодец, солнце.- Люмин завидев подступающую солёную жидкости в уголках глаз близкого человека, быстро притянула к себе маленькое тельце и поцеловав со всей нежностью и заботой в лобик, тепло улыбнулась.

***

Девушка доведя свою сестру до школы отпустила её в обитель знаний. Люмин не поступила в университет, а брату и подавно не стала рассказывать, работа была важнее, была нужнее сейчас. Там она могла отвлечься от суровой реальности, но никогда не забывала о сестре. Сама подработка блондинки приносила небольшой доход, но тем не менее это уже лучше, чем ничего. В основном от неё требовалось обслуживать клиентов, брать и приносить заказы и мило улыбаться. Иногда даже самым отвратительным клиентам приходилось показывать улыбку, от которой девушке хотелось тошнить. "Мерзко". Люмин часто задерживалась или перерабатывала назначенный срок, для неё это было обычным делом, но от этого легче точно не становилось. Вернувшись за стойку, девушка принялась записывать что-то в свой личный маленький блокнотик. Это были обычные пометки, по типу "постирать бельё, развесить сушиться одежду, приготовить ужин, помочь Паймон с уроками". Было уже примерно двенадцать дня и в кармане завибрировал телефон, отчего девушка невольно вздрогнула и поспешила достать мобильный, на котором отчётливо виднелось имя контакта. -Да, солнце? Что-то случилось?- Голос слегка окутала лёгкая дрожь, а беспокойство от такого раннего звонка начало потихоньку выливаться наружу, отражаясь на бледном лице девушки. -Неа, всё хорошо, не беспокойся! Просто решила позвонить и сказать, что нас сегодня отпустили пораньше с уроков и я уже иду домой.- Резвый голосок тут же рассеял бушевавшее беспокойство и тревожность, заставляя сердце вернуться к привычному ритму. -Хорошо, милая. Будь осторожна, как будешь дома тут же отзвонись мне.- С тяжёлым выдохом произнесла Люмин. -Конечно! Тебе не стоит бояться, я доберусь в сохранности.- Слова-утешения не принесли должного эффекта, а лишь подогрели тревогу. Бояться за то, что она дойдёт до дома не было необходимости, но вот стоило беспокоиться за то, что может произойти уже непосредственно в квартире, ведь там она будет наедине с отцом... От скверных домыслов девушку вытянул грозный взгляд управляющей, которая пристально рассматривала отлынивающую от своей работы официантку. -Хорошо, Паймон. Мне уже пора, так что, жду от тебя звонка. Наконец распрощавшись со своей сестрой Люмин смогла приступить к своим прямым обязанностям. Приходилось скрывать свою тревогу под натянутой улыбкой и выполнять добросовестно свою работу. Время летело как бешенное, гостей становилось всё больше, а негативные чувства никак не покидали девушку, которая пристально следила за состоянием своего мобильного, в который заглядывала чуть-ли ни каждую минуту. И вот он долгожданный звонок, слегка успокоив своё дыхание, Люмин устремилась в глубь служебного помещения, чтобы не мешать посетителям кафе, а между тем параллельно попросила заменить её коллегу по работе "буквально на пару минут". -Да?- Голос застыл, а глаза расширились от ужаса, когда девушка услышала с противоположной стороны звонка детские всхлипы. Сердце сжалось до изнеможения, про дыхание девушка и вовсе позабыла, к горлу подступил огромный комок, что так сильно мешал проронить и слово. -Л-люмин... Тут папа...- Паймон очевидно в слезах еле выговаривала слова, проглатывая воздух между каждым словом. -Паймон. Ты у себя в комнате?!- Быстро смекнув, что происходит, Люмин тут же подорвалась к своему шкафчику, параллельно переодевая рабочую форму. -Да, я... Просто... Приезжай, пожалуйста.- Чуть-ли не навзрыд сумела выпалить девочка. -Жди, я скоро буду. Не выходи из комнаты.- Бросила на прощание обеспокоенная блондинка и направилась к чёрному выходу из кафе. Предупреждать об уходе времени не было, сейчас было самое главное добраться до дома как можно скорее. Место работы Люмин находилось примерно в четырёх кварталах, поэтому пришлось бежать на своих обеих, попутно раздумывая над тем, что же могло случиться? Глупый вопрос, ведь произойти могло, что угодно и девушка понимала это как никто другой. "Чёрт. Чёрт. Чёрт. Если он её тронул хоть пальцем. "

***

Та самая дверь, которая ведёт в ненавистную квартиру. Восстанавливать сбившееся дыхание не было времени и быстрым шагом проникнув в дом, девушка судорожно начала стаскивать со своего тела одежду и не сбавляя темпа направиться в сторону спальни малышки. И вот дверь распахнулась. Бросившись сразу к заплаканному и дрожащему силуэту сестрёнки, девушка упала на колени, крепкой хваткой заключив Паймон в объятья, попутно расцеловывая щёки малышки. -Всё хорошо. Всё хорошо. Я тут, тшшш, всё будет хорошо, милая. Я рядом.- Маленькие ручки крепко ухватились за спину, а слёзы не переставая скатывались по алеющим пухленьким щёчкам. Паймон было хотела уже открыть рот, как уставилась на человека, что стоял уже позади сестры. Страх в детских глазах разрывал сердце на куски. Люмин почувствовав присутствие кого-то в дверном проёме быстро развернулась в его сторону. Отец. Стоял прям перед ней. Он еле держался на ногах, это было видно по шатающемуся телу и дрожащим коленям. В его руке находился мобильный. Тело девушки сковал теперь не страх перед отцом, а отвращение. -Если ты хоть тронул её пальцем!..- Взгляд стал яростным, а ладони сжались в кулаках с такой силой, что даже костяшки на руках побледнели. Было страшно, но злость одолевала сильнее. Животная злость. Не контролируемая. -Да я то что!? Ты бы блять сама следила за своей сестрой. Разревелась как только услышала охуенную новость!- Мерзкий голос, в котором слышалась откровенная насмешка, которая глухо отдалась по всем потаённым уголкам квартиры. "Мерзко". Взгляд янтарных глаз метался то на девочку, то на отца, попутно пытаясь осмыслить сказанные человеком в дверном проёме слова. -Что за новость?- Со всем презрением произнесла Люмин. -Мама...- На всхлипе сумела выдавить из себя девочка, что по-прежнему дрожала. -Ах, эта сука правильно поступила. Твоя мамаша ебанутая и заслужила этого.- "Отвратительно". -Нет. Нет! Нет!!- Маленькая девочка судорожно прикрыла глаза и зажала уши руками, параллельно мотая из стороны в сторону головой.- Ты лжёшь! -Люмин, а ты не знала, да?- "Не смей произносить моё имя".- Ваша мамаша вчера в каком-то борделе вскрылась.- Резкий смех, такой отвратительный отдался словно эхом в сознании подростка. -Ты отвратителен.- Потупившийся взгляд, словно пустой, продирал до дрожи, не оставляя и без внимания отца семейства. А после лишь гулкий звон в ушах и резкая боль в правой щеке. Растрепавшиеся волосы заслонили стеклянные янтарные глаза Люмин, в уголках век которых подступали слёзы. Ей было больно, но не от удара. Ей было больно, что её не было рядом с сестрой, что она не остановила его во время.

***

Звон в ушах не затихал ни на секунду. Люмин наконец-то удалось отправить малышку в страну грёз, что смогла погрузиться в сон лишь прорыдав долгое время в объятьях сестры. Горячая вода. Снова. Теплом это нельзя было назвать. Люмин всегда набирала ванную с очень высокой температурой в такие моменты. "Опять не сдержалась..."- Подняв руку к верху, заслоняя тусклую лампу ванной комнаты, Люмин рассматривала порезы. На этот раз глубже, чем в прошлый раз. Кровь так и стекала, соединяясь в капельки с холодной воды и опускалась всё ниже. Девушка плавным движением окунула руку в ванну. Глаза резко зажмурились, а изо рта вылетел невольно всхлип. Вода оказала негативное последствие, отчего свежие кровоточащие порезы защипали ещё в большей силой. Словно ты касаешься горячего чайника, но не отдёргиваешь руку как по рефлексу. Продолжаешь держать, чтобы стало ещё больнее. Как будто бы физическая боль сможет заглушить моральную. Нет. Это не правильно, но было единственным, что помогало, так казалось Люмин. Ненависть к самой себе отравляла словно не только душу, но и даже стены ванной комнаты, так жадно врезаясь под самые плитки, что уже проросли плесенью по краям.

***

Уставшее тело опустилось на слегка жестковатую подушку. "Хотелось закрыть моментально глаза и больше не просыпаться, но как же Паймон?.. Что будет с ней, если я..?"- Закончить пугающую мысль ей не дел вибрирующий мобильник, что был отброшен в сторону и валялся где-то на полу. Найти его было легко, ведь в тёмном помещении яркий экран словно кричал о своём местонахождении. Еле встав на ноги, девушка взяла телефон в руки. На экране высветилось имя контакта, который зачем-то звонил Люмин в столь позднее время. На часах было "22:43", а рядом красовалось большими буквами "Итэр". Глаза в ужасе не отрываясь смотрели на буквы, что отражались на экране устройства. Теперь уже ноги не выдержали такого напора и девушка с глухим звуком упала на пол, опершись спиной об угол кровати. Блондинка рассматривала четыре буквы, в душе бушевал ураган. Ей хотелось ответить, рассказать обо всём, чтобы брат наконец узнал правду, получить поддержку... Но в тоже время она боялась. "Страх главный враг всего человечества"- подумала про себя девушка. Руки опередили её мышление и звонок оказался принят. Сердце сжалось до изнеможения, сама девушка чуть-ли не подскочила с места, осознавая, что только что она сделала. Ладонь судорожно прислонила мобильник к уху и блондинка с опаской принялась вслушиваться в каждый звук. -Люмин?!- Встревоженный голос раздался на противоположной стороне, а учащённое дыхание говорило о том, что юноша скорее всего бежал куда-то. Предполагать уж точно не хотелось. -Д-да?..- Неуверенно смогла выдавить из себя девушка, с трудом справляясь с подступившемся комком в горле. -Я...Я всё знаю. Как только услышал, тут же взял билет. Сегодня выезжаю, уже завтра буду дома.- Парень на проводе всё ещё говорил обеспокоенным голосом с тяжёлой отдышкой. Было слышно как сильно он переживает. -Итэр, я...- Люмин не дали закончить, уже не важно, что она собиралась сказать. -Всё будет хорошо. Я скоро буду рядом.- Такие тёплые слова словно впились в душу, отчего слёзы невольно одна за другой стекали по красноватым щекам, девушка в порыве эмоций зажала себе рот, чтобы не закричать. А хотелось. Очень. Ей так были необходимы эти слова сейчас. Хотелось ощутить заботу, любовь, ту самую теплоту, что раньше окутывала её. Отключив мобильник, девушка сжалась в маленький комочек подле кровати. Нельзя кричать. Нельзя показывать боль. Нельзя.- Повторяла девушка самой себе, словно заезженная пластинка на проигрывателе, который раньше играл прекрасную мелодию, но теперь выдавал лишь противные звуки, словно его сломали и никто никогда больше не починит его.