Об анонимных анонимах и всех к ним прилагающихся

Обычно так начинались фильмы ужасов — поздним вечером тебе приходит уведомление о новом сообщении на почте (кто вообще пользуется почтой в две тысячи двадцать первом?), и когда ты, озадаченный этим, послушно открываешь приложение, отправитель оказывается неизвестен, а вместо текста в сообщении лежат только несколько снимков. По затылку пробегаются мурашки — ты знаешь, как это заканчивается. Сейчас там будут фото тебя со спины, причем в том месте, где нет окна, а затем в соседней комнате послышатся шаги, и… И если бы это произошло с Каркатом, он бы ссал кипятком от счастья, потому что последние несколько дней он отчаянно мечтал о смерти. Желательно медленной и мучительной, чтобы слегка отдохнуть хотя бы в то время, пока ему будут отрывать конечности. В общем-то, да. Для полного понимания ситуации нужно уточнить, что Каркат был отличником в государственной школе, где у учителей не было ни малейшего представления о явлении гуманизации образования. Если класс просил преподавателя истории давать им не три теста за урок, а хотя бы два, на них галантно чхали, если умоляли учительницу французского перенести внеплановую контрольную, потому что в тот же день им поставили уже три, в ответ получали красивый посыл нахуй, а когда Каркат рискнул сдать эссе по английскому на день позже, его средний балл потерпел такой удар, что после этого пришлось спать по три часа в сутки. Все попытки выжить Альтернианская Старшая Школа напрочь игнорировала: Каркат спал четыре часа за три дня, питался святым духом, кофе и кубиками сахара, плакал от усталости, но продолжал зубрить математику, потому что последние темы он не понимал от слова совсем, а ему нужно было каким-то образом сделать домашку. Единственными его друзьями в этой школе были совершенные идиоты, и последнее, чего стоило ожидать от них — решенных уравнений, которые можно будет просто скатать. Каркат… Каркат был в отчаянии, и попытки убедить себя, что вот-вот начнутся каникулы, его не спасали. Именно поэтому перспектива быть убитым Самарой Морган из поколения Z невероятно прельщала.

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«надеюсь, ты каркат.»

[7 фотографий]

Твою мать, он думал, что почистил информацию об этой почте со всех аккаунтов! Для нормальных людей и учителей существовала такая же нормальная «karkatvantas612@gmail.com», а чувак нашел ЭТО? Если бы Каркат не был вымотан так сильно, он бы определенно сморщился от стыда, но усталость и слезы превратили лицо в настоящий кирпич. И никакого ботекса не надо, растерянно думал Каркат, открывая фото. Что. Это… Он дрожащими руками приблизил снимок, снова уменьшил, пролистал учебник, а затем остальные шесть фотографий, и разревелся. Кем бы ни был этот Наследник, он только что прислал Каркату подробное решение всех номеров по математике и конспект, который они должны были сделать по литературе. Идеально выполненные, даром, что корявым почерком — на краях тетради по математике незнакомец даже подписал страницы учебника, на которые, видимо, ссылался при решении. Каркат скачал все фото в ту же секунду, крепко ущипнул себя за предплечье, посмотрел на часы (начало первого ночи) и принялся переписывать, не теряя ни капли времени. Если он сделает все быстро, он поспит. Реально поспит, хотя бы пять часов, да хоть четыре, но не полтора. И только спустя сорок минут он дрожащими руками набрал ответ: От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «Я МОГУ ТЕБЕ ОТСОСАТЬ? ЗАПЛАТИТЬ? ЧТО УГОДНО? ПОЖАЛУЙСТА, БЛЯТЬ, Я ГОТОВ БЫЛ ВЫКОЛОТЬ СЕБЕ ГЛАЗА РУЧКОЙ, ЛИШЬ БЫ ПОЯВИЛОСЬ ОПРАВДАНИЕ НЕ ДЕЛАТЬ ЭТОГО ВСЕГО.» «ИЛИ СКИНУТЬ ЧТО-ТО В ОБМЕН? Я ДЕЛАЮ ВСЕ ДЗ.» Каркат умылся, подумал и решил пожертвовать десять минут на принятие душа, а затем, чистый и ужасно голодный, устроился в кровати. Ответ от Наследника так и не пришел, хотя Каркат подождал еще немного, готовый и правда на все. Это… Боже. Так можно и влюбиться. С этими мыслями он и заснул, а на следующий день спокойно написал тест по математике. ==> — Вау, по-моему, ты первый, кто ест эту мерзость с аппетитом, — раздалось у Карката за спиной как раз в тот момент, когда он жадно запихивал в себя весь бесплатный ланч в школьной столовой. Он обернулся и торопливо вытер рот ладонью, пытаясь прожевать наггетсы как можно быстрее. Позади стояло Совершенство. Совершенство шутливо улыбалось Каркату, потягиваясь, и в нем, как и обычно, было идеально абсолютно все: крепкие мышцы под бронзовой кожей, пронзительно голубые, как небо в летний день, глаза, чуть выпирающие передние зубы, лохматые темные волосы и даже следы от ручки у рта — видимо, неосторожно ткнул на нервах. Господи, он мог стоять так вечно, и Каркат никогда бы не смог отвести взгляда. Ни-ког-да. Он судорожно сглотнул, едва не подавившись, и неловко облизнул уголки губ. — Я последний раз ел два дня назад, чтоб ты знал, так что если будешь выебываться, сожру и тебя, еще и косточки обглодаю, — доверительно сообщил Каркат. Ладони вспотели, а подбирать слова стало ужасно сложно. Блять, какой же он красивый, господи, Каркат же не сможет доесть, пока он тут, будет сидеть и пускать слюни… К ужасу (и невозможному восторгу) Карката, Совершенство бросило «можно?» парню, сидящему рядом и, получив положительный ответ, село на место прямо рядом с ним. Он даже не обеспокоился тем, чтобы сесть по-нормальному — расположился спиной к столу, будто… Да ничего не будто! Каркат тут помрет! — Ты серьезно? — какого хуя он звучит так обеспокоенно, почему, завали ебало, не доводи человека до инфаркта. — Охренеть, приятель. У тебя, эм… Совершенство наклонилось чуть ближе и понизило тон. В соответствии с тоном понизилась возможность Карката трезво мыслить. — У тебя проблемы дома? Или?.. Ну, в плане, тебе не обязательно рассказывать, но… не знаю… — Очень умно, — вставил Каркат, стараясь дышать глубже. К сожалению, насыщение мозга кислородом сопровождалось легким запахом чужого одеколона, так что профита сознание Карката почти не получало. — Ой, заткнись! — беззлобно улыбнулось Совершенство. — Короче, я могу чем-нибудь помочь? Да. Трахни меня на этом столе на глазах у всей школы, пожалуйста. — Да… Господи, Эгберт, я просто взадротил в учебу. Мне нужен идеальный аттестат, а я, знаешь, не на таком хорошем счету, чтобы оценки поставили на халяву. Ну и, типа, забегался. Забей хуй, — сегодняшнюю дату стоило записать в календарь как день, когда Каркат Вантас умудрился выдать любви всей своей жизни не меньше тридцати слов и ни разу не облажаться. Охуеть. Совершенство задумчиво поджало губы, а затем потянулось за рюкзаком и выудило оттуда какой-то контейнер. В голову мгновенно хлынула куча вариантов — он хочет поесть со мной, он собирается уйти обратно за свой стол, он хлопнет меня этой штукой по башке, — но прежде, чем Каркат успел по-настоящему задуматься, недоумок (он же Совершенство) переложил на его поднос кусок торта и щедрую порцию фруктов. Каркат окаменел. — Держи, — бодро возвестило его Совершенство, совершенно не замечая того, как его собеседник перестал дышать. — Я ненавижу торты, чтоб ты знал, но мой папа, типа, неадекватный, поэтому печет их в адских количествах. И тебе определенно необходима доза витаминов, приятель. Иначе как ты собираешься зазубри… — Джон, если ты опоздаешь на тренировку, будешь сам разбираться с Руфио! — раздалось неподалеку. — Да, я сейчас! — отозвался тот. Каркат перевел на него взгляд. — Ну, в общем, хе-хе, да… — Эгберт, шагом марш на свою тренировку, иначе я засосу тебя прямо здесь, и все, плакала твоя хваленая гетеросексуальность, — прошипел Каркат из последних сил, и Совершенство неловко рассмеялось. Господи, его смех. Его запах. Его голос. Его идиотская непонятно вообще с чего взявшаяся забота. Каркат хотел свернуться в калачик и навсегда остаться в том ощущении, которое дарила ему эта влюбленность, но… Да. Она не всегда бывала такой приятной, так что идея, пожалуй, не из лучших. Гр-р. — Если ты настаиваешь, — согласился Джон, вставая. — Не убейся там, лады? — Лады, — тихонько согласился Каркат, пялясь в поднос. Боже. — И, эм… Ты уверен, что тебе не нужна помощь? Может… — он помолчал как-то даже нерешительно. — Я мог бы скидывать тебе часть заданий, м? В голове непроизвольно всплыло странное вчерашнее сообщение. Нет, не стоило, конечно, надеяться на то, что так везти будет всегда, но… — Нет, Эгберт, я в порядке. Я всегда справлялся сам, так что и сейчас… — Ладно, — кивнул Джон и, сигнал красный, блять, сигнал красный, очень красный, десять пожарных машин помноженных на сто Санта Клаусов, потрепал Карката по волосам. Взял и прошелся ладонью по голове. Нежно так, легонько. — Увидимся! Каркат не ответил. Каркат вообще больше не мог функционировать. А Джон Эгберт широко улыбнулся одному из триллиарда своих приятелей и бодрым шагом покинул столовую. Интересно, подумал Каркат, отправляя в рот ложку салата, если я возьму и завизжу, это будет очень странно? Или упаду лицом в стол? Вероятно, сидящие тут школьники слегка смутятся. С другой стороны, Каркат не знал большую часть из них даже по именам, так что стоит ли волноваться… Хнык. Джон Эгберт. Джон Эгберт, местная элита, капитан волейбольной команды, дядюшка Спасаев, бесконечно переводящий бабушек через дорогу, а дорогу через бабушек и далее по списку, бывший всем известной Вриски Серкет и разве что чуть-чуть менее известной (потому что не суки) Рокси Лалонд, следовательно, неподражаемо гетеросексуальный задрот (у него на аватарке в Инстаграме буквально стоял Кейдж), а также лучший друг Дейва Страйдера, того несчастного, которого Каркат считал чем-то вроде приятеля. Для Вантаса это был почти высший уровень близости. Ближе был разве что Гамзи, и то потому, что он просто физически не мог протянуть больше недели без чужого присмотра. И, в общем-то, Каркату не было места среди ярких социально активных звездочек Старшей Альтернианской, но… Но Джон словно видел его, как бы далеко он ни находился. Каркат сидел на последних рядах трибун, и Джон вдруг, будто телепортировался, плюхался рядом, вонял мужественной гиковатостью (пóтом) на пять футов вокруг и завязывал разговор, словно они лучшие друзья. Каркат, воровато оглядываясь, смотрел на телефоне трейлер новой части «Пятидесяти оттенков», а Джон вдруг останавливался рядом и начинал болтать про свои любимые фильмы. Каркат прихрамывал по пути домой, потому что очень позорно навернулся на физкультуре, и Эгберт внезапно подхватывал его под руку и вел до самого крыльца, словно ему было никуда не нужно. Теперь еще и это. Каркат нерешительно взглянул на кусочек торта. Мог ли Джон накрошить туда стекла, чтобы его убить? Наверное, не мог. Слишком много свидетелей рядом. Причин отказаться от десерта не было, и Каркат отломил от торта небольшой кусок — вкусно, черт возьми. Может, он должен сообщить об этом Джону? И что это будет? «Привет, твой батя вкусно готовит»? Великолепный план, надежный, как швейцарские часы! Юноша поморщился и поспешил доесть все, что оставалось на подносе. Скоро начинался урок. И все-таки, Джон Эгберт. Джон Эгберт, мать его. ==> В тот день Каркат сел за подготовку к учебе в гораздо более сносном состоянии. Конечно, ему все еще было херовато, но и вполовину не так плохо, как вчера и позавчера, так что с большей частью домашки он разобрался относительно спокойно, хоть и не слишком быстро. Каркат искренне не считал себя умным — он был заучкой, да, но только ради оценок, поэтому удовольствия и удовлетворения учеба ему не приносила. Когда к девяти часам вечера с письменной частью было покончено, Каркат покосился в сторону кровати — ему еще нужно было как-то выделить и сгруппировать материал по последним темам по обществознанию, но он наверняка может вздремнуть часок, верно? И с новыми силами и соображающей башкой… Каркат залез под большое теплое одеяло, обнял его край ногами и руками, и мгновенно провалился в сон. Снился Эгберт — еще бы, после сегодняшего-то. И было так хорошо, уютно, Джон прижимал его к себе и бережно целовал в щеки, и им совсем не грозила учеба, что когда Каркат открыл глаза, он ужасно расстроился. Хотелось продолжить эту глупую выдумку мозга, развить тему, но… Долг звал. Каркат потянулся за телефоном, разблокировал экран и онемел. Половина шестого утра. Половина. Шестого. Утра. Он вскочил и панически перелистал тетради — блять, он не успеет, он ничего не успеет, ну какого хрена, блять, может, притвориться сегодня больным, сказать Нуару, что ему плохо, и тогда его убьют хотя бы дома, а не в школе? Вообще, в последнее время тот, вроде, даже Каркату типа сочувствовал: читал речи про то, что образование сосет, приносил обеды из столовых по пути с работы и, о ужас, пару раз похлопал по плечу. Для Джека это, пожалуй, было даже слишком, и Каркату от такого количества любви становилось неловко. Нет, не то чтобы он жил в ужасе и бесконечном насилии, наоборот, но… просто у всех родителей, в том числе приемных, есть своя манера поведения, и излишняя забота в данном случае была ну прям нехарактерна… Господи, о чем он думает? Каркат снова включил телефон. Пять сорок три. Ему пиздец. Он пролистал список уведомлений и замер. Почта. Неужели?..

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«вдруг тебе пригодится.»

[1 документ]

[9 фотографий]

«кстати, просто хотел сказать. мне ничего от тебя не надо, серьезно, я клянусь, что не буду тебя шантажировать, сдавать учителю или еще чего. чисто технически ты ни разу не заявлял о своем настоящем имени, так что можешь быть спокоен — даже если бы я захотел, я бы не мог разболтать о тебе чего-то. но я не хочу, если ты не понял.»

«о, и еще, это не потому, что я, типа, думаю, что ты не справишься сам и что тебе критически нужна помощь. я просто буду рад хоть немного облегчить то, через что ты приходишь, пытаясь справиться со всем. мне кажется, ты очень умный и сильный. но и таким людям нужно иногда спать, знаешь ли.»

Каркат проморгался, стараясь избавиться от внезапно выступившей на глазах влаги. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «БЛЯ, Я.» «ПРОСТО НАДЕЮСЬ, ЧТО ТЫ НЕ ТРАТИШЬ НА ЭТО ЛИШНЕГО ВРЕМЕНИ.» И он открыл документ с названием «общество зачет» и принялся зубрить. ==> И оно пошло в том же духе. Незнакомец почти никогда не писал ничего к приложенным фото, разве что иногда пояснял, что и как решал, но в большинстве случаев просто молча скидывал или конспекты, или готовые работы по части предметов, которые, видимо, сходились у него с каркатовыми. Выходило довольно много — чувак явно не метил в физмат или химбио. И хотя интерес Карката к Наследнику, как и уровень признательности, рос в геометрической прогрессии, у него просто не было времени на воздыхания по еще одному школьнику. Хватало и Эгберта. Боже, Эгберт. Он еще трижды скармливал Каркату свой торт, а на возражения в степь «я растолстею» вообще выдал подозрительно негетеросексуальное «мне нравятся мальчики с формами» и сам же рассмеялся, будто именно такие шутки были коньком каждого достойного гетеросексуала. А Каркат, между прочим, по возвращении домой целых десять минут тщательно осматривал свое отражение в зеркале на предмет наличия «форм». Таковые, кажется, имелись. Ура? Интересно, много ли таких эгбертоподобных фетишистов, которые тоже не против… Фу. Долгой и счастливой хотелось только с Джоном, что, впрочем, совсем не было поводом для гордости. — Эй! Ты смотришь в стенку шкафчика уже минуты полторы, — раздалось из-за спины, и Каркат дернулся так сильно, что стукнулся локтем о железную дверцу, и тут же болезненно зашипел. Его ладонь на пострадавшем месте тут же накрыли чужие пальцы. Эгберт выглядел виноватым, обеспокоенным и позабавленным одновременно. — Боже, какой ты дерганный. Я думал, ты начал высыпаться. — Это ты подходишь к людям со спины! Мало ли, может, я тут… — Каркат отвел взгляд, придумывая, что он тут мало ли, но все варианты, которые шли в голову, опозорили бы явно не Эгберта. — Понятно, в общем! Джон рассмеялся и аккуратно отвел ладонь Карката в сторону, полностью заменяя ее своей. Хм. Он вполне себе стоял и наглаживал чужой локоть. Это… Довольно гетеросексуально. Каркат прикусил губу, чувствуя, как в груди зашлось сердце. — Ага, я обязательно постараюсь начать подходить к людям спереди, то есть прямо из шкафа. Уверен, это сильно понизит вероятность инфаркта, — согласился Джон. — Больно? Рука нормально двигается? Да все вообще прекрасно, осталось только поцеловать, чтобы прошло. Тебя. В губы. Раз этак двадцать подряд, а потом запереться в этом самом шкафчике и продолжать вплоть до скоропостижной смерти от превращения в ровненький прямоугольник. Места в шкафчиках было прямо очень немного. — Да нормально, по нерву фигакнул просто, — неловко отозвался Каркат и невзначай стряхнул чужие пальцы, а то дышать становилось вообще невозможно. Он захлопнул дверцу и накинул рюкзак в руке на плечо. — Чего тебе надо было? Джон поморгал. Протянул неживописное «э-э». Побегал взглядом по коридору. — Забыл, — признал он, наконец. — Ты меня сбил. Ладно, может, сейчас вспомню. Пошли, у тебя же тоже французский? — Oui, à mon grand regret, — согласился Каркат. Не regret вообще ни капли, Эгберт буквально шел с ним нога в ногу, как друг, настоящий друг, а может и нечто большее, ходить-то все умеют! Неужели в его жизни началась светлая полоса? Спустя все эти годы? В его старческие семнадцать? — Пойдем, коль не шутишь. Эгберт шел рядом и болтал про новый марвеловский фильм, на который Каркату было глубоко пофигу, но он все равно впитывал каждую деталь, а собственное сознание плавало где-то далеко. Мысли атаковало новое пятно ручки у чужих губ. Интересно, а если он облизнет палец и попробует стереть, Эгберт возмутится? Или и не заподозрит ничего гейского? Наверное не заподозрит, да толку-то, если Каркату же хуже — опять будет сниться, и потом вообще фиг встанешь… — Эй? Приятель? У меня что-то на лице? — поинтересовался Джон, остановившись. Каркат поморщился. Блять, все же задумался. — Э, да. Ручка. Под губами, — слегка затормозил он. Эгберт ойкнул, облизнул подушечку большого пальца и потер то место, которое Каркат показывал на себе. — Нет, не тут. Правее. Нет, боже… Агрх, дай я! И он, чувствуя себя невозможно сильным и одновременно ужасно слабым, лизнул палец и приподнялся на цыпочках, чтобы стереть пятно с морды Джона. Сердце, казалось, остановилось — тот смотрел на него мягкими синими глазами и молчал, а Каркат совсем не дышал, легонько потирая чужую кожу уже другим, сухим пальцем. Блять. Блять. Он наверняка покраснел, а если еще и руки вспотели… — Все, — объявил он и тут же прочистил горло. Голос получился хрипловатым. Джон все так же пялился и молчал, и у Карката слегка отлегло, когда он понял, что тот тоже легонько покраснел. Теперь, по крайней мере, они не так разнятся степенью смущения. Уже успех. — Спасибо. А если я тебе заплачу, то ты будешь это делать в качестве работы? Каждую перемену слюнявить мне рот? — игриво предложил Джон, продолжая путь, словно ничего и не случилось. Каркат вполне мог умереть от остановки сердца. Да. Да, он будет. Только платить придется не долларами, а поцелуями. Ну что, согласен на сделку? — Блин, надо как-то перестать ручку вертеть, а то у меня и руки все… Джон похвастался руками, и правда измазанными чернилами, и Каркат немного выдохнул. Эгберт — это Эгберт. Он и на члене чужом посмеется и скажет, что круто провели время с другом. Вот бы им так, ну правда. ==> — Погоди, так у тебя есть папа? Каркат вылупился на Джона, слишком ошарашенный, чтобы отреагировать, и тот мгновенно хлопнул себя по, очевидно, пустой башке. — Господи, я идиот, прости, прости, пожалуйста, я не… Бля, я тупой, прости. Просто ты все время называл его Джеком, и я думал, типа, это какой-то твой друг, и Дейв говорил, что ты сменил уже несколько приемных семей, так что… Боже, я правда дурак, извини, ладно? Эгберту можно было простить что угодно — Каркат бы не расстроился, если бы тот покрыл матом всех Вантасов до третьего колена, особенно учитывая то, что он сам о них ничего и не слышал. К тому же, настроение было великолепное: все контрольные написаны, домашка сдана, а рождественские каникулы уже совсем на носу, и Джон поймал Карката у кабинета, чтобы потрындеть о своих планах. Правда, стоило Каркату рассказать о планах на относительно семейный междусобойчик, диалог свернул куда-то не туда, спасибо Эгберту и его неподражаемой тактичности. — Эгберт, завали, я и без того не питал никаких надежд по поводу твоих умственных способностей. Джек — последний взрослый, который согласился меня взять. Домой. Мы с ним, типа, живем уже год, и он, ну… из всех, кто был, наиболее нормальный, — Джек бы охуел, если бы узнал. — Правда? И чего, какой он? У вас все хорошо? — поинтересовался Джон. Каркат скорчил рожу. Как бы это… «Он говорит, что работает на государство, но по-моему он наемник» — нет, точно не фэмили френдли, «ты когда-нибудь играл со своим батей в игры с ножом?» — просто нет, «сколько твой папа давал тебе денег за выигрыш в карты? мне вот пятьсот долларов, потому что последний раз его обыгрывали в две тысячи девятом», — слишком странно. Э-э. — Ну, он… кошатник, как и я, — поделился Каркат. Джон улыбнулся. Страйк! — Ну, не то чтобы кошатник, но собак очень не любит. Кроме терьеров, но это… Да-а, это другая тема. И ему нравится, м-м… черный юмор. Джон задумчиво покачал головой. — Но в общем и целом, Каркат, ты, типа… счастлив? Хотя бы немного? Каркат задумался. Ему, вроде, хватало общения, хотя людей рядом было совсем немного, благодаря помощи неизвестного учеба перестала быть такой уж проблемой, его приемная семья (из одного человека) наконец-то была не то чтобы адекватной, но однозначно терпимой, и Нуара, каким бы стремным он не казался, Каркат удивительно хорошо понимал, так что да, он, кажется, был счастлив. Да, шестнадцать лет жизненного дерьма не повлияли на его психику положительно, но… Кто вообще был ментально здоров в двадцать первом веке? Кроме Эгберта, очевидно. Эгберт. Вот кого не хватало для полного удовлетворения. К сожалению, сказать об этом прямо было нельзя. Каркат покосился на дружелюбно улыбающегося Джона и снова отвел взгляд — какой же славный, очаровательный, добрый до посинения, придурок, каких поискать… — Что за вопросы такие? У меня все нормально, вот и все. Откуда я знаю, счастлив я или нет? Всегда может быть лучше. И хуже, в принципе, тоже, а хуже у меня явно бывало, так что… А ты, Эгберт? Всем доволен? Джон улыбнулся и как-то неочевидно подался ближе, рассматривая Карката, чуть прищурившись. — …Ага. Не на сто процентов, но я знаю, что именно мне нужно, чтобы было сто, и… Конечно, я не хочу завышать свои ожидания, но… Не знаю. Я хочу верить, что шанс есть. — У кого, если не у тебя, — пробурчал Каркат негромко, от всей души надеясь, что речь не о том, о чем он думает, а Эгберт только снова улыбнулся в ответ. Интересно, у него скулы не болят? Впрочем, факт того, что Эгберта волновало каркатовское счастье, и его самого заставлял хотеть лыбиться. ==> Каркат, как и десятки раз до этого, пролистал фото, отправленные ему на почту, и прикусил губу. С каждым днем пользоваться чужим трудом было все более неловко — сам он к тому, на что тратил время, относился ужасно ревностно, — но чувак, вроде как, делал это добровольно, да и Каркат совсем не злоупотреблял, просто сверял ответы или использовал чужие конспекты (куда более понятные, чем его) для того, чтобы разобраться в особенно заковыритых темах. И все равно… Он нервно постучал пальцами по чехлу телефона. И что это вообще за аттракцион невиданной щедрости? Почему бы сам Каркат стал делать подобное, например? Он хорошо подумал. Ну, если бы кто-то из его друзей, кому это было важно, заболел или у них бы случилось что-то очень херовое, он бы определенно не пожадничал, но у Карката сейчас все было хорошо. Какие еще варианты? Из жалости? Ну нет, точно не до такой степени. Оставалось одно — каким-то абсолютно невиданным образом Каркат Наследнику нравился. Ну и-и-или тот хотел втереться к нему в доверие и начать использовать. Но тогда он неудачник, потому что чтобы втереться к Каркату в доверие нужно было гораздо больше. Рост в шесть футов, голубые глаза, кривые передние зубы и очки, например. Линзы во время матчей. Эх. От невольно напрашивающегося вывода становилось еще хуже — вроде как, тогда Каркат вообще пользовался чьими-то чувствами, пусть и не по своей инициативе, а сам он такого совсем бы не хотел. В плане… Нет, не хотел бы, и пусть Эгберт делает, что хочет. Каркат не будет перед ним унижаться. По крайней мере больше, чем уже унижается. Он потянулся за телефоном и глубоко вздохнул, прежде чем начать набирать сообщение: От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «СЛУШАЙ, ЭТО ПРАВДА ПОМОГАЕТ, Я НЕ БУДУ ВРАТЬ, И МНЕ ОЧЕНЬ ЛЬСТИТ, ЧТО КТО-ТО РЕШИЛ СДЕЛАТЬ ЧТО-ТО ХОРОШЕЕ ДЛЯ МЕНЯ, НО СЕЙЧАС СИТУАЦИЯ С УЧЕБОЙ ГОРАЗДО ЛУЧШЕ, ЧЕМ В КОНЦЕ ПОЛУГОДИЯ. Я НЕ ЗНАЮ, ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ, НО Я В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ БУДУ В ПОРЯДКЕ САМ ПО СЕБЕ. ТАК ЧТО, ТИПА, ТЫ МОЖЕШЬ ПЕРЕСТАТЬ. СЕРЬЕЗНО.» Ответ не заставил себя ждать. Серьезно, Наследник будто пялился на экран и ждал, что именно сегодня Каркат что-то заподозрит, что, конечно, не могло быть правдой.

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«если ты говоришь, что это помогает, тогда почему я должен перестать? все ок, я отстану от тебя, если ты правда этого хочешь, но мне не сложно скидывать тебе то, что я делаю так или иначе, и даже если ты не обращаешься к этому каждый раз, в конце концов оно поможет, а я хочу тебе помогать. не из жалости, я знаю, что ты справишься сам, а просто, типа, из желания сделать твою жизнь чуть проще.»

Что ж, тогда придется идти напролом. Каркат убрал руки от рта, чувствуя, как желание отгрызть кусок ногтя на безымянном пальце становится почти непреодолимым, и вернулся к этому, э… Диалогу? Люди называли общение по почте диалогом? Хм. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «Я ПРОСТО ВЫНУЖДЕН СПРОСИТЬ, ОТКУДА У ТЕБЯ ЭТО ЖЕЛАНИЕ, РАЗ ТАК. ТИПА. МОЖЕТ ЛИ БЫТЬ ТАКОЕ, ЧТО Я ТЕБЕ НРАВЛЮСЬ?» «ЕСЛИ НЕТ, ТО ПОШЕЛ Я НАХЕР, САМ ЗНАЮ, Я ПОЙДУ И ШАГНУ В ОКНО (НЕ СЕРЬЕЗНО), ЭТО ИДИОТСКИЙ ВОПРОС И Я ДОЛБАЕБ.» «НО ОН, КСТАТИ, НЕ СНЯТ.» «ВОПРОС».

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«блин, ты же в курсе, что четыре сообщения на почте подряд выглядят совсем не так красиво, как в новомодных мессенджерах?»

«да, приятель, я влюблен в тебя.»

«так странно говорить об этом напрямую, но я, вроде как, в почти полной безопасности. и ты не можешь меня отшить, потому что не знаешь, кто я. ура!»

Каркат раскинул руки и уставился в потолок. Бля. В него так давно не были влюблены. Нет, правда, последний раз это было с Непетой в шестом классе, и воды с тех пор утекло столько, что об этом не было и смысла говорить. Ощущение оказалось странным — неловким, неудобным даже, но при этом почти теплым, потому что… Потому что каким-то образом не для всего мира Каркат был худшим из худших. Не все ненавидели его. Кто-то смотрел на него, может, как он сам смотрел на Джона, хотел поцеловать, хотел обнимать его (или быть обнятым) или даже целовать… Сердце забилось чаще, но скорее от смущения, чем от радости. Что бы там ни было… От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ТОГДА Я ТЕМ БОЛЕЕ НЕ ХОЧУ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ТВОИМИ ЧУВСТВАМИ. ПРОСТИ, ЭТО ОЧЕНЬ МИЛО, Я НЕ ВЕРИЛ, ЧТО ТАКОЕ ВООБЩЕ ВОЗМОЖНО, НО Я НЕ НАЧНУ ЧУВСТВОВАТЬ ЛЮБОВЬ К КОМУ-ТО ВОТ ТАК ВОТ ВНЕЗАПНО, ДАЖЕ НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО НЕМНОГИЕ ИСКРЕННЕ ХОТЯТ СДЕЛАТЬ МОЮ ЖИЗНЬ ЛУЧШЕ. Я НЕ ХОЧУ ДАВАТЬ ТЕБЕ ЛОЖНЫХ НАДЕЖД.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«все хорошо, ты и не даешь. я знаю, что ты не из тех, кого подобное растопит. я и не пытаюсь. по крайней мере не этим ;)»

«как я и писал, я просто хочу самую малость позаботиться о тебе. если ты точно не хочешь, чтобы я тебе писал — я перестану, но если проблема не в домашке как таковой, а в том, что ты боишься меня обнадежить, не хочешь пользоваться моим трудом или еще чего — зря. я рад, что могу выбить тебе пусть даже пять минут сна. вот и все.»

Каркат почувствовал, как на губах против его воли расцветает легкая улыбка. Не из-за Наследника как такового, но… из-за вещей, которые он говорил. Ему очень не повезло, что чувства к Джону были одной из констант в жизни Карката, потому что иначе такого партнера нужно было отрывать с руками. Каркат даже попытался представить себя рядом с анонимным анонимом, счастливого, влюбленного такого, но… не-а. Может, когда-нибудь. Не сейчас. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ЛАДНО, ЕСЛИ ТЫ УВЕРЕН, ЧТО ВСЕ ОК, ТО Я БУДУ БЛАГОДАРЕН ТВОЕМУ ЖЕЛАНИЮ ПОМОЧЬ. ПРОСТО НЕ ВОСПРИНИМАЙ ЭТО КАК СОГЛАСИЕ НА ОТНОШЕНИЯ ИЛИ ЕЩЕ ЧЕГО.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«я рад, что мы друг друга поняли.»

Наследник этой своей абсолютной расслабленностью болезненно напоминал Эгберта, и Каркат даже задумался, что можно было бы предложить тому дружбу. А что, в конце концов, жизнь доказала, что у Карката кинк на безалаберных идиотов, почему бы не заиметь такого еще и в качестве приятеля? А еще он почти наверняка был парнем — не то чтобы девушка не могла называться наследником вместо наследницы, но… у нее же должны были быть причины выбрать именно такой ник. Например, мужской пол. Довольно очевидная причина. Странно было представлять, что в этой школе был еще хоть один млм-представитель помимо уже известных Каркату, но… Ну, две тысячи двадцать первый год, Америка. Нашел чему удивляться. Гораздо больше шокировало то, что среди Эгбертов, Страйдеров, Нитрамов и всех остальных фантазий нормальных мужчин, этот почему-то захотел Карката, злого, глупого и не самого привлекательного. Несчастный. Может, он просто выбрал того, кто казался наименее требовательным, например? Типа, пригляделся и понял, что Каркат таким не балованный, поэтому решил, что склеить его не составит труда. А по Каркату еще и видно, наверное, какие там у него предпочтения во всех планах, так что… Нет, фу. И с дружбой тоже глупо — Каркат не понаслышке знал, как больно бывает даже просто болтать с уродом, которого больше всего хочется увести из людного коридора и прижать к себе. …Неужели его хотели увести из коридора и прижать к себе? Парень? Который как минимум похож на самого заботливого человека (после Канайи), когда-либо встреченного Каркатом? От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «Я ПОНИМАЮ, ЧТО ВОПРОС НЕ ОЧЕНЬ ТАКТИЧНЫЙ, НО ВСЕ РАВНО РИСКНУ, ПОТОМУ ЧТО У МЕНЯ НЕТ МОЗГОВ. ТЫ ГЕЙ? Я ОЧЕНЬ УДИВЛЮСЬ, ЕСЛИ ТЫ ОКАЖЕШЬСЯ ДЕВУШКОЙ, ХОТЯ И ГЕИ В НАШЕЙ ГЛУБИНКЕ — ЧТО-ТО ВПЕЧАТЛЯЮЩЕЕ.» Ответ не приходил долго, и Каркат даже успел загнаться, что должен был либо молчать, либо сформулировать вопрос гораздо тактичней, когда Наследник, наконец, отозвался.

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«я не знаю. если честно, я очень долго боролся со своими чувствами и отказывался признавать их, пока моя друзья буквально не ткнули меня носом в то, что я пускаю на тебя слюни. это было немножко смешно и пиздецки страшно. я не уверен, почему, может, школа сказалась, но для меня принять и начать что-то делать с этими чувствами было огромным достижением. тем не менее, отвечая на твой вопрос, я раньше влюблялся только в женщин и никогда — в мужчин, так что я, кажется, каркатосексуал. правда. ну, если серьезно, то би, но с другой стороны, на данный момент меня не привлекает никто, кроме тебя. такая ориентация есть? наверняка есть, но я не профи. и мне в любом случае проще сказать, что я би, чем объяснять это каждому, кто спросит.»

«но признаваться в этом напрямую… я понимаю, что это плохо, но пока что это, типа, проседающая часть моей рефлексии. не потому что мне стыдно или еще чего, просто если спросить у меня такое вживую, я либо смотаюсь, либо переведу тему, либо, не знаю, расплачусь и совру. я не знаю, почему так. сейчас уже лучше, чем раньше, конечно, но, как ты понимаешь, такое сложно практиковать на деле.»

Больше Наследник ничего не написал, и Каркат поджал губы, невольно проникаясь симпатией к дураку, который ради него умудрился взяться за такую гигантскую хуйню, как копание в себе. Каркат знал, как это бывает. Ничего приятного. И все же, вау. Если он не пиздел (а ужасно хотелось верить, что он не пиздел, да и придумать такую историю про внутреннюю гомофобию, не испытывая ее, мог не каждый), то в Карката правда был влюблен адекватно соображающий человек. Охренеть. Он вытер вспотевшие ладони и принялся набирать ответ. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «БЛЯ. ПРОСТИ, ЧТО ЗАДЕЛ ЗА ЖИВОЕ, Я НЕ ХОТЕЛ. ЕСЛИ ЧЕСТНО, ОТСТАВЛЯЯ В СТОРОНУ ТО, ЧТО ПРИЧИНОЙ ВСЕГО ЭТОГО КАКИМ-ТО ОБРАЗОМ СТАЛ Я, ЧТО ОЧЕНЬ СМУЩАЮЩЕ И ЕБАНУТО, ТЫ ОХУЕННЫЙ. Я ПОНИМАЮ, КАК СЛОЖНО ЭТО БЫВАЕТ — ПРИНЯТЬ В СЕБЕ ТО, ЧЕГО ТАМ БУДТО БЫ НИКОГДА НЕ БЫЛО. НО ОНО БЫЛО ВСЕГДА, ПРОСТО ЖДАЛО МОМЕНТА ДАТЬ О СЕБЕ ЗНАТЬ. «ГЕЙ» ИЛИ «БИСЕКСУАЛ» — ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ НАБОР БУКВ, ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО «БРЮНЕТ», НАПРИМЕР. Я НАДЕЮСЬ, ЧТО ТЫ СМОЖЕШЬ РАЗОБРАТЬСЯ С ХУЙНЕЙ В СВОЕЙ ГОЛОВЕ В КОМФОРТНОМ ДЛЯ СЕБЯ ТЕМПЕ.» «УГУ?»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«каркат, ты невероятный. ужасно, что я не могу говорить тебе об этом постоянно, особенно в жизни. когда я вижу тебя, у меня сердце коротит от желани»

«Я СЛУЧАЙНО ОТПРАВИЛ»

«О БОЖЕ. ТЫ НИЧЕГО НЕ ЧИТАЛ.»

Каркат поймал себя на том, что улыбается, но не стал париться по этому поводу — это было смешно. И довольно трагично, потому что если такое случалось с Каркатом, он начинал рассматривать быстрый суицид как вариант. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ОБЫЧНО Я БЫ ТЕБЯ ЗАСТЕБАЛ, НО, ПОЖАЛУЙ, МНЕ ПРАВДА ЛУЧШЕ НЕ ЗНАТЬ, ЧТО ТАМ У ТЕБЯ ЗА ЖЕЛАНИЯ.» «НО ТЫ ВСЕ РАВНО ЛОХ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«хнык.»

==> А потом, в один из дней, когда Каркат уже перестал всматриваться во всех, кто задерживал взгляд на нем больше, чем на секунду, и подозревать в них Наследника, смирился с тем, что Эгберт серьезно начал воспринимать его как по меньшей мере товарища, и вдруг осознал, что теперь, разговаривая с ним, чувствовал не стыдливую панику, а приятное теплое волнение, произошло это. Это. Самая трагичная, самая дурацкая и самая анимешная вещь. Джон запнулся о скамейку, как неуклюжий слонопотам, коим он и являлся, и свалился прямо на Карката, едва успев подставив руки. Как во всех дорамах, которые Каркат смотрел, обливаясь соплями. Как во всех седзе-аниме. Единственное, что отличало ситуацию от фантазии неумелой фикрайтерши — Эгберт был мокрым. Да-а, возможно, это все требовало большего погружения в ситуацию. Итак. Все произошло тогда, когда Каркат с Джоном остались в мужской раздевалке вдвоем. Физкультура была последним уроком, тренировок ни у одной из школьных команд не намечалось, и вообще, сегодня они задержались, но даже несмотря на это, Каркат вряд ли бы остался здесь последним, если бы не Эгберт. Джон всегда переодевался ужасно медленно, и Каркат не мог на это пожаловаться — каждая совместная физра сполна обеспечивала его дроч-контентом на ближайшую неделю, потому что Джон, словно и сам то ли ждал кого-то, то ли пялился (Каркат не мог утверждать, что это не так — он, увы, делал перерывы в глазении, потому что боялся спалиться), мучительно медленно стягивал влажную футболку, запихивал ее в спортивную сумку и в таком виде направлялся к душевым. Через пару минут (в течение которых Каркат торопливо менял треники на джинсы) он возвращался и нырял в новую чистую футболку, обтягивающую его точно так же, как и прошлая — кажется, появление в моде оверсайза Эгберт проспал. Что ж, ему же лучше — было бы ужасно глупо прятать такое тело под огромными шмотками, как это делал Каркат. И вот, сегодняшний день не отличался от предыдущих. Джон надевал свои драгоценные длинные шорты, Каркат делал вид, что смотрится в зеркало, хотя на деле косился на Эгберта, а затем случилось то, что случилось. Бам! — Ай! — взвизгнул Каркат и болезненно зашипел. Несмотря на то, что упал он на задницу, а не затылком в пол, приятного все равно было мало. Кроме того, Эгберт, словно исправляя оплошность, неуклюже подался вперед и окончательно прижал Карката к полу. Хм. Что ж, с этим можно было рабо… Нет. Нет, нельзя. Совершенно. — Эгберт, ты больной? Какого хера ты?.. — он вскинул взгляд и замер на полуслове — Джон смотрел на него огромными пустыми глазами, словно был совсем не здесь, и хотя в груди что-то дрогнуло от тревоги за придурка, низ живота сладко стянуло. Черт побери этих шикарных мужчин и подростковые гормоны! — Эй, ты чего, совсем того? Ударился? Джон медленно моргнул и облизнулся. Тяжесть в животе разлилась жаром еще ниже, словно лопнул целлофановый пакет с горячей водой. — Я, э… Нет. Прости. Руки… Отбил. Чуть-чуть. И колени. — Ну, это не ново. Тебе не впервой иметь дело с отбитыми частями тела, — констатировал Каркат и дернулся, как бы намекая, что пора бы перестать морозить почки о пол. Джон не двинулся. — Алло? Подъем? Мне будильник включить? — Кхм, возможно, эм, ну, возможно, нам нужно полежать так еще чуть-чуть. В плане! Ну! — Джон забегал взглядом, но Каркат не мог оценить это сполна — неловко уставился вбок. Лицо Эгберта так близко вызывало в нем слишком много эмоций. — В коридорах все равно сейчас толпа. Каркат глупо кивнул, потому что черта с два он откажет Джону, который сам предлагает такое, и только потом подумал головой. С чего бы в коридорах быть толпе? Они уходили из школы чуть ли не последними. Это он и озвучил Джону. Очень необдуманно, потому что Эгберт мгновенно дернулся и пошел на попятную, и Каркату пришлось остановить его самому. Натурально остановить — схватить за плечи. Джон в мгновение снова оказался над ним. Бля-я-я. — Э, коридоры, конечно, пустые, но, м-м… Я… Ну, знаешь, нам же рассказывали, типа, после падения лучше не вставать, особенно если головой ударился… — Но мы же не ударились? — уточнил Джон автоматически и мгновенно осекся: — Но, э, ну, ты прав, типа, мы ведь… — и его тело вдруг опустилось на каркатовское почти полностью. Каркат проскулил не столько от тяжести, сколько от страха, что у него вот-вот встанет. — Руки устали, — объяснил Джон торопливо. — Но… тебе холодно? — вроде как констатировал он, но так неуверенно, что это прозвучало совсем как вопрос. — И так будет теплее? Каркат хотел, чтобы это кончилось, а еще чтобы оно не кончалось никогда. Он совсем расслабился, и теперь это почти напоминало объятия. Уже даже неважно было, что Эгберт наверняка совсем-совсем ничего не понимает, наивный дурак, в то время как Каркат судорожно придумывает причины остаться так подольше. Идиот идиотом, что с него взять. Дурная башка. — Ты тяжелый, знаешь ли, — проворчал Каркат беззлобно, и Джон, что, блять, происходит, Джон вдруг навалился, обнял его за талию и перевернул. И теперь Каркат лежал на нем. Абсолютно и бесповоротно. Лежал на парне своей мечты. — Х-холодно. Тебе, — объяснил тот непоколебимо, и Каркат кивнул. Ему теперь всю жизнь будет холодно, если это равняется поводу для такого. Неужели Джон и правда согласен вести себя так со всеми, кому по его мнению холодно? Серьезно? Мог ли Каркат тогда совсем обнаглеть и?.. Он выпрямился, разместил коленки по обе стороны от эгбертовых бедер (крепких, подтянутых бедер) и удобно их оседлал. — Так удобнее, — пожал плечами Каркат, стараясь звучать уверенно. Тут надо как с собаками — главное, чтобы они не почуяли страх. Только в данном случае откровенный наеб и возбуждение. — Вообще без вопросов. — Чужой чуть хриплый голос вызвал у Карката волну мурашек. Господи, ну нельзя же так, нельзя же быть таким… — К твоим услугам. Джон смотрел на Карката. Каркат смотрел куда угодно, но не на Джона. И в тот момент, когда его локтей вдруг осторожно, неуверенно, совсем не по-эгбертовски коснулись определенно эгбертовские руки и неловко поползли вниз к ладоням, а Каркат перевел взгляд на чужое лицо и совсем замер, даже не дышал, ошарашенный тем, каким… нежным что ли был взгляд Джона, за дверью раздались шаги. Они отлетели друг от друга так быстро, что где-то на улице птицы наверняка замерли в полете. В раздевалку вошел смуглый зеленоглазый парень, слегка напоминающий Эгберта, и бодро помахал ему. — Джон, дружище, вот ты где! А мы все гадали, куда запропастился наш старый добрый парнишка! Уж не видал ли ты… Каркат рвано вдохнул, подхватил рюкзак и торопливо направился к выходу, а стоило двери за ним захлопнуться, перешел на бег. Что, блять, это было. ==> — Нужна подсказка? — дружелюбно поинтересовался Эгберт. Каркат ойкнул от неожиданности и вскинул на него взгляд. — По моему скромному мнению, это шоколад. А ты уже две минуты смотришь на него так, словно нашел чертежи по ракетостроению. — Эгберт, блять, если умный такой, иди попреподавай два плюс два личинкам в началке, у меня как раз напротив дома младшая школа, — прорычал Каркат, осторожно снимая обертку с, очевидно, шоколада, — я на дебила похож? Я знаю, что это! А еще я знаю, что определенно не клал шоколад в свой шкафчик! Бля, Джон, — его взгляд метнулся к парню рядом, — ты… — Каркат сглотнул, убедился, что Джон достаточно близко, и тихо спросил: — как думаешь, кто-то может ненавидеть меня так сильно, что он, ну… сделает что-то? Типа, там внутри что-то подсыпано? Или засунута иголка, например? — Каркат! — ужаснулся Джон. Он уставился в чужое лицо, словно не верил, что Каркат говорит серьезно, но во взгляде напротив не было ни намека на усмешку. — Господи, нет, тебя никто не ненавидит, какого черта? С чего бы? Ты… — он замялся, — умный, и заботливый, и с тобой есть, о чем поговорить, даже если манера общения у тебя специфическая… Каркат почти не обратил внимания на комплименты, ради которых раньше бы убил. Он знал, что не был хорошим человеком, знал, что людям не нравятся такие, как он, нелюдимые и грубые, и этот странный чересчур добрый жест заставил его охеренно перенервничать. И хотя спрашивать подобное у Эгберта было стыдно, Каркат хотя бы мог врать себе, что его не убьют прямо тут — Эгберта любили. — Откуда мне знать? Популярностью я не пользуюсь, зато поводов отыграться на мне у жизни — не пересчитать, — хмуро заявил Каркат, осторожно отламывая дольку от шоколадки. Ничего подозрительного в ней, кажется, не было, но уже накрученный мозг не хотел останавливаться и все генерировал варианты или жуткого позора, или смерти — даже руки подрагивали. Бля, ему точно надо проверить голову, причем поскорее. — Ты… — выдохнул Джон, и вдруг стиснул его в объятиях — Каркат едва успел ошарашенно охнуть, а затем совсем отключился. Эгберт обнимал его крепко, но бережно, просунув свои руки под чужими, и сильно пах своим дурацким одеколоном. Вкусно. Впрочем, стоило Каркату снова начать паниковать, но уже по другому поводу, Джон отстранился. — Почему ты вообще первым делом подумал про это? Ты не думаешь, что это мог быть, ну, например… — он задумался, — поклонник? Кто-то, кому ты нравишься? Каркат хмыкнул. Не то чтобы он не подумал про это, конечно… Был ведь один почитатель (фетишист, наверное) (и то не факт, что тот все еще им оставался, хотя домашку скидывал исправно), но он никогда не проявлял себя где-то помимо электронной почты. Вряд ли это был Наследник, верно? Сложно было вообще представить Наследника реальным человеком, а не набором букв, если так подумать… — Эгберт, я мыслю логически, и в данный момент жизни соотношение моих фанатов и моих ненавистников явно не один к одному! — поделился Каркат. — Вот ты можешь поклясться, что я после этого не помру кому на радость? Джон обреченно застонал, нагнулся и выхватил подтаявший кусочек шоколада из чужих пальцев зубами. В мгновение, совсем легонько коснувшись ртом кожи. Может, Каркат уже тоже попробовал, и у него начались глюки?.. — Шоколад как шоколад! — Джон отобрал у замершего, как кошка перед собакой, Карката всю плитку, отломил от нее еще кусочек и сунул тому в рот. Каркат не сказал и слова против — на автомате послушно разомкнул губы, отшатнулся и прожевал. И правда, шоколад как шоколад. Хм. — Все у тебя не как у людей, а. А если в любви будут признаваться, то что, решишь, что это отвлекающий манер, а на крыше снайпер? Каркат отжал свою еду обратно, уже более смело сунул в рот еще один кусочек и хмуро сообщил: — Последнее, во что я поверю — в признание в любви. Я же не идиот. — С каждой секундой я согласен с этим все меньше, — пробормотал Джон и заслужил легкий, едва ощутимый подзатыльник. Интересно, с каких пор стало не страшно дать Эгберту подзатыльник? ==>

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

[11 фотографий]

«каркат, ты правда считаешь, что кто-то хочет тебе навредить?»

Каркат обреченно застонал и уткнулся носом в подушку. Последний час он сходил с ума от презрения к себе и ужасного стыда — какого хрена он вообще нес Эгберту? Сходил с ума из-за какой-то шоколадки, как полное говно, пока его, на минуточку, возлюбленный терся рядом, обнимал его, кажется, даже комплименты говорил, пихал пальцы ему в рот и вообще! Будь он хоть на полпроцента умнее, ни за что бы не упустил это, а по итогу? Идиот идиотом! Позорище! Подмывало даже написать Джону и извиниться, но… В конце концов, разве его должно волновать? Это будет еще страннее — извиняться за то, что Эгберта и не касается. Впрочем, идея была только отложена, а не отменена окончательно, так что Каркат позволил себе рассмотреть разные варианты. А пока нужно было разобраться с Наследником. Странно. Казалось, что в тот момент никого рядом не было, так что вряд ли он мог подслушать разговор, но с другой стороны, Каркат паниковал так, что почти не отреагировал на объятия Эгберта, а это явно значило, что он был не в себе, так что неудивительно, что он не заметил незнакомца вдалеке. Все вокруг расплывалось — существовал только Джон и собственный дурацкий шкафчик, так что… Бля. Получается, подарок все же был от Наследника? Он такое позорище, это просто кошмар, какой же стыд… От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «НЕ НАДО.» «ЭТО ВЕДЬ СДЕЛАЛ ТЫ, ДА?» Ответ пришел быстро, но не мгновенно, словно Наследник напечатал его, а затем долго не мог нажать кнопку «отправить».

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«да. я не обижен или еще чего, чтобы ты знал, просто это очень… я не знаю. я не ожидал такой реакции. я же буквально признался тебе напрямую, почему вариант, о котором ты стопроцентно в курсе, показался тебе настолько странным?»

Каркат содрал сухую корочку с губы и облизнулся, чувствуя неприятный привкус крови во рту. Фу. С одной стороны, он не просил об этом, так что Наследник сам виноват, что делает вещи, не думая о последствиях, но с другой… тот ведь, вроде, хотел как лучше? Да и откуда он мог знать? Девяносто девять из ста людей будут рады такому вниманию, а не как Каркат… Он вздохнул и принялся печатать. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «БЛЯТЬ, ЛАДНО, СЛУШАЙ, МНЕ ЖАЛЬ, ЧТО Я ПОВЕЛ СЕБЯ, КАК ЭГОИСТ И ПРОСТО ДОЛБАЕБ (ХОТЯ ПО ПОВОДУ ВТОРОГО НЕ ОЧЕНЬ, ПОТОМУ ЧТО Я И ПРАВДА ДОЛБАЕБ, И ТЕБЕ БЫ БЫТЬ В КУРСЕ). ПРОСТО ЧТОБЫ ТЫ ПОНИМАЛ, С КЕМ СВЯЗАЛСЯ — МЕНЯ ПЕРЕКИДЫВАЛИ ИЗ СЕМЬИ В СЕМЬЮ, КАК МЯЧ В ГОРЯЧЕЙ КАРТОШКЕ, НАЧИНАЯ С ПЯТИ ЛЕТ, И В СООТВЕТСТВИИ С РАСПОЛОЖЕНИЕМ СЕМЕЙ ПЕРЕКИДЫВАЛИ ПО ШКОЛАМ. И НЕ ВСЕ МОИ ОПЕКУНЫ, ВЫНУЖДЕННЫЕ СИБЛИНГИ И ОДНОКЛАССНИКИ БЫЛИ ДРУЖЕЛЮБНЫМИ.» «ЕСЛИ КОНКРЕТНЕЕ, ПАРУ РАЗ СЛУЧАЛОСЬ ТАКОЕ, ЧТО В МОЕМ ОБЕДЕ ОКАЗЫВАЛИСЬ НЕ СОВСЕМ СЪЕДОБНЫЕ ВЕЩИ. И ЕЩЕ ПАРУ РАЗ СЛУЧАЛОСЬ ТАК, ЧТО КОГДА МНЕ КАЗАЛОСЬ, ЧТО ЛЮДИ ПРОЯВЛЯЮТ ДОБРОТУ, ВСЕ ЗАКАНЧИВАЛОСЬ ОЧЕНЬ ХУЕВО.» «ПОЭТОМУ Я ЗАПАНИКОВАЛ.» «МНЕ ВСЕ РАВНО ЖАЛЬ, ЧТО Я РАНИЛ ТВОИ ЧУВСТВА, ПОТОМУ ЧТО, ОЧЕВИДНО, ЭТО ВСЕ ТЕБЯ ВООБЩЕ НЕ КАСАЕТСЯ, НО ПРОСТО ЧТОБ ТЫ ЗНАЛ. ЭТО НЕ ПОТОМУ, ЧТО Я НЕ ВОСПРИНИМАЮ ТЕБЯ ВСЕРЬЕЗ, ЛАДНО?» «P.S. ВЕСЬ ЭТОТ ТЕКСТ НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО Я ТЕПЕРЬ В ТЕБЯ ВЛЮБЛЕН. НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ПОНЯЛ ВСЕ НЕ ТАК. Я ПРОСТО УВАЖАЮ ТВОИ ЧУВСТВА, ДАЖЕ ЕСЛИ ОНИ МНЕ МЯГКО ГОВОРЯ НЕПОНЯТНЫ.» С тяжелым выдохом он отбросил телефон, щелкнул кнопкой сбоку, чтобы включить звук уведомлений, и прикрыл глаза. Сейчас все было нормально — Джек определенно не желал ему зла нарочно (и все предложения потыкать в ладонь ножом были для него правилом, а не исключением), в школе, наконец, нашлись друзья, а остальные ученики как минимум не делали попыток его унизить или ранить, так что… Да. Волноваться было не о чем. Просто некоторые вещи тяжело забывались. Каркат обнял одеяло и почти уже уснул, когда телефон, наконец, звякнул уведомлением.

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«я бы очень хотел извиниться лично, но не могу сделать этого по крайней мере сейчас, поэтому пытаюсь обойтись текстом, и получается не очень. каркат, мне очень-очень-очень жаль, абсолютно серьезно. я и подумать не мог, что все окажется так, хотя мне определенно стоило рассмотреть варианты, а не упереться в то, что всем обязательно подобное нравится. я знаю, что это дает мало, но, клянусь, я не хочу навредить тебе. если честно, совсем наоборот, я хочу, чтобы ты чувствовал себя хорошо.»

«и никто в школе не хочет испортить тебе жизнь. я знаю очень многих, поэтому могу быть вполне уверен. все знают, что тебя есть кому защитить.»

«ну, в плане, дейву, например. или гамзи.»

Каркат невольно улыбнулся. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «АГА. Я ПОСТАРАЮСЬ ДУМАТЬ ОБ ЭТОМ ЧАЩЕ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«постарайся.»

Больше от него ничего не пришло, и Каркат, отчего-то расстроенный, уже было потянулся, чтобы встать с кровати и пойти учиться, но телефон снова звякнул.

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«я хотел бы сказать, что все это остановило меня, но тогда я совру. если я передам тебе что-нибудь еще раз, ты будешь против?»

От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ГОСПОДИ. НЕТ, НЕ БУДУ, НО ТЫ ТРАТИШЬ ВРЕМЯ ЗРЯ. Я УЖЕ ВЛЮБЛЕН, ПОНИМАЕШЬ? И Я И САМ НЕ В СИЛАХ СВЕСТИ ЭТУ ХУЙНЮ НА НЕТ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«я и не ожидал, что будет легко.»

==> На следующий день в шкафчике лежали два билета в кино на четверг, то есть сегодня. Каркат недоуменно поморгал, вчитался в текст на них и обессиленно прислонился к ряду железных дверц. «Десять причин моей ненависти». Он обожал «Десять причин моей ненависти». От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «А) ПОЧЕМУ ИХ ДВА; Б) Я НЕ ПОЙДУ С ТОБОЙ… НАВЕРНОЕ. НЕ ЗНАЯ, КТО ТЫ ТАКОЙ, ТОЧНО НЕТ; В) ГДЕ, БЛЯТЬ, ПОКАЗЫВАЮТ ТАКОЕ СТАРЬЕ?»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«а) потому что я хотел оставить тебе выбор, не пойти ли с другом. ты можешь или сдать, или передарить, или использовать второй билет по назначению, дело твое. б) я и не надеялся. в) там есть адрес. мне просто попался постер в инстаграме, и я знал, что тебе понравится».

Каркат достал учебник по французскому, захлопнул шкафчик и спустя минуту уже удобно устроился на полу у кабинета. У него еще было время до звонка. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «А ЕСЛИ Я ПОЗОВУ ТОГО, КТО МНЕ НРАВИТСЯ? КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТАКОЙ ДОБРЫЙ? ТЫ ВЕДЬ НЕ МОЖЕШЬ ЭТО КОНТРОЛИРОВАТЬ.» «И ПОЧЕМУ ТЫ РЕШИЛ, ЧТО ИМЕННО ЭТОТ ФИЛЬМ МНЕ ЗАЙДЕТ?» Каркат довольно тщательно скрывал любовь к подростковой романтике, так что… Если бы Наследник знал, пришлось бы сделать вывод, что они либо все же были знакомы лично, либо тот очень пугающе за ним следил, и тогда им определенно пора было заканчивать общение. Бр-р. Несмотря на то, что и первый вариант настораживал, второй был еще хуже.

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«зови кого хочешь. это твое право. к тому же, не хочу нагонять тоску, но как показывает практика, то, что ты проявляешь инициативу, еще не значит, что в тебя мгновенно влюбятся, так что если твои чувства взаимны, мне все равно нечего ловить, и никакие билеты не помогут. и я не уверен, что тебе зайдет фильм, просто «10 причин моей ненависти» звучит очень похоже на тебя. хе-хе.»

Каркат вернул себе серьезное выражение лица — когда он улыбался, неровные клыки вылезали на нижнюю губу и он выглядел как какой-то тролль, а это явно не тот вид, в котором стоит появляться в школе. Наследник был прав — Катарину Каркат чувствовал почти на молекулярном уровне. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «СПАСИБО.» — А кто это у нас в кои-то веки выглядит счастливым? — раздалось слева от него, и Каркат выверенным до миллисекунды движением заблокировал телефон. — Привет. — Бонжур всем Котам Нуарам и остальным несчастным, — добавил второй голос. Каркат посмотрел сначала на Джона, который что-то проверял в телефоне, а затем на Страйдера за ним. Парочка удобно расположилась рядом (удобной в понимании Эгберта, видимо, была та позиция, которая занимала наименьшее место в пространстве, следовательно почти вплотную рядом с Каркатом). Сердце забилось сильнее — вот же, у него буквально было два билета, Страйдер болтал со своим братом, а Эгберт, высунув язык от усердия, играл в Crossy Road и определенно мог отвлечься для короткого разговора. Внутри все равно было неспокойно — каким-то грубым казалось позвать на околосвидание парня, который тебе нравится, за деньги человека, которому нравишься ты, но… Наследник был прав, в конце концов, Эгберт же не влюбится в него на пустом месте? А хорошо бы было — один фильм, пусть и совершенно гениальный, и пока-пока, кое-чья гетеросексуальность… Каркат тихо вдохнул. Выдохнул. Опять вдохнул. Поерзал. Попытался составить в голове речь, но уплыл мыслями в то, что они с Джоном могли бы делать, окажись они вдвоем на последних рядах в кинотеатре… Ну вот, опять. До звонка оставалось буквально две минуты. Время шло. — Эгберт, — негромко позвал он. Тот дернулся и поставил игру на паузу, прежде чем обернуться на Карката с вопросительным мычанием. Каркат прикусил губу. — Что ты делаешь сегодня вечером? Странным образом на лице Джона сначала отразилось такое удивление, будто Каркат предложил поиметь его прямо здесь (не то чтобы он не хотел этого…), а затем… понимание? С другой стороны, каким образом лицо человека вообще может быть таким, ну, осознавшим, будто пазл сошелся? Наверняка это было что-то другое, что Каркат просто так странно понял… — Э-э, ничего, ничего не делаю, я свободен, а что? — отозвался он нервно. Что ж, если уж Джон оказался свободен от тренировок, встреч с миллиардом своих друзей и других мифических эгбертовских дел, сама судьба была на стороне Карката. Он неловко выудил из сумки билеты и протянул их Эгберту. Тот аккуратно зажал их между пальцами и поднес ближе к глазам, читая надписи. — Не спрашивай, как, но у меня оказалось два билета, и так как я не знаю никого больше, кто любил бы фильмы, хотя это, в отличие от твоей хуйни, что-то действительно достойное внимания, я подумал… Может, ты… Хочешь сходить со мной? Типа, не то чтобы у меня больше не было вариантов, я могу позвать Джека, например, — он точно не может, — но… надо же приобщать тебя к культуре, да? Короче, ты понял, — спутанно пояснил Каркат, боясь даже посмотреть на Джона. Блять, он же ненавидит ромкомы. А вдруг он откажется? Нет, он точно откажется, надо было написать ему хотя бы, а не вот так в лоб, еще и в публичном месте, чем он вообще ду… — Да, было бы круто. Я, конечно, сомневаюсь, что он хоть сколько-то сравнится хоть с одним фильмом с Кейджем, но учитывая то, что их я знаю наизусть… Каркат нерешительно посмотрел на Джона и внезапно обнаружил, что тот покраснел. Правда покраснел! С чего бы ему?.. Боится, что его застанут на ромкоме с пар… О боже. Блять. Блять. Блять. Отмена-отмена-отмена, он буквально предложил пойти вместе на ромком парню, а если там еще и билеты не в середину зала, а в конец… — Э-это не свидание, ладно? Я только сейчас понял, как это выглядит, но, серьезно, я не предлагаю ничего такого, просто мне, типа, нравится этот фильм, это не значит, что мы должны там… на нем… в плане, я не против, если мы будем, но!.. О боже. Забудь обо всем, что ты только что услышал, к херам, — потребовал Каркат и спрятал лицо в ладонях. Джон неловко рассмеялся и встрепал его волосы. Легче не стало. — Хорошо, я понял, что ты пока не определился. Но обязательно дай мне знать, должен ли я вести тебя туда за руку, а то мой папа убьет меня за недостаточную джентльменность, — поделился Эгберт, и Каркат недоверчиво взглянул на него сквозь щель между пальцами. Джон смущенно улыбался. Это шутка была такая? Или… Или Эгберт правда был не против свидания с ним? Каркат открыл рот, и прозвенел звонок. ==> — Каркат, — прошептал Джон в ухо Каркату, и тот едва не взвыл. Он сходил с ума. Ехал крышей. Слетал с катушек. И все потому, что Джон Эгберт сидел по левую руку от него в фактически пустом зале пусть и не на последнем в принципе, но на последнем из занятых рядов, и разговаривал исключительно тихим-тихим шепотом на ушко. «Тихим-тихим» означало то, что слова угадывались фактически по одним только согласным, когда губы Эгберта размыкались с тихим выдохом, а язык тихо щелкал о небо, а «на ушко» — то, что несколько раз он буквально неумышленно целовал Карката в мочку. Это было чудесно и мучительно одновременно. Каркат пока не понял, что больше. — Ты когда-нибудь встречался с кем-нибудь? — спросил он, пока Бьянка на экране психовала из-за отцовских правил. Каркат облизнул сухие губы, раздумывая, не приврать ли ему. Покосился на Эгберта и решил отвечать честно. — Можно сказать, что нет. Вряд ли стоит считать шестой класс. И только попробуй сказать, что это странно! Я просто не хочу тратить время на… ну, несерьезные вещи, — отозвался Каркат тихим голосом, потому что нет, нахрен, он точно не сможет спокойно вещать Джону в ухо, к тому же, ближайшие зрители были в трех рядах от них. Эгберт угукнул, улыбнулся и вновь уставился на экран, будто такие вопросы были абсолютной нормой. Хотя, может, они и были? Типа, это же обычная пацанская тема — скольких перетрахал и все такое… Фу. Каркат надеялся, что Джон не относил себя к такому роду парней. — Это некрасиво, — заявил Эгберт минутами позже, — он должен был поцеловать ее хотя бы в щеку! Я бы тоже расстроился, если бы такое случилось со мной. Особенно если бы я был пьяным… — его тон стал задумчивым — видимо, пьяный Джон был отдельным подвидом эгбертологии, который Каркат еще не успел познать. Каркат хмыкнул в ответ. — Это показывает то, что он не хочет пользоваться ее состоянием, дубина! Но я бы… тоже расстроился, — признал он недовольно. — Впрочем, учитывая то, как Патрик будет возмещать… — Цыц! — Джон накрыл его губы ладонью. — Не смей спойлерить! И Каркат был рад, что его успели установить, потому что ошарашенный выходками киногероев Джон, на которого он косился краем глаза, был прекрасен. — Она ведь еще узнает, что Патрику изначально платили, да? — поинтересовался Эгберт, когда дело и так шло к развязке. Несчастные полтора часа фильма, казалось, превратились в пол, потому что трещал Джон без умолку. Каркат угукнул. — Бля. Бедная. — Каркат угукнул еще раз. — Я бы повесился, если бы узнал такое, — пробормотал он по привычке и мгновенно осекся, осознав, что Джон относился к тем людям, которые находили самоубийство не слишком веселым. Что ж. — …Не узнал бы. Любой человек в здравом уме оторвет тебя с руками и еще сам заплатит, — отозвался Джон, и Каркат недоверчиво уставился на него. Щеки налились румянцем — он это серьезно? Неужели очередная дружеская поддержка? Или… Или тот вброс про свидание был все же основан на реальных событиях? Рука Джона, бесконечно ерзающая, — то лежащая на подлокотнике, то снова с него сползающая, то еще что, — внезапно нашла ладонь Карката и легонько сжала. Сердце подскочило куда-то в горло. Нет, это определенно не по-дружески, не может же быть, что это Эгберт так морально поддерживает, да ни один гетеро так не делает! Каркат чуть согнул пальцы в ответ. — Каркат, — позвал Джон чуть громче, чем до этого, и отстранился. Каркат повернул голову. Джон смотрел на него, подсвеченный картинкой с экрана — Кэт читала стихотворение, которое Каркат мог повторить наизусть, даже если бы его подняли с кровати в середине ночи, что, впрочем, не значило, что у него в носу не щипало. Он шмыгнул носом и протянул вопросительное «м-м?». — Я… Просто ты… Я… Черт возьми, как сложно. Каркат облизнул губы и подался совсем каплю ближе, не в силах терпеть, а затем и вовсе закрыл глаза… и в зале загорелся свет. Взял и загорелся свет. Эгберт дышал ему в рот. — Да вы, блять, издеваетесь? — прорычал он, и Каркат обреченно рухнул в кресло. Хотелось расплакаться — вы там что, в глаза долбитесь, у них был момент, все шло явно туда, куда надо, впервые за семнадцать лет его жизни, и ведь надо же было!.. — Пожарная тревога! — прокричали из дверей зала. — Оставляйте вещи и на выход! Не толпитесь! Не паникуйте! Поделом этому месту. ==> — Мы не досмотрели фильм, — сказал Джон, когда они в целости и сохранности выбрались из здания. Внутри и правда пахло гарью, но дым до их этажа не добрался, хотя после выхода на улицу Каркат все равно подозрительно осмотрел Джона — уж не надышался ли чем, дурак, с высоты своего роста. Тот, впрочем, выглядел нормально, разве что румянец все еще не спал. И это доказывало, что Каркату не показалось. Что все было реальным. Что они правда почти… Если бы они не почти, а совсем, то Каркат бы уткнулся лицом в куртку Эгберта и запищал, но, увы, они всего лишь почти. И это все еще наибольший прогресс в его жизни! — Там осталась буквально минута. Посмотри на телефоне или я перескажу, пока идем к остановке, — предложил Каркат, стараясь выглядеть как обычно. Наверное, его настрой все равно был нетипично позитивным. Гр-р. Джон состроил грустную мордашку. — Я хочу досмотреть, раз уж начали! Поехали ко мне или к тебе? — предложил он так, словно это было абсолютной нормой. — К тебе по пути, но я не знаю, как твой, э, папа?.. отнесется… — Эгберт, ты не понимаешь, там буквально осталась минута. Минута. Фильм идет час сорок, а мы посмотрели час тридцать девять. Ты хочешь вынести знакомство с моим отцом, всю дорогу до места и возню там ради минуты фильма? Джон неуверенно пожал плечами и кивнул. — Это был… Неплохой фильм, — оправдался он, и Каркат чуть не засосал его прямо там. Они высыпались из автобуса двадцатью минутами позже, а через двадцать пять, когда Каркат показывал Джону, куда повесить куртку, в дверях гостиной появился Джек. — Ребенок, — констатировал он хриплым голосом. — И Второй. Каркат обернулся на него. Он приводил сюда Гамзи, конечно, но одно дело примелькавшееся лицо, и другое — внезапное обновление сыновского круга друзей. Так, ладно… — Джек, это Джон, мой друг, Джон, это Джек, мой опекун. Мы хотим посмотреть фильм у меня наверху, ладно? — протараторил Каркат. Джек опирался на дверной косяк и молчал, поигрывая консервным ножом в руках, и кажется, Эгберта это по неясной причине напрягало. — …Фильм, значит, — протянул он задумчиво. — Знаю я эти ваши фильмы. Несносное создание, — он уставился на Карката единственным целым глазом, — ты пользуешься презервативами? — Да блять! Почему ты думаешь, что я обязательно со всеми ебусь?! — возмутился Каркат, и Джек заржал. Видимо, именно такие моменты заставляли его наслаждаться отцовством на сто процентов. — Я обещаю, если мы начнем, я первым делом пойду к тебе, возьму за руку и попрошу выбрать мне анальную смазку с запахом клубники! Джек отсмеялся и спрятал нож в карман, чтобы похлопать Карката по спине. Живая рука у него тоже была только одна, о чем, к счастью, государство пока не догадывалось, а то отдавать сложного подростка, сменившего одиннадцать семей, такому сложному взрослому… — Ну, знаешь ли, разве я виноват, что абсолютно все твои друзья похожи на педиков? — спросил он беззлобно, но Джон все равно дернулся. Краски начинали сгущаться. — Если вокруг пахнет дерьмом, но источника запаха нигде нет, задумайся, — Каркат легонько сжал руку Джона за спиной, — Эгберт вообще… гетеро. Я знаю, ты отвык от такого в этом доме… Он перевел взгляд на Джона, ожидая, что тот поправит его, например (потому что ни один гетеро не стал бы пытаться поцеловать его в кинозале под сопливый ромком), но тот молчал. Нутро неприятно свело. С другой стороны, может, он просто не хотел говорить этого при Джеке? В этом было бы мало удивительного. — Знаем мы таких… ладно. Идите уже отсюда, пока мне не стало скучно и я не решил поиграть в догони-меня-ножом, — наконец, решил Джек, и Каркат поспешно умыкнул Эгберта вперед на лестницу. Тот молча повиновался. Каркат прикусил губу. — Так… — начал он, когда они принялись устраиваться на ковре у кровати — Джон уже успел с любопытством осмотреть мансарду, оборудованную под каркатовское логово, плакаты на стенах, фигурки и комиксы на полках и расставленные на комоде мягкие игрушки и, кажется, остался доволен. По крайней мере, выглядел он спокойнее, чем на первом этаже с Джеком. — Ты, эм. Действительно гетеро? Или… Или? Было неловко, но именно этот дурацкий разговор должен был вот-вот закончить странную неясность, в которой они с Эгбертом повисли, и наконец-то положить начало чему-то новому. Тому, о чем Каркат мечтал уже черт знает сколько времени. Тому, во что не поверил бы ни за что на свете. Эгберт замялся, а на его лице отразилось так много (не самых позитивных) эмоций, что Каркат и сам на мгновение запаниковал. Но тут же напомнил себе — гетеро не целуют друзей в кино. Так не происходит. Просто нет. Джон глубоко вдохнул, поджал губы и кивнул. Кивнул. — Ч... что? Он кивнул еще раз, спрятал лицо в руках и тихонько пробормотал «прости». Каркат прикусил дрожащую губу и крепко вдавил ногти в ладонь. Нет же, Джон, не пизди, скажи, что просто… растерялся, ты ведь обнимал парня, держал парня за руку, позволял ему почти касаться твоих губ пальцем, стоя на совсем никаком расстоянии от него — натуралы такого не делают. Никогда. — Н-нет, ничего, я просто… просто спросил. Не знаю, э-э… Не знаю, почему подумал, что ты не. Давай уже досмотрим эту хуйню. И они досмотрели еще хуйню, а потом еще полчаса вымученно обсуждали ее, и хотя Каркат обычно был бы счастлив возможности вывалить на кого-то все то, что заставлял его чувствовать этот шедевр киноискусства, момент был неподходящим. Внутри царило горькое опустошение — неужели он настолько принимал желаемое за действительное? Решил, что Эгберт хочет его поцеловать, хотя все было не так? Или… Или Эгберт правда хотел его поцеловать, но почти сразу пожалел и решил, что оно того не стоит? Он проводил Джона до двери, попрощался, и только после этого позволил себе ослабить натяжение внутри. Нельзя, чтобы Джек заметил. Каркат торопливо направился в комнату, тихо шмыгнув носом, но позади раздались шаги. — Ребенок, — позвал чужой голос. Это не остановило Карката. — Каркат. Он замер, как будто врезался в стенку. — У тебя… все нормально? — Да, все хорошо, я устал и иду спать, — отрапортовал Каркат и рванул к себе, чтобы разрыдаться в подушку. Кажется, Джон что-то писал ему, благодарил за вечер или типа того, но телефон остался нетронутым — слишком больно и стыдно было даже думать об этом. Почему он… почему он вообще надеялся? Правда подумал, что Эгберт, совершенный до зубной боли, захочет чего-то с ним? Опустится до такого после Вриски и Рокси, таких же невыносимо идеальных? Или — и это хуже всего! — Джон просто не был таким придурком, как казалось Каркату, и он на самом деле понимал, почему тот хотел делать все, что делал, и говорить все, что говорил, но просто… позволял ему это? Не хотел ранить и без того побитого жизнью приятеля? Что ж, Эгберт, сюрприз, для этого вовсе не обязательно было давать ему настолько откровенную ложную надежду! Спустя полчаса в дверь постучали. Каркат вытер лицо и открыл — за ней стоял Джек с тарелкой чищенных яблок, и этот жест, такой типично-родительский, заставил его расплакаться по новой. — Ну-ну, трепливая ты, мать твою ж, плакса, — начал Джек серьезно, придерживая (приобнимая?) его живой рукой, чтобы Каркат мог спрятать влажное лицо в его рубашке, — послушай варианты по возрастанию категоричности. Вариант А: я очень серьезно разговариваю с твоим хахалем. Вариант Б: я перетираю вопрос с Ба… Бюрократом, — кто вообще называет своих друзей по прозвищам при детях? Он точно наемник, — и при первом выходе на улицу у него найдут что-нибудь запретное в кармане. Вариант В: я очень нежно ткну его ножом в бок. Вариант Г: не очень нежно. Вариант Д: несколько раз. Вариант а-б-в-г-д-е, е, значит, вариант Е… Несмотря на то, что Каркату было слегка любопытно, на сколько еще вариантов горазда фантазия Нуара, нутро неприятно сводила любая мысль о причиняемой Эгберту боли. Просто… подумаешь. Отказал мальчик. Ничего такого сверхъестественного. — По-моему вариант А должен быть вариантом Я, — поделился Каркат, и Джек утвердительно хмыкнул. — Но все нормально, правда. Я разберусь сам, — он отстранился, — а если нет, то обращусь к тебе за выполнением какого-нибудь из планов. Джек сунул миску с яблоками ему в руки. Каркат поджал губы, чувствуя, как в носу в который уже раз начинает щипать. — Ладно. Я иду к себе и буду заниматься, э… важными взрослыми делами. Стучись, если не хочешь увидеть чего-то, чего тебе видеть не стоит. У меня короткий разговор со свидетелями, — сказал Нуар и направился к лестнице, и Каркат и так сегодня нефигово налажал, но слово жгло язык — он просто не мог молчать, хотя, возможно, ему стоило. Джек вряд ли относился к тем, кто ждал такого всю жизнь. Точно не относился. Каркат издал невнятное «э», и Джек обернулся к нему уже на второй ступеньке лестницы. Каркат помолчал. Тихонько вдохнул. Сжал пальцы на дверной ручке и произнес: — Спасибо, пап. И захлопнул дверь за собой так быстро, что не успел рассмотреть даже лица опекуна. В свое оправдание, подумал Каркат, представив, как Джек поморщился от неловкости и излишней сюсипусичности этого дурацкого обращения, я бы взорвался, если бы не сказал. А отмывать кишки по всему дому явно менее приятно, чем потерпеть одно «пап» от своей приемной личинки, которую ты взял со скуки. С другой стороны, наверное, Джеку не привыкать отмывать кишки. Каркат шмыгнул носом, лег на ковер и засунул в рот дольку яблока. ==>

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«пожалуйста, давай встретимся у физ зала в 15:30.»

«я понимаю, что это поздно, и ты обычно уходишь раньше, но мне очень нужно с тобой поговорить, и я не могу сделать этого раньше.»

Каркат застыл, чувствуя, как по коже пробежал нехороший холодок. Стало неуютно — отношения с Наследником были для него исключительно интернетной вещью, и выносить ее в реальность… Просто нет. И определенно не на следующий же день после того, как Каркату отказал парень его мечты (Совершенство), потому что еще не хватало из обиды согласиться на что-нибудь, на что он обычно бы не согласился. И в конце концов, в половине четвертого заканчивалась тренировка у волейбольной команды. Последнее, чего хотел Каркат — встретить Джона. Он и так ныкался по туалетам уже третью перемену, лишь бы Эгберт не решил завязать с ним обычный непринужденный разговор, что уж говорить о столкновении лицом к лицу: «Как у тебя дела, Каркат? О, просто отлично, ревел из-за тебя всю ночь, а с утра боялся поднять взгляд на опекуна, потому что в ситуации, в которой виноват ты, между прочим, я не сдержался и назвал его своим отцом, а теперь еще и мой анонимный поклонник, который не факт, что не ржет надо мной, хочет встретиться и побеседовать. А у тебя как?». А ведь еще вчера днем все было так хорошо. Он ведь был почти счастлив. Разве не этого Эгберт хотел добиться? Так какого хрена он сначала полез целоваться, а потом объявил, что гетеро?! Каркат сердито выдохнул и напечатал, касаясь экрана телефона с вызывающей опаску силой: От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «У МЕНЯ ЕСТЬ ТЫСЯЧА И ОДНА ПРИЧИНА ОТКАЗАТЬСЯ, НО НАХЕР ВСЕ, Я БУДУ.» «НО ЕСЛИ ТЫ СОБРАЛСЯ ПРИЗНАВАТЬСЯ В ЛЮБВИ, СЕГОДНЯ ХУДШИЙ ДЛЯ ЭТОГО ДЕНЬ. БЕЗ ШУТОК, ДАЖЕ ПОНЕДЕЛЬНИК ПОДОЙДЕТ БОЛЬШЕ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«спасибо. я подойду к тебе сам, ладно?»

От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ЖДУ НЕ ДОЖДУСЬ.» Каркат прикусил губу и стыдливо зажмурился. Что ж он за человек такой? Он ведь этому парню нравится каким-то чудом, а обращается с ним, как… Да бог его знает. «ЛАДНО, ПРОСТИ, Я ЕБЛАН, ТЫ НЕ ВИНОВАТ, ЧТО У МЕНЯ ВЧЕРА БЫЛ НАИХЕРОВЕЙШИЙ ДЕНЬ. Я ОБЕЩАЮ, ЧТО В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ ПОСТАРАЮСЬ НЕ ВЫЛИВАТЬ ЭТО НА ТЕБЯ, ОКЕЙ?»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«мне так стыдно.»

От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «??? ЗА ЧТО?» Но Наследник не ответил. Ни сразу, ни через урок, ни когда Каркат, скрепя сердце, направился к физкультурному залу. Было ужасно страшно — особенно напрягало последнее сообщение, и Каркат едва удержался, чтобы бросить Наследнику трусливое «или ты объясняешь, или я никуда не пойду», потому что… Именно это говорили все персонажи фильмов перед тем, как сделать с их возлюбленными что-нибудь ужасное. Но в конце концов, его уже пожурили за то, что он был слишком нервным. Пора было и в самом деле учиться доверять людям. Ебаный Эгберт, спасибо, что свел предыдущие успехи к нулю. Каркат скользнул в двери зала и замер у входа, надеясь, что в него не прилетит мячом. Игроки били с какой-то ужасающей силой — как вообще можно было отбивать мяч запястьем так сильно, что он прилетал в потолок и с бешеной скоростью падал вниз кому-нибудь в руки? Неужели им не было больно? Каркат автоматически нашел взглядом Джона и облизнул сухие губы. Эгберт выглядел восхитительно. Его смуглой коже невозможно шел небесный синий цвет, а то, какой обтягивающей была форма, позволяло разглядеть все движения мышц под крепкой смуглой кожей. Такой сильный. Такой очаровательный. Такой совершенный и одновременно такой дурак. Такой невозможно-разлюбить-хотя-тебе-ясно-сказали-что-ловить-тут-нечего. Каркат вжался в стенку и посмотрел на часы: ровно половина четвертого. Если Наследник был тут, ему пришла пора показаться, потому что с каждой секундой шанс того, что Каркат плюнет на все и уставится на Эгберта, неуклонно рос. Но Наследника не было. Вместо этого к Каркату, помахав остальной команде и неловко размазав пот на лбу вряд ли менее мокрой ладонью, направился Джон. Только надежда на то, что к нему вот-вот подойдут, удержала Карката на месте. Он, тем не менее, судорожно вытащил из кармана телефон и уставился в экран блокировки, словно что-то читал. Черт побери. Блять. Нет, он не вытянет неловкую попытку сделать вид, будто ничего не произошло, прямо сейчас, точно не вытянет, пусть Эгберт даже не надеется, это просто смешно… Джон вдруг болезненно вскрикнул, и Каркат невольно обернулся на него, словно притянутый магнитом — не мог иначе, слишком сильно сжалось сердце. Джон крикнул что-то товарищу, который только что натурально зарядил в него мячом, но не остановился, только прижал запястье к груди. Стало стремно. Каркат обернулся по сторонам, убедился, что Наследник то ли его развел, то ли конкретно опаздывал, и сам направился навстречу Джону. — Что с рукой? — поинтересовался он, не поднимая взгляда. Джон тихо зашипел. — Да ничего, Эквиус — идиот, столько силы, зато хоть раз кинуть мяч куда надо, а не в капитана… Ладно, не суть, заживет до свадьбы. Каркат, мне… — он замялся. — Нет, нам нужно поговорить. Пойдем выйдем отсюда хотя бы, чтобы тебе, ай, блять, — Джона конкретно дернуло от боли, и Каркат, несмотря на всю неловкость, вскинул взгляд — лицо Эгберта на мгновение исказилось. Внутри стало гулко и пусто, — тебе тоже не заехали мячом. — Эгберт, ты сгибать руку можешь? — поинтересовался Каркат вместо ответа. Джон попытался отмахнуться, но в конце концов послушно попробовал согнуть руку, и тут же снова выругался. На его глаза выступили слезы. — Ты еблан, а если она сломана?! — Да ничего не сломана! Если бы была, я бы тут уже валялся, а не с тобой болтал! Каркат, мне правда очень срочно нужно… — Эгберт, рот я твой ебал, послушай меня нормально! — взорвался Каркат. — Мне ломали руку три раза, и то, что ты болтаешь, еще нихрена не значит! Пальцы чувствуешь или нет? Отвечай? — Да даже если и нет, мне по ним мячом зарядили, как они должны что-то чувствовать, по-твоему? — раздраженно отозвался Джон, но Каркат крепко вцепился в локоть чужой здоровой руки и потащил Эгберта за собой. Тот вырвался и аккуратно прижал к груди безвольно болтающуюся кисть свободной рукой. — Нам правда нужно поговорить. Серьезно. — Говори, у тебя минуты полторы, — отозвался Каркат и бесцеремонно растолкал в стороны толпу десятиклассников, — нет, минута. Или даже меньше. — Это не такой разговор! — возмутился Джон. Каркат обреченно зарычал. Он только сейчас вспомнил, что уже обещал кое-кому поговорить. Оставалось только надеяться, что Наследник поймет, когда Каркат будет в подробностях расписывать ему, как один долбаеб отказался идти в медкабинет после того, как едва не расплакался от боли. Ебаный Эгберт и его ебаные приколы! — Очень жаль, потому что время вышло, — Каркат постучал и тут же рванул на себя дверь. Его даже не выперли — состояние руки Джона настолько озаботило медсестру, что про Карката просто забыли, и он целых семь минут морщился, слушая, как Эгберт болезненно шипел и ойкал, дрожащим голосом поясняя, где ему больно. Больно, кажется, было почти везде в области запястья. Медсестре это не понравилось настолько же, насколько и Каркату, и в конце концов она отправилась звонить папе Джона, чтобы тот забрал сына в травмпункт, а сам Джон растянулся на кушетке и молчал. Каркат тихо подошел к нему и погладил по предплечью — было страшно делать это, но за Эгберта он испугался еще больше, и теперь, осознавая это в тишине комнаты, особенно сильно хотелось прикоснуться, успокоить и приласкать. Джон приоткрыл сомкнутые веки и посмотрел на Карката. Каркат не издал ни звука. — И почему у меня всегда все через жопу? — тихо пробормотал Джон, ловя ладонь Карката своей здоровой. Тот легонько сжал чужие пальцы в ответ. Ебаный натурал, чтоб тебе пусто было (пусть твой папа приедет поскорее и тебе полноценно помогут, чтобы я не сидел здесь на грани истерики). — Это ты еще не знаешь, как бывает у меня, — вздохнул Каркат. Надо было убрать руку хотя бы из чистой гордости, но сил не находилось — Эгберт, расстроенный и раненый, в нем почему-то нуждался. — Все по пизде. И почему ощущение, будто он опять о чем-то забыл?.. Джон попытался сесть, но Каркат не дал ему — легонько нажал на чужие плечи, намекая лежать смирно. Кажется, Джон расстроился еще сильнее. Худшее зрелище на свете — огорченный Эгберт. И худшее ощущение на свете — не знать, как ему помочь. Каркат осторожно расцепил их ладони и потянулся, чтобы бережно заправить за ушко Эгберту прилипшую к влажной коже прядь волос, но Джон не дал убрать руку после — повернулся и ткнулся носом в чужую ладонь, словно Каркат был не его странным приятелем, а… ну, определенно не парнем, как выяснилось вчера. Девушкой? Излишне близким приятелем? Другом по переписке? — О черт, — тихо пробормотал Каркат и торопливо выудил их кармана телефон свободной рукой. 15:46. Конечно. Он такая скотина. Джон снова накрыл его ладонь своей. Сердце пропустило удар. От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ЕСЛИ ТЫ МЕНЯ ЖДЕШЬ, Я ПРИДУ, ПРОСТО МНЕ РЕЗКО ПРИШЛОСЬ ОТВЕСТИ КОЕ-КОГО В МЕДПУНКТ. ЭТО БЫЛО ПРАВДА СРОЧНО, И КОГДА Я БЫЛ НА МЕСТЕ В 15:30, КО МНЕ НИКТО НЕ ПОДОШЕЛ.» Он ткнул «отправить» и через мгновение телефон Джона звякнул. Каркат замер, ощущая, как волоски на руках встали дыбом. Конечно, это просто совпадение, убеждал он себя, набирая следующее сообщение просто на всякий случай. «ВРЯД ЛИ ЭТО ЗАЙМЕТ МНОГО ВРЕМЕНИ, НО ЕСЛИ ТЕБЕ НУЖНО КУДА-ТО, ТЫ МОЖЕШЬ ИДТИ. ПОГОВОРИМ ПОЗЖЕ.» Телефон Джона снова звякнул. Или же Эгберт носил в кармане чужой телефон. Каркат уставился на Джона с таким ужасом, словно тот был по меньшей мере Плачущим Ангелом, и встретил такой же напряженный взгляд в ответ. Он медленно-медленно перевел взгляд на экран со списком сообщений и набрал еще одно. «ЭТО ТЫ.» Телефон Джона звякнул. — Это ты, — тихо повторил Каркат и вскочил, потому что теперь прижиматься к Джону стало неясно смущающе и страшно. — Эгберт, ты… — Я говорил, что нам надо поговорить и это срочно, — отозвался Эгберт, смотря на Карката большими виноватыми глазами. Они промолчали еще несколько секунд, а затем в дверях, наконец, появилась медсестра. — Мистер Вантас, вы можете быть свободны давным-давно, а вы, мистер Эгберт, идете со мной к выходу ждать вашего отца. Через две минуты он приедет и отвезет вас в больницу, где вас полноценно обследуют… Каркат не слушал. Он с дрожащим сердцем пялился на Джона и судорожно пытался сложить два плюс два. Встретимся в половину четвертого — Эгберт, направляющийся к нему именно тогда, когда он ждал Наследника. Ты невероятный — тебя бы оторвали с руками. Пойдем со мной в кино — осознание на лице, он зовет меня же на фильм, билеты на который я подарил. Мне сложно говорить о своей ориентации — неловкий кивок в ответ на вопрос о том, гетеро ли он. Джон все это время был Наследником. Всегда был рядом, оказывался неожиданно близко, ходил на те же уроки, что и Каркат, вел те же конспекты и скидывал фото. У Эгберта всегда было хорошо с математикой. И он… если это все не было мудреным розыгрышем, то он касался Карката, отказывался отстраняться от него и предлагал задержаться вместе подольше, потому что хотел этого. Возможно, так же сильно как Каркат. Эгберт подозревал, — кто бы не, смотря на то, как Каркат вырубался рядом с ним, — но не мог знать наверняка. И они бы поцеловались в кинотеатре, если бы не ебаный пожар. И Джон совсем не хотел разбивать ему сердце. Возможно, он планировал признаться во всем сегодня. Наверняка планировал. Господи. Медсестра поманила его за собой — Каркат и слова против не сказал. Он смотрел на Джона, а тот торопливо спускался по лестнице вниз, придерживая больное запястье, и всеми способами игнорировал чужой взгляд. Джона перехватила учительница английского, а Каркат остановился у своего шкафчика и стукнулся лбом о холодный металл. А теперь-то что делать? ==> От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ЧТО С РУКОЙ?»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«трещина в лучевой кости, наложили гипс и отправили домой.»

От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «ЭТО И ПРАВДА ТЫ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«у меня был шанс притвориться, что это совпадение?»

От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «НЕТ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«каркат, мне очень стыдно перед тобой за все. мы можем встретиться завтра, например, и поговорить?»

От кого: usuitakumifuckme@gmail.com Кому: heirofbreath@gmail.com «МОЖЕМ. Я СВОБОДЕН ВЕСЬ ДЕНЬ.»

От кого: heirofbreath@gmail.com

Кому: usuitakumifuckme@gmail.com

«хорошо.»

Ебаный твой рот, Джон Эгберт, но не в десять же утра! Несмотря на то, что Каркат тогда уже не спал, а валялся и листал ленту Твиттера, он бы и не подумал высунуться из комнаты, услышав дверной звонок, если бы не одно но — Джек ненавидел разговаривать с людьми по утрам. Кто бы ни стоял за дверью, он разбудил Нуара в выходной и потребовал его внимания раньше часа дня. Ему не выжить. Каркат потянулся, зевнул и аккуратно выскользнул из комнаты, чтобы выглянуть из-за стены и посмотреть на то, как Джек будет убивать несчастного. Любопытнейшее зрелище. Джек орал, как тварь, и Каркат бы в жизни не придумал настолько витиеватых угроз. Черт возьми, он хорош. Настоящий талант. Но дверь открылась, и у Карката упало сердце. За ней стоял Эгберт. Первым инстинктом было рвануть вниз и спасти Джона от ужасного гнева, что должен был обрушиться на него в любую секунду, а заодно убедиться, что его не выставят, но ноги будто прилипли к полу — он в шортах, помятый и страшный, а Джон планировал разговарить о чувствах, и какими бы они ни были, вряд ли они прошли бы испытание сонным видом Карката. Каркат прищурился — левая рука Джона, подвешенная в согнутом положении, была по локоть в гипсе. Бедный. Джека едва ли остановит то, что лежащих не бьют. Джон вскинул взгляд на лестницу и, убедившись, что Каркат его «не видит», вдруг вытащил Джека на улицу. Он труп. Каркат метнулся к окну, но со второго этажа он не мог расслышать чужой тихий разговор, поэтому пришлось замереть и ждать, когда хотя бы один из них вернется в дом. Все, что он мог сказать — Джон выглядел виноватым и пытался в чем-то убедить Джека, а тот хмурился и отвечал резко, но не совсем в штыки. У Эгберта был шанс. Когда Джек сделал шаг к двери, Каркат торопливо вернулся в комнату, закрыл дверь и устроился в кровати, словно до сих пор спал, и когда к нему постучались, сердце сжалось до размеров атома. Если это был Эгберт… — Каркат? — позвал абсолютно точно джонов голос, и дверь тихонько отворилась. — Каркат. — Какого хрена, Эгберт? — прорычал он и перевернулся на другой бок, лицом к Джону. — То, что я согласился поговорить, не значило «приди ко мне ранним утром». Джон сел на пол (почти там, где они сидели позавчера) и виновато улыбнулся. — Я хотел поговорить с тобой как можно раньше. Чтобы тебе не пришлось ждать до вечера. Я и так ужасно виноват, — он склонил голову вбок, — твой папа сказал, что ты был очень расстроен. — Какого хрена? Он совсем охуел?! А если я пойду и расскажу, какую форму его заставляют носить на работе, ему понравится, интересно? — Каркат аж сел от возмущения. Впрочем, он все равно прятал ноги под одеялом. Хотя Эгберт наверняка хоть раз видел его в раздевалке, не каждый же раз они умудрялись удачно разминуться, когда Джон уходил в душ… Эгберт улыбнулся. — Ну, он не совсем так сказал. Больше напоминало очень много угроз. «Мой сын то, следовательно, тебя распотрошат на свалке, мой сын это, следовательно, кто-то там затычет тебя бычьим пенисом» и далее по списку. Он прав, если честно. Я действительно уже успел проебаться, и то, что он разрешил мне с тобой поговорить, уже многое значит. Каркат глупо моргнул, а затем слез с кровати, все так же закутанный в одеяло, и устроился рядом с Эгбертом. Джон облизнул пересохшие губы. — Про сына… ты придумал? Или он правда так сказал? — Клянусь, это почти цитата, про бычий пенис в том числе. Вы и правда друг друга стоите, — улыбнулся Джон и придвинулся чуть ближе. Каркат не отстранился. — Охренеть. Он называет меня сыном, — пробормотал он и смял одеяло в пальцах. — Черт возьми. Ладно, не в этом суть, да? Джон постучал пальцами по гипсу и кивнул. — Прости, что обманул тебя, когда ты спросил, гетеро ли я. Очевидно, нет, но… — Джон бессильно взмахнул рукой, — теперь ты знаешь, почему я это сказал. Я просто запаниковал. Это было тупо, мы почти поцеловались в кинотеатре, и ты очевидно расстроился, но, типа… Не знаю. Прости меня. И мне очень хочется извиниться за то, что я переписывался с тобой, пока ты не знал, кто я, хотя я не могу придумать причину, почему это заслуживает извинений. Не знаю, — вздохнул он, не поднимая взгляд на Карката. Тот молча смотрел на Эгберта, гадая, скажет ли тот главное. — Каркат, — он нашарил руку Карката и сжал ее в своей. — Ты мне очень сильно нравишься. Просто пиздец. И хотя я делал мудацкие вещи, в этом я тебе не врал ни разу — ты правда потрясающий, и я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Очень сильно. Каркат крепче сжал чужую руку и наконец-то подался вбок, чтобы спрятать лицо в шее Джона. Тот тихо выдохнул и уткнулся в его макушку носом. Можно было бы и умереть так — смущенным и жутко счастливым, с сердцем, пробивающим грудную клетку… — Эгберт, я дрочу на тебя последние полгода как минимум, а то и больше. Ты мог поцеловать меня в школьном коридоре, и я бы согласился на все, — тихо признался он. Джон рассмеялся, и Каркат тоже засмеялся от счастья и нервов, а затем, черт с ним, поерзал и устроился напротив Джона, чтобы аккуратно обнять его под пострадавшей рукой. Эгберт крепко-крепко прижал его к себе здоровой. Теплый, нежный, пахнущий своим одеколоном на всю комнату… — Не буду врать, я надеялся, что так оно и есть, но все равно хотел поухаживать за тобой и дать нам узнать друг друга получше. А еще ты бы не принял помощь от реального меня или наоборот, не смог бы отказать. Я решил пойти окольными путями. — Идиот, — констатировал Каркат, и Джон прижал его, запутавшегося в одеяле, так близко, что Каркат почти сел ему на колени. Он плохо, очень мало подумал и прильнул совсем-совсем близко. Джон горячо выдохнул ему в ухо. — Единственное, почему мне жалко эту дурацкую руку — я теперь не могу обнять тебя по-нормальному, — признался он негромко. Каркат чуть отстранился и нежно погладил торчащие из гипса пальцы Джона. — И нормально коснуться тебя. Ты в пижаме, еще и такой взъерошенный, что у меня щас будет инфаркт. В хорошем смысле, — поделился Джон, и Каркат тихонько замычал и поцеловал его в подбородок. Не оставалось сил — Эгберт, чудесный, совершенно несовершенный со своей дурацкой сломанной рукой, сидел рядом и придерживал его за поясницу. Он не мог терпеть. — Можно я тебя поцелую или нет? — тихо спросил Каркат. — В губы. Хотя я не умею, — смутился он неожиданно, — но лично мне абсолютно наплевать, а ты потерпишь, и так морозил меня с нового года… Джон улыбался так широко, что у него вполне могла появиться трещина и в щеке тоже, а затем он кивнул, и Каркат подался вперед быстро и жадно, чтобы не дать шанса никаким выключениям света или случайным свидетелям им помешать. Говоря откровенно, он бы и не заметил, если бы им помешали — Джон медленно запустил ладонь в его волосы и приятно почесывал их, а его губы легонько играли с верхней губой Карката, втягивали и покусывали, и было так жарко, страшно и головокружительно, что он мог только беспомощно заскулить. Эгберт улыбнулся ему в рот и отстранился. — Ты живой вообще? — спросил он, и Каркат поцеловал его снова, лишь бы не разговаривать. Он вряд ли смог бы — упал в обморок от смущения и восторга и все, финита ля комедия. В этот раз он отвечал более уверенно, а Джон совсем не собирался прекращать поцелуй, но Каркат все не мог перестать задерживать дыхание, и в конце концов им пришлось отстраниться. Каркат поерзал, укутал в одеяло и Джона тоже и прильнул к его боку. Эгберт чмокнул его в макушку. — Это… — начал Каркат хрипло и прочистил горло, — значит, что мы теперь встречаемся? Джон смущенно улыбнулся. — Если ты хочешь, — и тут же доверительно признался: — Я хочу. Очень сильно хочу. И Каркат снова тихонько замычал, потому что иначе он бы взорвался. И хотя Джеку было бы не впервой отмывать со стенок кишки, он вряд ли говорил с Эгбертом утром в субботу ради этого. — Отлично. Тогда снимай свои уличные шмотки к херам, — потребовал Каркат. — И мы будем лизаться до самого вечера. Не похоже было, что Джон собирался отказаться.