Вернуться домой

***

—Жемчуг, подожди! —Кричала фиолетовая коротышка, догоняя подругу. —Оставь меня в покое!       Жемчужина ускорялась, продолжая идти к кораблю. Яшма стояла у входа и караулила, ожидала своего Алмаза. Крикливая прислуга, проходящая мимо, привлекла внимание кварца. —Что произошло? —Ноет, как обычно!—Ответила Аметист, преследуя Жемчуг. Рука Яшмы схватила её за плечо и остановила. —Помочь? —Да!       Серьёзно настроенная воительница пошла следом за Жемчужиной. Когда плачущий самоцвет остановился перед кораблём, Яшма схватила ее двумя руками из-за спины и приподняла вверх, удерживая тело. —Отпусти меня!—Истерил самоцвет, брыкая своими тонкими белоснежными ногами. —Угомонись! —Крикнул кварц, встрехнув самоцвета. Затем ещё и ещё. —Что за нытье?! И это жемчужина самого Розового Алмаза. Не позорь своего Алмаза! —Да чхать я на неё хотела!       Крик на эмоциях пробудил сильные у Яшмы: гнев, невероятная злоба, ярость — никто не смел так говорить про её императрицу. Кварц поднял руки и со всей силы швырнул белого самоцвета на пол. От такого мощного удара, под жемчужиной всё треснуло. Воительница угрожающе нависла над Жемчуг: —Как ты вообще смеешь так говорить, после всего того, что она для тебя сделала! На том же суде! И это вся твоя благодарность?!       Прислуга повернулась к Кварцу. Вся её форма дрожала от боли и разочарования. —Я всё делала для неё... А она выбрала его...       Гнев Яшмы значительно уменьшился. Она снова с равнодушием смотрела на ноющую жалкую жемчужину: —И что? Неужели ты думаешь, что за твою помощь тебе кто-то, чего-то должен? —Нет... Не думаю...       Воительница отвернулась и направилась обратно ко входу. Аметист приблизилась к Жемчуг, у которой не было сил даже подняться. Она продолжала лежать на полу, думая обо всём, что произошло. Коротышка присела возле неё, пытаясь поговорить и успокоить.

***

      Розовый Алмаз дошла до больших дверей. Они были слишком велики по сравнению с остальными: —Наверное, это здесь, как и говорила Агат.       Стоило руке Алмаза коснуться панели, как проход отворился. Розовая вошла в комнату, наполненную множеством розовых пузырей. Самоцвет огладывался, пытаясь понять, что это всё такое — Кварцы, розовые воины, подвергшиеся репрессиям. Руки правительницы закрыли губы, на её лице появился сильный испуг и сожаление. Она понимала, почему они здесь и из-за кого. —Нет...       О них все забыли. Упоминания и не более. Ей хотелось достать каждую и вернуть обратно, но... Что им сказать? Мне жаль? Из-за бунта, вы стали запузыренными жертвами репрессий? А как к ним отнесётся общество? Невинные Кварцы пострадали из-за одного спонтанного решения их же Алмаза. Они не успели даже мир посмотреть. Что испытали, когда всех собрали здесь и насильно лишили формы за то, что они не делали? За то, что они ни в чём не участвовали? Боль, обиду, сожаление.       Императрица упала на колени, не в силах сдержать слёз от увиденного. Она молча согнулась, продолжая стоять на коленях и заплакала: —Мне жаль... Жаль...       Неизвестно, сколько прошло времени. Как долго она находилась в таком положении, никого и ничего не слыша, ни на что не обращая внимание. Её очи сомкнулись, сознание провалилось в глубокий длительный сон.

***

—Она не выдержала! —Раздался знакомый голос. —Нам надо было лететь следом за ней!       Алмаз приоткрыл свои глаза — всё было размыто. Она была в своих покоях человеческого зоопарка, но не одна, в окружении кого-то знакомого, или же... знакомых? Мягкая поверхность создавала комфорт. Алмаз лежала на подушках. —Успокойся, Синяя. Прошу тебя. Она просто устала. —Она лежала на полу и плакала! —Эта картина с Кварцами не самая приятная. Сама нашла место, куда их спрятать. —Больше негде не было и ты прекрасно знаешь! Сама хотела их расколоть! —Повезло, что ты не позволила.       Снова ругань, не первая и далеко не последняя. Розовая потянулась руками к глазам. Синяя заметила движение сонного самоцвета. —Тише... Она очнулась... Розовая... —Синий Алмаз трепала младшую по голове, спутывая её локоны волос. —М...вы чё тут делаете? —Грубо. —Возмутилась Жёлтая. —Ты долго не отвечала на наши вызовы, как и весь экипаж. Мы начали волноваться! —Всё в порядке, Синяя... —Розовый Алмаз поменяла положение и села на огромные мягкие подушки. —Простите, что заставила волноваться. Всё нормально. Вы можете возвращаться к работе и больше не отвлекаться на меня.       Синий Алмаз расстроилась ещё сильнее, в то время как Жёлтая посмотрела на младшую с ощущением дежавю. —Розовая, прекрати! Никакая работа никогда не будет важнее тебя! Ну же! Иди ко мне...       Младший Алмаз скептически с недоверием посмотрел на Синюю. Жёлтая поняла, что Розовая вряд-ли пойдёт на руки сестры: —Синяя, иди проверь, как идёт работа зоопарка. —Но! —Сейчас, Синяя. —Серьёзно посмотрела Жёлтый Алмаза, кивнув головой.       Синий Алмаз поняла, что она хочет один на один поговорить с Розовой и не стала препятствовать этому, покинув розовые покои.       Правительницы остались одни. Розовая продолжал с недоверием смотреть на Жёлтую. В ответ, старшая протянула руку к младшей, ожидая её реакции. Как и ожидалось, Розовый Алмаз не пошла на контакт. —Не бойся. —Я не боюсь. —Тогда дотронься. —Я не хочу...       Жёлтый Алмаз взяла Розовую в свою руку и поднесла к себе насильно, не позволяя вырваться ей из хватки. Уверенные жёлтые ромбовидные глаза смотрел на такие же розовые испуганные. Оттопырив свободный палец, Жёлтая стала поглаживать им по голове Розовой. Она зажмурилась. —Ч-ч-ч... Успокаивайся. Привыкай. —Нет! Отпусти! Не хочу! Не трогай меня!       Жёлтая продолжала. Для неё, всё это было экспериментом. Её дежавю продолжалось. Истерику младшей сестры она сопоставляла с своей, которая произошла много тысячелетий назад. —Доверься мне. —Нет! Это больно! —Я знаю...       Через некоторое время, Розовая начала успокаиваться, задумавшись над словами Жёлтой. Она открыла глаза и посмотрела на неё с вопросом: —Откуда ты можешь знать?... —Неужели ты думаешь, только тебе отказывали когда-то в помощи?       Страх в глазах сменился грустью. Когда Жёлтая и вовсе отвела взгляд, появилось место сочувствию, которого раньше по отношению к ней не было. —Расскажи... —Нет, Розовая. Не лезь в чужое, а разбирайся в своём. Я разобралась. —...Поэтому ты такая жестокая?       Старшая сестра удивилась. Такой её видела Розовая? Жестокой, безжалостной и бесчувственной? Хотелось бы сказать, как обидно, но ведь именно такой и старалась выглядеть внешне Жёлтый Алмаз: —Да. Поэтому. Если ты захочешь поговорить про кластер, то сейчас самое время. —И ты мне всё расскажешь? —... Нет. Лишь то, что это была моя инициатива и причастие остальных Алмазов не осуществлялось. Они просто знали, что я делаю и не пытались помешать. —Почему?! —Потому что нет ничего хуже, чем потерять Алмаза! А эта планета стала ужасным шрамом, от которого я хотела избавиться.       Жёлтая опустила руку вниз и положила маленькую владычицу человеческого зоопарка на подушки. Розовая была обижена, но ещё больше, заинтригована. Она никогда не получала столько откровений от Жёлтого Алмаза и теперь жаждала ещё большего, но сама старшая собралась оставить младшую: —Помирись с Синей, она любит тебя и очень сильно скучает.       Грозная правительница повернулась встала на ноги и направилась к выходу. —Жёлтая, подожди! —Прости, Розовая. Нам нужно придерживаться установленной дистанции.