Жажда Перворожденных

Александру было плохо. Плохо настолько, что даже пребывая в беспамятстве, тёмном забытии без сновидений, он всё чувствовал. Чувствовал, насколько ему хреново. И это было долго. Болезненно долго ему приходилось витать в темноте, даже не осознавая себя самого. Невыносимо долго. Впрочем, всё плохое в мире когда-нибудь заканчивается, как и хорошее, к концу подошли и болезненные сны без сновидений. – Кхе… как же мне х*ево… – пробуждение несостоявшегося героя вышло не из приятных. Тело, как таковое, не сильно болело. Противно только ныли связки и хрящи на руках, особенно в районе пальцев. Зато душа, дух, или что там должно было отвечать за колдовство с магией, болело. Сильно. И выражалось это не столько телесной болью, сколько моральным истощением. – Эй… чёртова лиса… ты здесь? Что ты… со мной сделала?! – В кроватку уложила, одеялком накрыла, – раздался в голове попаданца ехидный женский голосок. – И согрела тебя, несчастного, собственным обнажённым телом! Ох, горе мне, теперь никто замуж не возьмет несчастную, опороченную меня! Прими ответственность за осквернение этого Священного тела, партнёр! – М*ять… еб*ный п**дец… – перешёл на ненормативную лексику несостоявшийся герой, а всё потому, что чужой голос в голове звучал набатом, словно громкие звуки для страдающего похмельем. – Думай тише!!! Плохо мне… – Это же ругательства, да? – каким-то образом… голос в голове, действительно, стал тише. Или же парню это просто казалось? – Какой ты некультурный. Вот совсем недавно казался таким хорошим мальчиком, а сейчас столько брани… фи! Придётся перевоспитывать. – Ты ехидное чудовище… – простонал попаданец, мутным взором уставившись в потолок своей коморки. Как сюда добрался, он не помнил. Лишь мог предположить, что «одержимость» с потерей сознания не закончилась. Удобно, и одновременно жутко. Всё же это очень страшно, когда собственное тело перестаёт слушаться… – Не делай так больше без… крайней необходимости… Боже… так погано, что хочется блевануть душой… ых-хх… – Я чудовищно ехидна, да! – кажется, осталась целиком собой довольна кицунэ, а после из под одеяла показалась её хитрая мордочка. Она, и правда, согревала Александра своей обнажённой пушистой тушкой, свернувшись калачиком под боком. – Зато теперь ты знаешь, что такое отблеск настоящей силы. Понравилось? – Не-е-ет… – честно простонал несостоявшийся герой. – Если после колдовства мне всегда так плохо будет, то лучше верни мне мою никчёмную бесполезность. С дроу-лесбиянками как-то получше… – Не всегда, просто я специально решила немного тебя перенапрячь, – заявила лисичка. – Говорила же, есть множество подводных камней. И это был самый крупный из них. Не выйдет человеку, никогда до этого не колдовавшему, за раз стать сильным. Ну, вообще выйдет, но как ты сам убедился, очень ненадолго. Ещё и расплачиваться придётся магическим похмельем. – Похмельем? – выдавил из себя попаданец. – Не истощением? – А чему в тебе истощаться, сила то моя, – потянулась всём телом, словно кошка, кицунэ. – А вот отравиться от переизбытка этой мощи неподготовленное тело со слабым духом может. Это и есть магическое похмелье, ты перебрал. – А… вот ты мне причину прояснила, мне аж полегчало… – сарказма в голосе парня было столько, что хватило бы, как никотина, на целую сдохшую лошадь. – Неси тогда волшебный рассол… иначе точно помру… – Я не знаю, что такое этот твой рассол, но со временем тебе и так полегчает, – отмахнулась хвостом лисичка, явно не собираясь напрягаться или пытаться помочь. – По слухам ещё сладкое помогает, но я не уверена… – Почему… не уверена? – простонал парень, которому не нравилось, что ему не могут, а может и не хотят помочь. – Потому, что я не колдун, ФЫР! – начала немного раздражаться кицунэ. – И не жалуйся. Ты ж этот… как его… членоносец, потому безропотно превозмогай, как это принято в вашем странном человеческом обществе, а ныть буду я! Мне тоже плохо. Мерзкая эльфийка постоянно сюда вламывалась, поэтому пришлось притвориться тобой и прогнать её. – Несколько раз? – пробормотал Александр, которму от ощущения надвигающихся проблем аж немного полегчало. – Постой… сколько я был без сознания? – Пару-тройку дней, наверное, я не считала, – разлегшись у парня на груди, высунула нос из-под одеяла фенек. – И не волнуйся, я наврала той дроу, что снова наткнулся на пауков, а они меня покусали. Проблем быть не должно. – Зная тебя, проблем будет много, – болезненно прикрыл глаза попаданец. – Надеюсь, что за ноги она меня при следующий встрече не вздернет… – Не сомневайся во мне, партнёр! – наигранно возмутилась кицунэ. – Мне тоже неприятно, когда всякие остроухие зверьки тянут в твою сторону свои грязные клешни! Только я имею право над тобой изгаляться! Я, игривая великолепная кицунэ, а не грязные подземные любительницы бандажа и пауков. – Язва ты, а не лиса… – пробурчал несостоявшийся герой. – И от твоих заверений мне не легче. Ох… чего вообще ко мне эта лесбиянка привязалась? – Какой же ты глупый и недалёкий, партнёр, эх… – протяжно вздохнула фенек. – Я тебе до этого чуть ли не прямо говорила, а ты так и не догадался… эх… – Что говорила? – попытался припомнить попаданец, но в голове было до боли пусто. – Никакая эта дроу не лесбиянка, а совсем наоборот! – выпалила кицунэ. – Я вообще сильно сомневаюсь, что в этой дыре есть хоть одна любительница однополой любви. – Но… как же… – попытался было парировать парень пережитым негативным опытом. – Меня ж тут чуть ли не гнобят за то, что я парень! И всё постоянно подчёркивают, что в Храме послушания могут работать только такие, нетрадиционной ориентации дроу, чтобы не эээ… «попортить» товар. – Они недовольны не парнем, а непонятным соглядатаем, которого к ним подселила паучиха, – фыркнула лисичка. – Они-то думают, что ты если не шпион, то подручный той восьмилапой стервы, вот и пыжатся изобразить спесь. Мол мужчин не любим, ненавидим, даже кушать не можем, только не выкидывайте нас из этого «рая»! Сами-то, могу поспорить, сношаются как кролики со своими подопечными, а не друг с другом. Все эти женские «парочки» просто прикрытие, не более. – Да нет, не может быть… – не согласился попаданец, хотя в его сердце и начали зарождаться сомнения. – Я общался до этого с эльфийками. Они же, буквально, слюни пускать начинают при виде противоположного пола. Будь они любительницами мужских причиндалов, то уже на второй день попытались бы в постель ко мне залезть! – Э-э-э, зачем? – повела ушками кицунэ. – Партнёр… мне кажется, ты себя немного переоцениваешь. Просто посмотри на их воспитанников, среди которых есть как пышущие тестостероном мускулистые орки, так и похожие на милых нежных мальчиков халфлинги, а потом на себя. Смысл им гоняться за синицей в небе, коль в руках уже журавль? Если не понял присказки, то вот на эльфийский манер: зачем вялый гоблинский стручок в лесу, коль огромный орочий хрен уже в… – Хватит, я понял! – прервал собеседницу несостоявшийся герой. Но на душе легче не стало, скорее наоборот. Всегда неприятно быть хуже других, впрочем, к этому начал привыкать Александр ещё со школы, поэтому приступа сильного уныния не случилось. Просто немного обидно, что у откровенно ненавидящих или боящихся эльфиек slaves секс был, а у него, человека самых смелых и широких взглядов, по местным меркам, нет. – Тогда зачем ко мне Эрелуне лезет? – Я то откуда знаю? – прикрыв глазки, решила снова под бочок парню забраться лисичка. – Может она просто ТЯФ… или ФЫР… а то, и вовсе, ВАФ! В общем, сам попробуй догадаться. Или просто спроси у неё. А я, ахх-хх… сладенько подремлю. Так долго бодрствовать даже мне трудно. Буду благодарна, если почешешь меня за ушком, пока не усну. И сам тоже ещё поспи. Как отдохнём, продолжим наши тренировки…

***

Как ни странно, выспаться и нормально отдохнуть у дуэта получилось. Пока они дремали или бессмысленно пялились в потолок, лениво обдумывая складывающуюся ситуацию, никаких эксцессов не случилось. Slaves не подняли бессмысленный бунт в погоне за свободой, эльфийки из-за недостатка плотских утех тоже стачек не устраивали. Тишь и благодать, даже исполнять функцию бегло-переводчика не позвали методом открывания дверей с ноги. Всё было настолько хорошо, что несостоявшийся герой умудрился… выспаться. Именно выспаться, а не гонять иллюзорные чаи в царстве Морфея с ещё одним осколком личности несчастной кицунэ. Но, по-видимому, кое-кому не сильно понравилось, что попаданец так долго остаётся не у дел… – Свинка, ты проснулась? – пока несостоявшийся герой блаженно потягивался, лежа на кровати, без лишних церемоний в комнату вошла Эрелуне. – Смотрю, тебе стало легче. Тело попривыкло к паучьему яду, а? – Да-а… всё именно так, – нащупав кицунэ под одеялом, попытался запихнуть её под свои ноги парень. Чисто на всякий случай, мало ли что в голову придёт нетерпеливой дроу? – Не самые приятные ощущения, но мне становится легче. Спасибо за беспокойство. – Меня беспокоит только то, что моя подопытная свинка может сдохнуть раньше, чем я достигну вершины мастерства кулинарии, – презрительно фыркнула девушка, проходя ближе. При этом взгляд её, обычно сосредоточенный на чём-то одном, сейчас активно «бегал», словно что-то ища. – Хм… лицо выглядит получше, чем раньше. Хорошо… – подобравшись вплотную, дроу схватила парня за подбородок, а зачем насколько раз несильно его голову в разные стороны покрутила, подмечая лишь ей одной ведомые вещи. – Хм… никаких следов. – Они не за лицо кусали… – попытался парень оправдаться, одновременно при этом мягко от чужой хватки освободится, но Эрелуне была непреклонна, а потому отпустила, только когда сама того захотела. – И я в порядке. – Это не тебе решать, раб! – почему-то стала раздраженной эльфийка, а затем, приблизив своё лицо к чужому, со свистом втянула носом воздух. Александру было решительно не понятно, чего именно добивается его визави, лисичка же просто молчала. То ли спала, то ли специально решила не произносить ни слова, пока бесплатное «шоу» не закончится. – Фу, свинка, от тебя несёт, как от потного свинолюда. Ещё и лицо начало покрываться мерзкой волоснëй. Это совсем не мило. Я хочу подкармливать свинку, а не вонючего борова, потому немедленно иди и переведи себя в порядок! – Я бы и рад… но другие дроу будут в бешенстве, если я воспользуюсь вашей общей ванной комнатой, – немного расслабился попаданец, когда намерения эльфийки стали более-менее понятны. – А моё посещение рабских бараков явно закончится очередным бунтом и отравлением паучьим ядом. – Сегодня всех воспитательниц к себе призывает Благословенная, поэтому можешь не бояться, – сложив руки под грудью, снисходительно заявила Эрелуне. – После завтрака здесь никого не будет. Займись собой, пока эта вонь меня окончательно не разозлила. Договорив, девушка решительно развернулась на пятках, а после покинула помещение покачивающей бёдрами походкой. Вот только несостоявшемуся герою было как-то не до любований женской фигуркой… – Фух, не спалились, – облегченно про себя пробормотал попаданец, расслабленно плюхаясь головой обратно на подушку. – Эй, хвостатая, ты там спишь? Нас чуть не обнаружили. – Нашёл, ах-хх… от чего волноваться, – зевнула у него в голове кицунэ. – Глупая остроухая недостаточно догадлива, чтобы сделать верные выводы. И недостаточно смела, чтобы действовать решительно. Нашему побегу она не помешает. – Смотрю, тебя ничем не проймешь, – покачал головой парень, после чего решительно принюхался к собственному амбре. – Слушай, я действительно так воняю? – Да, немытый козлолюд, – выбравшись из под одеялка, чихнула фенек. – Ещё и постельное бельё всё провоняло телесными запахами, про одежду вообще молчу. Учуяли бы такие ароматы зверолюдки течные, точно бы с тебя не слезли, пока не пропитался бы их не менее вонючими выделениями. – Звучит довольно… мерзко, – скривился Александр. – Но зачем же так критично о себе самой? – Не сравнивай меня, благородную кицунэ, с этими примитивными созданиями! – мгновенно разъярилась лисичка, крайне недовольная словами попаданца. – Это тоже самое, что людей сравнить с обезьянами! Хотя не спорю, вы с этими любителями бананов крайне похожи, хи-хи-хи… – Но, тем не менее, с вонючим мной ты спокойно и с удовольствием спала, – поддавшись наплыву игривого настроения, проистекающего от хорошего самочувствия, продолжил подтрунивать кицуньку Александр. – А значит, у вас со зверолюдками столько же общего, сколько у меня с обезьянами! – Ох, партнёр, ты явно напрашиваешься на драку! – распушив розовый хвост, угрожающе заявила фенек. – И на знатную шалость! Вот только вместо «шалость» в смысловом значении Александру явно слышалась «гадость». А уже ощутив на собственной шкуре игривую сущность кицунэ, до такого лишний раз несостоявшемуся герою доводить не хотелось, потому он поспешно пошёл на попятную. – Ладно-ладно, прости, ты намного лучше и благороднее всяких диких зверолюдок, – примирительно заявил парень, подняв руки. – Просто шуточка… неудачная. – То-то же! – вздернула мордочку кицунэ. – Ладно, партнёр, идём мыться. Раз остроухая столь любезно предоставляет нам ванную, глупо отказываться. На том, в итоге, и порешили.

***

– Кья-я-я, извращенец!!! – пискливым тоном взвизгнула фенек, лапками пытаясь прикрыть свои «обнажённые женские прелести». – Не смотри-и-и!!! – Что ты делаешь? – наблюдая за этим своеобразным перформансом, поинтересовался попаданец, будучи в предвкушении скорого отмокания в шикарной, вымощенной плиткой, ванне. – Изображаю заигрывающую яматскую деву, – охотно пояснила лисичка. – Традиция. Я, как уроженка той Священной земли, просто обязана ей следовать. Особенно в банях, ваннах или горячих источниках. – Своеобразно… – вздохнул несостоявшийся герой. – Тазиками, надеюсь, кидаться не будешь? – О, так ты в курсе! – даже обрадовалась яматкая нечисть. – Я бы, несомненно, так и поступила, но у меня нет рук. И здесь нет не то что тазиков, даже деревянной бадьи. Фи, остроухие варвары… никакой банной традиции… – Ладно-ладно, – оставив свои немногочисленные вещи в той самой сумке, которая используется для переноски фенека, и замотав талию полотенцем, парень поспешно направился прямо в ванную. Кицунька, цокая коготками по плитке, семенила следом. Ванная комната оказалась выше всяких похвал. Почти что маленький бассейн или же крупное джакузи, без проблем способное вместить и десять человек. Находилась она посредине комнаты, ниже уровня пола и уже была наполненная пышущей тёплым паром водой. Самым же, пожалуй, интересным элементом комнаты являлись две статуи обнажённых фигуристых эльфиек с кувшинами, из которых постоянно текла вода. – Ого, и не жалко же им воды, – присвистнул Александр, невольно залюбовавшись мастерством неизвестного скульптора настолько сильно, что полотенчико начало невольно топорщиться. – Черт, шикарное место! Надо было намного раньше сюда заявиться. Эх, а всё моя природная стеснительность… – Что-то её не заметно, – недовольно пробурчала кицунэ, неодобрительно покосившись сначала на полотенца, а затем на статуи. – ФЫР… никакого стыда! Знай, будь у меня руки, точно бы запустила в тебя тазик! Важно махнув хвостом, словно поставив точку, фенек величаво подобралась к краю ванны, после чего с громким бултыхом сиганула в неё. К сожалению, дно было слишком глубоко для не самых длинных лапок волшебной лисички, а потому ей только и оставалось, что начать нарезать круги, плывя по собачьи, оставляя за собой шлейф помутневшей от грязи воды. – Мда, и вот с этим я в одной кровати спал? – себе под нос пробормотал парень, не особо торопясь забираться в воду. – Надеюсь, хоть блошек она с собой не притащила… – Чего замер, ВАФ?! – тем временем, наматывая очередной круг, недовольно воскликнула кицунэ. – Скорее забирайся в ванну и стань моей подставкой! Горячей водичкой надо расслаблено наслаждаться сидя, а не вплавь. – Да-да, уже иду, – тяжело вздохнув таки вошёл в ванную Александр. После же, найдя место подальше от грязного пятна, уселся там, оказавшись аккурат меж двух льющих воду статуй. Несостоявшемуся герою глубина показалась нормальной. Даже расслабленно сидя у бортика, вытянув ноги, вода еле-еле скрывала его плечи. – Фух, хорошо. Как же давно я не был в нормальной ванной! Да за это я готов простить дроу почти все свалившиеся на мою голову издевательства. – Мало же тебе для счастья надо… – недовольно заявила лисичка, подплывая вплотную, а после начиная внаглую пристраивать свою мохнатую жопу прямо на живот попаданца, то и дело сползая гораздо ниже, в сторону топорщащейся от переизбытка каменных женских прелестей паха. – Колени подогни, грязный извращенец! Ох, клянусь хвостами, были бы у меня руки, одним тазиком ты бы не отделался… – Тут нет тазиков, – прикрыв глаза, постарался абсорбироваться от длинных лисьих коготков, несильно впивающихся в кожу, попаданец. – И пожалуйста, не ерзай. Живот исцарапаешь. – А ты не пялься на этих мерзких каменных истуканов, – зло процедила кицунэ. – Будь у меня руки, призвать тазик тёмной женской яматской магией не составило бы большого труда! Следовало бы обрушить на тебя ливень из деревянных бадей за твоё извращённое, падкое на эльфятинку нутро, но глупые Боги давно присвоили себе этот фокус, а я не люблю повторяться вне священных яматских традиций! И вообще, начинай меня мыть! Моя шёрстка должна быть мягкой, гладкой и пушистой, раз уж появилась такая возможность. – Ага-ага, вот только у нас нет мыла, – оглядевшись, констатировал попаданец. – Нечем мне тебя мыть, как и себя. Немного в воде поотмокать, похоже, наш максимум. – Нет… пахучие масла для мытья здесь есть, – покрутив мордочкой, принюхалась фенек. – Они совсем близко. – Где? – оглядевшись ещё раз, поинтересовался несостоявшийся герой. – Я не вижу. В ответ кицунэ молча мотнула головой в сторону статуй. – Ты серьёзно? – ничего под каменными истуканами не обнаружив, снова покосился на свою сообщницу попаданец. – Нет тут ничего. Может, раньше и было, но дроу унесли всё с собой. Скорее всего, у каждой из них свои собственные масла, а не… – Не недооценивай их извращённую без меры природу, партнёр! – продолжила стоять на своём лисичка. – Присмотрись. Там жидкость течёт не только из кувшинов… могу поспорить, что как только подставишь руку или потрешь нужное место, появится пахучее склизкое масло. – Да откуда оно может потечь, если… – хотел было повысить голос парень, чтобы переспорить настырную кицунэ, но тут неожиданно всё понял. Стало предельно ясно, откуда мог, да и должен был потечь местный аналог шампуня или геля для душа. До этого то и дело останавливающийся на каменных сферах взгляд Александр опустился ниже, в самый низ живота, чтобы узреть выполненные со всей тщательностью приоткрытые женские «нефритовые врата» с ярко выделенной «жемчужиной». Сходство было настолько сильным, что несостоявшийся герой невольно смутился. Пихать же туда руку, пусть и ради мыла, перестало казаться бесспорно хорошей идеей. – Ну же, давай, мне надоело быть грязной, – начала подначивать парня лисичка елейным голоском. – Обещаю, я никому не скажу. И не стесняйся, я же знаю, что ты этого хочешь. Хочешь излить на свои руки тягучий вязкий сок меж этих ножек, чтобы потом втереть его в свою голо… – Если не прекратишь, я просто тебя мордой вперёд прям меж этих бёдер воткну, а потом так втирать начну эту жижу, что у тебя половина шерсти выпадет! – огрызнулся несостоявшийся герой, на которого томный голосок внутри собственной головы оказывает крайне будоражащий фантазию эффект. – Хи-хи-хи, молчу-молчу, мой милый, смутившийся от каменных изваяний партнёр-извращенец, – захихикала кицунэ. – Лучше скажи, у тебя дворфов, случайно, среди родни нет? А то такая интересная реакция на камни, хм-м… – Хм-м… – в тон зловредной язвочке хмыкнул парень, после чего, немного ту приподняв, швырнул её в центр ванной, где она с пронзительным бултыхом ушла под воду на пару секунд. Какофония тявканья, фырканья, подвывания и прочих недовольных кицуньих звуков в голове несостоявшегося героя была непередаваемая. Но, как говорится, с волками жить, по волчьи выть, а если подстроить фразу под ситуацию, то с кицунькой жить, зловредно над ней шутить. – Варвар! Мерзкий гайдзин! Негодяй! – как только лисичка немного взяла себя в руки, начав выражаться членораздельно, посыпались с её стороны многочисленные упрёки, а то и страшные оскорбления. – Эльфолюб! Куммер камнемес! Тебе мама в детстве не говорила, что нельзя прекрасных лисичек с головой в воду окунать?! – Мне мама вообще велела с говорящими животными не контактировать, а сразу бежать к целителю, – расслабленно заявил несостоявшийся герой, сползая в воду по нос. – Отомщу-у-у… – угрожающе загребая лапками, поплыла в сторону Александра лиса. Отсутствие раскаяния со стороны партнёра её явно не радовало, если судить по нездоровому блеску во взгляде. – Да-да, в тапки мне нагадишь, – приподнявшись немного, притянул к себе фенека парень, начав старательно ту почесывать и поглаживать во всяких разных местах. В ответ кицунэ недовольно сипела, скрипела, щуря от удовольствия глазки, но страшно мстить не спешила. – Но я тебя просил перестать подтрунивать, а тебе всё шутки шутить. Вот и мне тоже захотелось немного попроказничать. Вообще же, это очень подло, вот так издеваться над чужой сексуальной напряжённостью. Ты как ко мне в голову влезла, так даже в своей комнате уединиться нельзя, а я, в отличие от мужчин вашего мира, не настолько большой поклонник вынужденного воздержания. И эльфийки мне противными не кажутся, даже тёмные. Скорее наоборот… – Извращенец, – в ответ заявила кицунэ. – Грязный, мерзкий извращенец! Ты бы ещё на остроухих рукоблу… а нет, ты уже. Не компаньон, ходячий набор самых грязных плотских извращённых фантазий! Но не переживай, партнёр, я тебе помогу! Так помогу, что больше никакая обнажённая округлость не смутит и не отвлечёт тебя от нашей великой цели! – Да-да, дерзай, – поддакнул ей несостоявшийся герой, намереваясь, тем временем, добыть немного мыла. Пришлось ему, таки, лезть к льющим воду обнажённым статуям. Вот только теперь соблазнительные каменные изгибы выглядели… иначе. Вместо гладких линий и округлых форм – сплошная ребристая угловатость, вместо приятных взгляду черт – убогая бесформенность. Образы соблазнительных эльфиек стали жуткой отсылкой на пиксельную Лару Крофт с лицом-кубиком и грудью-параллелепипедом. От увиденного у Александра чуть слезы из глаз не навернулась, настолько ранящим было зрелище. Зато томление в груди вместе со смущением ушли, словно их никогда и не было. Ниже пояса тоже всё вскорости успокоилось, расстроенно опав. – Ну что, партнёр, камни тебя ещё манят? – ехидно поинтересовалась лисичка. – Или с приступом дворфизма покончено? Можешь не благодарить, охо-хо-хо! – С каждым днём я всё дальше от Бога… – тяжело вздохнул попаданец, после чего смело, без всякого пиетета или нервозности, пальцем ткнул в каменный «холмик удовольствия». Догадка оказалась верной… из «нефритовых врат» потекла тягучая маслянистая жижа, отдающая не то травами, не то цветами. Собрав искомое на ладони, Александр начал их тереть друг о друга, пока не добился лёгкого пенящегося эффекта. – Подставляй уши, хвостатая. Сейчас я их тебе хорошенько намылю…

***

– Как хорошо быть чистой и душистой, ля-ля-ля, ня-ня-ня… – напевала у Александра в голове лисичка, пока он, с охапкой грязных вещей в сумке поверх фенека, неторопливо шествовал в сторону своей коморки. Не смотря на произошедшее, настроение у него было, в целом, хорошее, а беспокоило его только отсутствие бритвы. Но даже так, в голове уже зрели идеи того, как можно избавиться от начавшей чесаться небольшой, отросшей за время заключения под землёй, бородки. Заодно и подмышки выбрить, до кучи. Но вот чего попаданец точно не ожидал, так это наличие в своей коморке постороннего человека… то есть дроу. Тщательно обобранной коморке, ибо все его грязное постельное бельё, единственная ценность помещения, не считая кровати, отсутствовало, а на самой кушетке, вальяжно закинув ногу за ногу, восседала она. Девушка, что и отправила несостоявшегося героя принимать ванну. – Э-э-э… завтрак в постель? – предположил попаданец, пятой точкой чувствуя, что зреет нечто недоброе. – Кто она, свинка? – холодно поинтересовалась дроу. – Кто? – удивился такому вопросу парень, гадая, как ему отбрехаться от наличия в его сумке розовошерстного фенека. Вот только ничего дельного на ум не приходило… – Кто эта с*ка, грязная похотливая бл*дь, презревшая правила и покусившаяся на твою постель? – слегка качнувшись вперёд, Эрелуне поднялась на ноги. – Не понимаю, о чем ты, – как можно более правдоподобно попытался ответить парень, вот только блеснувшая во взгляде девушки сталь не предвещала ему ничего хорошего. – Не ври мне, свинка, – подняв левую руку, продемонстрировала эльфийка зажатый между пальцами длинный волос. Знакомого розоватого оттенка волос. – Ты спутался с какой-то похотливой бабой, я знаю. И не было никаких ядовитых пауков во второй раз, просто свинку как следует объездила какая-то развратная грязная предательская с*ка. Имя, свинка, назови мне её имя. Если признаешь прямо сейчас, я не сильно тебя накажу, ведь маленькая хрюшка не более, чем жертва жаждущей нежного мяса хищницы. Но если продолжишь упорствовать… я сильно разочаруюсь. Не кусай кормящую руку, иначе после того, как с тобой закончу, ты сможешь изъясняться исключительно хрюканьем. – ФЫР… совсем крыша от воздержания поехала, – раздалось фырканье кицунэ в голове Александра. – Ну, эльфолюб, вперёд. Это идеальная возможность узнать, почему эта остроухая к тебе прицепилась. Дерзай…