1.
1 января 2022 г., 03:03
Примечания:
ПБ открыта.
Комнату освещают только свечи и за окном слышен шум моря, такого большого, необъятного моря. Тарталье редко удавалось быть в подобных местах, и когда впервые Чжун Ли предложил прогуляться по берегу, это так захватило, что ходить он мог туда чуть ли не каждый день. Ракушки интересные, каждые блестели особенно, бледные или яркие. Они были красивые и это захватывало дух, потому что такими же по-настоящему красивыми были только глаза Чжун Ли, его грубоватый и одновременно мягкий голос, бешеное сочетание, сам он тоже, впрочем, подходил под это описание.
— Аякс, — голос этот, зовущий серьёзно разрезает его раздумья и Тарталья умудряется даже вздрогнуть, но затем ведёт плечами, сбрасывая с себя это ощущение, — я вижу свежие шрамы, — голос звучит грустно, а сам Моракс опускается рядом, оглаживая осторожно розовые царапины. Не новые, зажившие, — я ведь просил быть осторожнее с распределением собственной силы.
Руки излучают жёлтый свет и Чайлд думает лишь о нём, оглаживая волшебно светлые пальцы, скользя меж фаланг и утыкаясь в плечо, даже на нём имеются следы нескончаемо большой силы Архонта.
— Я знаю.. знаю, — только сказать нечего, пусто в голове, как в ракушках, которые Аякс собирал. Он попросту не знает, что здесь можно ответить.
— Я волнуюсь за тебя, — целебная мазь проезжается по свежему следу и Чайлд, подобно ребёнку, хнычет, крепче сжимая не занятую руку и разглядывая её, чтобы меньше думать о том, что щипет неприятно, раздражает. Вот такие герои в своих последствиях, — что же мне делать с тобой? Я ведь и остановить тебя никак не могу.
— Не можешь, — голос наполнен тоской, но ведь они оба знали на что идут, когда стали чем-то большим друг для друга.
Руки Моракса подобны голосу, такие же нежные и грубые одновременно. Осторожно зарываются они в рыжие волосы, пропуская пряди меж пальцев и Тарталья тает в этой ласке, позволяя себя гладить.
Однажды, обещает он сам себе, вернётся к Чжун Ли без шрамов.
***
Заполняя какие-то бумаги, Ли грустно оглядывает лежащую на столе коробочку, открывая её, он осторожно кладёт на пальцы серёжку. Она потёртая и уже не такая красивая как раньше, а блеск рубина в ней давно погас, как и сам Чжун хотел бы погаснуть от горя, что не отпускает его уже долгое время. Изменилось многое, но он свыкся, научился одеваться, как это было "правильно". Обрёл новую работу, немного отдалился от всего и впал в собственные мысли, больше не позволяя кому-то ещё их нарушать присутствием, ведь не хотелось. Иногда ему казалось, что тот славный, верный длительному бою и себе Чайлд был единственным, кого хотелось видеть в своей голове, а стоило кому-то упомянуть "Ты не пробовал быть с другими людьми.", можно было смело закатить глаза, поражаясь настойчивости там, где её не просят. — И эта зима пройдёт без тебя, золотце моё? — тихо спрашивает Ли, будто серьга ему ответит за её владельца, пускай и бывшего. Не ответит. И с этим ничего не поделаешь.***
Вальс снежинок заполняет улицы, это Рождество Ли решил провести один, как бы Сяо и Венти не уговаривали его хоть немного посидеть, он отказывался, улыбаясь и говоря о том, что это не обязательно, он чувствует себя комфортно и наедине с мыслями. Взгляд улавливает идущего впереди человека, быть может, он опаздывает к родным домой, потому что по-другому эту спешку не описать, такую, что парень собирается рвануть на красный через дорогу. Чжун не хотел бы встречать этот новый год так, потому сокращает меж ними расстояние в два больших шага и валит незнакомца, благо на снег. Запыхаясь, оба валяются в сугробе, улавливая одеждой вихрь снежинок. Было бы тяжело как-то по-другому останавливать сорванца, это действие первое пришло в голову. — Молодой человек, погибать в столь прекрасную дату не лучшая идея. Водителя бы задержали, да и вас бы нескоро начали искать, — Чжун старается разбавить обстановку, под чужой смех, отряхивается и протягивает руку, помогая встать. — Извините, — парень поправляет шапку, плотно прикрывающую уши и улыбается ярко, смотря на разрезающие хрустящий снег на дороге, что взлетает из под колёс подобно облачку и ложится обратно, — я совсем что-то задумался. Просто, понимаете, праздники, а мне сердце велело ехать сюда, я ищу кого-то, а кого, сам не знаю. Быть может, где-то здесь прячется моя родственная душа? Стоит им обернуться друг на друга, как тут же наступает тишина, давит на горло и заставляет Чжуна сглотнуть, заглядывая в глаза-океаны. Родные.. синие океаны пенятся во взгляде, так близко, а рыжие локоны торчат из-под ткани и меха шапки, всё это складывает одного целого человека, от которого головокружение само настигает. Неужели, это возможно? — Знаете, — вдруг первый нарушает эту затянувшуюся паузу парень, облизывая быстро потрескавшиеся губы, — прозвучит глупо, но, кажется, я нашёл человека, которого искал. — Кто же он? — похоже, сердце Чжуна сейчас слышно сквозь одежду и взрывы фейерверков в паре кварталов от них. Лишь бы не остановилось от переживаний и эмоций. — Могу я остаться с вами в эту новогоднюю ночь? — знакомый "незнакомец" сокращает расстояние между ними и, прикрывая глаза, жмётся лбом ко лбу, — господин, — сначала юноша волнуется, но после всё же обнимает, вздыхая и перемещая голову на плечо, тычется носом в тёмный шарф мужчины. — Я скучал, Аякс, — под чужие всхлипы произносит Ли, чувствуя, как сам не смог сдержать слёз и они медленно стекали по замёрзшим щекам, неприятно обжигая, — идём домой, мой герой. — Ты наконец-то рядом. Я смог, я справился, — шепчет Чайлд, жмётся ближе и сжимает крепче в объятиях, не в силах выразить эмоции.***
Это Рождество лучше, определённо лучше всех тех, что Ли проводил в одиночестве, без любимого человека. Нет большей радости чем та, что позволяет наконец-то оказаться рядом с родственной душой, спустя столь долгий срок они заслужили, верно? — Чешуйка, — смеётся Чайлд и жмётся ближе, не в силах сократить расстояние между ними так, чтоб было максимально плотно, он расстёгивает чужой халат, целуя мягко и обхватывая мягкое бедро своими двумя, — боже, как же я скучал, — не в силах сдерживать эмоции, Тарталья плачет от счастья, хватаясь за объятия. — Золотце, я больше не уйду. В крайнем случае, обязательно найду тебя, — Ли ведёт по бокам вверх, большими пальцами пересчитывая рёбра и улыбается, снова уводя парня в поцелуй, — обещаю.
