Повод

      Есть совсем немного правил, которым Нес следует безотказно. Одно из них: «думай на холодную голову». Обычно, оно вспоминается, уже после истерики, или другого яркого всплеска эмоций. Но всё же вспоминается, и Нес ему следует, не принимает никаких решений, пока не отойдёт от ситуации эмоционально.       Эмоции всегда всё портят. Мешают здраво оценивать ситуацию, взвешивать варианты, координировать мысли. Они слишком разные, и к сожалению, чаще всего предсказуемые. Однако, движимый чувствами, способен пусть на предсказуемые, но сумасшедшие вещи. Эмоции могут вызвать мысли, которые, ни при каких обстоятельствах, не появились бы при здравом уме или холодном, рациональном расчёте. Страх, ненависть, любовь — наверное, одни из самых влиятельных, порождающие новые черты личности. Вроде излишней осторожности, жестокости, твёрдой преданности.       Один и тот же страх, может дать разные черты. Это крайне относительно, как и всё в мире, всё слишком зависимо друг от друга, вся жизнь: ситуации из прошлого, нынешнее мнение, чьё-либо влияние. Всё, что сформировало личность. И эта самая личность, каждая, будет реагировать на страх по-своему. Кто-то испугается и сбежит, другой испугается, но ответит, а третий застынет на месте. И здесь нет правильного или неправильного решения, они зависят от личности, которая воспринимает эту ситуацию. Только воспринимать её придётся под эмоциями, а потом, поразмыслив, возможно принять другое решение.       В этом и заключается смысл правила, думать на холодную голову. Нужно переосмыслить ситуацию без эмоций, которые переполняли мозг на тот момент. — Магнус, это полностью обдуманное решение, я за ним просто не успеваю, — Нес говорила так, будто сама с собой не была согласна, отворачивалась к полу, часто моргала и твёрдо сжимала челюсти. — Я думала, ты поймёшь. — хмуро, нехотя продолжала говорить, только тише. — Если это повторится, я могу окончательно сойти с ума. — Не волнуйся за него, война же закончилась, никого не отправляют в пекло. Мы даже не рискуем. — Он просто создан чтобы за него волноваться, — шутливо буркнула Нес и наклонилась к столу, за которым сидел командир. — Я не боюсь рисковать, и ты это прекрасно знаешь. Но рисковать жизнью Нокаута — не собираюсь. Этот поход тоже должен был пройти гладко. И он бы прошёл гладко, будь я быстрее, будь у меня т-шестерня. А так, я просто не успеваю за Нокаутом, я его торможу. К чему ему такой груз? — Там не должно было быть вспышек, — мотнул головой Магнус. — Рельеф планеты сильно изменился, и наши карты устарели. — Значит, теперь, — указала пальцем в пол, опасливо увильнув глазами в сторону. — каждая миссия, это риск. — Нес поставила точку. — Поэтому прошу тебя, как друга, — наклонилась ещё ближе. — дай ему работу в пределах базы, а я отработаю за двоих. Или возьму этого, который, берсерк. — Рассмен. — Да, этот. — Как знаешь, — это было согласием. — У него появятся вопросы. — Скажешь, что я на задании.       Коммандер знал, что Нокаут рано или поздно доберётся с вопросами. Но с другой стороны — он ведь и сам не хотел сотрудничать. Нес и Нокаут работали вместе только из-за приказа и поставленных рамок. Так было. Работают ли они сейчас только из-за приказа? Нес была бы полной идиоткой, если б убеждала себя в смутной правоте. Да, первые дни она не выносила циничного тона, фраз, ставящих умственное развитие медика на десяток ступеней выше. Это раздражало не хуже застрявшего где-то в стыках камушка, звенящего при любом движении, особенно ходьбе. Голос Нокаута был тем самым камушком, постоянным звоном в голове. Нес просто не могла принять, что напарник, ещё и десептикон, в чём-то лучше неё.       Границы знаков чуть размылись. Время в беспомощности, на одинокой планете, сыграло свою роль. Слова Рэтчета, Магнус. Наконец пришло осознание, что война закончилась. Нужно было встретить самого Саундвейва, легко закончившего вражду, чтобы это осознать. Даже самый верный помощник Мегатрона принял конец, как должное и правильное в кратчайший срок.       Безусловно, напряжение между кибертронцами разных знаков осталось, и будет висеть ещё очень и очень долго. Но… Немыслимо. Неужели всё взаправду кончилось?       Коммандер продолжал бороться с самим собой, размеренно принимая реальность такой, какой она является. Возможно, проведённые в одиночестве века, со старой обидой, старыми знаниями о войне, не дают до конца принять мир. Для других это произошло как-то, более плавно. А Нес будто из другого времени вернулась. Будто не прошло и недели с момента падения Кибертрона. — Замри, — все рассуждения и домыслы рухнули в секунду.       Нес отточенным движением вскинула дробовик. Без азарта. На крыле Дельты, копаясь в проводах, торчащих из снятой обшивки, лежит берсерк. Поджав губы, быстро проморгавшись, фем подняла тяжёлый взгляд разочарования, обвиняя берсерка в предательстве и поломке корабля. Даже не разобравшись в ситуации. — Что ж, ты меня поймала, — мех медленно поднял чуть согнутые руки.       Прицел не дрогнул, сопровождая каждое движение Рассмена. Зрительный контакт не обрывался ни на секунду. Берсерк продавливал юного спец-солдата взглядом, с таким напором, будто именно он хозяин ситуации, а не вооружённый. Одним только выражением лица, мех уверял, что всё в порядке, и ему хотелось верить. Плавно, чересчур спокойно, встал на колени, всё ещё держа руки поднятыми. — Сюрпри-из, — один уголок губ высоко поднялся, симметрично с бровью.       В замешательстве, Нес сделала шаг назад, ухватив оружие покрепче и твёрдо встав на пол. Берсерк чуть прикрыл глаза и вольно опустил голову на грудь, угадывая мысли напуганного коммандера. — Мне показалось Уилджек, слишком долго будет решаться помочь, — аккуратный голос расположил фем к себе, и она опустила дуло в пол, слушая собственный пульс и пытаясь успокоить мысли. — Надо предупреждать, — громко высказалась Нес. — О сюрпризах не предупреждают, дорогая моя, — Рассмен расслабленно опустил плечи, положив руки между коленей. — Если тебе на вылет, дай секунду, верну всё на место. Полную диагностику твоей Дельты проводить не меньше трёх дней. — А… После этого ты свободен? — фем облокотилась о корабль. — А что? Хочешь пригласить на свидание?       Фигура коммандера прижалась к корпусу Дельты. Шустро, берсерк спрыгнул с крыла, оказавшись в шаге от фем. В смятении она опустила взгляд, чуть вжав голову в плечи. Рассмен, любой разговор вёл как-то… Интимно. Хоть и выводил в итоге, всё в шутку. Напротив раздался смешок. — Извини, я для тебя староват, — обогнул коммандера, невесомо, будто не имел и половины своего веса, по дружески обнял и потряс за плечи. — Да и Нокаут обидится. — шутливо выпятил губы и прижал уже всем корпусом к обшивке корабля. — Да, — всё так же недоумённо и растерянно тянула Нес, наконец толкая меха в сторону и самодовольно ухмыляясь. — А у тебя есть Перси. — Воу, я обезоружен! — руки поднялись вверх, подыгрывая образу пойманного врасплох. — Театрал, — Нес презрительно фыркнула и подтолкнула берсерка в сторону шлюза. — Может я хотел быть актёром холо? — И в каких жанрах, холо-фильмов, нужен такой, как ты? Актёр! — губы округлились и Нес весело хохотнула. — Ну, знаешь, в одном жанре я точно хорош, — мех самодовольно выпрямился и обвёл руками угловатый, истёртый корпус, задерживаясь на определённых участках. — Перси сказал? — снова развернула Рассмена к шлюзу и толкнула внутрь. — Для меня-то ты староват, не забыл?       Берсерк застыл, подняв выше подбородок и пригасив алую оптику. Он откровенно пытался не засмеяться в полный голос. — Я говорил про холо боевики, — широко растянулась улыбка. — Я достаточно для них хорош. — мех специально не разворачивался, чтобы не смущать коммандера, итак, от стыда сильно зажмурившегося. — А ты подумала… — путь к кабине корабля сопровождался диким и громким гоготом.

***

— Прошу прощение за нарушение покоя, — в кабинет со стуком протиснулся Нокаут. — Могу я поинтересоваться где Нес? — Я отправил её с Рассменом к лазаретам, которые вы должны были проверить в прошлый раз, — ответил Магнус не отвлекаясь от голографических схем. — Пока ты был занят. — Прекрасно! — медик подлетел к столу, опёрся на него локтями и подпёр ладонями голову, запрокидывая её наверх, чтобы видеть Магнуса. — Понимаю, что я даже не близок к совершенству вашей коммандерки… Но не могли бы мы обсудить одну просьбу? — Допустим, — Нокаут мог бы гарантировать, что как только, Магнус расслабленно откинулся на спинку кресла, его вечно серьёзные губы приняли вид лёгкой ухмылки. — Поймите правильно, разумеется, ситуация на нашей совместной миссии — полностью моя вина. Куда уж мне до вашей крутышки? — с особой страстью, но всё так же низко, Нокаут выделял «вашей», при этом, его весёлый настрой не сбивался. — Именно поэтому, я хотел бы отказаться от совместных миссий, мы просто не… Не подходим друг другу, как напарники. Мы слишком разные, даже не знаю о чём вы думали, когда ставили нас вместе. — Ждёшь ответов на свои вопросы? — командир дождался нерешительного кивка. — Ты правильно говоришь, для работы в команде нужно много общего. Но напарники должны быть не просто похожими, они дополняют друг друга. Чего не может один, делает второй… — Это не ответ, — перебил Нокаут, упираясь ладонями в стол и напирая на Магнуса. — Всё ещё не вижу «много общего» между мной и вашим солдатом. — А мой солдат видит, — подражая медику, Магнус выделил интонацией «мой». — Ты не из тех, кто будет терпеть приказы. Во всяком случае мои. Ты не боишься перечить. Тогда почему пришёл с этой проблемой только сейчас?       Магнус выжидающе сложил на груди руки и отодвинулся от стола. Хитрый прищур плавно двигался от нервных пальцев медика, до, его же, слегка напряжённого взгляда. Нокаут обречённо подпёр спиной стену, специально встав боком к начальнику, чтобы тот не считал эмоций. Ну и, чтоб самому не смотреть в глаза. И не смог ничего сказать. Открывая рот, мыча начало слова, но не продолжая дальше. Нокаут не знал с чего правильнее начать. — Может проблема не так весома? — Нет, — возразил медик, нервно постукивая пальцами по груди. — Объясните причину, по которой нас поставили вместе. — Честно, на тот момент только ты был свободным, — прямота Магнуса никуда не исчезла. — Но сейчас я бы не стал ничего менять. — Но мы не можем работать вместе! — Нокаут возмущённо повернул голову и вскинул руки, тут же возвращая себе невозмутимое отсутствие интереса. — Ваш солдат и один отлично справляется, к чему ему лишний груз? — Вот как, — Магнус поднял брови, садясь за рабочий стол, заставив обратить на себя внимание Нокаута. — Нес заходила до тебя, говорила точно так же. Можешь проверить камеру.       Холод и отрешённость враз слетели с лица медика. Он не ждал признания от коммандера, но точно надеялся на что-то похожее. По ощущениям, получил в разы больше чем хотел. Нокаут редко говорит прямо и привычными для каждого словами, личных мотивов не раскрывает. Прикрывается чем-то более очевидным. Как сейчас, он хотел чтобы происшествия, как на прошлой миссии, не повторилось. Поэтому и попытался убрать главную проблему. Себя. Из-за отсутствия опыта он запаниковал, не доверился напарнику и подставил его под угрозу смерти. Испугался, хоть и эффективно никому не показывал этого.       Нокаут испугался за жизнь Нес, одной из тех, кто открыто похвалил его навыки, пользу. Кто бы мог подумать, что патриотичный автобот примет, признает и простит десептиконского перебежчика. — Я стоял перед похожим выбором, ещё в середине войны, когда Нес попала со мной на одну базу. С одной стороны, было бы правильно отправить её обратно в убежище, там и запасов полно, и безопасней. Но когда убежище разбили, мне перестало так казаться. Опасно было везде, и если выбирать, пусть она будет хотя бы рядом, чтобы я её видел и мог защитить лично. Себе доверяешь лучше, чем другим, м? — долгие гляделки перед принятием полноценного решения. — Поговори с моим солдатом лично. Разберитесь во всём сами.

***

— У тебя здесь очень чистенько, — подметил берсерк, крутясь на кресле второго пилота. — Я бы даже сказал, стерильно, как в самом дорогом мед-блоке.       Нес уже около получаса слушала шутливые высказывания и коротенькие истории, возможно, нового напарника. Первый десяток фраз она ещё пыталась коротко откликаться и отвечать, но теперь после каждой законченной реплики меха, просто выразительно выдыхала и засматривалась на штурвал. Как только Персептор его терпит. — Не дуйся, на ближайшие часа четыре мы друзья, — и закинул ноги на приборную панель. — Хорошо… — сквозь денты процедила фем, ещё сильнее сжав штурвал. — Я засеку… — А теперь-то что тебя раздражает? — Я тебе всё ещё не доверяю, если ты об этом, — плавно потянула штурвал на себя. — Я никому из «бывших» десептиконов не доверяю. — Но хочешь, — весело шепнул берсерк, наклонившись корпусом к коммандеру. — Тебя не касается.

***

      Коммандер не разрешил напарнику идти за спиной, только первым и только в поле зрения.       Лазареты, которые нужно было проверить на наличие полезностей, погребены в песках почти по самые крыши. Это двадцать одинаковых зданий, стоящих точно в ряд. Раньше, это была важная точка на карте, которую не трогали ни десептиконы, ни автоботы. Места для восстановления сил, в основном здесь собирались простые гражданские, но к концу войны границы и у простых солдат стирались. В одном здании могли находиться и автобот, и десептикон, они могли прийти с одного и того же поля битвы, под руки друг с другом.       Это место было не просто нейтральной территорией, а полноценным миром. Теперь все лазареты продолжают стоять под слоями песка. Только в парочку из них можно добраться без команды конструктиконов.       С самого выхода с Дельты, округа без трепета, сухой местностью так и шепчет, что здесь делать нечего. Две двери в лазареты не были под завалом песка, благодаря небольшому кратеру. Да и кратером это сложно назвать, скорее небольшое и плавное углубление в песке. Из-за рельефа, сдвига тектонических плит, кто его знает, но два лазарета было необходимо обойти.       В том же кратере, наполовину под завалом, стояли носилки, тележки для перевозки больных. С подогнутыми колёсами, потерявшими прошлый блеск Из-под земли выглядывают стойки для пакетов с донорским энергоном. И конечно же напротив лазареты с прямоугольными, небольшими вывесками, с синей эмблемой линии жизни. На двери, прям посередине ещё остался след ладони из высохшего энергона. Одна из ручек отвалилась, стоило только за неё взяться. Дёрнув вторую посильнее, Нес тут же прыгнула за ещё закрытую дверь и прислушалась. Дверца со скрежетом ударилась о стену, с крыши посыпался песок. Нес кивнула берсерку на вход, напоминая о договорённости идти первым.       Шагая позади, Нес искала лазейки в походке напарника: возможную хромоту, привычки. Отличала заученные движения от импровизированных. Она полностью изучала возможного врага, пусть уже и по привычке.       Берсерк не слепой, и сказал одну дельную вещь — Нес хочет вновь вернуть себе чувство веры в лучшее, без опаски получить удар. Делает хоть и крохотные, но шаги, в сторону принятия конца войны и личным конфликтам. И всё ещё боится. Не так, чтобы трястись за свою жизнь и прятаться на Дельте, в ожидании, пока время возьмёт своё. Это страх повторения прошлого, в первую очередь предательства. Память, она такая, хранит самые яркие моменты жизни особенно бережно, и ей плевать, какие были причины у этой яркости.       По сей день коммандер слышит свой же противный до нервного дёрганья крик. Единственный крик, который услышали десептиконские медики, пока выпытывали информацию о расположении штаба спец солдат. И это был второй шлаков раз, когда коммандер попал в плен. Первый был, при знакомстве с Рэтчетом, всё очень хорошо закончилось. А вот во второй, пришлось смириться с потерей т-шестерни, которую пересадили какому-то кону.       «Никто не заслужил смерти от чужих рук, даже десептиконы», эти слова остались в том же бункере, вместе с т-шестернёй, энтузиазмом и верой. Попав в плен строптивым юнцом, ребёнком, с важным званием, фем и представить не могла чего ждать. От бункера, в котором Нес полностью изменила своё мировоззрение, после её же побега уже ничего не осталось. Но два багровых огонька едва проглядываются из-под пелены, так и стоят перед глазами. Красные огоньки моргнули. — Кибертрон вызывает Нес, — что-то щёлкнуло, фем и понять не успела что это пальцы перед её лицом, резко ткнув вперёд дробовиком, всё ещё видя силуэт одного из медиков проклятого бункера. — Эй… Нес! Это я!.. Это Нокаут! — Нокаут? — пелена сошла с глаз, наконец стерев образ из кошмаров, возвращая разум на твёрдую землю. — Какой шлак его Нокаут? — в недоумении нахмурилась Нес. — В облаках летаешь, — внезапно, впервые строго упрекнул берсерк. — Сказал «Нокаут», чтоб тебя вернуть в реальность, моё-то имя не вспомнишь. — И пошёл дальше по коридору. — Ещё одна твоя шутка? — фем раздражённо рыкнула, возобновляя шаг, но тут же упираясь в напарника. — Я буду серьёзным, когда посчитаю нужным, — сказал нагнетающей тенью, но так и не взялся за пистолет, мирно висящий на поясе.       Нес махнула рукой на вновь восставший кошмар, внутренне злясь на себя, но всё равно возвращаясь к делу. Что Магнус хотел найти в этих лазаретах и дураку понятно. Раз они были неприкасаемыми, и не были тронуты ни одним снарядом или налётом, могло остаться крайне ценное оборудование. В основном конечно медицинское, но и простые записные планшеты, электрика, любые расходники, всё пригодится и пустится в дело.       Зал регистрации был разгромлен полностью. Высокие картотечные шкафы сложились на полу в стиле домино, ящики частично повылетали, вместе с планшетами. А большие часы-циферблат над голографической доской, где должны показывать правила оказания первой помощи, навсегда остановились в первом часу ночи. Надо же. Конец света наступил ночью. Но светло было, как днём.       С потолка всё ещё падала краска, от каждого шага, с тихим-тихим хрустом. Двери в главный коридор остались распахнутыми с того самого дня. Опрокинуты все тележки для медикаментов и пациентов, ни одна вещь не осталась стоять на месте. Разве что голографические доски висели где должно. Двери вновь нараспашку, почти во все кабинеты.       Берсерк поражённо смотрел в одну точку, пытаясь что-то разглядеть в кромешной темноте. Идеально в темноте было видно одно. Моргающий, слабый, зеленоватый свет из одного кабинета, дверь которого почти лежит на полу коридора, держась последней петлёй. — Это возможно? — совсем не разбираясь в возможностях техники, Нес оставалось только задавать вопросы и светить встроенным в шлем прожектором на пол. — Если система заблокировала питание и всё это время не работала… Вполне, — Рассмен пожал плечами и на радостях собрался пойти вперёд. — Тогда что её разблокировало? — фем остановила напарника за плечо и ещё раз осветила коридор со сверкающей пылью.       У парочки кабинетов сразу за дверьми образованы завалы, даже пытаться что-то достать нет смысла, без команды так точно. Только берсерк хотел переступить порог следующего помещения, в отличии от остальных, закрытого, как Нес дёрнула его за шкирку и толкнула к стене. — Что ещё? — Рассмен раздражённо вскинул руки. — Отойди, — коммандер сделал десяток шагов назад по коридору с наведённым на дверь дробовиком, и кивнул себе за спину, советуя берсерку встать туда. — Не понимаю идеи… — с сомнениями, но он встал позади. — Ставлю сотню, за дверью растяжка. Она открывается вовнутрь. — Да кто сюда растяжку поставит, никого нет!       Последние слова заглушил выстрел, с особым усердием посыпалась краска и захлопнулись некоторые двери. Сразу же за первым, рванул второй залп. Но уже со стороны двери. Напротив запертого кабинета, в стене образовалась выжженая дыра. — Растяжка, — утвердительно кивнул берсерк и поднёс к груди пистолет. — Кто бы тут ни был, они про нас знают. — Уже нет.       Комнатка совсем крохотная. В ней с трудом уместилось два, уже безжизненных корпуса. Один на относительно целой тележке, лежал свесив одну руку к полу, второй на полу, облокотившийся об эту самую тележку и обнимая второй рукой стойку с медикаментами. Пустую. Самое… Забавное в этой ситуации, это разные эмблемы на груди формеров. Они напоминали Персептора и Рассмена, только в точности наоборот, раненым был десептикон, не отличающийся ростом, а на полу уже смирившийся с концом войны автобот. — Перенесёшь их на обратном пути, — сдерживая ком сказала фем и первой вошла в следующий кабинет, из которого шёл свет. — Я? — А кто из нас мех? — донеслось уже за стеной. — Это свет от терминалов, учёт больных, может дневник найдём в файлах.       На полукруглом столе, помаргивали два терминала очень старой модели. Запылённые, со слегка вмятыми блоками ввода. На момент создания таких терминалов, ещё не было голографической технологии, поэтому ввод работает с помощью сенсоров. Нес попыталась хотя бы запустить первый. Только загорелся экран с пустой рамкой пароля, как сенсорная панель под руками ударила током по пальцам. С характерным звуком, эхом прокатившимся по коридорам, терминал покрылся искрами.       Заведя руки за голову, коммандер упал на локти под полукруглый стол, а берсерк без задних мыслей расслабленным корпусом повалился лицом вниз, так же прикрывая голову руками. Сначала появился запах гари, а после непродолжительного треска от терминала полетели мелкие детали. Перед лицом коммандера упал прогнувшийся от взрыва и покрывшийся трещинами экран. — Я понял, зачем тебе нужна диагностика Дельты, — подал голос Рассмен, всё ещё лёжа на полу и подпирая ладонями подбородок. — Давай вторую древность просто вынесем и не будем включать? — Чтоб он на моём корабле рванул? — Нес легонько пнула напарника под бок. — Запускай. — Будем честны, твоему прекрасному кораблю ничего не будет, если компьютер старого времени полыхнёт, — говорил мех, передразнивая высокомерно-приказной тон коммандера. — А убирать огрызки и оттирать эту чернь будешь ты? — фем показательно обвела руками беспорядок в кабинете, причинённый взрывом. — Какие мы чистюли, — театрально сдул пыль со сверкающего эмблемой наплечника Нес, это вообще единственная деталь брони, которую она постоянно очищала. — Не беси, — ткнула дулом в остроконечный затылок.       После усталого вздоха, Рассмен запустил терминал и с лёгкостью обошёл защиту. Абсолютно все файлы остались доступными, но и ничего супер полезного в себе не таили. Обычный учёт пациентов от дежурных медсестёр. Берсерк практически заставил Нес посмотреть хотя бы парочку диагнозов и характеристик больных, пока фем, хоть и очень хотела одним глазком глянуть, но твердила «не наше дело».       Одним из последних больных был мех, чьё лицо обдало едкими веществами. Серьёзные ожоги, повреждение нервных окончаний… И не назначенное лечение. При этом, лазарет полностью пустой. Всего два корпуса, и они, раз стоит растяжка, добрались до этого места уже после конца Кибертрона. — Тут правда был сплошной мир, — в пустоту, громким шёпотом сказал берсерк. — Ни охранных турелей, ни оружия, ни защиты.       Нес оставалось только кивнуть.

***

      Обычно с патруля или миссий на пороге штаба никто не ждал. В этот раз перед Дельтой, важно и уверенно стояло красное пятно. Стоило приблизиться и полностью зафиксировать корабль на земле, пятнышко выросло в силуэт, который попросту невозможно ни с кем перепутать. В первую очередь, потому что он красный. — Приветствую, мисс «я на задании», — к счастью, из уст Нокаута, это прозвучало весьма приветливо. — Извините, но идти на миссию без напарника, не сообщив ему об этом — не вежливо, — медик поднял указательный палец и помотал им из стороны в сторону. — И тебе добрый вечер, умник, — коммандер слегка поклонился. — Ради приличия, могли бы подождать пока я уйду, — на проходящего мимо Рассмена зыркнули оба раздражённых взгляда. — Пригласишь на корабль? — медик вскинул брови. — Само собой.       Нес и Нокаут поднялись в кабину Дельты. Конечно фем понимала, что напарник хочет поговорить, а Магнус, предатель, всё разболтал, даже не пытаясь скрыть. Если б пытался, точно нигде не просочилась бы и капля информации. — Ладно. Послушай, после вспышек… Я подумала, что тебе не нужна помощь такой как я, — она выразительно ударила себя кулаком по груди. — Нокаут, подумай сам. Ты прекрасный врач и учёный, даже Рэтчет этого не отрицает.       Он попытался выпрямиться на кресле второго пилота, подстать своему статусу. Он и представить не мог, что такой выдающийся мех, как Рэтчет, будет о нём отзываться в положительном ключе. — А я — солдат, только стрелять и умею. Мастерски конечно, — обвела пальцем висящий на поясе дробовик. — но такими навыками после войны не похвастаешься. — фем поникла, смотря в пол, под ноги обоим. — И без т-шестерни я за тобой просто не успеваю.       Нокаут непонимающе уставился на капитана, который всё так же смотрел в пол. — Ты работаешь намного эффективней, если я тебя не торможу, — Нес сложила в замок руки на коленях. — На полях вспышек, ты выжил, потому что был быстрее. — Но мы бы вышли оттуда вместе, если бы я послушал и не уезжал, — он полностью развернул кресло к коммандеру. — Нокаут, ты учёный, а не разведчик. Прекрасный учёный.       Нокаут открыл рот пытаясь как-то возразить.       Все. Абсолютно все показывают Нокауту слаженную команду, как работающий механизм или организм, где каждая деталь очень важна, и без неё ничего бы не работало: Ультра Магнус был частью мозга, отвечающей за стратегическую нагрузку, Рэтчет великодушно выполнял роль самолечения и починки всего механизма, причём Нокаут не мог с ним тягаться даже в этой сфере, Бамблби и Арси, как разведчики, брали на себя ответственность за все органы чувств, в том числе глаза и уши, бывшие разрушители заняли места мышц и боевой мощи, даже Смоукскрин нашёл себе место в качестве вечного прилива адреналина и сил, и как бы Нес не напоминала раздражителя организма, вируса, она всё ещё была важна в качестве рук, которым отдаёт команды мозг для захвата нужной территории, информации, для любых действий за границами механизма. А Нокаут чувствовал себя той самой, ненужной, как говорят люди — «костью в горле». Или выхлопной трубой, способной только выносить мусор и отходы из всей системы. Самый ненужный элемент, бесполезная деталь.       Он как никогда понимал, что нахальный мальчишка из элитгардов, оказался важнее и нужнее. А раз Ультра Магнус поставил для уравнивания сил, к нему в напарники Нес… Она явно преуспела во всём куда больше, закрывая навыками провалы Нокаута и поднимая их команду за свой счёт ещё выше. Хоть и в прошлом была каким-то гражданским, даже не прошла военную подготовку, не училась в элитных школах и университетах. Самая простая девчонка с любой улицы.       И единственное, чем медик мог похвастаться, это своим внешним видом, полировкой. Хотя и это спорно, с того момента, когда началась война, полировка не держится дольше пары дней. И после войны мало что изменилось. Хех… Нокаут уже представил как Нес бы посмеялась над его мыслями и невнятно от смеха что-то пробубнила о естественном отборе.       Нокаут погрузился в эту мимолётную и нежную улыбку. Нес лично сказала, что медик лучше, пока тот считал себя недостойным такого напарника. Он просто, молча улыбался. — Ай, катись оно всё к Юникрону, — задорно рыкнул коммандер.       Выпрыгнув, фем свела руки за шеей напарника, повалив того на кресло и упав на него следом. От удара головой о спинку кресла, защитила рука Нес, которую она ещё держала на затылке медика и сжимала с каждой секундой крепче. Вторую провела за спиной Нокаута и схватила его за плечо. Не поглаживала, не хлопала. Просто крепко сжала в подобного рода объятиях, уткнувшись лицом в грудь. — А при первой нашей встрече, ты дышать в мою сторону боялся.