Чувства Генри

Часть 1 «Утро» Главный герой Генри каждый день просыпается ранним утром, неспеша собираясь на работу, на которой он работает уже много лет. Каждый новый день кажется ему похожим на предыдущий. Но это ему нравится, так как такой режим жизни позволяет ему не идти в разрез со своими привычками и оставаться педантичной натурой. Он, как часы, живет в своем определенном темпе, не торопясь и не опаздывая в своих действиях. Он радует своё начальство такой постоянностью и педантичностью, но дико раздражает всех остальных людей в его кружении. Впрочем, этих «остальных» у него было не так уж и много. Так что его это не особо волновало. Генри развелся со своей женой около 8 лет назад и так и не обзавелся новыми отношениями за это время. Близкие, друзья и даже родственники начали от него отдалятся. У него остался только один товарищ, Алан, с которым он работает вместе над проектами. Такой ход вещей его вполне устраивает. Порой, хотелось бы большего, чем ходить по одинокой холодной квартире. Хотелось иметь человека рядом, к которому можно прижаться с утра, не просыпаясь пустой кровати. Чтоб кто-то ходил по его квартире, радуя глаз, кого можно было бы гладить и целовать, когда хочется нежности. С кем бы можно было бы просто поговорить по душам. Ему хотелось снова видеть женщину рядом. Но он не нарушал своих, уже старых, правил. Не пускал кого-то настолько глубоко в свою жизнь. И вот, Генри, проснувшись от будильника, недовольно открыл сонные глаза, выключил противно звенящий будильник и снова закрыл их. Понежившись так пару минут в теплой кровати, он встает и неспеша начинает свое утро, последовательно делая одно за другим. Это приносит ему определенное удовольствие. Ему казалось, что в этом есть какой-то особый шарм, каждый день делать что-то простое, что уже успело стать частью его. Но каждый день будто усовершенствоваться в этом, чем-то простом. Он все так же принимал душ, все так же готовил завтрак, все так же смотрел утренние новости. Но в этом было что-то особенное, словно какой-то ритуал. Он неторопливо добирался на работу. Лица людей, с которыми он ехал в одном вагоне, казались ему одинаковыми. Но это, опять же, совершенно не волновало Генри. Он просто ехал, глядя в окно, и рассматривая сквозь них стены метро. Выйдя из метро, он шёл и видел всё те же знакомые ему пейзажи города. Единственное, что менялось, так это время года. Сейчас была поздняя осень. Угрюмое время. Ветер стал сырым и порывистым, начиная продувать осеннюю куртку Генри. Он приобнял себя спереди, прижав к себе куртку от холода, и, слегка согнувшись, ускорил шаг. Добравшись до офиса, он все также зашёл в лифт один. Он рано является на работу, чтоб ни с кем лишний раз не пересечься в лифте и не заговорить, нарушив свой «ритуал». И вот, Генри уже начал работать, ожидая своего товарища, который, как всегда, опоздает на несколько минут. Это всегда бесило Генри, но, в кокой-то мере, приводило его в чувства. Алан был для Генри словно глоток свежего воздуха, кусочек реальности, от которой тот так сильно отвык. Они небыли полными противоположностями друг друга, однако, Алан явно отличался своей более мягкой и даже теплой натурой. Он тоже был в какой-то мере сдержанным, спокойным, но точно не холодным. Алан был уже не молодым мужчиной, где-то под пятьдесят лет. Но несмотря на это, все также оставался в какой-то мере притягательным, со своим шармом, который остался у него с молодости. Это было что-то неуловимое в нём, что всегда выделяло его среди других. У него словно был свой образ, в котором он старается жить. На деле же, это просто ещё юношеская робость, от которой он так и не смог избавиться даже будучи в таком зрелом возрасте. И ему не остается ничего больше, кроме как притворятся уверенным, создавая этот шарм вокруг себя. Внутри он был очень добрым человеком, очаровывая этим еще больше. Однако, в жизни Алана были и люди, которых он заслужено недолюбливал и явно избегал. Он также, как и Генри, не общался с большинством своей родни. Но сделал это осознанно. Ему не хотелось снова слышать от них разговоры о том, что уже поздно обзаводится семьёй. Это явно было упреком в его сторону. Алан предпочёл ограничить себя от этих людей, которым явно хотелось просто посплетничать о чужой жизни. К тому же, по большей части, как раз эти люди и поспособствовали его робости. Генри неторопливо начинал свой рабочий день, так и не дождавшись товарища вовремя. Как вдруг, тот радостно заходит в офис, снова озаряя его своим шармом, и привлекая этим внимание коллег. Так было всегда. Появление Генри никто никогда не замечал, будто игнорируя его. А Алан, наоборот, словно менял погоду в комнате, в которой находился. На него сразу все обращают внимание, даже если он не говорил ни единого слова. Вот в этом они точно были противоположностями. Алан подошёл к Генри, приветствуя его и улыбаясь. Это частенько выбивало Генри из колеи, эта улыбка. Но именно эта улыбка почему-то была для него чем-то важным. Она была единственным, на что он с любопытством обращал внимание. Эта улыбка была для него словно солнце, которое ярко светило ему, и что начинало греть его прямо изнутри. Это казалось довольно странным для Генри и он постоянно отгонял от себя подобные мысли. Он старался не отвлекаться на рассказы и легкий смех товарища. Он даже самому себе не признавался, насколько ему приятна компания Алана. - Генри! Ты даже представить себе не можешь, что со мной вчера происходило! – воскликнул Алан, отвлекая педантичного трудягу от работы. - Уже боюсь представлять – ответил тот, используя свой снисходительный и даже саркастический тон. - Я вчера, словно перенёсся в другую реальность… Сначала я пошел в тот бар, о котором вчера говорил, мы там просидели немного, и… - уже заинтриговал товарищ. – И мы успели познакомиться там с прекрааасными девушками Я, кстати, успел взять номер у одной из них! - О, Господи! Алан! Ты все ещё пьян! Думаю, тебе стоит протрезветь для начала, потом начинать работать! Знаешь, почему-то я не удивлен. - А вот и нет. Как видишь, я абсолютно трезвый. Просто немного витаю в облаках после вчерашнего. Так что я готов к новому дню. Ты от меня так просто не отделаешься! Алан подошел к нему сзади, резко приобнял и начал немного щекотать. - Алан, прекрати сейчас же! Ты же взрослый человек! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? - Генри уже начал несдержанно повышать тон на товарища. - Я просто пытаюсь тебя немного оживить. Ты ходишь каждый день такой хмурый… Такой нелюдивый… Кстати, этот номер я взял для тебя! Может, сходишь на свидание? Познакомишься. Может она тебе понравится и немного оживит тебя. Он начал замечать его недовольное выражение лица. Генри сразу немного скривился, услышав такую идею. Но по взгляду товарища понял, что этой участи ему сегодня не избежать. Он глубоко вздохнул и мысленно смирился с этой участью. - Ну что ж, я вижу, ты не оставляешь мне выбора. Но один я не пойду. Представишь меня как друга, хорошо? – ответил педант. Счастью Алана в этот момент просто не было предела. Он уже придумал, во что будет одет друг. «Только черный пиджак и черная водолазка, никак иначе. Это беспроигрышный вариант! Уж я то знаю!» - подумал про себя друг. Они договорились об этой встрече и принялись работать, ожидая вечера.