The Night We Met

Уже с самого детства семейка Харгривз могла наблюдать очень уж интересные взаимоотношения между номером Четыре и номером Пять. Какие-то они были слишком странные, вроде они и не ссорились, но и не дружили. Но никто не знал, что холодными вечерами, когда Клаус весь дрожал от страха голосов в его голове и от вида жутких галлюцинаций, именно Пятый приходил к нему, стараясь успокоить мальчика. А зимой, эта история приобретала другой оттенок: когда начинал падать первый снег, мальчики забирались на подоконник, закутываясь в тёплый плед, и просто смотрели то, как снегопад то усиливается, то уменьшается. Они могли сидеть так практически до утра, а потом номер Пять вновь возвращался к себе, чтобы их вдруг не застали кто-то из семьи. Но вот, наступил тот самый день, когда Пятый пропал. Клаус не знал куда себя деть по ночам, он ведь так привык к этому всему. А когда наступила зима, он и вовсе раскис. Никто из семейки не понимал что происходит с парнем. А он и не хотел объяснять. С огромным трудом, Клаус научился жить без этого всего, во все времена года все было нормально, но зима.. каждый раз одно и тоже, а особенно перед рождеством. Кудрявый, можно сказать впадал в некую апатию и абсолютно ничего не хотел. Члены семьи догадывались в чем дело, но будто сами не хотели это признавать.

***

Спустя много лет, Клаус вырос и стал таким другим, ведь в детстве он мечтал о другом.. а стал он наркоманом и алкоголиком. Но что сделать, у него просто не было выбора. Точнее, выбор был, но он не мог вернуть обратно своего брата, а значит выбора таки не было. Когда Пятый все же вернулся, он сначала и не узнал любимого братишку. Клаус осунулся, огромные синяки под глазами давали какой-то болезненный вид, а эта улыбка не давала ничего хорошего. Шатен старался не обращать на это внимание, ведь он по прежнему считал себя виноватым в том, что сбежал, бросив Четвёртого. Возможно, если бы он остался, с Клаусом было бы все хорошо.

***

Когда Харгривзы все же победили апокалипсис, их жизнь пошла своим чередом. Лишь Четвёртый и Пятый, не знали куда деваться, поэтому остались в их особняке. Но, как бы не хотелось, они даже не разговаривали между собой, иногда можно было услышать лишь сухое приветствие и все. Когда же наступила зимняя пора, и начал выпадать первый снег, никто даже не обратил внимание на него. Может забыли, а может просто сделали вид, чтобы не ворошить прошлое. И вот, наступает тот самый канун, когда все бегают по магазинам как ошалелые, пытаясь найти товары по скидкам, чтобы поздравить своих "любимых" родственничков. И лишь Сеанс и Таймер были дома, абсолютно никак не реагируя на происходящее.

***

Уже практически полночь. Сеанс давно в своей комнате, его не волнует происходящее на улице: громкие фейерверки, радостные крики людей и взрывы хлопушек. Он лежал в кровати, после чего резко поднялся и отправился к окну, не забыв взять плед, тот самый детский плед, под который кудрявый уже не особо и помещался, но это было неважно. Уставившись в окно, мужчина наблюдал красоту зимнего ночного города. Как вдруг, яркая синяя вспышка озарила комнату и перед мужчиной оказался его старший-младший брат, который держал в руках два бокала, по видимому с шампанским. — Надеюсь, я вовремя? — мальчик посмотрел на Клауса и улыбнувшись, протянул ему бокал. Сеанс был немного растерян резким появлением Таймера, но все же взял бокал, сразу сделав мелкий глоток. — Присаживайся. — мужчина подвинулся, давая Таймеру больше места на подоконнике. М-да уж, в детстве это место казалось намного больше. Пятый, недолго думая, умостился между ногами брата, а после повернулся на брата, чокаясь с ним бокалом. — Знаешь, Клаус, давно хотел сказать тебе... — не успев закончить, Таймер лишь ощутил как его губы накрыли другие, как тогда, в детстве. Только тогда это был короткий мимомётный поцелуй, которого вроде и не было, и он вообще оказался случайностью. А сейчас это продолжалось целых несколько секунд. Пятый прикрыл глаза и лишь поддался навстречу, не пытаясь как либо отстраниться. Часы пробили ровно полночь, когда на улице запустили очередные фейерверки, а люди громко закричали. Тогда оба и поняли, что наступило Рождество. Когда поцелуй наконец был разорван. Клаус лишь усмехнулся и взглянул в чужие глаза. — Я знаю, что ты хотел сказать, но я привык сразу действовать. — после этого мужчина отпил глоток шампанского и рассмеялся. Таймер же, тоже сделал глоток шипучего напитка, а после снова поцеловал мужчину... — С Рождеством, малыш. Так они и сидели, на подоконнике, смотря как снег осыпает улицы их города, а их сердца греют друг друга.