Повод

      Отчего-то Саундвейву показалось очень забавным говорить только фразами коммандера. Сначала этому не придавали значения, но когда Нес начала агрессивно что-то доказывать Саундвейву, а тот продолжал отвечать её же агрессивным голосом и цитатами… Сдержать лицо кирпичом не получилось даже у Рэтчета. — Я не потерплю, чтобы на моём корабле со мной спорили. Особенно моим голосом! — Нес горделиво выпрямилась и пригрозила связисту кулаком.       Оставив команду на борту, она спустилась на землю органической планеты, чтобы поторопить Нокаута и его сборку полевого оборудования. Время вылета.       Нес подошла к столу, сдерживаясь, чтобы не опрокинуть его вместе с учёным и всеми инструментами. Пусть Нокаут не находился рядом с ней в последнее время — отличить раздражённого коммандера от спокойного сможет даже самый одарённый. — Новенький действует на нервы? — не отрываясь от дела спросил Нокаут, выжидающе подняв бровь.       Ответа не было. Тогда учёный всё-таки повернул голову в сторону фем, стоящей в метре от стола, всем видом спрашивая, серьёзно говорит её напарник или очень плохо шутит. Проще говоря, решает как открутить тому голову.       От глаз учёного не ускользнула небольшая вспышка света на фонаре Нес. Её головной фонарь моргал с чёткой периодичностью в восемнадцать секунд. Ещё пару раз моргнёт и у коммандера помимо тика начнётся истерика, влекущая за собой разрушения. — И давно? — Нокаут вернулся к колбочкам, не выдержав во взгляде фем осуждений всего мира. — Что давно? — не поняв о чём речь, Нес отвлеклась от мыслей об устранении Саундвейва и всей команды в целом. — Моргает, — вскинув брови, учёный, не отрывая локтей от стола, одной из длинных колбочек очертил в воздухе фонарь коммандера. — С утра. — Три часа назад, — он наконец отвлёкся от своих образцов и полностью развернулся к фем. — Решать это будем? — Ещё чего, надо шевелиться. Пока Мегатрон не заметил раньше времени наш план по его возвращению или того хуже, пока Магнус не узнал о нашем выходном, — Нес ткнула Нокаута пальцем в грудь, перевешивая на него вину за выходной.       Учёному осталось только непонимающе вздохнуть и вернуться к делу. Он хотел съязвить или поддеть напарницу, но в последний момент передумал. Она итак на взводе, портить настроение ещё сильнее он бы не хотел. Нес всегда поражала его терпение. — Нокаут, ты просто прелесть, — фонарь моргнул ещё раз, а Нес улыбнулась и принялась раскладывать уже обработанные пустые колбы по местам. — Я знаю.       Из густых зарослей вышел невысокий силуэт, в котором легко узнавался Хэнд. Спорам он предпочитал уединение, и даже немного завидовал новенькому автоботу, тот жил в одиночестве на протяжении веков. В то время как Хэнду приходилось вечно бегать за братом, на коротком поводке, разумеется. Младший ведь — старшим положено их защищать.       Хэнд принялся помогать чем умел. Помимо службы живым щитом, он мог выполнять любую ручную работу, даже требующую сил. Низкий рост не означает отсутствие силы, да и руки у Хэнда были на месте… Спасибо Нокауту, но точно не коммандеру с замашками садиста и любовью поотрывать конечности. — Обязательно ставить на этот поднос? — Хэнд с подозрением осмотрел подставки для колб из неизвестного ему минерала. — Нет, — беспечно мотнула головой Нес. — Да, — в унисон кивнул Нокаут. — Или оно всё расплавит. — Да, — пискнула фем и с особой аккуратностью вернула колбочки на поднос.       Если бы фонарь перестал действовать не нервы, Нес бы рассказала о своём плане на третью планету. Этот шарик крохотный и под стать Кибертрону напичкан металлом и энергоном. Когда-то давно ходил слух, что это осколок Кибертрона после столкновения с крупным космическим телом. Никто не мог по-другому объяснить присутствие идентичных химических элементов и сплавов, так ещё и наличие схожей структуры с родной планетой. Однако, учёными этот факт не был доказан и вряд-ли когда-то будет.       Нужно отдать Мегатрону должное, одинокого места для жизни лучше и ближе — не найти. Фем хотелось не только найти великого лидера, но и свалить побыстрее с органической планеты. Может растения здесь реагируют только на искусственный свет, но не покидает ощущение присутствия чего-то иного. Это по сути полностью живая планета, как одно огромное существо, в любой момент готовое дать отпор паразитам в своей шерсти. Предрассудки или нет, проверять коммандер не собирается. — Проблема на проблеме, — буркнула фем, приложившись шлемом о стену, но фонарь мигать не перестал. — К сведению, некоторые решают проблемы, — язвительную фразу Нес прервала, резко развернувшись к Нокауту, тут же вставшего с кресла второго пилота. — Ещё одно слово…       Угрозу она не придумала. Смерив учёного выжигающим жизнь взглядом, раззадорено сложила на груди руки. Брови меха метнулись вверх, а на лицо прямо-таки вскочила по наигранному злобная улыбка. — И что?       Нокаут несильно ударил её кулаком по плечу. Не сменив позы, Нес оценивающе опустила голову. Не находя даже намёка на вмятинку, накрыла ладонью сжатый кулак меха и увела в сторону.       Он ударил её второй рукой в живот, в этот раз сильнее. Третий удар даже смог пошатнуть коммандера, или он специально отступил. Подняв голову, учёный увидел попытки Нес не смеяться в голос. Его это только больше разозлило, он надеялся обхватить её руками и хотя бы согнуть. Но как только вцепился в неё, фем облокотилась спиной о стену.       Одновременно нашла себе опору и создала вид, будто не напрягается вообще, как бы напарник не старался. Хотя напрячься пришлось, она конечно не промах, но и Нокаут не хиленький лаборант вроде Перси, а прошедший войну десептикон. Раз выжил — с достаточным боевым опытом. Но всё же непозволительно проиграть десептикону, ещё и учёному, пусть и красавчику. Знай, что при первой встрече с Нокаутом фем будет так о нём рассуждать в будущем, она бы несколько раз попросила ударить себя по голове, желательно трубой.       Эти перепалки с желанием помериться силой, или просто от нечего делать, вскакивали и раньше. Нокаут остр на язык, как и всегда, но в отличии от многих других гордецов и любителей посмеяться над кем-то, он лучше любого видит границы дозволенного. Какая фраза подденет, а какая выведет из себя. Нокаут ведь дорожит своей жизнью, потому черту не переступает. Но отказаться от злорадных подтекстов и иронии в голосе — никогда. Да и границы дозволенного расширились, Нес уже не отвечает угрозами на каждый неправильный, по её мнению, взгляд. — У нас есть какой-то план? — уже сидя на своём месте спросил учёный. — Мог быть, — расслабленно ответила фем, запуская системы корабля. — Но думаю мы просто поговорим. — Поговорите? — возмущённо переспросил Нокаут, как бы намекая на присутствие хотя бы плана «б». — А ты хочешь чтобы мы избили друг друга? — спросил высокий тон с ещё большей степенью возмущения. — По-моему вы все мне заливали про мир во всём мире и запрещали драться. Или я что-то путаю, умник? — Но сейчас мы говорим о Мегатроне. — Да хоть о самом Праймусе! — Дельта моментально поднялась в небо, хорошенько тряхнув пилотов. — Со мной пойдёт Саундвейв, а ты тихонько отсидишься здесь и в случае чего свалишь с остальными под шумок. — Я даже управлять этим не умею. — Разберёшься!       Нес яростно ударила кулаком по панели управления. Один из жестов, который заставил учёного замолчать, а коммандера положить руки на подлокотники и застыть в неловком молчании. — Прости.       И снова взялась за управление Дельты. Незаметно для фем, Нокаут снисходительно кивнул. Просить прощение она тоже начала не так давно, одно из личных достижений.

***

      На Кибертроне тем временем на чистые головы обдумывали возможные изменения в планах. Особо активно между собой ругались Уилджек и Расмен. Не то чтобы Магнусу это нравилось, скорее действовало на нервы, но останавливать он никого не собирался. Во-первых так они накидывали куда больше планов и вариантов действий, во-вторых настолько азартным Расмена ещё никто не видел.       Берсерк всегда выводит разговоры в шутку и попутно высмеивает всё что движется, но точно никогда не поднимает голоса. Он просто говорит сравнимо с громом, казалось громче уже некуда, а нет. — Я говорил, что убью его? Нет? — Расмен остановился в центре зала, выразительно оглядев формеров. — Говорю. — Магнус, прости за грубость, но это полный… — Уилджек, — грубо окликнули со спины. — Прости Магнус, искренне прости, но это не в какие ворота не катит! — Знаешь, чем этот пистолет лучше тебя? — раздражённо спросил берсерк в одно движение достав пистолет из кобуры и прокрутив его на пальце, все в зале в миг напряглись. — У него есть глушитель.       И сам же посмеялся. — И если ты не заткнёшься я вот им снесу тебе голову! — берсерк сделал рывок в сторону остальных, награждая разрушителя взглядом ярости. — Это ещё кто кому снесёт! — огрызнулся тот в ответ.       Берсерк остановился на месте, сунул пистолет обратно на пояс, но руку оставил там же. Мех повернул голову с нахальным выражением лица, гребни на голове и по всей спине поднялись вверх на пару секунд. Как только Расмен устало выдохнул, те опустились. — А на кой шлак я ракетницу с собой таскаю? — в руки, с пояса уже слетела однозарядная пушка, звонко по ушам ударил щелчок предохранителя и рука уже была направлена на цель. — Рас… — осторожно со стороны промычал Перси, боясь двинуться с места.       Мех остановился, хотя был готов нажать на спуск чтобы потом не жалеть об этом. Прикрыв глаза он опустил голову, видимо стараясь собраться с мыслями. — Можешь считать это личным конфликтом, но на самом деле ты просто не создан для этой работы! — с агрессивным напором выкрикнул Рас в лицо слегка напуганного разрушителя, который уж точно не думал, что берсерк без колебаний сможет выстрелить. — Напыщенный урод. — Десептиконов нужно держать под особым присмотром, раз пока что тюрьму возводить не выгодно, — сбавив обороты, Уилджек обратился к Магнусу, тут же возвращаясь к теме дискуссии. — Теперь меня волнует только одно, где все автоботы? Нет, я понимаю, война кончилась и все дела, но десептиконов на базе сейчас… Раз в сто больше нас? И мы приводим новых. Никого не волнует, вдруг в случае чего они поднимут там… Ну например восста-ание. Нет?       Осторожность Уилджека можно понять. Особенно после того, как над берсерком эмоции взяли верх. Не прав он был только в одном, в тюрьме было бы место обоим фракциям, не только лишь десептиконам.       С ума посходили все, а война — всего лишь термин, который собирает в себе все события, каким-либо образом повлиявшие на личность каждого кибертронца, на чьей стороне бы он ни был. Одно слово, звучащее крайне банально, как оправдание для излишне жестоких или слетевших с катушек. Хоть это и правда, одним словом всё нельзя передать, особенно тем, кто не понимает его окраски. За войной скрывались как чувства и эмоции, так и настоящие испытания верой, надеждой, терпением. Всё это в смеси с жестокими реалиями, вечной паникой, паранойей, страхами — ранения и увечья уже не кажутся чем-то серьёзным.       Это настоящий ад в голове. Когда ты теряешь сам себя, не осознаёшь реальности, и перед лицом стоит один лишь единственный вопрос, как при всех обстоятельствах остаться нормальным? В тот момент ты уже не понимаешь, что значит нормально даже для себя самого. И от этого уже не отвертится никто, на чьей стороне бы ты ни был, за что бы не сражался — мир тронулся рассудком вместе с разумом каждого. — Честно, я тоже думал об этом. Ещё ни один автобот не вернулся кроме Нес и Персептора. — достаточно громко сказал Магнус. — Но я волнуюсь по другому поводу… — А я по этому, — жёстко завершил командующий.       Ещё и Расмен с другого конца зала кинул взгляд с фирменной ухмылкой «Понял, шкет?». Если бы они знали, что простое обсуждение заделов на будущее и недавно обнаруженного Старскрима выведет разговор в перестрелку. Пусть и преувеличение, но ведь до неё почти дошло дело. Почти?       Чуть позже Магнус застал их вдвоём с направленными друг на друга пистолетами. Оба помятые, взаимно избитые посреди ещё не обстроенного помещения электростанции. Сказать честно, Магнус радовался, что его кроха не присутствует на базе, иначе бы заняла третью сторону и подрались бы уже трое — в лучшем случае. — Не такой уж ты и крутой, — дерзнул Уилджек, держа огнестрел в вытянутой руке. — Да ладно тебе, — берсерк увёл взгляд на пистолет разрушителя. — Это шестизарядник. Я насчитал ровно шесть выстрелов. Ты пустой.       Магнус не выходил на свет, просто наблюдая. Он мог бы прервать душещипательный диалог и дать наказание обоим, вот только это ничего не изменит. С Уилджеком всегда были проблемы, упрямец каких поискать, приверженец собственных принципов. А убеждать кого-то выросшего на принципах — дело гиблое. Как доказывать тупому, что он тупой, ведь даже слушать не станет. — Ты псих. — Мы тут все психи, если ты не заметил. — Но ты на первом месте. — Может быть, я спорить не буду, — берсерк опустил пистолет, смотря на него и жалея о том, что не сдержался и вообще достал из кобуры. — Это не значит, что в меня надо палить при первом же видении. — Так ты можешь быть серьёзным, — с издёвкой ляпнул разрушитель. — Я буду серьёзным, когда посчитаю нужным. Сколько раз повторять? — разряженный пистолет лёг на пояс. — Сколько вам придуркам можно объяснять? Все автоботы одинаковые? Хотя нет, не отвечай, Магнус и ваши парнишки мне нравятся. — А Персептор? — Даже не думай ставить его в список с собой и остальными, — берсерк возмущённо поднял указательный палец, тут же неловко складывая руки за спиной. — Всем нам война подпортила резюме, понимаешь? Всем! А напомнить тебе, что десептиконов жизнь и с рождения не то чтобы жалует? Вам хотя бы до войны было хорошо!       Уилджек хотел было вставить слово, но Расмен прервал, продолжая говорить ещё громче, но держась на расстоянии: — И я знаю, что имеются исключения, но это редкость, и ты не одно из них! Иначе хотя бы шанс дал. Мне не повезло родиться в нужной семье, уж прости, — он сделал шаг к Уилджеку, слегка прикрыв глаза и измученно, но широко улыбаясь, — и не повезло пройти войну так, — расставил руки в стороны, показывая свою эмблему, и затем не уводя глаз от разрушителя протянул свой пистолет рукояткой вперёд. — Так пусть повезёт хотя бы сейчас. Когда всё закончилось.       Он отказался носить оружие в штабе и не находясь на миссии. Каждый мог думать об этом жесте разное, но глубоко в душе Расмен осознавал, что просто побоялся сорваться трижды и пустить в кого-то заряд. Его бы не простил никто, но самое страшное, он не простил бы себя сам.

***

      План высадки на планету был глуп, ненадёжен, рассчитан больше на удачу, чем на факты. Потому что место приземления выбирала Нес. Отчаянно держась за ручки кресла второго пилота, Нокаут мысленно молил не опуститься на какой-нибудь огромный гейзер, хрупкую поверхность с месторождением энергона под ней или в болотное, зыбучее месиво. Временами его посещает вопрос, как напарнице удаётся быть в своих идеях уверенной до конца.       После посадки и полной фиксации Дельты, ноги всё ещё отказывались стоять ровно, а не выворачиваться в обратную сторону. В этот раз коммандер был полон энергии и не удержался от пары пируэтов, точно получая удовольствие от испуганного лица по правую сторону. А ещё перед кручением и другими экстремальными трюками, Нес не предупредила остальной экипаж. Именно поэтому она бежала на выход первой, подсказав учёному, чтобы тот привёл за собой Саундвейва и попытался не встретить по пути Рэтчета.       Коммандер стоял перед выходом, с недовольным лицом и моргающим фонарём. Одной рукой держась за ручку дробовика на поясе, а второй прокручивая пистолет, ранее отданный Нокауту для крайних случаев. — Представь себе, эта штука бывает полезной, — прикрикнула Нес подходящим мехам, грубо сунув в руки учёного пистолет. — Забудешь ещё раз, приклею.       Учёный нервно цыкнул, но пистолет забрал. Вряд ли он чем-то поможет, однако с оружием в руках чувствуешь себя чуточку уверенней. — Устанавливай усилитель, — спокойно попросил коммандер, подходя ближе к молчаливому связисту. — Вся надежда на тебя, друг, — мягко положила руку на плечо меху, — ты говоришь, я прикрываю в случае чего. — А я? — выглянул из-за оборудования учёный. — А ты постараешься не умереть, — всё так же внешне невозмутимо ответила Нес.       Сканер сделал пару тестовых попыток отследить сигнал жизни на планете. Нокаут продолжал копаться с настойками, даже перезапустил систему несколько раз, но на экранчике всё так же отсутствовал сигнал. Нес уже незаинтересованно сложила ноги на панели управления Дельты, продолжая в пол оборота следить за экранами. В очередной раз всё потухло.       А загоревшись, система выдала пойманные сигнатуры всех кибертронцев на планете, т.е. экипаж Дельты и один неизвестный. Коммандер победно поднялся с кресла, радуясь этому так, будто сам решил сложнейшую задачу с химическими элементами, а вовсе не два великих ума десептиконов, о чём-то активно спорящих перед выходом с корабля. — Умолкни, — предупредительно высказался учёный в сторону Саундвейва.       Нес не стала спрашивать в чём была проблема, но почему-то была уверена, что причина очень глупая. Как неподключенный кабель питания, такое вполне могло случиться даже с Нокаутом. Нет, особенно с Нокаутом. Никто не отрицает его навыков и знаний, но в отличии от того же Рэтчета, этот мех может абсолютно всё, как и забыть подключить питание. Нес невольно улыбнулась, видя, как угрожающе учёный следит за экранчиком Саундвейва. — Пошли уже, умники, — фем задорно махнула в примерную сторону нужных координат.       Двигались без спешки, в кои-то веке не прячась за укрытиями и не перебегая в полуприседе с точки на точку. Даже оружие покоилось на поясах, пусть и готовое к экстренным ситуациям.       Примерно так выглядит безмятежная прогулка по открытым пустырям, ровной походкой и оставленными следами, заметать их уже не было смысла. И чего таить, страха получить удар со спины не осталось, даже от Саундвейва. Непередаваемая атмосфера лёгкости, умиротворения — то самое чувство, которое должно остаться после объявления мира между враждующими сторонами. Это и есть цель нынешнего поколения, отправить конфликты, разразившие войну, на покой, а доверие возвысить.       Планета, на которой скрылся Мегатрон, будто олицетворяла само понятие слова «покой». Из-за отсутствия живых существ, на поверхности преобладала безмятежность, тишь да гладь. Как выражаются среди людей «перекати поле», только и его здесь нет, настолько безмолвная территория без вмешательства со стороны. Это не Кибертрон и его опустошённый мир, а ещё ненаполненный, никем и ничем неиспорченный, как чистый разум.       Вокруг только пустынные барханы, серый песок, но ничуть не мрачный. Неестественно, будто вырванные изнутри планеты, высокие остроконечные скалы, безжизненные, отбрасывающие огромные тени и от этого придающие ещё оттенков сложившейся картине. Забавно, как картинка из чёрного да белого может скрывать в себе больше положительных ощущений, чем красочные и освещённые, но порушенные здания.       Ступив на каменистую землю, чётко граничащую с песчаным полем, Нес выставила руку перед мехами. — Если идём, то идём до конца… — фем мотнула головой вперёд.       Они нашли, кого искали. Правда встреча представлялась немного иначе, может с долей романтики в одном из её пониманий. Где бы Мегатрон сидел на краю склона и уже ждал пока подойдёт троица с заготовленным монологом. Единственным верным фактом было то, что он всё-таки ждал.       Оперевшись на один из особо высоких валунов, Мегатрон ждал первого жеста со стороны странной команды, их мех заприметил ещё в момент приземления Дельты. — Если найдём его, обязательно спрошу, — связист проиграл фразу коммандера в одном из последних разговоров. — Не совсем уместный момент, Саундвейв, — шикнула фем, не решаясь на первый шаг, она не думала над предстоящим разговором, просто надеялась, что слова найдутся сами. — Так и будете стоять? — шутливо спросили напротив. — Да знаете, как-то неудобно… — Нес растерянно прикрыла глаза, обращение на «вы» вырвалось случайно и тоже очень неуместно, кажется она себя мысленно и серьёзно обругала, но стараясь держать лицо, только вздохнула. — Во имя алюминия… — Не думал, что мы ещё когда-нибудь встретимся, — говорил Мегатрон, всё так же по-простому улыбаясь коммандеру. — С тобой тоже, Нокаут. Пришли зачем? — Я не фанат любезностей, — чувствуя себя не в своей тарелке пробурчал коммандер. — Вы послужили… — Нес делает капитулирующий жест руками и отходит в сторону. — Так, Саундвейв, ты всё ещё говоришь лучше меня, вперёд. — Нет, говори ты, — твёрдо попросил Мегатрон, явно ощущая себя боссом ситуации. — Вы с Праймом закончили войну, — она старалась выбирать слова, — и теперь обе стороны лишились лидеров. Было бы проще, будь среди нас хоть кто-то… влиятельный? — Кибертрон восстанавливается, теперь мы можем построить новый дом, где место найдётся всем, — вновь цитировал Саундвейв. — Мир — значит мир для всех, а не изгнание десептиконов. — Меня там примут с распростёртыми объятиями, — скептически сказал Мегатрон, не двинувшись с места. — С чего бы мне начали доверять? — Ну… — в отличии от первой встречи, в этот раз Нес не смотрела в глаза великому лидеру. — На войне было важно остаться не просто живым, машиной для выполнения приказов и убийств, надо было помнить не только о себе, оставаться чувствующим, способным пощадить даже самого последнего урода. И как бы мы не пытались… Я думаю на это был способен только Прайм. Но Прайм бы вам… Вам, то есть десептиконам, поверил. Значит и мы найдём силы поверить.       Коммандер искал в глазах Нокаута поддержки, или хоть какого-нибудь жеста. Даже не найдя этого, фем гордилась своей речью, с запинками, заиканием, медленным подбором слов. Потом она не захочет вспоминать этот момент, но сейчас гордость брала верх. — Не тебе одному тяжело принять… случившееся, — попыталась она оказать поддержку, видя в красной оптике замешательство. — И всё же принять факт, что за этим случившимся виновен ты — тяжелее. Нужно было остановиться раньше. — Мне говорили, остановись мы раньше, мы бы не получили того, что имеем сейчас.       Мегатрон еле заметно кивнул, увидев в словах фем немного смысла. Его и самого ни раз посещали подобные мысли, даже за столько короткое время в одиночестве. Тишина всегда располагает разум к рассуждением, иногда не самым радужным, но сбежать от собственных мыслей невозможно. Один из возможных побочных эффектов одиночества — головные боли от переизбытка мыслей и невозможности их игнорировать.       Находясь в таком состоянии добрую часть жизни, Нес отдалённо понимала, как себя чувствует Мегатрон. Правда ему удалось достигнуть умиротворения и осознания на порядок быстрее. — Прошлое делает нас теми, кто мы есть. Война была большей частью моей жизни. Закончись она до падения Кибертрона, мы бы не стали тем, кто мы сейчас. Не осознали бы своей вины и ответственности. А ты сейчас кстати отказываешься нести ответственность. — В твоих словах есть доля истины, — он наконец перестал подпирать скалу и встал в полный рост, осторожно подходя ближе. — Теперь у нас задача принести нашему миру покой, — коммандер нашёл в себе силы улыбнуться.