Он–единственное, чем я дорожу.

С детства Чон Чонгук любил животных. Будучи ещё дитём выпрашивал себе на каждый день рождения щеночка. Сначала молил о хаски или овчарке, потому что одна выглядит круто с голубыми глазами, а вторая –полицейская, прямо как в мультике. Получив несколько отказов подряд, перешёл к средним и маленьким, рассказывая, что йорки не имеют подшёрстка, а значит не линяют, а шоло вообще лысая, то есть "беспроблемная". Малыш Гуки даже истерики устраивал: рыдал в подушку и не выходил из комнаты часами. Но родители оказались той ещё броней и не сломились ни перед чем. Сейчас Чонгуку двадцать шесть лет. Он хорошо зарабатывает, живёт в большой квартире, ездит на дорогой машине и воспитывает трехлетнего Редфорда – серебристого веймаранера с серыми глазами. Долго выбирал породу, изучая почти каждую досконально. Глаз пал именно на веймаранера, потому что эти собаки имели атлетическое телосложение и добрый характер – Гук видел в них себя. Мужчина относился к псу так, как не относился ни к одному человеку. Его мальчик имел собственную комнату с дорогой лежанкой и огромным количеством игрушек, питался говядиной или телятиной, мылся специальными шампунями и кондиционерами, а также Чон лично чистил ему зубы. В свою очередь, Редфорд или просто Ред также любил мужчину, видел в нем своего вожака и постоянно защищал от любой "опасности". ... За хорошей заработной платой стоит тяжёлая работа, которая требовала сейчас от Чонгука недельной командировки в другой город. Мужчина долго противился, отговаривался, искал заменщика, но в итоге согласился под натиском начальства. Чон очень сильно волновался за Реда. Прошлые командировки пёс проводил в доме родителей, а конкретно с матерью Гука, но они улетели на отдых, и как быть со своим малышом, парень понятия не имеет. Отдавать в приют или каким-нибудь родственникам ни за что не посмеет, ему нужен проверенный человек, в котором он будет уверен полностью. Единственным хорошим вариантом остаётся Пак Чимин – лучший друг ещё со времён института. Он знает, что парень ему не откажет, ибо Чон бесплатно чинит тому машину, благодаря связям. ... — Ты все запомнил? — Боже, Чонгук, ну конечно. Ты расписал все в двух экземплярах и ещё три раза только что их пересказал. Не волнуйся. — Он – единственное, чем я дорожу. — Я бы обиделся, не дружи с тобой лет десять. — Если что, сразу звони. — Обязательно, папаша. Деловые встречи прошли относительно хорошо: презентацию товара просмотрели, на производственную фабрику съездили, договор заключили. И теперь Чонгук со спокойной душой летит домой к своему самому дорогому созданию. Сев в такси и отключив авиарежим, мужчина видит сообщение от друга с просьбой ехать, как можно быстрее. — Что с ним? Ему плохо? Ты кормил его всякой дрянью? – прямо с порога закидывает вопросами. — Нет, он...просто странно себя ведёт, это началось ещё вчера, а сегодня проблема обострилась. — Ведёт себя как? — Я... даже не знаю, как сказать... — Как есть, – грубо перебивает. — Он пытался трахнуть меня. — Трахнуть? – удивительно, раньше таких жалоб не было. Чонгук надеется, что Ред не пытался выебать его мать. — Он подходил ко мне сзади и тыкался мордой, а сегодня попытался запрыгнуть. — Где он? — Я закрыл его в комнате, это ненормально, нужно обратиться... — но звонок обрывается. Чон, услышав, что его мальчик страдает, тут же помчался к нему. Резко открывает дверь и встречает свое чудо. — Привет, мой хороший. Ты так соскучился, что не можешь уже терпеть? От безысходности начал приставать к Чимину, – присев на корточки, начинает лизаться с собакой, – Ммм... – стоило Чонгуку встать, как Ред стал тыкаться ему прямо в член своей мордой. Гук расставил ноги шире, – Ну хорошо, потрись об него, можно, – пёс, услышав команду, сильнее водит носом по очертанию органа, а мужчина в ответ двигает бедрами навстречу, – Моя дырочка так соскучилась по твоему члену, Ред, всю неделю зудела, даже полизать было некому. Но зато она успела стянуться для тебя, стала такой тугой, – Чонгук снимает с себя все, обхватывает член, начиная дрочить, – Ред! – хлопает по своим яйцам, отдавая команду. Пёс тут же слушается и облизывает ему мошонку, виляя хвостом, – Ааа... извини, они немного заросли, завтра же схожу на эпиляцию, – Чон наслаждается собачьим языком на яичках ещё какое-то время, пока кобель не проталкивает морду дальше, тыкаясь в анус, – Ссс... – резкое прикосновение мокрого холодного носа к сухому отверстию заставили попку сжаться, – Блять, Ред, как я по тебе соскучился. Чонгук ложится на пол, сгибая ноги в коленях и широко расставляя. Собака подходит к его лицу и облизывает губы, Гук открывает рот, давая вылизывать все изнутри. Поцелуи с псом сильно возбуждали мужчину, он обожал естественный запах животных и их звериное поведение. В момент ебли Редфорд становился самцом, чье удовольствие стояло на первом месте, а Чонгук превращался в послушную сучку, подставляющую свою дырку под собачий хуй. — Малыш, ты же помнишь, что самку нужно сначала подготовить, –поворачивает голову в сторону, слегка хлопая по животу собаки, – Моя попка ждёт, Ред, – животное подходит к разведенным ногам, и Гук тужится, раскрывая дырочку, встречая собачий язык, – Сука, как хорошо, – для того чтобы поощрить пса за правильные действия, хозяин открывает рот, вываливая язык, виляет бедрами и скулит по-собачи, иногда подвывая. На Реда это действует моментально: кобель рычит и лижет интенсивнее, готовя суку к своему члену. — Чонгук, ты... – Чимин не мог понять, происходит ли это на самом деле: его друг трахается со своей собакой. После того, как мужчина скрылся за дверью, Пак стоял в коридоре в полном шоке. Чон не удивился, не испугался, наоборот был раздражён и груб. Когда из комнаты стали доносится тихие звуки, Чимин медленно подошёл и приоткрыл дверь, увидев сквозь щель, как младший лежит на полу, извращенно скулит, а между ног стоит пёс. Ему было противно: противно видит столь грязное, противоречащее всем его моральным принципам соитие. Ему было противно, но взгляда оторвать не мог, внутренний голос кричал, как это омерзительно и неправильно, но едва слышный шепот на подкорке разума говорил, как это пошло, возбуждающе мерзко и охуенно. — Ты пришёл поучаствовать или посмотреть? — Я пришел сказать, что ты сошел с ума. — Только не говори, что сейчас стоишь со вставшим членом, смотришь блестящими глазами, как мой пёс сует язык мне в анус, и собираешься читать нотации. Так, присоединишься или подрочишь в стороне? – Чимин громко сглатывает. – Соглашайся, ты же хочешь. Знаешь, как охуенно он лижет? Это пиздец приятно, в первый раз я кончил спустя три минуты от его языка. Но ещё лучше он ебет, эти ощущения не сравнить с человеческим сексом: Реду плевать, получаю ли я удовольствие, главное – получить удовольствие самому, оплодотворяя свою суку. Даже если я начну умолять его о чем-то, ему поебать, ведь ни слова не понимает. Он и сейчас вылизывает меня, только потому, что, если я не возбуждусь должным образом, моя дырочка "останется сухой" и сделает его пенису больно. Ну что, полижешь мне соски? Чимин как в тумане подходит к другу сбоку, наклоняется и поочередно нализывает горошинки. — Ууу... хорошо, детка. Покусай немного...ааа,даа...Ред, фу, нельзя, фу, я сказал, – Пак отрывается от сисечек и видит, как пёс пытается всунуть свой хуй в попу Гука. Собака слушается, но громко скулит и трясет бедрами, трахая воздух, – Отсоси ему, видишь, он уже плачет, а я пока смажу дырку. Давай, подлезь под него, он сам выебет твой рот. Чимину страшно, но это не мешает сделать все, как приказал ему друг. Укладывает голову меж бедер и смотрит на крупный возбуждённый орган пса, лижет на пробу, а кобель сразу приседает и взвизгивает, заставляя парня начать сосать. Чонгук тем временем, поднявшись с пола, достает смазку, возвращается на место, встаёт раком перед мордой собаки и расстягивает себе отверстие. — Ред, – опять хлопает по яйцам, отдавая приказ. Собака вновь облизывает крупные человеческие гениталии, только не так интенсивно, поскольку все внимание уделяет второму мужчине, что так хорошо заглатывает его пенис, – хороший мальчик, можно, Ред, можно, – отдает команду, переворачиваясь на спину. Пёс сразу же выдергивает член из чужого рта и устраивается между широко разведенных ног. Тыкается несколько раз и входит в податливый, расстянутый специально под него анус, раздвигая стенки. — Ооо...даа,– кобель вбивается в тело словно отбойный молоток. — Это так приятно? – вновь потерянный Чимин садится рядом и смотрит на искаженное в наслаждении выражение лица своего лучшего друга. — Это пиздец, как приятно. Сядь мне на лицо, хочу отлизать тебе. — Гук, не стоит... — Ты отсосал псу, а теперь...аах... боишься обычного римминга? Детка, дай я трахну тебя языком. Пак помнил, как Чонгук пищал от языка собаки, поэтому захотел тоже испытать данное удовольствие. Оттянув половинки в стороны, парень сел уже на высунутый язык и не смог сдержать стона. Друг облизывал его интимное место, причмокивая и мыча. Когда язык проник в дырочку, Чимин сам опустился на него до конца, чувствуя попой все лицо. — Ммм, Гук, это так приятно. В какой-то момент, друг сильно застонал ему в анальное отверстие, и Пак перевел взгляд на пса, что, видимо, формировал узел, громко повизгивая. Не долго думая, парень обхватил жёсткий горячий пенис мужчины, быстро надрачивая, приподнялся с лица, и стал хлопать по яйцам. — Чимин, боже, да... — Сучке нравится? Ред же прямо сейчас кончает в тебя, да? Поскули, покажи, как самка рада, что альфа ее оплодотворил. И Чонгук скулит, лает, гавкает прямо как настоящая собака. А потом вскрикивает и кончает Паку в ладонь. Чимин слизывает сперму и слезает с лица. Выплеснув последние потоки семени, веймаранер выдергивает член и убегает в конец комнаты, вычищая себя. А Чимин тут же припадает к ещё незакрывшейся дырочке и слизывает собачью кончу. — Втягиваешься, да? А представь, когда он вставит тебе? – сумасшедше улыбаясь, говорит Чон, – Ааахх, Чимин, – Пак не теряет много времени и вставляет свой член в мужчину, а тот только продолжает кричать и смеяться, пачкая живот от ещё одного оргазма. Смешав свою сперму с собачьей, друг выходит из мускулистого тела, отрывисто дыша. Чонгук, что выглядит ещё хуже, говорит: — Нужно поласкать Реда ещё по-другому. — По-другому? В смысле? — Ред, ко мне, – собака, за время уже знающая, что хозяин не закончил, быстро подбежала и встала попой к их лицам. — Чонгук, что ты собираешься делать? – Чимин был шокирован своими мыслями и надеялся, что это не то, о чем он подумал. — Иди сюда, – когда голова Пака ровняется с его, они оба сидят в пару сантиметрах от промежности пса, Чон целует мужчину взасос, а тот лишь отвечает, пытаясь успеть за быстрым темпом. Рука старшего мягко обхватывает голову напротив и подводит к отверстию животного. — Давай, малыш, сделаем ему хорошо. Чимин чувствует, как ещё одно лицо приближается к анусу кобеля и лижет дырочку, что побуждает его начать также отлизывать собаке.