Тебя больше нет

Гермиона провела у Хагрида почти половину дня. Все это время Хагрид не мог успокоиться. Их чаепитие превратилось во время откровений, сопереживаний и раскаяния. Хотя гриффиндорка считала, что великан себя винит понапрасну, но убедить в обратном его не получилось. Она вернулась в школу во время обеда. Тихо проскользнув в Большой зал, девушка нашла глазами Джинни и также тихо села рядом с подругой. Гермиона была опечалена и не могла этого скрыть. Девушка думала, что жестокость Волдеморта проявилась позже, но как же сильно она ошибалась. Истории Плаксы Миртл и Хагрида показали, что жестокость этого монстра приносила боль не только физически, но и убивала человека морально еще в школьные годы. - Гермиона, что-то случилось? – озабочено спросила Джинни, смотря, как подруга сжимает вилку до такой степени, что костяшки начали белеть. - Нет, все нормально, я просто задумалась, – сказала Гермиона Грейнджер, поспешно положив вилку на стол. Джинни недоверчиво взглянула на подругу и продолжила есть картофельное пюре. Она уже явно устала от того, что Гермиона от нее слишком много скрывает в последнее время. Но прекрасно понимала, что с вопросами к подруге лезть бесполезно. Гермиона Грейнджер легко находила отговорку или могла придумать множество правдоподобных ответов, скрывающих правду. В целом, обед прошел молча. *** - Ты снова здесь, – с улыбкой произнёс профессор Йоргенсен, когда Гермиона пришла к нему с двумя бутылками имбирного пива, которое она принесла вчера из Хогсмида. - Да, – ответила девушка, протягивая преподавателю Защиты бутылку и усаживаясь на стул рядом с его кроватью. - Имбирное. Только утром о нем думал. Гермиона ничего не ответила. Она пыталась вызволить из сумки открывашку, но ее там не оказалось, о чем она сообщила с грустной улыбкой. - Ничего страшного, – продолжая улыбаться сказал Эйб. Потом он поднес свою бутылку к тумбочке поместив ее так, чтобы зубчики крышки оказались на столешнице, и ударил по ней ладонью. Раздался шипящий звук, и бутылка была открыта. То же самое профессор проделал и с бутылкой Гермионы. - Только не говори об этом мадам Помфри, – прошептал девушке Эйб и подмигнул. – Я не думаю, что она обрадуется тому, что я вот так порчу больничную мебель. Гермиона Грейнджер тихо хихикнула, но ничего на это не сказала. Профессор Йоргенсен улыбнулся ей и, немного подняв бутылку, сказал: - За тебя, – и сделал глоток. Девушка тоже выпила немного пива. - Ты была расстроена, когда зашла в лазарет, что-то случилось? – вдруг спросил Эйб. - И да, и нет, – ответила гриффиндорка, пожимая плечами. Йоргенсен сделал еще глоток и посмотрел на нее взглядом, говорящим о том, что он ждет от нее продолжения. - Ты знаешь что-нибудь про приведение, которое живет в женском туалете на втором этаже? - Если ты говоришь про Элизабет Миртл, то могу сказать наверняка, что знаю о ней больше, чем большинство учащихся, но меньше, чем ты. Гермиона непонимающе поморщила лоб. - Миртл очень наивное и бесхитростное приведение, – ответил он на ее взгляд. – Она приплыла в мою ванную как-то раз и не скрывала, что я ее заинтересовал. Сообщила, что ходили слухи о новом симпатичном профессоре по Защите От Темных Искусств, – на этих словах Абрахам Йоргенсен усмехнулся. – Лиззи делала это так часто, к чему я в итоге привык, и она мне рассказывала о себе, посвятила меня даже в то, как она умерла, и по чьей вине. - И кого же она назвала? - Тома Риддела. Если я не ошибаюсь, это настоящее имя Темного Лорда. - Ты знал, что Плакса Миртл и Хагрид считаются единственными, кто пострадал из-за действий Тома, когда он обучался в Хогвартсе? - Да, я слышал, что эти события связаны, – ответил Эйб, продолжая наслаждаться вкусом имбирного пива. - Сегодня я узнала, что из-за него погиб еще один человек, – вдохнув, сказала Гермиона. Профессор Йоргенсен внимательно посмотрел на нее. - Обещай, что никому не расскажешь, – непонятно по какой причине девушке захотелось рассказать Эйбу эту историю, тем самым сняв немного грусти с себя. Абрахам Йоргенсен кивнул в знак обещания и приготовился слушать. Гермиона Грейнджер поведала ему историю от начала до конца, скрыв некоторые моменты, которые касались непосредственно ее. Девушка старалась говорить тихо, чтобы их не услышали другие больные. Это была история, которую лучше бы не знать никому. Рассказывая, она несколько раз чуть не заплакала. Слишком тяжело было осознавать, какие мучения пережила Октавия. Как тяжело ей дались эти полгода, которые она прожила в страхе и с душевной болью. Тринадцать лет – это тот возраст, когда девочки начинают только думать о любви. Когда по своей наивности они считают, что влюбляться надо один раз и безвозвратно. И доверять тому, кого они любят. Октавию Тиммонс предала ее любовь. Ее растлил человек, в которого она была сильно влюблена, что в последствии и привело ее к смерти. - Мне жаль Октавию, но я не удивлён, – Эйб замолчал, пытаясь подобрать слова так, чтобы снова не разрушить то доверие между ним и Гермионой, которое только недавно восстановилось. – Жажда насилия присутствовала у Волдеморта еще с детства. И то, что он сделал с девочкой, это было несомненно жестоко, но не удивительно. Гермиона понимающе кивнула, говоря себе, что у каждого есть своё мнение и оно необязательно должно быть схоже с ее. - У меня, кажется, есть то, что может поднять тебе настроение, – и он потянулся за чем-то лежащим на тумбочке. Пытаясь что-то вытащить из-под груды подарков, которая увеличилась за последние несколько дней, он уронил на пол свою палочку. - Я подниму, – сказала Гермиона и зачем-то полезла через его постель, не догадавшись обойти ее. Абрахам Йоргенсен на секунду растерялся, но она подняла уже палочку и повернулась к нему лицом, все еще стоя на коленях на его кровати. Эйб взглянул в ее глаза и улыбнулся. Его рука осторожно убрала прядь ее волос за ухо. Девушка поняла, что у нее скоро не останется предохранителей, если он не прекратит. Его прикосновения больше не приносили боли, так как Гермиона прекрасно осознавала, что это ничего не значит. Но ей самой захотелось его снова поцеловать, чего делать было совершенно нельзя. Она подобралась к нему чуть ближе. Эйб неожиданно для нее провел большим пальцем по ее верхней губе, ладонью придерживая подбородок. Внизу живота снова стало жарко, и она прикрыла глаза в ожидании желаемого. Но произошло то, чего она совсем не ожидала. - Ты не думала, что даже если мы отгорожены ширмами, это не помешает мадам Помфри увидеть нас в таком положении, а во-вторых, у тебя осталась пена от пива на губах. Как ты так умудрилась? – весело прошептал ей Эйб, смотря на ее губы. Гермиона быстро пересела обратно на стул и тихо промямлила: - Прости, я просто,.. – она вся сжалась, понимая, что ведет себя несколько странно. Еще недавно она пряталась от него, а теперь заигрывает? - Итак, – понимая, что для Гермионы ситуация неловкая, Йоргенсен перевел тему разговора, – я хотел дать то, что может тебя порадовать. Потом он уже без последствий вытащил из-под подарков коробку с диском. Это немало удивило Гермиону. Ей казалось, что не так много магов предпочитают слушать музыку на дисках, ведь магические музыкальные группы транслируются по радио и не выпускают альбомов. - Это альбом шведской группы The Cardigans, – пояснил Йоргенсен. – Мои друзья прислали мне его. В чем в чем, а в музыке маглы преуспели. Гермиона продолжала недоумевать. - Я встретил как-то твою подругу, шедшую с тренировки, она была с твоим плеером. Так что думаю, ты сможешь оценить их исполнение, – на этих словах он протянул девушке диск и откашлялся. Неожиданно распахнулась ширма, за которой показалась мадам Помфри. У нее в руках было какое-то зелье. - Мистер Йоргенсен, ваше лекарство, – произнесла она, протягивая напиток профессору Защиты. – Мисс Грейнджер, на сегодня посещение окончено, прошу вас покинуть лазарет. Девушка послушно встала, попрощалась с Эйбом и хозяйкой Больничного крыла, и ушла. После общения с Абрахамом Йоргенсеном ей стало значительно легче. Девушка даже не вспомнила о том интимном моменте, который произошёл, и даже о том, который мог бы произойти. У нее оставался примерно час до ужина, который она решила посвятить домашнему заданию. *** Когда девушка вошла в гостиную Гриффиндора, то там находились только Джинни и две охотницы из команды – Анастейша и Анима. Они листали какой-то каталог и тихо хихикали над очередной страницей. - Привет, – улыбнулась им Гермиона в знак приветствия. - Привет, – ответили ей девочки хором. - Гермиона, я тут нашла в каталоге «Маг и Магесса» сногсшибательные туфли, которые великолепно подойдут к твоему платью! – радостно крикнула Джинни, судорожно листая страницы каталога. - Это здорово, а разве вы не собирались чистить метлы и сделать заказы на аксессуары? - Мы уже давно все сделали, – сказала Анастейша, созерцая каталог из-за правого плеча своего капитана. Джинни уже нашла нужную страницу и протянула буклет Гермионе. Девушка увидела красивые туфли-лодочки на высокой шпильке. Они были перламутрового зеленого цвета и переливались. На соседней странице туда-сюда расхаживала ведьма, одетая под стиль 30-х годов, демонстрируя свои стройные ноги в этих великолепных туфельках. - Они действительно восхитительны, да и цена неплохая, – не отрываясь от каталога, произнесла Гермиона. – Вы будете что-то заказывать? - Да, мы с Анастейшей подобрали себе уже платья к Хеллоуинской вечеринке, а Джинни пока что еще думает, – ответила за всех Анима. - Закажите тогда мне эти туфли. Они правда прекрасны, – девушка благодарно посмотрела на женскую половину гриффиндорской команды по квиддичу. Потом Гермиона пошла в спальню, положила диск в чемодан, чтобы Таня снова что-то себе не надумала, взяла сумку с учебниками и вернулась в гостиную. Сев за стол около окна, она приступила к выполнению домашнего задания по Нумерологии. *** Когда наступило время ужина, Гермиона Грейнджер только начала писать сочинение по зельеварению. Не сложно было догадаться, что тема относилась к Амортенции. Снейп дал задание описать все ингредиенты, которые входят в состав, и их влияние. Но сочинение пришлось отложить и пойти ужинать. Во время ужина она пила тыквенный сок и думала о чем-то своем, когда к ней подбежала троица первогодок. Они были запыхавшимися и подозрительно взволнованными. - Гермиона, мы достали для тебя слизь флоббер-червя, – прошептал Джонатан, показывая немаленькую склянку со слизью. Девушка испуганно огляделась и зашептала в ответ: - Где вы ее достали и для чего? - Где мы ее достали – неважно, ты будешь ругаться, – ответила за друга Андреа. . - Ты говорила, что очень устаешь и тебе нужно Усыпляющее зелье, – добавил Николас, – у нас получилось пока только достать слизь, но остальное мы принесем тебе позже. Обещаю! Они были довольны тем, что могут помогать своей героине, но быстро поникли, так как Гермиона Грейнджер посмотрела на них совсем неодобрительным взглядом. - Спасибо, конечно, но вы можете попасть в неприятности. Мне бы не хотелось потом чувствовать себя виноватой, если вас поймает Филч. Джонатан виновато поджал губы, но все равно протянул ей склянку. - Не здесь, – зашикала на него девушка. – Встретимся после ужина в гостиной, там и поговорим. *** Когда закончился ужин, вся троица ждала Гермиону на диване в гостиной башни Гриффиндор. - Ребята, я точно знаю, что вы у кого-то украли слизь флоббер-червя. Есть только два человека, у кого вы могли бы ее взять. Признавайтесь! – потребовала ответа Гермиона. Первогодки ничего не ответили. Они сидели и смотрели на носы своих туфель. Им было явно стыдно. - Мальчики, Андреа, воровать – это плохо, так как… – она быстро осеклась, вспомнив, что вчера ночью она тоже пришла в снейповскую лабораторию отнюдь не по приглашению. – В общем, воровать – это не хорошо. - Но Гермиона, мы хотели тебе помочь, – взмолилась первокурсница. - Никаких но! Обещайте мне, что больше не будете так делать. - Обещаем, – сказала Андреа. Мальчики предпочли промолчать. Джонатан вытащил склянку из-под мантии и также молча отдал ее Гермионе Грейнджер. Девушка приняла банку и удалилась к себе в спальню. Она понимала, что была слишком строга с ними и, возможно, не права, так как сама уже не в первый раз прибегала к воровству, пытаясь убедить себя, что она только одалживает. Уже прошло много лет с того дня, как она «одолжила» у Снейпа ингредиенты для Оборотного зелья, но так и не вернула. «Точно, сочинение по зельеварению!» – вспомнила Гермиона и развернулась, чтобы пойти обратно в гостиную. Первогодки уже успели слезть с дивана и начали играть в плюй-камни. С домашним заданием Гермиона покончила, когда было далеко за полночь. Она уже засыпала, доделывая карту для профессора Синистры. Ведь завтра на астрономии им нужно будет внести несколько новых созвездий, но мисс Грейнджер решила упростить себе задачу и подумала, что можно их записать сегодня, а завтра подправить в случае чего. Но девушка переоценила свои возможности. Сон одолевал ее. - Эй, грязнокровка, – проснулось Сознание Гермионы, – ты все еще уверена, что сможешь меня остановить? Гермиона Грейнджер совершенно не удивилась появлению Беллатрисы Лестрейндж. Молча собрав сумку, девушка собиралась в спальню, проигнорировав слова ведьмы. - Спасибо Плаксе Миртл, которая благоразумно указала место, где находится то, что мне так нужно, – продолжала свой монолог Беллатриса, безумно смеясь. – Ты даже не догадываешься, как ваша милая беседа мне помогла. Вы дали мне чуть ли не точные координаты. Осталось только найти тайный вход, и я смогу воскресить своего Лорда. Она продолжала смеяться, наслаждаясь той мыслью, что цель близка, и для этого понадобилось не так много времени. Гермиона вошла в спальню и повесила сумку на бортик кровати. Она устало присела на постель. Оставалось только переодеться в пижаму и уснуть. Девушка так и поступила. Переодевшись, и распустив волосы, достала из своей набедренной сумочки без дна одну из бутылок с Усыпляющим зельем. - Да, Беллатриса, – прошептала Гермиона, – я все еще уверена, что смогу тебя остановить. – За тебя! Откупорив пробку, гриффиндорка выпила половину бутылки, поспешно поставила ее на прикроватную тумбочку и забылась глубоким сном без сновидений.