новый год по-японски

тридцать первое января. бывшие волейболисты японских префектур — теперь уже одни из лучших волейболистов мира — собрались дома у ойкавы тоору, чтобы отпраздновать чудесный и атмосферный праздник — новый год. "будет весело!" — уверенно хмыкнул лев, пересекая порог квартиры. "будем провожать старый год! хей-хей-хей!" — активно хлопает по спине тоору бокуто. — "спасибо за приглашение, ойкава!" — и, разворачиваясь всем корпусом, тут же чуть ли не сносит венок из еловых ветвей с колокольчиками. ойкава нервно хихикает в ответ и думает, что если эти люди еще хоть что-то сломают, то висеть на новый год будет не только гирлянда. иваизуми поддерживающе хлопает его по спине и тихо шепчет на ухо: "я помогу потом тебе прибрать весь бардак, не переживай". и мысленно тоору благословляет хинату, бокуто, льва на то чтоб они разнесли к чертям в щепки эту квартиру, да и сам он уже в шаге от того сломать что-нибудь, лишь бы провести побольше времени в ивой. — ладно, погнали вырезать снежинки. — прерывает их мимо пробегавший куроо, державший под мышкой вяло барахтающегося кенму, в глазах на то чтоб они разнесли к чертям в щепки эту квартиру, да и сам он уже в шаге от того сломать что-нибудь, лишь бы провести побольше времени в ивой. — ладно, погнали вырезать снежинки. — прерывает их мимо пробегавший куроо, державший под мышкой вяло барахтающегося кенму, в глазах которого читалось отчаяние в перемешку с интересом к новой игре, что была куплена куроо взамен на то, что тот составит ему компанию на празднике. бывший капитан аоба джосай провожает связующего сочувстующим взглядом и направляется на кухню, уже предвкушая новогоднее веселье. за деревянным раскладным столиком, по случаю привезённым из россии специально львом столпились волейболисты и занимались вырезанием снежинок и различных праздничных фигурок. выяснилось, что чем меньше опыта у вырезателя, тем причудливее получались у него украшения. лев, все детство проведший в компании бабушки-рукодельницы, вырезал самые красивые и узорчатые снежинки, гордясь тем, что с этим занятием он справляется лучше всех. рядом пыхтел яку, который уже справил одно рождество в компании бабушки льва — галины станиславовны — и теперь обладал неким опытом в данном ремесле. у бывшего либеро некомы получился замечательный олень с восемью рогами, которого весь волейбольный клуб единогласно принял за осьминога. цукишима едко коментировал каждую снежинку, лежавшую на столе, пока ямагучи не в учил ему в руки ножницы и не приказал "работать руками, а не языком". кагеяма упрямо игнорировал забаву, пока хитрый хината не взял его на "слабо". первая снежинка, вырезанная сеттером, отчетливо напоминала физиономию тренера укая и обеспечила хорошее настроение всем собравшимся. когда снежинок и фигурок скопилось на уже липком от клея столе великое множество, а весь пол под столом был засыпан обрывками фольги и цветной бумаги, куроо и бокуто сходили во двор и втащили в гостиную огромную елку, наполнившую комнату приятным хвойным ароматом. пока парни, кряхтя, устанавливали елку в углу гостиной, в комнату заглянул ойкава, делающий на кухне праздничное оливье, и, увидев ковер, засыпанный блестящей трухой и хвоей, испустил такой вопль, что куроо вздрогнул и выпустил из рук свою сторону ёлки. бокуто, как бы силен он не был, в одиночку не удержал дерево и уронил его на акааши. волейболисты, бросив все дела, всем скопом принялись поднимать ёлку-красавицу, и отряхивать кейджи от иголок и снега. наконец, всеобщими усилиями, суматоха утихла, ёлку удалось установить, а бокуто перестал кланяться в ноги акааши с мольбой о прощении. — ты ничего не сломал, акааши? — забеспокоился хината. — не беспокойтесь, шое, я абсолютно цел, — успокоил его сеттер, стряхивая с себя несуществующий снег. — то, что ты цел, я и так вижу, — кивнул коротышка. — я спрашивал, не сломал ли ты что-нибудь ёлке? от подзатыльника хинату спас звучный голос бокуто, тут же отвлекший внимание акааши на себя: — а теперь самое интересное! — объявил котаро, оглядывая гостиную. "куда ещё интереснее?" — желчно-обиженно думает связующий и складывает руки на груди. — украшаем ёлку и дом! — объявляет бокуто, приподнимая брови вверх так высоко, что его лицо начинает преобретать некие совинные оттенки. умение бокуто поднять всем настроение и повести за собой толпу вызывает восхищение у акааши, и он тоже вяло машет рукой. акааши подходит ближе, чтоб лично быть свидетелем этого зрелища, бокуто, эмоционально раздающего приказы направо и налево, поощряющего работу каждого и активно жестикулирующего руками. через полчаса к ним заявляются члены команды инаризаки: капитан кита шинске вежливо кланится хозяину дома, вызывая у ойкавы смесь уважения и смущения, а у членов команды стыд за слишком тактичного и вежливого капитана. братья мия здороваются со всеми так, будто они знакомы сто лет, но никого это не смущает, все довольны. ацуму, оглядываясь по сторонам, втихоря достаёт бутылочку вина и впихивает её в руки кагеяме, который уже пять минут тщетно пытается отвязаться от близнеца. ну что он пристал-то? — раньше времени не пить! — как бы невзначай замечает мимо проходящий ойкава и кидает на тобио насмешливый взгляд. тот смущается под взглядом бывшего семпая и бурча извинения мие, отходит на кухню, помогать с едой. "а ты паинька не только на площадке." — говорит сам себе мия и делает глоток алкоголя. *** к вечеру в квартире ойкавы не было ни одного трезвого человека. бокуто, параллельно выпивая третий шот виски на спор с куроо, поёт, стоя на столе, "рюмку водки" — песню, что посоветовал ему лев — на ломанном русском. акааши наблюдает за этим шоу влюблённым взглядом, но не даёт влюблённости вскружить себе голову и бдительно наблюдает за тем, чтоб ас не упал. кенма ни петь, ни пить не умел, поэтому после первого же глотка вина отрубился и уснул лицом в салате. "как в русских фильмах" — прокомментировал лев, а куро, цыкнув, активно пытался вытереть от салата лицо кенмы влажной салфеткой, слизывая некоторые ингредиенты языком, пока тот спал (на самом деле он не спал, но не сопротивлялся). цукишима с ямагучи держали отросшие волосы мии, пока того тошнило мимо туалета. "вам бы поработать над медкостью, а то ни один мяч не забьёте" — хмыкал цукишима, но продолжал крепко и надёжно держать тело ацуму. ойкава и иваизуми наблюдали за всем сырбором и старались не думать о том, что им это потом убирать. — куранты! — кричит пьяный лев во весь голос. — мы не в россии. — напоминает яку. — это бокуто бутылку разбил. все тут же устремляют взгляд на бутылку и бокуто виновато склонившегося над ней. — с но... С НОВЫМ ГОДОМ!! — уверенно кричит бокуто так будто ничего и не было. а ничего и не было. были только они и новый год.