Хороший брат

      Тсунаеши Савада задорно скалится - внутри него кипит злость вперемешку с раздражением.       Его пламя заблокировали. Бедное небо, что вобрало в себя слишком многое от тумана. Только глаза его теперь блестят фиолетовым. Всегда. Так же, как раньше горели янтарным.       Кто бы мог подумать, что его пламя спрячет в себе еще частицу. Оно помешало отцу обнаружить суть его неба в детстве, просто посчитав слабым, заставило его же позже выбрать младшего брата, а не пытаться переделать Тсунаеши. Его могли бы обнаружить в любой момент, когда он только учился взламывать и лез туда, куда не следовало.       Оно увеличивало вероятность успеха, выживания. Сейчас все это казалось безумно смешным. Поэтому он улыбается своему отражению и окружающим людям. Произошедшее все еще отдает болью, так что в этой улыбке больше зубов, чем нужно.       Люди обходят его стороной. А Тсунаеши чувствует себя насквозь пропитанным этой смесью эмоций. Словно бомба. И окружающие это чувствуют.       Он начинает поклоняться этому маленькому чуду. Чему-то, что всегда было на его стороне. Больше-больше-больше.       Его пламя неба заблокировано. Они решили обменять его на деньги. Жалкая подачка. Бумажки в обмен на практически инвалидность.       Он сжимает зубы, почти слыша треск.       Покупает мотоцикл и валит как можно дальше. Потому что начнется охота. Гены Примо, уникальный тип пламени. И он бежит-ищет-учится.       Маскирует внешность. Годы идут друг за другом. Документы за документами. Дороги за дорогами.       Его не зовут Тсунаеши уже лет пять. Он отмечает это, приезжая в Италию.       Солнце, энергия и кровь в переулках. Опасность и очень высокая вероятность умереть. Это практически смешно. И он смеется. Теперь это его единственный способ выражать эмоции.       Так его и находит Кавахиро. Они сидят ночью на крыше одной из местных кофеен. Уже-давно-не-Тсунаеши болтает ногами и пьет чай - он считает это забавным, - наплевав на все. Напевает песенку. Что-то на немецком. И смеется.       -Ты не там, где должен быть. Ты ведь уже догадался? - спрашивает шаман.       -Я не тогда, когда должен быть, - качает головой вечный подросток.       Древний Туман лишь скалится.       -Система милостива, она любит давать вторые шансы, - он осматривает его, словно видя все повреждения - или тысячные.       А парень лишь смеется. У него за душой ежедневные попытки суицида - включая трюки, - адреналиновая зависимость и внешность шестнадцатилетнего. Словно жизнь остановилась вместе с запечатыванием неба.       -Так мы можем пойти дальше? Или это будет назад? - щурится он.       А в глазах его смесь злобы и ненависти. И пламя горит чудовищно, превращая небольшую примесь в огромный океан, а запечатанное в лаву, что вечно будет разъедать тело. Ему больно, страшно и кажется, что подтекает крыша.       Ему за все свершения дали вечную пытку. Уже никогда ничего не будет хорошо, а потому он просто продолжает скалиться. Просто чтобы не выть в голос.       Тсунаеши Савада не успел пообщаться лишь с одним Проклятым.       Кавахиро призывает что-то древнее, страшное. И эта сила окутывает его дымкой. Не розовой, как у базуки. Белоснежной, словно пар.       И уже-не-Тсунаеши видит дверь особняка, что ранее видел лишь на фото.       -Великий каскадер, Скалл де Морт, прибыл! - оповещает он, сильнее щуря глаза, чтобы не был заметен злобный блеск вечно подсвечиваемых пламенем глаз.       На него смотрят молодые пока-что-не-Проклятые, и это почти жутко. *       -Тсунаеши Савада прибыл! - кричит человек, стоящий за Иетсуной.       И Интуиция начинает выть. Десятого оглушает паника своей же способности. И Скалл, как хороший брат, выносит ему мозги. Он помнит это давящее чувство. Так почему бы не помочь?       За его спиной бессмертное облако снимает шлем. И видны не фиолетовые волосы, пирсинг и куча грима. Нет. Там действительно Тсунаеши. Одновременно такой взрослый и неизменный. Лишь безумие мешается с опытом в широко распахнутых глазах. Уже не фиолетовых.       И чувствуется сладковатый запах гнили, что всегда шел от его неба. Карамель и трупы. Как катастрофа под шутками.       Он заполняет зал. И люди не могут не дышать пламенем, парализующим чужую волю. Все словно окаменели. Даже другие Аркобалено застыли статуями самим себе. Пламя давит, поглощает.       Здание, где собрался весь Альянс, древнее строение, где ходило еще первое поколение королевской семьи. Такое красивое и монолитное.       Скалл усмехается. Он действительно ненавидит всех этих ублюдков.       Раздается взрыв.       О, он надеется, что это убьет его. Савада Тсунаеши не хочет делить вечность с Туманом.       А Кавахиро лишь смеется. Впервые за очень много лет.       Зачем идти рядом, если можно оставить пост?       Глупый новый шаман.