Маша-растеряша

      Еще раз проклинаю тот день, когда записалась в эту проклятую музыкальную школу. А все потому, что моя мама захотела, чтобы ребенок играл на скрипке, ведь когда-то это было ее детской мечтой. А если детские мечты родителей не сбываются, то что? Правильно, они выполняют их через своих детей. Да о чем я… Ага, точно. Снова возвращаюсь поздно вечером домой через темные дворы, с этой ненавистной скрипкой за плечами.       Нет, мне действительно нравится скрипка и ее звучание, но мне не нравится то, что занятия занимают почти все свободное время. А еще не нравится то, что зимой я должна возвращаться домой в темноте и страшными дворами, где может скрываться собрание каких-то не слишком интеллектуальных людей.       К счастью, мне за все время таких вечерних «прогулок» не случилось ни одного собеседника, которого я так боялась. Живу, я, кстати, в маленьком городке, население которого не превышает 10 тысяч. Можно сказать, что здесь все друг друга знают. И чтобы вы его хотя бы немножко представили, скажу, что здесь нет многоэтажных домов, максимум двухэтажные, где есть несколько квартир, а в основном — это частные дома.       И вот я снова одиноко плетусь улочками со страхом встретить кого-то неадекватного. Думаю о том, как здорово было если бы отец работал не так много и смог забирать меня на машине. Но скоро Новый год, а потому все работают сверх нормы, чтобы все успеть.  — Эй… Эй, ты. Остановись. Куда торопишься? — слышу шаги далеко за спиной, которые приближаются все ближе.  — Эй, малышка. Ты что, не слышишь? Мы к тебе обращаемся, — слышу уже другой голос.       Вот беда, похоже, я конкретно попала. Стараюсь идти все быстрее, хотя не очень получается, ведь очень скользко. Ступаю шаг и чувствую, что не могу, потому что меня кто-то держит. Ворачиваюсь, а за мной стоят эти двое.  — Маленькая, куда так спешишь? Неужели не слышишь, что мы тебя зовем? — саркастически говорит один из них.  — Д-домой. Меня мама ж-ждет, — заикаясь, едва произнесла я.  — Домой? Ну, мама немного подождет. Не хочешь с нами прогуляться? — добавил второй.  — Нет. Спасибо. Не хочу. Ну, я ушла. — пытаясь сделать серьезный вид, сказала я.  — Нет-нет, малышка, ты не поняла. Ты идешь с нами! — очень чрезмерным тоном сказал первый.       Блин, это реально неприятность. И почему именно мне так повезло? Чувствую, как кто-то из них держит меня за сумку со скрипкой. И что теперь делать? Их двое, а я одна… Надо как-нибудь отвлечь их, а потом убежать куда-нибудь. Думай…думай быстрее. Надо вспомнить все приемы самообороны, которые я видела в тик-токе.       Державший меня за сумку пытается теперь ее снять. — А что там у тебя? Музыкант, что ли? О, это скрипка? Как мыло. Заиграешь нам что-нибудь? — с отвратительной улыбкой он обратился ко мне. — Давай, малыш, сыграй что-нибудь, — добавил другой.       И тут ко мне мгновенно приходит идея спасения. Я со всей силой бью первого в нос из кулака. Оу, какой точный удар. Он склоняется и из носа начинает течь кровь. Пока другой не понял, что произошло, бью его коленом между ног. Тот тоже сгибается и даже падает на землю от боли. Пора убегать. Трогаюсь с места что есть силы. И начинаю кричать: «Спасите!», «Помогите!», «Спасите!». Слышу как один из них кричит:  — Блять, Виталик, вставай. Надо ее догонять!       Начинаю кричать и бежать еще сильнее. Вижу, как на крики из одного дома вышел парень. Заметив его, бегу к воротам, наспех открываю их и бегу к этому парню. Едва не сношу его с ног и прячусь за его спиной. Ребята уже тоже добежали до ворот.  — Эй, чувак, приведи ее сюда. Мы с ней. Вот видишь, помогали ей нести скрипку домой, — сказал кто-то из них, а я даже боялась выглянуть из-за спины. Только сейчас заметила, насколько высок этот парень.  — Не вижу у девушки желания идти с вами, — отказал им мой «спаситель». — Ставьте скрипку у ворот и идите к чертовой матери, чтобы я вас здесь не видел.  — Нет, дядя, ты ничего не понял. Она идет с нами, — сказал уже другой голос.  — Я вижу, до вас по-хорошему не доходит? Ну хорошо. Видел бог, вы сами напросились, — сказал парень впереди меня, на секунду зашел за дверь и вышел оттуда с огромной битой.       Ребята, увидев это, исчезли мгновенно, будто в руках парня была не бита, а целый автомат. Скрипку они, кстати, оставили. Тот взял ее и пошел ко мне, а я так и стояла, еще ни разу не шевельнувшись.       Он подошел ко мне и что-то говорил, но я его не слышала, потому что не могла отойти от шока.  — Эй, ты меня слышишь? Эй! Я здесь перед тобой! — сказал он, щелкая пальцами у меня перед глазами.  — А? А, да, я тут. Я, наверное, пойду, — взяв скрипку из его рук, произнесла я и уже собралась уходить, как меня остановили, держа за руку.  — И куда ты сама пойдешь? Снова хочешь встретить тех идиотов? Так любишь азарт? — начал выжигать со скоростью света парень. — Иди сюда, — сказал он, указывая на вход, — я сейчас быстренько оденусь и провожу тебя. Ты ведь не против? — спросил он, а я увидела улыбку.  — А если ты такой, как они? Откуда я знаю, можно ли тебе верить? — вполне адекватный, как мне казалось, вопрос.  — Ой, мне вроде бы заняться нечем. Между прочим, я спал. Устал на работе, — объяснил он. — Но мне это не помешало встать и пойти посмотреть, что это на улице так пищит.  — Ах пищит, значит? Никто не пищал! — обиженно буркнула я. — Но спасибо тебе за то, что помог. Действительно… — слегка застенчиво добавила. — Не знаю, что бы со мной было, если бы не ты… — продолжала я и не заметила, как по щекам начали течь слезы, потому что я представила все возможные варианты развития событий «что если бы он не вышел из дома».  — Я Михаил, кстати. Можно просто Миша, — вышел он уже одет и посмотрел на меня. — Ты что, плачешь? Эй, маленькая, — он подошел ко мне, — что ты? Все же хорошо. Сейчас я провожу тебя домой. Не волнуйся. Больше ничего с тобой не случится, он подошел еще ближе и легонько обнял меня, чтобы не испугать, но успокоить.       Мы простояли так несколько минут. Я тихонько плакала, а он стоял, боясь лишний раз пошевелиться, обнимал меня и легонько гладил по голове.  — Как тебя зовут? — спросил Миша, слегка отстранившись.  — Мария. Можно просто Маша…  — Маруся значит, — усмехнулся он. — Ну, пошли. Думаю, твои родители тебя уже ждут, — с этими словами он взял скрипку из моих рук и вышел на улицу, я вышла за ним. — Тебе в какую сторону?  — Туда, — показала я. — Знаешь где магазин «Витаминка»?  — Да, частенько там бываю. Думаю, теперь буду еще чаще, — сказал он и подмигнул мне, закрывая дверь дома на ключ.       Я шла за ним, но вдруг почувствовала как падаю, потому что поскользнулась. Теряя равновесие, я ухватилась за его руку, но это не помогло и я упала, потянув его за собой. Он упал, навалившись на меня. Поднявшись на руках, Миша заглянул в мои глаза, я посмотрела на него. Они были голубыми-голубыми, как небо.  — Не сильно ударилась? — спросил он, все еще держа скрипку, он встал и протянул мне руку, чтобы и я встала.       Я приняла помощь, но подняться не смогла. По-моему телу разлилось чувство боли. О нет. Только не это! А-а-а-а. Очень болела нога. Я схватилась за нее и почувствовала, что она чуть-чуть опухла.  — Маруся, что случилось? Ты подвернула ногу? Сильно болит? — испуганно спросил парень. — Потерпи немного, — сказал он и в ту же секунду поднял меня на руки. Он сделал это с такой лёгкостью, словно я перышко. — Что ты за горе такое? — усмехнулся он.  — Ай, — пискнула я, когда он тронулся и от неожиданности нога зашаталась в воздухе.  — Маленькая, потерпи еще немного, пожалуйста, — все еще испуганно и заботливо парень обратился ко мне. — Мы уже почти дошли.       Дальше мы «шли» в полном молчании, я даже прикрыла глаза, терпя боль и думая обо всем, что произошло за последнее время. Открыть глаза я решилась когда мы остановились, а меня ослепило светом. Мы остановились возле того же магазина.  — Куда дальше? — спросил Миша.  — Вот этот дом справа, — показала я.       Мы с горем пополам открыли огромные железные ворота и пошли дальше. Ну, как пошли, я все еще была на руках этого «принца». Держа меня одной рукой, Миша постучал в дверь. Их мгновенно открыла мама…я увидела ее испуганные глаза. Миша, очевидно, тоже, потому быстренько заговорил:  — Не волнуйтесь, с ней все хорошо. Можно я зайду и отнесу Машу?  — Ой, да, конечно. Проходите, — сказала мама и отступила. — Вот в ту комнату справа, пожалуйста.       И мы отправились туда. Это была моя комната. Миша осторожно и заботливо положил меня на кровать. На несколько секунд вышел, как оказалось, чтобы снять обувь. Потом легкими движениями снял обувь с меня. Когда снимал с правой ноги, которую я и подвернула, я зашипела. Было очень больно.  — Тихо, потерпи секунду. Как зовут твою маму? — спросил он.  — Галина Николаевна.  — Сейчас я вернусь.       Миша вышел. Вернулся очень быстро и что-то держал в руках. Я увидела, что это был эластичный бинт.  — Ты ведь сильная девочка, правда? Сможешь потерпеть пол минуты? — он заглянул в мои глаза.  — Я постараюсь…       И юноша аккуратненько, боясь мне навредить, начал перематывать мою ногу бинтом. Постоянно при этом пытался меня отвлечь и успокоить, пока я шипела от боли.  — Ну вот, все, боец, я справился. Но у меня есть плохие новости… Ты не сможешь нормально ходить несколько дней. Посиди дома. Ладно?  — Как нельзя? У меня же экзамен в музыкальной школе через несколько дней! Какой кошмар. Что мне делать? — запаниковала я.  — Не волнуйся. Что-нибудь придумаем.  — А ты-то здесь при чем? — я крикнула ему, потому что была вся на нервах. — Спасибо за помощь, но можешь идти! — я отвернулась и заплакала из-за всего, что сегодня случилось.  — Эй, чего ты снова? Мару-у-уся, все будет хорошо. Поверь мне! — Он сел на мою кровать и повернул меня к себе. — Ты мне веришь?       Я покачала головой, соглашаясь.  — Вот и молодец! — сказал он и приблизился ко мне, стараясь нежно стереть слезы с моих щек.  — Прости меня за то, что накричала на тебя. Извини, пожалуйста. Спасибо тебе за все! — я обняла его.  — Думаю, мне пора идти… Можно я приду к тебе завтра? — застенчиво спросил Миша.  — М-можно, — неуверенно ответила я.  — Тогда до завтра, — сказал он, поднявшись с моей кровати и направляясь к двери. — Прощай Маша-растеряша.       В ответ на это у него полетела моя подушка.  — И не вставай с кровати, — дал наставление он, подняв подушку, снова подошел к кровати, положил ее мне под голову и легонько ударил по носу. — Услыхала, Маша-растеряша? — и быстро выбежал из моей комнаты, пока у него не полетело что-то потяжелее, чем подушка