Она моя девочка

Такая смелая, такая правильная, она борется за справедливость. Рассерженно сжимает кулачки, хмурится, как же она прекрасна. Смешная… Притворилась какой-то Матильдой, боже, как мило она смущалась, когда я прижала её к стене, с издёвкой в голосе спрашивая… «Ну так что, кто это будет? Мужчина или женщина?» Моя душа уже тогда принадлежала ей одной. Уверенность тотчас покинула меня, стоило только заглянуть в её сияющие сапфировые глаза. Боги, откуда мне вообще известны такие слова? Никогда ещё сердце не вырывалось из груди с такой силой, не пропускало удар за ударом, не раскалывалось на миллионы кусочков. Мне казалось, что у меня его просто нет… Мы столько всего пережили вместе. Вся моя жизнь до встречи с ней напоминала адскую петлю, из которой просто не было выхода. «Я знаю, у тебя доброе сердце…» Она рассмотрела его за броней, которую я воздвигла вокруг себя, в попытках защититься, не сдохнуть как собака, истекая кровью где-то под мостом, всеми забытой и растоптанной, стёртой с лица земли этим прогнившим до мозга костей городом. Мой Кексик. Сладкий, как мёд. Кейтлин… Её имя тает на моих губах, так хочется наслаждаться им бесконечно, и так страшно даже произнести его вслух, потому я постоянно и зову её этим забавным прозвищем. А она злится, даже не подозревая, как тяжело мне смотреть ей в глаза и держать себя в руках, ведь кажется, что она такая хрупкая… Но она такая сильная, на самом деле!Сильнее, чем подозревает. Её сила восхищает. Она умеет бороться. Она смотрит опасности прямо в лицо, она делает шаг вперёд там, где я бесконечно пытаюсь сбежать. Она не побоялась пойти за мной, она произнесла слова, о силе которых я не подозревала - куда мне!.. Я ведь всегда считала, что сила только в кулаках. Но эта девочка из верхнего города показала мне, что не все люди вокруг пытаются меня уничтожить, что властью обладает не только грубость и прямолинейность, что жестокость не способна решать проблемы. Она показала мне, что в мире существуют… Чувства? Во рту пересыхает, слёзы наворачиваются на глаза. Я умею плакать. Я умею… Любить? Я живая, да, господи, я живая… Кейтлин, милая, мой сладенький Кексик, позволь мне произносить твоё имя, потому что оно так прекрасно, так очаровательно, как и ты, ты научила меня быть сильной, но не кулаками, а своей решительностью, своей верой в меня, в НАС, в то, что даже после того, как верхний город разрушился, мы сможем быть вместе. МЫ. Не ты и я по отдельности, потому что до встречи с тобой меня просто не существовало. Я была стёрта из воспоминаний всех, кого я когда-то знала, заперта в темнице собственных страданий, откуда ты вытащила меня, потому что ты не испугалась. Ты ничего не боишься, это я сейчас понимаю, прижимая тебя к себе, вытирая твои слёзы, ощущая дрожь твоего тела. Сейчас, когда всё вокруг рухнуло, когда оба наши мира превратились в пепел, мы нужны друг другу особенно сильно. И уж теперь-то я не сбегу! Не отвернусь от тебя, не сделаю больно своими глупыми, опрометчивыми словами о каких-то там воде и масле. Как мне вообще это пришло в голову! Как я посмела сказать что-то, что заставило тебя плакать. Никогда больше я не позволю тебе проронить и слезинки, обещаю. Но сейчас мы должны убраться отсюда куда подальше, слышишь?