Тебя больше нет

На утро, в четверг, Гермиона проснулась очень рано и заметила, что Таня Ким странно себя ведет. Она выгребала из ящиков тумбочки свои «тайные» вещи и складывала их в коробку. Туда уже отправился ее резиновый друг и лента ультратонких презервативов. Это было очень странно, так как данная девушка была крайне озабочена встречами с мальчиками. - Таня, – позвала сокурсницу Гермиона Грейнджер. - О, Гермиона, прости, я тебя разбудила? – виновато улыбнулась Ким. - Что происходит? - Ничего, я просто избавляюсь от старого хлама, – продолжая рыться в ящиках, прошептала Таня. Гермиона вопросительно уставилась на нее. То ли почувствовав взгляд, то ли сообразив, что нужно что-то объяснить, Таня Ким сказала: - Я много думала о том разговоре, который произошел в субботу. Решила, что ты была права. Ты всегда оказываешься права, прости, что думала так плохо о тебе и Йоргенсене, – она на секунду замолчала, доставая застрявший тюбик какой-то мази. – Если хочу, чтобы меня любили, я должна покончить с этим. Я уже приступила, – она указала на коробку. – Да и потом, позавчера кое-что произошло. Ричард Треворс, слизеринец. Ты его знаешь, он играет за их команду. Он после пятиминутного секса предложил мне пять кнатов. Потом она тяжело вздохнула и Гермиона поняла, что Таня плачет. - Ты и представить не можешь, как это унизительно, когда тебя считают продажной шлюшкой и предлагают за секс деньги. Гермиона Грейнджер подошла и обняла ее за плечи. - Перестань, он совершенно не стоит твоих слез, – пыталась она подбодрить ту, с которой недавно еще не собиралась общаться. – Хочешь, на следующем матче, я попрошу кого-то из наших охотников запустить в него бладжером? Я уверена, что им понравится такая идея, даже несмотря на то, что могут получить штрафной. - Спасибо, Гермиона, – улыбнулась Таня сквозь слезы. – Но бладжером не надо. Потом они тихонько посмеялись и Гермиона отправилась в душ. Девушка чувствовала себя немного уставшей. Вчера она выпила Усыпляющего зелья меньше, чем обычно, оставив еще немного на сегодня. Вылазка за ингредиентами этим вечером была невозможна. Она обещала помочь Невиллу собрать гной бубонтюбера. Для каких целей девушка не уточняла. *** В теплицах было очень душно. Гермиона сняла джемпер и положила его на свою сумку, которая висела на крючке под столом. Невилл, как и всегда до этого, снова решил не мелочиться. На неделе ему пришел заказ из специализированного магазина с семенами белладонны. Как и следовало ожидать, на магической почве растение взошло крайне быстро. - Белладонна – очаровательное название для красивого и убийственного растения, – нежно произнес Невилл, с любовью смотря на цветки, похожие на колокольчики, цвета розового вина. – В переводе с итальянского означает «красивая женщина». В прошлые века, в Италии, каждая уважающая себя женщина, будь то ведьма или магла, капала себе в глаза сок этих ягод, чтобы зрачки расширялись и приобретали чарующий блеск. А в древней России, Баба-яга, самая могущественная ведьма той страны, научила девушек красить ягодами щеки для создания румянца. Джинни тихонько захихикала, изображая, как натирает свои и без того румяные щеки белладонной. - Джинни, я бы на твоем месте так не смеялся, – серьезно сказал профессор Лонгботтом. – Несмотря на свою красоту, белладонна очень опасна. Если употреблять ее внутрь, то она может привести к смерти. Паралич дыхательных путей, – тут он оторвал одну ягодку и покатал на ладони. – В лучшем случае растение вызывает галлюцинации, бред, доводящий до сумасшествия. Вы можете удивиться, но ее сок понадобится вам в приготовлении Амортенции. Чтобы не произошло отравления, нужно добавить всего пару капель. Сегодня мы этим и займемся. Мы будем разбавлять сок, так как ваше приворотное зелье – это не что иное, как часть обучения, не предполагающее прямого назначения. Он обвел взглядом класс и внимательно посмотрел на Неведу Перроу, которая успела сорвать ягоду и катала ее между пальцами. - Прежде чем приступите, наденьте защитные перчатки и очки. Я не хочу, чтобы еще кто-то пострадал от белладонны, – печально вздохнул он и направился в сторону Неведы, которая уже, видимо, успела проглотить ягоду. К концу урока у всех был флакон с разбавленным соком белладонны. Это было впервые, когда они его добывали сами, а не покупали в Косом переулке. Получилось весьма неплохо. Такой подход экономил деньги – все же она стоила 25 сиклей за пузырек. - Никогда так не ждала зельеварения, как сейчас, – возбужденно прошептала Гермионе Джинни, закупоривая свой флакончик. - Не терпится сварить любовное зелье? – улыбаясь, поинтересовалась Грейнджер. - А то, я смогу его иногда варить, чтобы, ну ты понимаешь, мы могли с Гарри уединиться, – смущённо произнесла рыжая. - Не думаю, что это хорошая идея, – ответила Гермиона, представляя, как голый Поттер бегает по всему дому на площади Гриммо за Джинни с воплями индейца и криками: «Джиневра, снимай трусы! Вождь требует уединения в пещере страсти!». После этого варить приворотное зелье еще раз не захотелось бы. *** Неведа Перроу снова оказалась в больничном крыле. И как она умудрилась поступить на Когтевран? Думала Гермиона, направляясь на Историю магии. Но эти мысли быстро отпустили ее, так как она вошла в кабинет и обратила внимание, что призрак профессора Бинса выглядел сегодня занудней, чем вчера. Интересно, чем это обусловлено? Но все разъяснилось само собой, когда он объяснил, что Пивз забрызгал краской портрет Мерлина, и тот в итоге уже второй день не появлялся из-за рамы. После Истории магии были руны, обед, заклинания, еще пару уроков и день подходил к концу. Гермиона страшно вымоталась и ей уже явно ничего не хотелось, но ее ждал Невилл, которому она обещала помочь. Только после полуночи она вернулась в башню Гриффиндора, сонная и явно переоценившая свои силы. Но ей надо было еще доделать домашнее задание по зельям. Конечно, они начнут с завтрашнего дня варить Амортенцию, но это не отменяло пятнадцати дюймов пергамента о мерах предосторожности в использовании приворотного зелья. Да еще и Эйба наконец-то выписали. А она даже и не думала о том, чтобы прочитать раздел о самом опасном существе в мире – василиске. Нет, конечно, она знала об этом много, но мало ли она ошибалась в своих познаниях. Учись у мудрецов и глупцов. Она просидела почти до трех часов ночи, доделывая домашку, когда ее Сознание вспыхнуло. Это было впервые с того момента, когда она укладывалась спать в воскресенье. - Вот ты и попалась, сладенькая грязнокровка! – ехидно прошептала Беллатриса Лестрейндж. – Еще немного и ты начнешь засыпать на ходу, и я… - Нет, ты ничего не сделаешь! – крикнула в ответ Гермиона, но не вслух. – Я не допущу этого, у меня еще много зелья! Девушка понимала, что врет, но нужно было остановить эту неуравновешенную ведьму. - Ха-ха-ха, много говоришь? Сомневаюсь, – спокойно отозвалась Беллатриса. – Ты не успеешь его выпить, так как уже частично могу управлять тобой! Рука Гермионы схватила чернильницу и разлила ее по пергаменту, на котором было домашнее задание для Снейпа. - Пошла вон! – еще раз крикнула девушка, пытаясь вернуть контроль над рукой. Недолго думая она побросала все в сумку, оставив переживания за испорченное сочинение на утро. У нее было не так много времени, чтобы лечь в постель и выпить Усыпляющее. - Беги-беги, грязнокровка, ты все равно не успеешь! – ее сумасшедший смех врезался в стенки Сознания. Но Гермиона уже вбежала в спальню и схватила бутылку. «Будь, что будет», – подумала она и выпила все до последней капли. Её сил хватило, чтобы вернуть склянку на место и упасть на кровать, не раздеваясь. *** - Я не вижу вашей работы, мисс Грейнджер, – сказал Снейп, рассматривая пергаменты, которые лежали перед ним. – Что вы можете сказать в свое оправдание? Девушка смущенно убрала прядь волос за ухо и стала теребить подол юбки, которая все еще не соответствовала той длине, которая устроила бы зельевара. - Я дописывала ночью и от усталости пролила случайно на пергамент чернильницу, поэтому моей работы нет, – сконфуженно произнесла гриффиндорка, уставившись в пол. - В таком случае из-за Вас я отберу у Гриффиндора пять баллов. Можете идти к своему котлу. Снейп посмотрел на девушку и задержал взгляд на ее стройных ногах. Ему нравились ее роскошные ноги, но от этого он еще больше ненавидел Грейнджер. Его секундное волнение закончилось так же быстро, как и началось. - Вчера на травологии, по словам профессора Лонгботтома, вы должны были добыть сок белладонны и разбавить его. Это, если не считать волосы, ногти или частички кожи человека, которого вы собираетесь приворожить, основной ингредиент. Именно благодаря белладонне вы вызываете любовные галлюцинации. Вдруг Саванна Эдвардс, студентка Слизерина, подняла руку. - Да, мисс Эдвардс, – прервался зельевар. - Профессор Снейп, скажите честно, а вас пытались приворожить? – она соблазнительно улыбнулась, но на профессора это не повлияло. - Проще заставить призрак Хелены Когтевран выйти замуж за Пивза, чем приворожить меня, – холодно ответил зельевар. Улыбка Саванны поблекла и она, с раскрасневшимся лицом, стыдливо стала озираться. Теперь все будут думать, что она влюблена в своего декана, хотя это было правдой. - Если у вас все, мисс Эдвартс, тогда, с вашего позволения, я продолжу урок, – он презрительно посмотрел на студентку своего факультета. Ему не нужны были страсти с малолетними девицами. - Для начала вы осторожно добавите 31 унцию желчи броненосца, а потом, доведя до кипения, добавите измельченный коготь грифона. Далее нужны будут семена кориандра и, наконец, сок белладонны. Дальше, я думаю, вы справитесь сами. Его взгляд снова упал на ноги Гермионы, которая сидела на стуле, закинув ногу на ногу, от чего ее невыносимо короткая юбка оголила соблазнительное бедро. Снейп нервно сжал кулак. На днях какая-то троица была в его лаборатории и разбила все запасы белладонны. Видимо, он надышался испарениями на несколько недель вперед. - Мисс Грейнджер, займитесь наконец длиной своей юбки, она все еще не соответствует норме. Девушка нервно оттянула подол и поставила ноги ровно. Снейп поспешно закутался в свою черную мантию и отошел к столу, где незамедлительно стал проверять работы. Записав то, что говорил профессор зельеварения, Гермиона приступила к приготовлению Амортенции. Она аккуратно отмерила тридцать одну унцию Желчи броненосца, стала ждать, наблюдая, как она закипает и в процессе меняет цвет. Она больше не опозорится с невероятно сложным зельем, как пару лет назад с напитком Живой Смерти у Слизнорта. Вдруг рядом с ней раздался вопль подруги. - Нет-нет-нет, только не это! – рыжая успела пролить Желчь броненосца на стол. На том месте, куда попало ядовитое зелье, уже образовалась шипящая и дымящаяся дыра. Снейп оторвал взгляд от домашних работ учеников и посмотрел на стол, где сидели Грейнджер и Уизли. - Мисс Грейнджер, помогите своей подруге начать варить Амортенцию. Минус десять очков за испорченный стол! – сказал он, возвращаясь к проверке. *** Во время обеда Джинни все еще не перестала негодовать от того, что Снейп забрал десять очков у Гриффиндора за какой-то там стол, который было легко восстановить. А Гермиона думала над тем, что сегодня она ляжет спать только с рассветом, так как зелье готовить не десять минут, а еще надо было аккуратно пробраться в лабораторию. Благо у нее было полно слизи флоббер-червя. Направляясь на ЗОТИ, она не переставала об этом думать. Но когда у двери класса ее встретил сияющий профессор Йоргенсен, голова опустела. - Гермиона, Джинни, проходите, – сказал он, улыбаясь. Абрахам Йоргенсен выглядел бодрым, но был гораздо худее, чем до болезни. Это вызывало небольшие опасения у Гермионы. Но и сама она не отличалась пышущим здоровьем, так как Беллатриса продолжала высасывать из нее жизнь. Когда прозвенел колокол, объявивший о начале урока, Абрахам Йоргенсен сел на край своего стола и оглядел класс. - Простите, что подверг вас таким мучениям – созерцать профессора Снейпа в два раза больше, чем того требует расписание, но болезнь есть болезнь и я с этим ничего не мог поделать, – он улыбнулся, но улыбка была немного печальной. - В среду я попросил профессора Снейпа дать вам задание – прочесть параграф учебника о василиске. Что вам удалось запомнить? Появился лес рук. Среди них были руки Джинни и Гермионы. - Мисс Кларк, – вызвал он Элизабет, которая с воодушевлением начала рассказывать. . - Василиск вылупляется из куриного яйца, высиженного жабой, вырастает в длину до пятидесяти фунтов. Еще он относится к категории четыре икса. Это означает, что он опасен для волшебников и не поддается приручению. - Хорошо. Мистер Оствард? - Ну, их взгляд способен убить, как и яд в клыках. Очень важно, что яд находится только в клыках, в теле его нигде нет. - Отлично. А теперь я расскажу вам историю, связанную с Хогвартсом. Из нее можно сделать определённые выводы о том, как защититься от Царя змей, как еще называют василиска, – профессор Йоргенсен весело подмигнул Гермионе. И он рассказал все события от начала и до конца о том, как Том Риддел выпустил змея из подземелий, как умерла ученица третьего курса Пуффендуя. О Гарри, который спас Джинни и всю школу, и даже о том, как был уничтожен хоркрукс – дневник Волдеморта. Когда он закончил рассказ, то обратился к Гермионе: - Мисс Грейнджер, вы не могли бы дополнить мой рассказ? Та встала со своего места. Девушка ожидала подвоха. - Даже после смерти яд василиска не испаряется. Это было проверено на собственном опыте. Когда мы с Рональдом Уизли спустились в Тайную комнату, то труп огромной змеи все еще лежал на том месте, где в 1993 году Гарри Поттер пронзил василиска мечом Годрика Гриффиндора. Мы с Роном воспользовались клыком, чтобы уничтожить чашу Пенелопы Пуффендуй, которая также была хоркруксом. Я думаю, что скелет все еще находится там, но посмотреть на него уже не представляется возможным по причине того, что и вход туда может открыть только человек, говорящий на парселтанге. После того, как пал Волдеморт, Гарри утратил такую способность и как я знаю, больше людей, говорящих на этом языке, нет. Гермиона Грейнджер закончила свою историю и вернулась на место. В классе была тишина. Эту часть истории ученики не знали. Разве что Джинни и Невилл. - Это было весьма интересно, – одобрительно кивнул профессор Йоргенсен. – Пять очков Гриффиндору за информацию, которой нет в учебнике. Потом они повторили всевозможные варианты защиты от василиска и на этом урок ЗОТИ был окончен.