Жажда Перворожденных

– И снова ничего… – с ноткой лёгкой меланхолии вздохнула эльфийская ведьма, сидя в своём любимом кресле. Сейчас она находилась в личных покоях своего особняка, и из одежды на ней был лишь полупрозрачный пеньюар розовых оттенков. Женщина, за свою неизмеримо долгую жизнь, уже перестала чего-либо стесняться, особенно в собственном доме. – Какая жалость, удача который день ко мне не благосклонна. А ты что думаешь? – М-м-м… – сладко простонала ей в ответ покрытая чешуёй девушка, чье тело было надёжно опутано десятком сияющих от переизбытка магии эластичных верёвок, причём зафиксировано так, чтобы подчёркивать все самые выдающиеся женские достоинства. Во рту у неё был розовый кляп, глаза закрыты плотно облегающей тканной маской, а ведущие к сладкому, разгоряченному естеству пещерки, надёжно заткнуты. – М-м-м!!! Поскольку найти пропажу всё никак не удавалась, эльфийка посвятила себя иному, не менее интересному делу, а именно – приручению и дрессуре попавшей к ней в руки странной драконицы. Многие бы не согласились с её методами, назвав их бесчеловечными, но на такое волшебница лишь лениво пожимала плечами, ибо к людям она вообще не имела никакого отношения. Да и вообще… боль с удовольствием, на самом деле, лишь две стороны одной медали. И удовольствие можно сделать пыткой, а боль –наградой, если знать способ. Эльфийка же была не просто мастером, а создателем, творцом подобного вида «искусства». – Ещё не хочешь называть меня мамочкой, моя милая ящерка? – если бы взгляд драконицы мог испепелять, то поместье давно бы стало огромным поминальным костром. – Нет? Ну, значит, мы с тобой сегодня ночью снова не уснем. Я всему-всему тебя научу, ещё шире приоткрыв дверцу в мир чувственных плотских удовольствий. – М-м-м!!!! – пленница задергалась в своих путах, вот только те держали крепко, не давая и шанса на побег. – Ну-ну, тише, моя милая, побереги силы на вечер, – полуприкрыв полные нечеловеческих желаний глаза, чувственно облизнула свои губки Идриль. – Хочу сполна насладиться твоими стонами. Раз маленький беглый герой всё никак не хочет быть найденным, ты его немного мне заменишь. Как и вчера, позавчера, да всё остальные дни, что мы проводим здесь с тобой вдвоём. Почти уже месяц прошёл… как быстро летит время. Знаешь, когда я найду сладенького, то первым делом спущу на него раздраконенную драконицу. То есть, тебя. Уверена, ваше потомство будет… интригующим! На это девушку мычала уже не столь агрессивно, скорее задумчиво. Плен, вообще, многое переменил в жизни Сефир, открыл глаза на «глубину кроличьей норы». Теперь она точно знала, что именно следует делать с пойманными самцами ради своего полного… удовлетворения. И если выберется из столь непростой ситуации, то своего более не упустит. Как следует «отомстит» человеку за всё перенесённые, по его вине, унижения. Возьмёт с процентами… натурой. Что же до невольно-добровольных помощниц из Отчаянных дев, то их пришлось вернуть в Брум. На свою подругу Кислесс они, мягко скажем, были злы. Грозились пустить сбежавшего от них попаданца по кругу прямо у неё на глазах, предварительно надёжно связав девственного рыцаря. Чтобы смотрела, завидовала и страдала. Маленькая такая женская месть за коварное предательство. Когда же оказалось, что поисковая магия не даёт результатов, сильно расстроились. Даже загрустили. После недели ожидания попросили вернуть их в город, где всё и началось. Решили искать своими силами, параллельно ища замену исчезнувшему мальчишке. В конце-то концов, Александр был не первым мужчиной в Отчаянных девах, но единственным, чьë тело смогли использовать так, как изначально коварно задумывали. Что же до возмущённых эльфийских принцесс, то ведьме удалось сдержать их тёмные похотливые воззрения на её свободолюбивого отпрыска. Договор не был нарушен, волшебник никого не призывал. Впрочем… это не помешало эльфийке знатных кровей отправить свою поисковую экспедицию, с собой во главе. Ибо и ежу понятно, что если лично не контролировать на вид верных, бравых да преданных воительниц, «героя» они приведут, мягко скажем, не «первой свежести». Если вообще вернутся, а не затеряются где-нибудь на просторах мира столетия на два-три, оставив странника из иного мира себе. Впрочем, до деятельности знатных эльфийских домов ведьме не было совсем никакого дела. Мальчика они не найдут раньше неё, как бы не пытались. В своих способностях Идриль нисколько не сомневалась…

***

И если на поверхности поиски продвигались своим чередом, то под землёй кипели нешуточные страсти. – Эрелуне, девочка моя, наше терпение не безгранично, – высказала своё фи дочери развратного вида эльфийка, крайне похожая на саму бывшую наставницу Храма послушания. Похожая, но не совсем. Фигура у старшей дроу была более… женственна, более соблазнительна и округла в нужных местах. Впрочем, оно и не удивительно, годы берут своё даже у вечно-живущих, но выражается это, порой, крайне своеобразно. – Мы отвлеклись от важных дел, пришли за тобой, совращённые заманчивыми обещаниями распробовать юного человеческого мяса, но что в итоге? Мы посредине разрушенного селения изгнанников, а твоего мальчика нет и в помине. – Я не знаю, куда он мог деться! – нервозно озираясь по сторонам, ответила ей Эрелуне. – И даже не представляю, кому и зачем пришло в голову сражаться здесь с драконом! Ситуация для девушки, и правда, была не очень хорошая. Клан пришёл, заманенный обещаниями лёгкой добычи. Чтобы обнаружить следы подлого беглеца, им пришлось задействовать множество ресурсов, всю свою шпионскую сеть, но такого результата они не ожидали. – Эрелуне, мой ядовитый грибочек, драконы – это всегда очень сложно, – недовольно полуприкрыв глаза, начала читать дочери нотации женщина. – Очень проблематично и очень опасно. Нам, пока, неизвестны все подробности произошедшей здесь трагедии, но даже самая неудержимая охотница за мужчинами, чье чрево изъедено нестерпимой похотью, дважды подумает, прежде чем свяжется с драконом. – О, дорогие гости, добро пожаловать, добро пожаловать в мои скромные… обвалившееся залы, – в сопровождении молчаливых и вооружённых налетчиц дома, ищущей своего беглого раба юной дроу, пришла к говорившим ещё одна женщина, которая, возможно, прольёт немного света на произошедшие здесь события. – Предложила бы Мезоберензанского вина с добавлением семени юных сладеньких slaves, но всё запасы сгинули, как и половина этого замшелого поселения. – Ничего страшного, мы и не собирались долго вас беспокоить своим присутствием, – ответила ей мать Эрелуне, почти не заботясь о хитросплетениях темноэльфийского этикета. В этой покинутой Ллос дыре просто не перед кем ткать словесные кружева, тем самым выражая своё почтение. Она пришла говорить с позиции силы, так пусть малочисленные местные жители будут благодарны, что её клан, пока, ведет себя в рамках минимальных приличий. – Просто от моей зловредной дочурки, этого маленького кусачего паучка, сбежал её первый раб. И поэтому, мы пришли вернуть своё. – Ах, так это ваш slave, – долго не раздумывая, почти сразу заговорила глава поселения. – Достойный выбор. Если бы не сопровождающий его дракон… Какая печальная растрата и без того недолгих человеческих лет. На цепи, у моего ложа, он принёс бы гораздо больше пользы! – Дракон… как он умудрился подцепить сраного дракона?! – вопреки приличиям, взвопила Эрелуне, чуть ли не начав грызть ноготь на большом пальце из-за резко нахлынувшего стресса. Мать посмотрела на неё с неодобрением, глава порушенного поселения с толикой снисходительного ехидства во взгляде. Эрелуне демонстрировала поведение, не достойное уважающей себя дроу. Даже если дом сгорел, а любимого раба сношает толпа гоблинш, настоящая тёмная эльфийка не покажет неуверенности или беспокойства на своём идеальном лице. Лишь снисходительное презрение к бросившим ей вызов обстоятельствам. Впрочем, пока это терпимо. Девочка ещё молода, ее slave не увидит слабости хозяйки, но вот её родительница сделает выводы. И потом займётся более… внимательным воспитанием дочери. – Дракон не сатириазис, его не подцепляют, – одернула родственницу старшая эльфийка. – И раз за мальчиком увязалась гигантская ящерица, я начинаю сомневаться в необходимости… продолжать поиски. – Дракон, это ещё не всё, – прежде, чем Эрелуне успела возмутиться, взяла слово глава селения. – Я не настолько глупа, чтобы пытаться отбить у могучего зверя его добычу. Сражение начали другие… группа искательниц приключений. И вела их особа… намного более опасная, чем дракон. Она же его и сразила в итоге. – Кто это был? – поняв, что монстр повержен, немного успокоилась молодая эльфийка. – Они забрали моего мужчину?! – Нет, мальчишка изворотлив, что склизкий угорь, – покачала головой дроу. – Сбежал в самый последний момент. Что же до личностей тех отважных воительниц, они мне неизвестны. В отличие от ведущей их колдуньи… может я и ошибаюсь… но, кажется, это была сама… Вестница раскола. Во плоти. – Это… смелое предположение, – подобная новость заставила и мать Эрелуне невольно запнуться. Было от чего, та личность была, воистину, легендарной для всего народа дроу. Судьбоносной. Одной из тех, по чьей вине вообще произошёл раскол когда-то единого эльфийского народа. – Что ей вообще могло понадобиться от обычного, пусть и довольно милого маленького slave? Впрочем, это уже не важно. Эрелуне, мой колючий цветочек, мы уходим. Есть в этом мире личности, дорогу которым лучше никогда не переходить. Пусть это будет непросто… но постарайся забыть этого сладкого мальчика. Лет через семьсот найдешь себе другого… не хуже этого. – Но мама! – возмущению девушки не было предела, как и поселившейся в сердце обиде. Она так долго шла к этому, сбежала из Храма, нашла в себе решимость обратиться за помощью к семье, за что придётся ещё расплачиваться, а теперь следует просто сдаться. Сдаться потому, что какая-то древняя опасная сучность решила прибрать себе ЕЁ мужчину. – Ты… ты можешь мне не помогать, тогда я пойду одна! – Эм… нет, – задумавшись на мгновение, выдала свой вердикт женщина. – Ты пойдёшь со мной. Это не обсуждается. Уж не знаю, чего такого важного в том мальчишке, но безопасность на первом… – Он герой, – лаконично заявила глава селения, буквально подчеркнула. – По крайней мере, ТА личность в это искренне верит. Все замолчали. В воздухе повисла напряжённая тишина, прерываемая лишь редкими звуками деятельности подземной живности. – Дочь моя, непослушная маленькая змейка, почему ты раньше мне об этом не сказала? – наконец, поинтересовалась старшая дроу, нехорошо так посмотрев на свою родственницу. – Я… я сама не знала… – ошарашено пробормотала Эрелуне. – Он – герой… я… не верится даже… может, это какой-то другой беглый раб? Может, следует поискать в других мес… – Неважно! – отмахнулась от неё тёмная эльфийка. – Неважно, дракон или сама Ллос охотится за мальчишкой, столь ценное мясо станет моим! – поймав на себе сощурившиеся взгляды окружающих её дроу, женщина откашлялась, а после исправила свою маленькую оговорку. – То есть нашим, дочь моя, мой маленький паучок. Достоянием нашего… великого клана. Всё ради семьи, несомненно. Такая резкая перемена планов не вызвала у Эрелуне особой радости. Скорее наоборот, заставила впасть в лёгкое отчаяние, ибо больше всего она страшилась того, что её дражайшая родительница, не так давно, буквально тройку столетий назад похоронившая отца юной дроу, решит снова «выйти на охоту». И желаемой добычей станет никто иной, как сам Алекс. Женская солидарность, отношения матери-дочери, банальная порядочность… забудьте. Шанс поиметь, отыметь, а после «выдрессировать» героя намного более ценен, чем отношения с родной коровью. Тем более с последней можно и… поделиться. Не сразу, через парочку десятков лет. Всё ради воспитательного процесса, само собой! – Собирайте ловчие отряды, поднимайте стяги Дикой охоты! – тем временем во всю разошлась родительница Эрелуне, созывая разбредшихся по разрушенному селению подчиняющихся ей тёмных эльфиек. – Клан «Живущих развратом» идёт напомнить жалким наземникам, кому именно принадлежат их мужья и сыновья! Всё познают, насколько deep и dark dungeon чистокровных дроу!

***

В себя попаданец проходил с трудом, прибывая в странном пограничном состоянии меж сном и явью. Ему виделась непроглядная тьма, слышался чей-то обеспокоенный голос, вот только слова было не разобрать. Странное, неприятное состояние, из которого было невозможно выбраться своими силами. Однако, через некоторое время, парень очнулся. Просто открыл глаза в один прекрасный момент, уставившись в низкий каменный потолок. Работа явно была не эльфийской: ни гладкости, ни изящества, просто кое-как подогнанные друг к другу шершавые, потемневшие от времени камни. – Холодно… – озвучил Александр свои ощущения, с трудом приподнимаясь с того места, на котором лежал. На попытку совершить сей незамысловатый манёвр спина отозвалась противной ноющей болью, вырвав из рта несостоявшегося героя невольный стон вперемешку с кряхтением. – О, чел, ты очнулся! – раздался откуда-то сбоку незнакомый парню… «щелкающий» голос. – Ха-ха, я победил! Повернув голову, попаданец обнаружил перекрывающую путь решётку. Вид до боли знакомый, но от того не менее неприятный. Парень находился в тюремной камере. Правда, заговорившего с ним незнакомца всё ещё не было видно. – Эм… есть тут кто? – негромко подал голос Александр. – За что меня посадили в тюрьму? – Тюрьма? – снова прощелкал голос откуда-то со стороны коридора, из той части, которую попаданец не мог видеть из-за каменных стен своей камеры. Следом начали раздаваться и шаги. Странные, неблагозвучные, словно по полу стучали чём-то полым. – Нет-нет, бро, не говори таких страшных вещей, – из-за стены медленно вышел самый настоящий скелет с сияющим в глубине пустых глазниц зеленоватым магическим пламенем. Пройдя пару шагов, он остановился напротив решётки. – Это не тюрьма, а просто гостевые комнаты Сквернокамня. Расслабься, чел, мы не какие-то там злодеи. Просто жаждущая пожрать всё живое и обратить мир в прах нежить. Один словом – очень дружный коллектив! Меня, к слову, зовут Джо «Пустая Черепушка», но можно просто Джо. Для попаданца день, определённо, начался на очень интересной ноте.