unlive

Слэш
NC-17
Завершён
6807
автор
Aaron Ackerman бета
Пэйринг и персонажи:
Размер:
35 страниц, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
6807 Нравится 193 Отзывы 2269 В сборник Скачать

Мы живём в разных мирах, позвольте пригласить вас в мой?

Настройки текста
Примечания:
       — Эй, Ким! — невысокий парень привлекает внимание проходящего мимо шатена, жестом ладони подзывая его к себе и, удостоверившись, что его заметили, возвращается к автомату, забирая стаканчик с кофе и протягивая его другу. — Хочешь? Выглядишь измотанным… бурная ночка выдалась? Двусмысленный взгляд пытается найти подтверждение в эмоциональной реакции парня с волнистыми от природы волосами, который отказывается от горячего напитка, убирая руки в свободные брюки кремового цвета, нащупывая в кармане мелочь с проезда, которой хватит на любимый горячий шоколад, но никакого отклика найти не удаётся. — Похоже, я заразился бессонницей моего последнего подопечного, — устало выдыхает шатен, — у тебя есть кто-нибудь помоложе? — Тебе повезло, нам как раз предоставили сведения о бывшем военном с посттравматическим стрессовым расстройством – ни родственников, ни друзей, отказывается от лечения, безвылазно сидит дома. Набор стандартный: кошмары воспоминаний с войны, тревожность, депрессия, насчёт агрессивности сомневаюсь, но ещё никто не смог попасть к нему даже на порог. — Попытки суицида? — уточняет Ким, заинтересовавшись случаем. — Не у того, на чьих глазах погибли все сослуживцы. Капитан Чон – единственный, кто вернулся живым. Шатен отводит взгляд в сторону, прекрасно понимая, какую ценность представляет жизнь для тех, кто прошёл войну, в особенности для того, кто потерял всех вокруг себя. К счастью, сам Ким оказался далеко от подобных событий, в его жизни разрушения имеют несколько иную сторону, вроде последнего расставания, из-за которого эта ночь была заполнена слезами и безответными сообщениями. Несравнимо разные вещи и события, только боль одна и та же, она разрушает мысли, сердце и тело, и если сейчас не помочь, то жизнь перестанет иметь смысл. Поэтому Ким Тэхён, студент последнего курса факультета искусств, и пошёл в волонтёры. — Или можешь пойти в спокойное отделение больницы и потаскать утки – там всегда рук не хватает, — добавляет друг, опустошая стаканчик кофе. — Схожу к капитану, — соглашается на первое предложение Ким, коротко смотря на время – в семь утра мужчина уже, должно быть, давно бодрствует. — Попробуй, — пожимает плечами парень. — Его просто надо уговорить пройти курс реабилитации – это всё, что тебе надо сделать. Направляясь за личным делом подопечного, Тэхён не сильно верит, что именно ему выпадет честь попасть за порог дома капитана, не оставшись на улице с закрытой перед носом дверью, как это было в предыдущие попытки других волонтёров, но всё же решает попробовать. Одинокие люди как бы ни отказывались от всякой помощи, отчаянно нуждаются в ней, но их страх довериться препятствует им же самим. Перед студентом спокойная улица города с частными домами, территории которых облагорожены стриженными газонами и декоративными кустарниками. Мимо проезжает мальчик на велосипеде, где-то лает собака, а неподалёку из гаража выезжает мужчина на работу – на таких улицах всегда обыденная жизнь, и лишь один дом не вписывается в этот уголок своим одиноким видом. Шатен смотрит на карту в своём телефоне и поднимает взгляд на частный дом, ещё раз проверяя адрес, и направляется во двор, заранее убеждаясь, что капитан не имеет собаки. Как выясняется, даже четвероногий друг не смог пройти сквозь скорлупу военного. Газон нестриженный, да парень вообще сомневается, что трава здесь специально выращена, скорее, заросла сорняками, а деревья нетронуты рукой садовника – никто не следит за внешностью природы. Тэхён делает два шага по ступеням и, не найдя звонка, пару раз стучит в дверь, переводя взгляд на пол, где лежит нетронутая почта, среди которой поздравительные открытки, реклама, приглашения и прочая ерунда. Парень даже не может предположить, какие поздравления могли прийти капитану, а главное с чем? Победой на крови его сослуживцев? Услышав шаги и поворот замка, шатен выпрямляется и устремляет взгляд перед собой, обнаруживая за дверью, что отделяет совершенно разные миры, высокого, крепкого мужчину, совсем ещё молодого брюнета с военной выправкой и невероятно пустым взглядом. На выбритом после проводимой операции виске едва виднеются швы, которые скрываются растущими волосами, больше не требующими короткой стрижки, острые скулы не тронуты бритвой, мужчину украшает щетина, что несвойственна приверженцам дисциплины и порядка. На капитане простая белая футболка, прилипшая к широкой груди, и спортивные штаны, кожа его слегка блестит от пота – видимо, волонтёр отвлёк мужчину от физических нагрузок. Тэхён засматривается на внешность, довольно привлекательную для тридцати с небольшим, самое время заводить семью, но увы, жизнь бывшего капитана не располагает подобными целями. — Я могу воспользоваться вашей уборной? — выпаливает парень, решаясь в данном случае подобраться к подопечному с обыденной стороны человеческой жизни. — Мы в цивилизованном обществе, ходить в кусты в наше время ужасно неэтично. Ким, обладая базовым актёрским искусством, не уверен, что его игра достойна хотя бы и половины балла, потому что на лице капитана не дрогнул и мускул, мужчина лишь одарил незваного гостя холодным безразличием. — Волонтёр, — звучит стальной голос, пугающий самую малость своей глубиной, что кажется бездной. — Нет. — Это не вопрос. Тэхён тушуется, избегает пронзительного взгляда и смущённо улыбается, оказавшись застигнутым врасплох. Продолжать врать нет никакого смысла, это только усугубит положение, поэтому шатен вздыхает и сдаётся, неловко почёсывая затылок. — Да, но мне правда надо в уборную. На самом деле нет, но кто откажет простой человеческой просьбе? Тишина затягивается, Ким начинает чувствовать, будто сейчас его этим взглядом на месте расстреляют, но вместо громкого хлопка двери перед носом слышит «две минуты» и видит распахнутую дверь в дом. Жаль, не душу. Парень не теряет жёстко ограниченного времени, заходит внутрь и коротко благодарит, оказываясь втянутым во что-то очень сложное, зыбкое и безвыходное. Изнутри дом кажется таким же, как снаружи: отрешённым и пустым, мебель совершенно новая, на паркетных полах не видно царапин или вмятин, что говорит о свежей отделке, не пахнет завтраком, лишь ощущаются еле заметные нотки цветущих деревьев неподалёку – окна настежь распахнуты. В ванной Тэхён совершенно «случайно» за зеркалом обнаруживает нетронутую упаковку снотворных, выписанных психиатром, единственную зубную щётку и бритву, которой пренебрегает капитан. Если депрессия здесь на лицо, кошмары подтверждают наличие бессонницы, то тревожности Ким не замечает, будучи впущенным в дом без вопросов и подозрений – мужчина выглядит вполне здоровым. Внешне. Тэхён для видимости своих правдивых намерений нажимает на спусковой крючок унитаза, явно превысив данные две минуты, и выходит в коридор, не замечая поблизости капитана. Пользуясь моментом, Ким открыто начинает рассматривать вещи в поисках, за что можно уцепиться, чтобы заинтересовать подопечного, но и не затронуть личное пространство, пока не замечает в гостином зале нетронутое рукой музыканта фортепиано, и сразу становится ясно одно – бывший капитан въехал в уже приготовленный дом, не имея за душой ничего. Ему, как герою войны, государство дало деньги и жильё, но этим не вылечить душу. — Кажется, ты спешил, — раздаётся голос мужчины, заставляющий шатена закончить осмотр, не выявив ничего полезного. — Куда? — непонимающе спрашивает Тэхён, теряя навык разговора с людьми рядом с капитаном. — Уйти отсюда и не возвращаться. Удар ниже пояса, Ким ощущает всю прямоту, которую люди обычно скрывают за вежливостью и намёками. — Я могу… — Нет. Тэхён закрывает рот, не успев даже договорить, и чувствует, как стремительно нарывается на неприятности, испытывая терпение военного. Парень решает больше не задерживаться в чужом доме, поэтому разворачивается и направляется к выходу, не посягая на личное пространство, но как только выходит на порог, оборачивается, чтобы спросить, не нужно ли что-нибудь брюнету, как вздрагивает от грохота двери, закрытой прямо перед ним. В принципе, Ким с самого начала и не надеялся, что станет особенным.

— Да ладно, ты попал к нему в дом?! — девушка округляет глаза, не веря в услышанное, ведь она впервые была отвергнута подопечным, до этого пользуясь всяким гостеприимством и возможностью расположить к себе любого. — Он ещё и поговорил с ним, — подтверждает друг, направивший Кима к капитану. — Я пробыл там две минуты, — поправляет Тэхён, не считая это достижением, — в итоге так же оказался за дверью. Испытывать судьбу и стучаться снова парень не стал, поэтому вернулся на базу, где собрались такие же, как он – люди, желающие помогать. Им за работу не платят, это не исправительные меры за мелкие преступления и не способ попасть на обложку статьи, просто студенты и школьники, которые имеют свободное время и сердце. Некоторые люди в современном мире таким нечасто блещут. А Тэхён когда-то сам кричал о помощи, когда его никто не слышал, поэтому знает, каково это, быть одиноким. — Эй, эй, ты сдаёшься? — удивляется Субин, смахивая длинные волосы назад. — Я уверена, твоё музыкальное образование и фортепиано в его доме не совпадение – сходи к капитану ещё раз! Классическая музыка – действенное лекарство! У мужчины звон в ушах после взрыва гранаты, осколок которой почти убил его, попав в висок, и наверняка он будет рад услышать хоть что-то, кроме въевшегося в душу свиста. У волонтёров правило: дважды один человек не приходит, если его отвергли. А все вокруг голосуют, что Тэхён прямого отвержения не получил, поэтому он должен попробовать вернуться. Просидев за столом с друзьями, Ким не придумал предлога оригинальнее, поэтому, вооружившись неприхотливым горшочным цветком, вновь оказывается перед дверью, надеясь на доброжелательность после обеда. А ещё подруга напомнила, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, поэтому Тэхён зашёл в любимую пекарню и купил маленький торт в коробочке. И как только дверь открывается, шатен с широкой улыбкой протягивает подарки с громким заявлением: — С новосельем! Ким играет не совсем честно, преподнося подарки, ведь после их принятия у человека возникает чувство, что он что-то должен дать взамен, поэтому в ответ обычно приглашают зайти и выпить чай с тортом вместе. Тэхён этому у Субин научился – девушка покоряет не только своим очарованием, но и использует психологические приёмы, будучи студенткой факультета педагогики и психологии. — Оставь себе, — звучит в ответ, после чего парень остаётся наедине с закрытой дверью. Тэхён усмехается на эту упёртость, совершенно забывая о переживаниях прошедшей ночи, сейчас они кажутся чем-то незначительным на фоне непробиваемого капитана. Но даже несмотря на свою отрешённость, мужчина не грубит и не повышает голос – у Кима был и подобный опыт невежественных людей – поэтому парень думает, что здесь есть над чем работать. Шатен наклоняется, ставя цветок справа от двери, там же оставляя и торт, а затем шумно спускается со ступеней, чтобы его уход услышали. Цветок в горшке – отличный способ привлечения внимания, не считая домашнего животного, обоим нужна забота и уход, поэтому человек неосознанно вставляет в череду своих проблем новую, которая отвлекает его от остальных. Некий внешний раздражитель. Хотя, порой, Тэхёну кажется, что он сам раздражитель, но всё же оборачивается, смотря на одинокий дом в конце улицы – он вернётся сюда завтра.

На экране блокировки ни одного оповещения о сообщении, шатен в это не верит, отказывается, хочет думать, что у него в отношениях просто пауза, сейчас оба соскучатся и снова съедутся, только Тэхён всё ещё остаётся заблокированным в соцсетях и возвращается на съёмную квартиру один. Парень в очередной раз пишет родителям, что хорошо питается и учится, проблем никаких нет, за исключением одной. Говорят, если хочется разочаровать родителей, а к гомосексуализму душа не лежит, надо податься в искусство, а Тэхёну оказалось мало выбирать что-то одно, поэтому поступил на факультет искусств и начал встречаться с парнями. К счастью, родители это приняли, не сразу, конечно, со скандалами и угрозами возвращения в родной город или на перевоспитание к деду в глушь деревенскую, но всё-таки он – их единственный сын, а личные предпочтения не делают его плохим человеком. Что говорить о его волонтерстве. Живёт парень на стипендию, её в упор хватает на оплату счетов, ежедневное питание и небольшую роскошь, а после съезда с последним парнем Ким позволял себе делать подарки подопечным – на этой почве и произошла последняя ссора. Тэхён он такой – не требует ничего взамен, щедрый на чувства, вещи, поддержку, и лишь просил понимания, а получил «твои убогие дороже меня?». — Сам он убогий, — Субин кусает трубочку от молочного коктейля, в перерыве дневных пар встретившись с другом в кафе между их университетами, и наконец слышит причину разрыва отношений. — Если он ещё и бездомных котят пинает на дороге – ад для него будет песочницей по сравнению с тем, что сделаю с ним я! — Может, он просто разозлился? — удручённо пытается найти оправдание Ким. — Он даже подвозил меня на базу, не имел ничего против… — Когда люди злятся, они показывают истинное «я», вспомни капитана – сколько раз к нему приходили, а он никого не обозвал, не унизил и не применил силу. Да, слегка грубоват, но это оправданно! Тэхён вспоминает, как этим утром специально проехал на велосипеде по пути на пары через район, где проживает бывший капитан, заметив, что на пороге не было ни цветка, ни коробки от торта. Всё же мужчина принял эти подарки, купленные на деньги, что должны были пойти на горячую воду, но Тэхён не жалеет, ведь результат стоит того. — Вечно ты попадаешь на мудаков, — заключает Субин, — всем помогаешь, но когда начнёшь ценить себя? — Доктора тоже курят, — назло говорит шатен, собирая чужие конспекты со стола в рюкзак, и оставляет деньги за горячий шоколад, бросая, что скоро они снова увидятся, когда капитан выкинет его за шкирку со своего крыльца. Девушка всей душой ненавидит эту фразу, но именно она отражает действительность жизни – доктора, прекрасно знающие о вреде никотина, его последствиях и побочках, всё равно курят, не желая избавляться от этой привычки. Все люди такие же, как бы они ни понимали свои проблемы, не все спешат от них избавляться. Вот и Тэхён, вроде, понимает, что за таких людей не стоит цепляться, но ничего не может с этим сделать. Вторая половина пар проходит быстрее, и вот шатен стоит перед прилавком с чаями, выбирая вкус для капитана, но даже побывав внутри его дома, ничего не может сказать о предпочтениях его владельца. С пожилыми всё намного проще: у них нет брезгливости к выбору или же есть список продуктов, рекомендованных врачом. Поэтому Тэхён, недолго думая, берёт упаковку зелёного, чёрного и чая со вкусом ягод, чтобы точно не прогадать. Но всё же прогадывает с погодой, потому что, выходя из магазина, замечает хмурое небо и не придаёт этому значения. Хотя стоило бы. Только не для всех дождь является причиной испорченного дня. Мужчина открывает окно, выставляя комнатное растение под прохладные капли, поправляет горшок, чтобы стоял ровно, и смотрит на зелёные листья, прислушиваясь к приглушённым ударам об их поверхность. Капитан любит дождь, потому что в такие моменты свист в ушах и шум в голове перекрывают другие звуки. Чон облокачивается бёдрами о стол позади, опираясь на его поверхность руками, и закрывает глаза, чтобы насладиться желаемым шумом. Он всё ещё не может привыкнуть к мирной жизни, эта тишина давит на сознание, у него перед глазами война, смерть и пули, каждая пролетает мимо, не задевает будто бы нарочно, оставляя нести бремя не одного десятка жизней в своих воспоминаниях. Ему поставили посттравматическое стрессовое расстройство, выписали кучу таблеток, столько даже в магазин пистолета не помещается, ещё и волонтёров молодых посылают, будто бы мужчине это как-то поможет. Последний так вообще назойливый, как бездомный щенок. Капитан таких видел, с собой взять не мог, лишь прогонял из города, обречённого на разрушение, горе, голод и смерть. Услышав спешные шаги по деревянным доскам крыльца, Чон поворачивается в сторону уличной двери, но вопреки ожиданию, не слышит ударов, призывающих хозяина дома выйти к незваному гостю. Мужчина выжидает ещё минуту, удостоверяясь, что ему не показалось, потому как шум ещё раз повторяется, и, потеряв последние остатки терпения, подходит к выходу и открывает дверь, находя на ступеньках того самого назойливого щенка. Молодой студент чертыхается, просматривая намокшие из-за дождя конспекты, шепчет что-то про своё скорое убийство за испорченные тетради, которые по всей видимости принадлежат не ему, и оборачивается, заслышав приход капитана. Его волнистые волосы намокли и завились ещё сильнее, с кончиков завитков на плечи капает вода, впитывается в насквозь промокшую, слегка просвечивающую рубашку, а наивный взгляд твердит об одном: — Простите, ливень застал меня врасплох, а ваше крыльцо мне уже знакомо, — слегка улыбается шатен, являя всё в таком свете, будто временем ранее не стоял специально за поворотом и мокнул, чтобы напроситься на обогрев. — Как только дождь утихнет, я уйду. Чон толкается языком в щёку, явно не веря в это хлипкое оправдание, складывает руки на груди, из-за чего мышцы на плечах напрягаются и особенно выделяются, заставляя студента вспомнить гипсовые фигуры греческих богов в аудиториях у художников. Поразительное сходство идеальных пропорций. Издалека доносится раскатистый гром, оповещающий о приближении непогоды, что так удачно складывается в пользу волонтёра. Миссия «пусти и согрей» успешно выполнена, когда мужчина вздыхает и чуть отходит в сторону с коротким и чётким, больше похожим на приказ: — Заходи. Тэхёну дважды повторять не надо, он прижимает к себе рюкзак и поднимается со ступенек, спешно забегая в тёплый дом. План планом, а замёрз он по-настоящему. — Возьми в ванной чистое полотенце, — поступает следующий приказ, по-другому это не назовёшь, потому что мужчина не использует обиходное «можешь взять», но всё же сохраняя долю обыденной человечности, предоставляя волонтёру сухую одежду. — И приходи на кухню, тебе нужно выпить горячего. Шатен удивлённо поднимает брови, поражаясь общепринятому гостеприимству, только всё дело в том, что со стороны этого мужчины другие видели лишь захлопнутую дверь перед своим носом, а Ким уже держит в руках чужую одежду и уходит в ванную за полотенцем, пока для него ставят чайник. Вряд ли выстроенный капитаном барьер удалось так легко преодолеть, скорее, тут сыграла роль вчерашнего психологического трюка и банальной жалости к легкомысленному, наивному парню. Хотя Ким совершенно не против притвориться глупым ради достижения цели – он должен замотивировать этого мужчину и заставить жить заново. Каждый достоин шанса изменить свою жизнь. Тэхён возвращается на кухню, подметив, что капитан не пользуется удобной современной техникой, предпочитая электрическому чайнику обыкновенный, тот, что свистит, поэтому закипание происходит медленнее. За это время парень успевает заметить, что одежда брендовая, явно закупленная заранее, размером точно под мужчину – будто его считают несамостоятельной личностью. Очнитесь, он войну прошёл, но не сможет зайти в магазин и купить себе футболку? Хотя именно такие вещи и входят в обязанности волонтёров – делать то, что другие по определённым причинам не могут. Ким наблюдает, как брюнет ставит две кружки и наливает в одну заваренный чай, а другую оставляет с кипятком. Тэхён потерянно следит за действиями мужчины, который по своему обычаю начинает пить простую подогретую воду. Это привычка сурового времени – там, где-то за мирными землями, нет и минуты смочить горло чем-то, кроме воды, дай бог ещё и горячей. — Не сочтите за грубость, капитан… — Ким на пару секунд перестаёт говорить, когда замечает на себе тяжёлый взгляд, поняв, что совсем забыл про уточнение обращения к подопечному. — Как мне к вам обращаться? — Сэр. — Так вот, капитан-сэр, вы не пробовали заваривать чай? Тэхён точно сам не свой в последнее время, после ссоры с парнем, конечно, забывает об элементарных правилах волонтёрской деятельности и поведении с подопечными, нарушив уже с десяток точно, потому что его вопрос звучит упрёком в глупости капитана, будто он не додумался заварить чай. И когда парень понимает это, то уже видит, как его за шкирку выбрасывают под ливень, но на удивление никаких действий со стороны мужчины не следует, кроме возвращения торта, который студент прошлым днём оставил перед его дверью. — Я отвык от подобного, — нехотя отвечает Чон, понимая, что в случае игнорирования вопроса этот щеночек от него не отстанет. — Вы лишаете себя комфорта, капитан-сэр, — заключает Тэхён, зная эту черту. — Но прошлой жизни уже не будет, почему бы не приспособиться к новой? Можно начинать с мелочей, таких, как чай, — парень притягивает к себе рюкзак и достаёт упаковки с разными вкусами, выкладывая их на стол, — но для начала выявить свои предпочтения. В нашем мире выбора достаточно много… — В твоём мире, — внезапно перебивает мужчина, заставляя волонтёра замолчать. У них разные миры. Тэхён крепко обхватывает горячую кружку не столько от прохлады, сколько от замешательства и подтверждения тревожности в состоянии мужчины – Чон избегает реальности, оставаясь в своём мире, мире войны и безысходности. У него перед глазами война, смерть, пули и назойливый волонтёр, который всей душой желает вытащить капитана из посттравматического стрессового расстройства. — Тогда позвольте пригласить вас в мой? Чон неотрывно смотрит в светло-карие глаза, ожидая, когда же парень смутится и поймёт, что его попытки не достигнут успеха, но ничего из этого не происходит – шатен продолжает ждать ответа, слегка склонив голову набок. Ким пытается пробиться через скорлупу, у него получилось создать трещину – ему банально отвечают на вопросы. Не так развёрнуто, как хотелось бы, но всё же что-то есть. Капитану сложно довериться, вряд ли у него получится с кем-то сблизиться, его будет преследовать лишь страх потери, как когда он потерял всех своих сослуживцев. Наверняка мужчину ещё и мучает чувство вины, что он не разделил смерть с ними – вернулся героем, хотя таковым себя не считает. Чону отвратительно быть собой. — Ты гей? Прозвучавший вопрос от мужчины выбивает волонтёра из колеи, быть может, капитан этого и добивается, но Ким скрывает смущение и прочищает горло. В армии не приветствуется нетрадиционная ориентация, за такое избивают до полусмерти, не говоря уже о повседневной жизни, где отношение к таким вещам до ужаса несправедливо. Как будто люди выбирают, кого им любить. — Десять лет на фортепиано сделали меня жертвой стереотипов, — отвечает Тэхён, думая, что плавность его движений и ухоженный внешний вид позволил допустить подобную мысль. — Вам сыграть? Уверен, классическая музыка придётся вам по нраву. Шатен не дожидается ответа, поднимается со стула и направляется в гостиную, избегая взгляда, ведь такие подробности о личной жизни способны всё испортить. Не услышав протеста или запрета уходить, Тэхён садится на табурет перед музыкальным инструментом, открывая крышку над клавишами и любовно проводя по ним длинными тонкими пальцами, на некоторых из которых надеты кольца. Ким бы заверил, что это часть образа творческого человека, но на самом деле ему просто нравятся украшения, а некоторые из них ещё и являются подарками, с которыми не хочется расставаться. Субин говорит, у вещей нет пола, поэтому украшения могут носить как парни, так и девушки, и это не показатель ориентации, только не все такого же мнения. Но шатен не обидится, если капитан принял его за гея из-за этого стереотипа, ведь на самом деле он оказался прав. — Желаете что-то особенное? — интересуется Тэхён, оборачиваясь, но не находя присутствия капитана, как и его ответа. — Тогда выбор остаётся за мной, — громче сообщает парень, чтобы его услышали. Ким не любит всемирно известных классиков, он предпочитает играть произведения современных композиторов, поэтому вспоминает одну из первых изученных мелодий и первыми секундами испытывает фортепиано. Звучит чисто, по-новому, клавиши не заедают, хотя парень не отказался бы познакомиться и с каким-нибудь уважаемым себя старостью инструментом. Мелодия окутывает весь дом, вытесняя одиночество и сумрак воспоминаний, достигает капитана, сидящего за столом на кухне, смешивается с каплями дождя, перекрывая грохот грома. Тэхён – не одарённая личность, учась на факультете искусств, он пробовал себя во всех его направлениях, поэтому немного рисовал, немного участвовал в постановках, но лишь на клавишах он играет с детства. Его движения не отточенные техникой, они слегка хаотичны из-за чувств, которые вкладывает парень в музыку, крича через неё о своих мыслях и желаниях. И сейчас Тэхён хочет, чтобы капитан его услышал. Чон взгляд задерживает на кружке остывающего чая, пахнущего травами, смотрит на купленные для него упаковки, но не чувствует ни благодарности за внимание и побуждение помочь, ни злости от навязчивости, ни спокойствия от присутствия хоть кого-то рядом, ничего. Капитан находится в другом мире, здесь нет места для чувств и эмоций, нет привязанности, лишь металлические жетоны на шее объединяют людей вокруг. Здесь нет удобств и мягкой мебели, под головой согнутая рука, под спиной бетон, холодная земля, сухая трава, свист падающих снарядов над головой и разрывающихся гранат рядом. Чон всё это слышит, видит открытые раны своих людей, их не сшить, кости раздроблены, внутренности выпадают наружу, и звучит лишь одна мольба «убейте, сэр». И капитан убивал, уходя с зажатым в своей ладони чужим жетоном. Но среди этого поля на старом фортепиано играет молодой парень, не страшась ни пуль, ни взрывов, от которых земля падает на стёртые клавиши, давит на рычаг музыкального инструмента, улыбаясь с закрытыми глазами. Капитан смотрит на него, ближе не подходит – вокруг мины, а шатен их совершенно не боится. Тэхён поворачивается к мужчине, заметив его приход, но не ощущая его присутствия – капитан где-то в своём мире, не здесь, стоит, оперевшись на дверной косяк, держит в ладони кружку, а сам сквозь время смотрит. Люди, порой, не просят о помощи вслух, в которой сильно нуждаются, но кричат в своей душе. Не все могут услышать эту мольбу, но Ким слышит, и даёт слово, что поможет капитану выбраться из того мира. Вспышка молнии освещает гостиную, Тэхён готовится к грому, следующему за ней, но всё равно вздрагивает и слегка фальшивит, только музыка обрывается, когда после грома слышится звон разбитой кружки. Парень оборачивается, обеспокоенно посмотрев на капитана, затем на осколки, поднимается и подходит ближе, чтобы убрать их, но его побуждение прерывает вопрос: — Ты кто такой? Тэхён останавливается, не доходя до мужчины, и вспоминает, что не назвал своего имени. — Это было так невежливо с моей стороны… меня зовут Тэхён. Ким Тэхён. — Из какого ты подразделения? — мужчина делает шаг ближе, из-за чего улыбка шатена начинает исчезать. — Отвечай! Ким делает шаг назад, который его вовсе не спасает, и понимает, что сейчас что-то сработало триггером для Чона, вернув его в прошлое. Перед ним не мужчина, вернувшийся с войны и страдающий апатией, а капитан, на счету у которого каждая минута и подозрение шпиона в своих рядах. Тэхён правда не знает, что ответить, по правилам нельзя идти на поводу у приступов, а значит и заверить, что парень не является врагом, нежелательно, только что делать, если от этого зависит по большому счёту жизнь? Военные пленников не берут. — Капитан, вы не на войне… Мужчина внезапно хватает шатена за горло, не позволяя больше отходить, сжимает его, заставляя Тэхёна схватиться за напряжённую руку капитана и занервничать – он попадал во всякие ситуации с подопечными, но ни один из них не пытался его убить. Тело тяжелеет, дышать становится трудно, а сопротивление только усугубляет ситуацию. — Капитан Чон… — Ким пытается сделать спасительный вдох, воззвать к сознанию мужчины, но лишь чувствует, как удерживаться на ногах больше нет сил, — Чонгук… За окном вспыхивает молния, ярким светом бросаясь в тёмные, закрытые воспоминаниями глаза, и мужчина разжимает ладонь, заставляя Тэхёна упасть и закашлять в попытке начать дышать. Противное чувство тошноты и головокружение охватывают парня, страх сковывает тело, заставляя его дрожать, а слёзы застилают видимость гостиной, где вместе с кружкой разбилась попытка Кима помочь.

Чон ненавидит ночи, когда приходится включать искусственное освещение, а бренность тела берёт своё, утягивая в бессознательное, где властвуют лишь кошмары. Мужчине не снится ничего, кроме войны, пепла, трупов по дороге, испачканной в крови и поте спецодежды и последнего патрона в магазине. Он всегда последний, чтобы пустить его себе в висок. И в этих кошмарах каждый раз умирают его сослуживцы, взрывают целые города, уничтожают невинных, женщин, детей и стариков, но ни разу не погибает сам капитан. Это его расплата – жить и видеть, как все вокруг умирают, – возвращаясь с многочисленными жетонами в своей ладони, пока свой несёт на груди. Открыв глаза, Чон вместо привычной тишины в доме слышит посторонний шум, стрелка часов ушла за десять утра, и долгий сон не вызывает удивления, ведь мужчине удалось уснуть лишь под рассвет. Брюнет поднимается с гостиного жёсткого дивана, что привлекает капитана сильнее мягкого матраса постели, и направляется на шум, обнаруживая на своей кухне волонтёра, стоящего у плиты и готовящего завтрак. Сегодня на нём обыкновенная светлая толстовка и серые спортивки, будто парень не особо долго выбирал, в чём выйти из дома в свой выходной от учёбы день, но волосам по-прежнему уделено больше времени, потому что сегодня шатен пришёл с хвостиком, из-за чего его лоб остаётся открытым. Но смущает не то, откуда парень достал продукты, а то, почему он вообще вернулся после вчерашнего. — Доброе утро, — улыбается Тэхён, будто бы не сбежал вчера прямо в грозу из дома бывшего военного, что в помешательстве чуть не задушил его. — У тебя всё в порядке… — Да, всё замечательно! — спешит заверить парень, чтобы не поднимать трудную тему. — … с головой? — договаривает Чон, серьёзно смотря на волонтёра. — Зачем ты вернулся? Или ты настолько наивный, раз считаешь, что это был единичный случай? Грубый голос снова навевает воспоминания удушья, но Тэхён не хочет поддаваться страху так же, как вчера: он сглупил, убежав из дома, когда надо было остаться. И любой другой на месте Кима не вернулся бы к человеку, страдающему психическим расстройством с возможностью возникновения помешательства и посягательства на чужую жизнь, даже добродушные волонтёры. А Тэхён вернулся, ещё и завтрак приготовил. Точно щенок – сколько его ни пихай от себя, он всё равно возвращается, виляя хвостиком. — Потому что я уже знаю о вашем поведении, капитан, — пожимает плечами шатен, — для меня подобное не будет шоком, тогда как для других это может стать проблемой. Вам же понравилось, как я играю? У нас больше нет музыкантов, так что я лучше всего вам подхожу. — Просто уходи. — Невежливо с вашей стороны отказывать гостю в кружечке горячего, между прочим, я ещё даже не завтракал. Специально вообще-то, потому что за столом люди сближаются, эдакие невидимые оковы, сел и уйти не получится, пока не закончится завтрак, а в это время вполне можно задавать вопросы, на которые придётся отвечать. — Может, вы хотите попробовать кофе? — делает очередную попытку Ким, поставив на стол новую купленную им кружку рядом со второй. — Я хочу, чтобы ты забрал свои вещи и немедленно покинул этот дом, иначе я пожалуюсь на некомпетентность работника твоему начальству. Тэхён останавливается, смотря на мужчину, не верит, что и правда заслуживает такой угрозы, ведь оба прекрасно понимают, что в его действиях хоть и проскальзывает навязчивость, но ради чего она присутствует. — Поимею наглость вам отказать, капитан, — настойчиво говорит Ким, — я здесь не для того, чтобы выделываться перед «начальством»… Мужчина сжимает ладонь в кулак и громко ударяет им в стену, чтобы перекрыть этот голос в своей голове, что заглушает свист. — Пошёл вон, щенок! — повышает голос Чон, опуская все попытки прогнать парня вежливо. — Мне не нужна твоя жалость! Можно подумать, у студента просто нет гордости, раз он терпит подобное отношение к себе, проглатывая достаточно унизительное «щенок», но он лишь сминает край толстовки на рукаве и без наигранной радости задаёт последний вопрос: — А вы тоже сражались из-за жалости к своей стране? Брови мужчины заметно распрямляются, но вены на руке всё ещё напряжённо выступают, выдавая всплеск эмоций, которые сердце гонит через кровь, и Чон понимает, что его собственный ответ будет ответом, относящимся к волонтёру. Это даже не чувство долга и не выполнение приказа, это собственное побуждение, без желания получить внимание или награду. Чон сражался за то, чтобы такие, как Тэхён, продолжали мирно жить, когда как Тэхён сражается за то, чтобы такие, как капитан, смогли жить заново. Мужчина отводит взгляд, упрямо не желая соглашаться на присутствие щенка рядом, ведь капитан за время реабилитации не почувствовал улучшения, никакие таблетки и психиатры не вытащили его из кошмаров собственного мира, и он просто перестал верить, что очередной курс лечения, на который пытаются уговорить волонтёры, ему поможет. Не помогло раньше, так что изменилось сейчас? — Дайте мне неделю, — просит Тэхён, всё ещё надеясь на последний шанс, — не прогоняйте меня семь дней, а после я уйду сам. — И чего ты этим хочешь добиться? — Позвать вас в гости, — наивно, но искренне улыбается шатен. — Капитан, раз мы живём в разных мирах, позвольте пригласить вас в мой? Тэхён зовёт падшего солдата в мир без войны. Мир, который создал капитан Чон. Если честно, Ким не считает это откровение правильным, ведь таким образом он только укрепляет грёзы мужчины, но это срабатывает. Парню отсчитывают семь дней, два из которых нагло забирают, потому что волонтёр уже присутствует двое суток в жизни мужчины, но Тэхён спорить не решается – пять дней тоже неплохой результат по сравнению с тем, что его получасом назад пытались выгнать. На завтрак шатен всё же остаётся, дождавшись, когда капитан закончит утренние водные процедуры, и по его возвращении замечает небритую щетину. Она, конечно, придаёт некую мужественность, но такими темпами брюнет зарастёт и внешне увеличит себе года, а Ким вообще-то планировал на улицу с ним выйти. Поэтому парень без смущения предлагает самому побрить мужчину, на что получает тяжёлый взгляд и чувство, будто ему приставили дуло огнестрельного ко лбу, чтобы он отошёл. Во время завтрака Тэхён всё же добивается, чтобы Чон выпил не просто кипяток, а чай, извинился за свои кулинарные способности и попросил их не критиковать, на что получил неоднозначное «земля на вкус тоже бывает неплоха». И Ким останавливается на мысли, что горячая еда для военных вообще роскошь, а не то, что его завтрак на вкус, как земля. — А можно разговаривать неформально? — просит Тэхён, не считая восемь лет разницы уж настолько большой. — Нет. — Тогда могу я иногда называть вас по имени? — Обращайся по званию. — В вашем мире – так и буду, — настаивает на своём Ким, — но в моём мире вы будете Чонгуком. Мужчина сдерживается от спора, ведь у них уговор – пять дней, и щенок сам уйдёт. По сравнению с днями на войне, которые длятся бесконечно долго, сливаясь в единый промежуток замкнутого времени, неделя не кажется настолько длинной. — На кого вы учились раньше, капитан? Ким взывает к прошлым воспоминаниям, что должны были сохраниться облачным промежутком до войны, хочет попробовать вернуть тот мир, показать, что мужчина уже жил мирной жизнью, а значит способен к ней вернуться сейчас. — Не говори, что вам на меня не предоставили всю информацию, — спокойно отвечает брюнет, не притрагиваясь к зелени на столе, что подмечает про себя волонтёр. Вкус травы слишком приелся, чтобы продолжать её есть. — Ты обо мне уже всё знаешь, а я о тебе – ничего, — с намёком говорит Чон, проверяя, откроется ли для него парень, требующий того же от мужчины. — Ким Тэхён из Дэгу, четвёртый курс факультета искусств, единственный в семье, наперекор родителям подался в искусство, всего понемногу: актёрское, музыкальное, художественное, но основное музыка, конечно, — выпаливает шатен, говоря это таким тоном, будто открывать для него душу – обыденная вещь. — Живу на съёмной квартире, но чаще у своих подопечных, и меня ещё ни разу не выгоняли на улицу, как щенка. — Всё бывает в первый раз. Тэхён поднимает взгляд на мужчину, не замечая ни улыбки, ни крошечных морщин у глаз, которые свидетельствовали бы о шутке, и продолжает. — А ещё меня бросили три дня назад и до сих пор не вытащили из чёрного списка, но я думаю, мы ещё помиримся… — С тобой порвали, — прямо и без предупреждения бьёт капитан. Ким это отрицает вот уже третий день, веря, что его парень, к которому нагло лезет поправочка «бывший», тоже страдает, и им просто нужно время. — Все ссорятся… — Гордыня убивает любовь, — отрицает мужчина, — если никто из вас не идёт на уступки, значит никому оно не нужно. А если игнорируют тебя, значит ты делаешь какие-то шаги – вывод на лицо, ты ей не нужен. — А вы когда-нибудь любили, капитан? Тэхён заметил это – мужчина не любит говорить о своей прошлой жизни, но как только тема коснулась отношений, он позволил найти в своей душе на неё отклик, и сейчас парень попадает туда, куда ему не следовало бы заходить. Чон задерживает свой взгляд на поверхности кружки, углубляется в воспоминания, не понимая, как он мог об этом забыть, и роняет палочки, которые своим звоном о блюдце возвращают мужчину в реальность. — Нет. Ким закусывает губу, не решаясь сказать, что в эту ложь не поверит даже ребёнок, оставляет что-то очень личное капитану, как оставил тот факт, что он не нужен ему, своему бывшему. Эти подробности и правда не играют никакой роли в плане Тэхёна завоевать доверие капитана и уговорить его начать жить заново, поэтому шатен вновь натягивает улыбку, теперь зная, чем можно пробить мужчину. — Кажется, вам нравятся щенки… вы смотрели «Хатико», капитан?

— И что потом?! — восторженно спрашивает друг, не в силах дождаться ответа от парня, который зашёл с утра на базу доложить, что взял опеку над бывшим военным. Тэхён оборачивается, замечая, с каким интересом на него смотрит не одна пара глаз, ведь главная обсуждаемая новость коллектива – студент, который не только смог зайти в дом к капитану Чону, но и заставить его поговорить и даже посмотреть фильм. — Я ревел один, — признаётся Ким, — его даже не тронул тот факт, что это основано на реальных событиях. — Потому что у него никогда не было домашних животных, — складывает руки Субин, — он на себе не ощущал этой привязанности, с чего бы ему ронять слёзы над чужими собаками? Ты уже подарил ему цветок – завтра принеси щенка и скажи, что подобрал на дороге, а на квартире у себя держать его запретили. — Не рано для животного? — сомневается Тэхён. — Слишком много внешних раздражителей, это не вызовет агрессию? — Разве есть предпосылки для агрессии или другой опасности? Ким сглатывает, задерживая руки в недвижимом положении, насильно заставляет не отводить взгляд и не облизывать губы, пытается не делать ничего, что бы дало подруге-психологу понять, что он лжёт. Ведь Тэхён так и не рассказал о приступе капитана и попытке задушить его, иначе парня заменят. — Всё же я понадоедливее буду, — улыбается шатен, — к концу срока подарю щенка. Ну всё, я пошёл! — Заставь его жить, Ким! — вдогонку кричит друг, разгоняя подслушивающих зевак. И Тэхён во что бы то ни стало это сделает. Несмотря на достаточно короткий обозначенный срок, после просмотра фильма Ким ушёл, чтобы не раздражать мужчину резким присутствием в его обыденности и затянутости по времени, но вернулся к вечеру, предложив поужинать вместе. Отказа он не получил, хотя и охотного соглашения тоже, но на это парень и присутствует в жизнях закрытых в себе людей – чтобы их раздражать. Тэхён доезжает на велосипеде уже привычным маршрутом без навигации, паркует своё скромное транспортное средство у соседского забора и без стука врывается в чужой мир. Имеет право – оставшиеся дни капитан открывает назойливому щенку все двери. Шатен проходит на кухню, проверяя, был ли сегодня заварен чай, удостоверяется в силе слова мужчины, который пообещал попробовать разные вкусы, и Киму кажется, что это больше не добровольное согласие, а вина за попытку удушения, и проходит дальше, замирая в коридоре у открытой двери гостиной. Кажется, в доме резко поднялась температура, потому что щёки у шатена вспыхивают, как только он видит капитана, делающего отжимания от пола, и всё бы ничего, если на нем была хотя бы футболка. Крепкие рельефные мышцы приковывают взгляд, изгиб спины так и просится провести по нему, оставляя на лопатках полосы, а эти плавные от нагрузки движения вверх-вниз рисуют в воображении неконтролируемые картины. Тэхён с трудом сглатывает, чувствуя, как внизу живота скручивается щекочущий узел – парень не должен пускать слюни на своего подопечного, но, кажется, он уже помыл ими полы. — Капитан, — со смущением проговаривает Ким, краснея ещё сильнее от произнесённого собой звания, но быстро возвращая себе былую форму, напоминая, что он здесь ради своей цели, — на улице прекрасная погода, как насчёт прогулки? Сеул за последние несколько лет сильно изменился, вам стоит это увидеть. А Тэхёну стоит проветриться и в следующий раз не искать мужчину по комнатам. Чон без особых трудностей поднимается, являя волонтёру всю форму своего тела и боевые ранения, записанные шрамами, взглядом проводит по парню, что снова одет с иголочки в выглаженных брюках и рубашке, и подхватывает полотенце, направляясь в ванную. И Тэхён, сделав глубокий вдох, а после выдох, следует за мужчиной с условием, что они выйдут на улицу только после бритья, иначе подобный внешний вид привлечёт слишком много внимания. Ким упрашивает побрить капитана сам, ведь тактильность – не менее важная составляющая в психологических отношениях и ведёт к доверию, а между ними касаний вообще нет, поэтому парень находит способ сделать их как бы безвыходными. Чон без особого любопытства смотрит на собственное отражение в зеркале и обильную пену на скулах и подбородке, взглядом проводит по ровной дорожке, где только что прошло лезвие, и просто позволяет щенку его прихоти. Всё равно через четыре дня он убежит, виляя хвостиком, к следующему подопечному. Но, переведя взгляд на шатена, мужчина замечает его усердие и кропотливость, пальцы руки, что касаются подбородка и поворачивают голову в нужную для него сторону, слегка дрожат, всё-таки в его руках достаточно острый предмет. Капитан считает, Тэхён чересчур открытый для волонтёра, всё же некоторые подробности следует оставлять при себе, такие, как закончившиеся отношения – Чон вполне может воспользоваться этим, будь у него желание. Но сейчас чёрный взгляд въедается в чужую душу, шатен замечает его только спустя долгие минуты работы и замирает, снова чувствуя учащённые удары собственного сердца. Взгляд слишком пронзительный, чтобы оставаться к нему равнодушным. — Я закончил, — говорит Тэхён, выпрямляясь и протягивая полотенце. — Что, в душ я могу пойти сам? Ким резко оборачивается, пытаясь заметить внешние факторы откровенного сарказма или издевательства, но вновь ничего не видит, хотя суть вопроса на лицо. Всё не так запущено, как казалось. — Я хотел приготовить завтрак, пока вы принимаете душ, — говорит Тэхён, решив пойти на поводу у провокации, — но раз вы так уговариваете… — Все три чая отвратительны, — перебивает Чон, ясно дав понять, чем стоит сейчас заняться парню, и поднимается, начиная раздеваться до гола, пока шатен успевает закусить изнутри щёку и вовремя отвернуться, покинув ванную комнату. Встряхнув головой, Тэхён вновь возвращает адекватные мысли, переваривая последнее, что сказал ему мужчина. Чай – тоже трава, а капитан её вкус не переносит, а пробовал, видимо, только из-за просьбы Кима. Парень берёт на заметку, что во время прогулки можно зайти в кафе и дать попробовать мужчине терпкий напиток, возможно, в нём он найдёт своё предпочтение, и уходит на кухню для готовки завтрака. Перед выходом на улицу Тэхён немного нервничает, но не показывает этого, ведь всё происходит слишком быстро, потому что у парня недостаточно времени, чтобы идти ко всему постепенно. Приступы капитана опасности не играют – Ким понял, что стало триггером для них, поэтому заранее проверил прогноз погоды, удостоверившись, что грозы не намечается. Грохот, что так схож со взрывами, и есть кнопка, приводящая в действие приступ. Шатен подбирает мужчине одежду, болтая что-то о моде этого сезона, для капитана это, конечно, не имеет смысла, но волонтёр таким образом ставит брюнета наравне с другими – он носит тот же цвет, что и все, а значит, он находится в этом мире. Напоследок Ким поднимается перед мужчиной на носочки и надевает ему кепку, аргументируя психологическую защиту головы завершающим штрихом в образе, и выйдя из дома и пройдя пару шагов, Тэхён останавливается, когда замечает, что за ним не идут. Чон смотрит на зелёную траву под подошвой кроссовок, непривычное окружение мирной жизни кажется чем-то фальшивым, он не выходил из дома с самого заезда. Вначале капитана держали в госпитале, после чего отправили в городскую больницу, где проходила первая реабилитация, и только потом мужчина твёрдо заявил, что не желает больше там оставаться. Это его первый выход в мир Тэхёна. — Хотите взять меня за руку? Чон поднимает взгляд на протянутую к нему ладонь, затем в глаза шатена, сияющие ясной погодой, и убирает руки в карманы джинсовой куртки, проходя мимо парня. Тэхён слегка улыбается и спешит догнать капитана, яро отрицающего свою несамостоятельность, замечая, что на самом деле есть все шансы уговорить мужчину пройти повторную реабилитацию. Они идут маленькими улочками к парку, где часто гуляют волонтёры со своими подопечными, Тэхён рассказывает о новых постройках и обещает сводить к ним капитана, если большое скопление людей вокруг не будет его раздражать, но получает в ответ, что раздражает пока его только сам Ким. Парень это за оскорбление не принимает, ведь начинает понимать мужчину и его выражения, отделяя злость от простых прямолинейных ответов. Когда они доходят до парка, где количество людей заметно увеличивается, Тэхён сокращает между ними расстояние, становясь совсем близко к капитану, а потом замечает подругу и проводит ладонью в воздухе, на что получает подобный ответ. Для Чона это должно служить пониманием, что люди вокруг не просто существуют, а знакомятся, заводят отношения, гуляют вместе, совсем как капитан с Тэхёном. Конечно, их встреча – не стечение обстоятельств или воля случая, но всё же парень искренне пытается подружиться с мужчиной. Но не всё проходит радужно: местами капитан отвечает грубо, раздражаясь от постоянных вопросов парня о собственном комфорте, или не отвечает вовсе, делая вид, что волонтёра рядом с ним нет, а когда они проходят мимо играющего ребёнка с собакой, и Ким говорит, что тоже был бы не против поиграть так, на что мужчина предлагает кинуть шатену пластмассовую тарелку, вновь называя щенком. Тэхён всё это принимает, ведь он сейчас переворачивает чужой мир с ног на голову, не отпуская и заставляя идти за собой. В кафе Ким берёт капитану крепкий кофе, себе с молоком, хотя вовсе его не пьёт, просто на случай, если мужчине не придётся по вкусу горечь, он предложит обменяться. На удивление Чон находит в подобном напитке что-то знакомое, не говорит об этом, но Тэхён замечает заторможенность после первого глотка – до войны мужчина любил этот напиток. После лёгкого перекуса капитан отказывается от дальнейшей прогулки, но Ким не препятствует желанию вернуться домой, лишь просит зайти с ним в магазин, чтобы купить капитану кофе, но только оборачивается, как замирает на месте, вызывая у капитана непривычное любопытство подобного поведения своего волонтёра. Чон прослеживает за взглядом шатена и видит приближающего навстречу парня, который, так же заметив Кима, останавливается. — Не подойдёшь? — интересуется капитан, заприметив себе лавочку, на которой вполне может по-человечески подождать волонтёра. — Я не могу оставить вас, — Тэхён с усилием оборачивается и находит мужчину уже сидящим. — Через пять минут уйду один, — вновь предоставляет ограниченное время Чон, кивая в сторону. У Кима внутри всё скручивает от волнения – ему дали зелёный свет на свою личную жизнь, и он обязательно поблагодарит за это мужчину, а сейчас шатен стремительно направляется к своему парню, который, поняв, что сейчас последует разговор, сбрасывает телефонный звонок, поднимая равнодушный взгляд напротив. Если вначале Чон сомневался в своей догадке, то после откровения Тэхёна о том, что его отношения потерпели разрыв, мужчина окончательно убедился в ориентации волонтёра, но не придал этому особого значения. Парня только жалко стало, видно же, что глупый и наивный, таких бросают и не сожалеют, лишь подпитывают собственное эго попытками вернуть отношения, не замечая, как прекрасен внутренний мир доброго сердца. Мужчина закатывает глаза, когда понимает, что думает о таких глупостях, как чужие отношения, но признаёт, что волонтёр добивается своего – капитана не просто знакомят с этим миром, но и заставляют влиться в его насущные проблемы, забывая о своих. Пять минут уже подходят к концу, и Чон поднимается, не намереваясь нарушать своего слова. — Но всё же нормально было… — Нормально? — усмехается парень. — Ты реально ничего не понимаешь? Я задолбался тебя ждать каждый день, а после твоего прихода слышать «давай не сегодня, я устал»! Чем ты таким особенным занимаешься, что устаёшь? С утра сидишь на парах, а потом бежишь к своим на голову тронутым и таскаешься с ними повсюду – ты не вкалываешь сутками на работе, очнись! Я не понимаю, ты встречался со мной или со своими убогими? — Ты говорил, что всё понимаешь, — Тэхён нервно облизывает губы, не желая признавать то, что его действительно бросили. — Да, ты прав, я не работаю, как ты, но могу в любой день взять выходной, если… — Давай без «если», Ким, я устал от тебя, и, к счастью, ты с головы до ног обычный и вполне заменим, — заканчивает парень, не обращая внимание на слезящиеся глаза шатена. — Вот только слёзы не выдавливай, на меня твои приёмы не действуют. Тэхён закусывает губу, чувствуя себя жалким, когда продолжает цепляться за глупую надежду и хватает парня за руку, не позволяя ему уйти, но чувствует, как его хватают за запястье, больно сжимая и заставляя отпустить. — В сторону, Ким, — высокомерно проговаривает парень. — Общаясь со своими дружками, ты стал таким же, как они – убогим, — и толкает Тэхёна в плечо. Шатен делает шаг назад, пытаясь удержать равновесие, своей души наверное, но упасть ему не позволяют – Чон подхватывает Тэхёна сзади одной рукой за плечи, позволяет опереться на себя и заглядывает в эти напуганные глаза, заполненные обидой и сожалением. Всех спасает, а себя спасти не смог. — Следи за словами, — Чон небрежно окидывает взглядом самодовольного парня, отпуская плечи Тэхёна и заставляя его отойти в сторону. — Таких, как ты, в армии имеют швабрами, чтобы научились фильтровать всё, что вылетает из вашей помойки. — А ты ещё кто? — Один из убогих. Тэхён не успевает встрять между двоими, ведь он не должен втягивать капитана в собственные разборки, но не успевает сделать и шагу, как Чон внезапно ударяет парня по носу, заставляя того согнуться от непереносимой боли. Люди вокруг отшатываются от мужчины в чёрной кепке, который хватает избитого парня за волосы и заставляет разогнуться, заверяя: — Увижу тебя ещё раз – одним переломом ты не отделаешься. Капитан небрежно отталкивает парня в сторону, после чего не позволяет Тэхёну подойти, взяв его за руку, и уводит за собой. Чона задело не услышанное в сторону подопечных, коим и он является тоже, ядовитые обзывательства от недалёких ничего не стоят, но разозлило то, каким был назван Тэхён – с головы до ног обычный и вполне заменим. Ким просто из-за своих чувств не видит, в каких токсичных отношениях находился, раз бывший относился к шатену, как к вещи: разонравилась – заменил. — Что ты сделал?! — Тэхён заставляет отпустить себя, заглядывая в глаза капитана, что не были пустыми, сейчас их наполняет человеческая злость. — Спиши всё на мою агрессию и забудь, — говорит Чон, до сих пор не веря, что щенку не понятно, что его только использовали в этих «отношениях». — Как я могу… — Ты можешь! — повышает голос мужчина, заставляя Кима замолчать с застывшими слезами на глазах. — Ты никому ничего не обязан, потому что достоин большего, а не этого дерьма! Ты не должен оправдываться за то, что устаёшь и куда уходишь, за свои предпочтения и чувства, за то, что тебе нравится делать, за то, какой ты есть, запомнил? Чон снимает с себя кепку и натягивает её на шатена, закрывая за козырьком щенячьи слёзы, после разворачиваясь и уходя в сторону дома. Мужчине не надо оборачиваться, чтобы знать, что волонтёр следует за ним, но нужна помощь, чтобы понять, почему эта ситуация заставила его потерять самообладание. Тэхён был прав, это не жалость, капитан заступился не потому, что без слёз на парня не посмотришь… но кто это сделает, если не Чон? Кто вытащит капитана из его мира, если не Тэхён?

Непрекращающаяся вибрация заставляет сознание отойти ото сна и вернуться в реальность, в которой Тэхён по-прежнему является студентом очной формы обучения, которая подразумевает собой ранние пробуждения для утренних занятий. К счастью или сожалению, Ким не любит решать проблемы алкоголем, поэтому прошлым вечером не напился до беспамятства, чтобы стереть свои последние неудачные отношения, и состояние у него не отяжеляется головной болью и похмельем. Но есть кое-что хуже. Например, стыд. Тэхён, только уходя от капитана, осознал, что раскрыл ему свою ориентацию, мало того ещё и почти разревелся перед ним. Ну, допустим, Ким уже ревел над фильмом в присутствии мужчины, но не показывал своей души, как вчера. Только теперь парень не знает, как возвратиться к Чону и оправдаться за случившееся, хотя со стороны мужчины Тэхён не заметил отвращения к себе. «Не должен оправдываться за то, какой ты есть».        — Притормози, — просит Субин, — он сделал, что?! — Сломал ему нос, — повторяет шатен, — и сказал, чтобы больше его не видел… Меня отстранят? — Ты серьёзно не понял, что капитан тебя защитил? Это не вспышка агрессии, Тэхён! Он твоего конченного бывшего послал, понимаешь? Ким мотает головой, отрицает, всё ближе подходя к заветному району, где живёт его подопечный, и рассказал всё Субин, чтобы совета её попросить, а она заодно с капитаном. Тэхён не верит в реальность только по одной простой причине, что не понимает побуждения Чона в этой защите, для чего? Зачем бывшему капитану защищать гея? Ким – реалист, он не верит, что мужчина может снисходительно относиться к однополым отношениям, максимум это было уважение к волонтёру, как к человеку. — И это ведь сработало, — задумывается Субин, останавливаясь перед другом. — Для него нападение, похоже, тоже своеобразный триггер – он кинулся тебя защищать, попробуй этим воспользоваться. Не надо ему цветов и домашних животных, позволь ему заботиться о тебе! — Ты сейчас издеваешься надо мной? Это я должен заботиться о нём! — У тебя осталось три дня, но из того, что ты мне рассказал, неравнодушным капитана сделал именно ты, а не твои подарки и попытки помочь, — заключает девушка. — К тому же он немного иной подопечный, у него нет физических отклонений для того, чтобы за ним ухаживать. Попробуй мой вариант, а если никаких улучшений не заметишь, возвращайся к своему. Дерзай, Ким! Субин машет рукой и уходит в сторону, оставляя друга наедине со своими мыслями на то время, пока парень не доходит до дома капитана. Тэхён сомневается, кажется, впервые переживая сложный период своей жизни, когда проблемы наваливаются одна за другой, а времени категорически не хватает. Ким впервые хочет домой, к родителям, побыть слабым и рассказать о своих отношениях, стать тем самым стереотипным геем и плакать у матери на коленях. Он всего лишь хочет немного понимания и защиты от своего жестокого мира. Зайдя в дом, Тэхён уже вбирает в грудную клетку воздуха, чтобы оповестить мужчину о своём приходе, но не произносит и слова, когда слышит неловкие звуки клавиш фортепиано. Шатен спешно стягивает обувь и скидывает на пути рюкзак, на носочках проходя по коридору, останавливается перед дверным проёмом гостиной и выглядывает, замечая капитана, сидящего на табурете перед инструментом и одной рукой нажимающего на клавиши. Это не попытка научиться играть, не бездумные действия от свободного времени – Чон слушает звуки, чтобы заглушить одинокий свист в ушах. Его взгляд устремлён дальше, чем монохромные клавиши, в воспоминаниях снова смерть, собственные приказы слетают с сухих губ, взгляд мечется по руинам и замирает, завидев знакомое лицо. Чон не верит, подходит ближе и падает на колени, касаясь раны, что пульсацией выгоняет кровь из тела, безжалостно забирая жизнь на глазах у того, кто готов был отдать свою. — Хотите, научу простой мелодии? Посторонний голос возвращает в чужой мир, Тэхён ставит вторую табуретку впритык, садится рядом, едва касаясь мужчины, и аккуратно поднимает его руку за запястье, положив ладонь поверх своей. Мужчина чувствует чужое тепло и мягкость тыльной стороны ладони шатена, но не убирает свою руку, когда Ким начинает играть, сделав так, чтобы капитан почувствовал, будто играет он сам. Его пальцы будто касаются клавиш, мозг обманом считает, что мужчина воспроизводит эту мелодию сам, но если чувства обмануть можно, то глаза – нет. Чон поворачивается к шатену, наблюдая за тем, как он играет чувствами – не глазами, которые закрыты под густыми ресницами, в такт слегка покачивается, и ему необязательно видеть этот мир, чтобы им наслаждаться. Тэхён делает какие-то повторяющиеся движения, мелодия и правда простая и лёгкая, она заполняет собой душу, а потом парень останавливается, распахивает глаза и улыбается. — Легко, правда? — Ким поворачивается к капитану и замирает, когда понимает, что они находятся слишком близко друг к другу. Тэхён чувствует, как его ладонь медленно обхватывают, чужое тепло пробирается под кожу, точно в душу норовит попасть, и не препятствует этому. Взгляд чёрных глаз опускается, проскальзывает по чертам лица шатена, и вовсе пропадает за полуопущенными веками. — Я тоже любил. «А вы когда-нибудь любили, капитан?» «Нет». Мужчина сжимает ладонь Тэхёна в своей, возможно, непроизвольно, но показывая этим самым тот уголок души, что пытался скрыть или даже забыть, но признаёт, открывает его, показывая свой мир, как Ким показал ему свой. — Но не был любим, — Чон переходит на шёпот, будто страшится спугнуть тот светлый, незапятнанный кровью и смертью образ, что всё ещё остался в его памяти. — Я пришёл слишком поздно. Собственные руки омыты в чужой крови, сознание отрицает очевидность ситуации – эту жизнь не спасти. Капитан просто не успел. Чон чувствует, как тёплые ладони ложатся на его скулы и поднимают голову, открывает глаза и видит слёзы, что прячет Тэхён за улыбкой, понявший всё, что скрывает за этими словами мужчина. Теперь Ким понимает, почему фильм не вызвал должных эмоций – капитан на поле боя потерял свою любовь, в последний миг держа её на своих руках. — Позвольте мне любить вас, капитан!

У Тэхёна по жизни дурная привычка сначала говорить, а потом думать над сказанным смыслом собственных слов, потому что сейчас, стоя с разделочным ножом в руках и игнорируя уже разогретую сковороду, парень заливается румянцем от слишком громкой фразы, произнесённой на эмоциях. Ему хочется объясниться перед капитаном, что он всего лишь имел в виду, что не бросит мужчину одного, попробует ему помочь, заставит почувствовать себя снова живым, но в то же время попадаться на глаза тоже не хочется. Провалиться – лучший вариант. Ещё как назло небо нахмурилось, вполне вероятно, что будет дождь, из-за этого они не смогут пойти гулять в город, поэтому Ким сейчас готовит ужин, пока капитан так удачно уснул под игру парня на фортепиано. Мужчине действительно не хватало шума в доме, одиночество, в котором, казалось, он нашёл спокойствие, его же и убивает, не позволяя выбраться из своего мира. Чон всё же смог пустить кого-то постороннего, а это уже большой шаг вперёд для замкнутого в себе человека. Но почему именно он? Тэхён отвлекается от своих мыслей, продолжая нарезать кусочки мяса и задумываясь над тем, чтобы предложить обременить мужчину ещё одной головной болью – телефоном. Так они смогут связываться, а Ким сможет раздражать капитана на расстоянии глупыми сообщениями. Конечно же, парень не скажет, как добавить его номер в чёрный список, капитану это знать необязательно. Как и то, что Тэхён нетрадиционной ориентации! — Надо было идти в больницу и таскать утки! — ноет парень, стараясь быстрее расправиться с нарезкой. — Если я сейчас на недельку в Дэгу сбегу, это будет считаться за дезертирство? — Сбежишь – и можешь не возвращаться. Ким вздрагивает, не заметив чужого прихода, и роняет нож из руки, когда случайно режет себе палец. Неприятное чувство пореза проходит мурашками по спине, парень вытягивает ладонь над раковиной, чтобы кровью не запачкать всё вокруг, и замечает её обильное количество, видимо, слишком глубоко себя ранив, но попытку приложить палец к губам, чтобы слизать кровь, останавливает Чон, хватая шатена за запястье. — Не вздумай, — твёрдый приказ не пугает своим тоном, но заставляет подчиниться, замерев на месте. Тэхён не знает, что в мире капитана от малейшей раны можно умереть, даже такой пустяковой, как порез. Для мужчины подобное отношение к своей жизни вызывает злость, как ту, когда он увидел, в каких отношениях состоял шатен, поэтому Чон немного грубо заставляет парня сесть на стул и положить руку на поверхность стола, чтобы самому обработать порез. Ким не сопротивляется, лишь виновато закусывает губу, морщась от боли, когда на рану выливают обеззараживающее средство, и поднимает взгляд на мужчину, замечая его нахмуренные брови и сосредоточенный взгляд. — Не стоит переживать из-за таких глупостей, — спешит заверить Тэхён, считая, что капитан слишком близко к сердцу принимает обыденные случайности. — Как человек, который помогает другим, не способен помочь себе?! Взгляд мужчины пронзает Кима насквозь, заставляя наконец просто принять его заботу и волнения, и Тэхён видит подтверждение слов подруги – капитана необязательно нагружать привычными раздражителями в роли растений и животных. Ему достаточно будет Тэхёна, и парень должен позволить заботиться о себе. — Врачи тоже курят, капитан, — шатен поднимает уголки губ, говоря этим, что ему простительна халатность по отношению к себе. — Военные тоже убивают, — отвечает Чон, перематывая палец парня бинтом, — убивают одних ради того, чтобы жили другие. И это бессмысленно и глупо, ведь в конечном итоге хотят жить все. Тэхён тоже хочет, чтобы кто-то заметил его, без предупреждения вошёл в жизнь и чуточку задержался там, позволяя почувствовать себя не таким одиноким. Бессмысленно и глупо это отрицать, ведь парень спасает всех, но не себя. В этот вечер капитан больше ничего не говорит, не отвечает назойливому щенку даже на простые вопросы, словно по-настоящему затаивает обиду, и снова слушает игру на фортепиано. Улица опускается в спокойствие и сумерки, в окнах домов загорается свет, и, проходя мимо одинокого дома неизвестного соседа с заросшим двором, можно услышать классическую музыку, льющуюся через открытое окно. На следующий день Тэхён находит в доме бывшего военного телефон и, пока мужчина занимается физическими упражнениями, настраивает функции и добавляет свой номер и на всякий случай номер Субин, чтобы у Чона была возможность связаться с ещё одним надёжным человеком. Хотя между делом не упускает возможности понаблюдать за капитаном. Потом они идут в тот же парк, откуда после Ким утаскивает мужчину на улицы города, пробуя окунуть капитана в свой вечно куда-то спешащий мир, а вечером перед тем, как уйти, оставляет в огрубевших жизнью ладонях свои наушники. — Я записал свою игру, так что, если станет плохо, можете слушать её, даже если меня нет рядом. С этого момента Чон начинает получать сообщения, пока парень пропадает на учёбе, в диалоге высвечиваются большие стикеры собачки, корчащей рожицы, знаки вопроса и обвинения: «я вижу, что вы читаете, почему не отвечаете?!». Тэхён не сдаётся, продолжая посылать сообщения и фото, предупреждать о своём приходе, но так и не добивается от мужчины ответных сообщений. Чон прекрасно умеет обходиться с техникой, Ким это знает и думает, что капитан просто не желает привыкать к телефонному общению. Данный срок в неделю истекает быстро и незаметно, а Тэхён продолжает приходить к капитану. Никто из них не вспоминает о договорённости, возможно, намеренно, потому что это общение устраивает обоих, но и Ким забывает о своей первоначальной цели. В одно ничем не примечательное утро, когда шатен заполняет отчёт, записывая видимые улучшения капитана, он понимает, что его роль подходит к концу – сегодня он должен уговорить мужчину пройти курс реабилитации и покинуть его мир. Всё бы ничего, Тэхён искренне рад за улучшение психологического и психического состояний Чона, но… почему мысль об уходе так расстраивает его? За две недели они побывали в самых разных местах, попробовали большое разнообразие блюд, чтобы мужчина не отказывал себе в удобствах, заказали технику и сделали в одной из комнат личный тренажёрный зал, а пару дней назад Тэхён даже предложил бегать вместе ранним утром, когда лик природы не портит людская суета. Ким так привык пусть не к активному, но общению с капитаном, что рамки волонтёр-подопечный уже стёрлись, не оставив и следа. И эта привычка безумно пугает. — Когда нам тебя ждать? — интересуется парень, держа в руках список волонтёров-студентов, которые на каникулы разъезжаются по своим городам к семьям. И тут Тэхён осознаёт, что он должен уехать… нет, не так. Он и правда должен закончить с Чоном, передать его в другие руки и уехать, а по возвращении взять нового подопечного. — Может быть, я не поеду в этот раз… — Прекрати, Ким, всем нужен отдых, — перебивает парень, не желая ничего слушать. — Сам недавно говорил, как хочешь к родителям, ты уже обещал им приехать, не будь плохим сыном. Тем более по твоим отчётам ты уже закончил с капитаном – все дела завершены. Тэхён и правда обещал приехать на каникулы и безумно хотел ещё неделю назад выплакать на коленях матери всю душу, но она больше не болит. Ким настолько отвлёкся, что забыл о собственном разбитом сердце, он даже не чувствует боли. Время, проведённое с капитаном, его исцелило. Направляясь по привычным улицам, Тэхён впервые задумывается, кем теперь ему приходится мужчина, ведь «подопечный» здесь больше не имеет силы. Друг? Может ли парень наделить подобным статусом капитана только потому, что они много проводят время вместе? А кем сам Тэхён является в глазах Чона? Шатен заходит в дом более неуверенно, чем в прошлые разы, ему не хочется знать ответы на свои вопросы, не хочется уходить. Он слишком привязался к капитану, к его тяжёлому взгляду и злости, когда Тэхён обесценивает себя, маленьким попыткам влиться в чужой мир, неспешным завтракам по утрам и долгим прогулкам, к вечерней игре на фортепиано и верному слушателю. Но может быть, это вовсе не привычка? — Ты поздно, — звучит с кухни голос мужчины, который по привычке заваривает любимый чай шатена, имея в своём доме несколько запасных пачек, хотя сам его не пьёт. — Писал отчёт, — улыбается Ким, проходя к столу и подхватывая чашку, — вы делаете успехи, капитан, остаётся лишь пройти курс реабилитации… — Уже проходил. Тэхён нервно стучит пальцами о фарфор кружки, отводя взгляд в сторону, потому что сегодня он должен вообще-то добиться соглашения от капитана. — Можно попробовать ещё раз… — Я просил тебя не начинать, — Чон цепляет чужой взгляд, напоминая о первой попытке волонтёра уговорить мужчину пройти курс заново. — А я заканчиваю. Тэхён колеблется в своих словах, не может представить, как отреагирует капитан на его уход, и отреагирует ли он вообще. Возможно, для мужчины парень так и остался надоедливым щенком, его уход никак не отразится на жизни Чона, а Ким тут на пустом месте разнервничался, пытаясь подобрать правильные слова. — Моё время вышло, я не могу продолжать приходить дальше, если не достиг поставленной цели, таковы правила – на моё место придёт другой, — тихо проговаривает Ким, не замечая, чтобы его перебивали. — К тому же вы и правда идёте на поправку, а я ничего больше не могу сделать для вас, кроме как уговорить пройти реабилитацию. Но если хотите, я могу иногда забегать к вам… Чон громко ставит чашку на стол, заставляя парня вздрогнуть, но не двигается с места, хотя этот разговор приходится ему явно не по душе. — Зачем? — ровным тоном интересуется мужчина. — Раз твоё волонтёрское время, выданное на меня, закончилось, для чего собрался «забегать»? — Я подумал, вы бы хотели меня видеть. Тэхён не знает наверняка, хотел бы видеть его капитан, но уверен в одном: он сам не хочет уходить. Стоя перед мужчиной, Ким не может сказать точно, что его держит, но это чувство не позволяет поступить с мужчиной так, будто он всего лишь был его подопечным. — Если собрался уходить, делай это сейчас, — Чон опирается бёдрами о кухонный гарнитур позади и складывает руки на груди, не спуская взгляда с парня, будто проверяя его, и Ким впервые не знает, что ему делать. Почему эти слова заставляют сомневаться? Почему слышать их оказывается так больно? — Капитан. Тэхён ставит кружку на стол, делая пару шагов навстречу и останавливаясь перед мужчиной, не улавливая в его взгляде сомнений. Он не гонит парня из своего дома, но заставляет сделать выбор, который совершенно не относится к их положению. — Я вам нравлюсь? Иначе почему Чон снова злится? Две недели ничтожно малы, чтобы полностью узнать человека, особенно закрытого в себе, но Тэхён знает, каким взглядом мужчина касается парня, как нежны все прикосновения его заботы, и возникает лишь единое оправдание, потому что шатен не считает капитана своим подопечным или другом. Тэхён влюбляется с каждым днём, спеша с утра увидеть мужчину, с каждым проведённым вечером не желая уходить, а каждая ночь пропитывается мыслями о капитане. Грань обязанностей, как волонтёра, стиралась улыбками и смехом, надеждой и тихим шёпотом о прошлом, тёмным взглядом и касанием руки, когда Ким учил играть капитана на фортепиано. «Позвольте мне любить вас, капитан!» Возможно ли такое, что Чон позволил себя любить? — Прямо сейчас я бы не хотел тебя знать, — твёрдо говорит брюнет, ни на секунду не сомневаясь в своих словах. Тэхён опускает голову, виновато улыбаясь, но не позволяя себе вольностей и признания в собственных чувствах – он ошибся, оставаясь всё это время в глазах капитана навязчивым щенком. — Тогда я пойду. Ким делает шаг назад, в глубине души надеясь, что его возьмут за руку, остановят, не дадут выйти за порог, но этому уходу не препятствуют. Мужчина ясно дал понять, если Тэхён уходит, то пускай делает это сейчас. — Не удаляйте мой номер, капитан, — просит шатен, — я не буду писать, но пусть он просто останется, как запасной вариант. Спасибо вам за… всё, что сделали для меня. Пожалуйста, не уходите из этого мира, я хочу ещё раз случайно встретиться с вами! Тэхён спешно выходит в коридор, кладёт ладонь на своё сердце и сжимает ткань рубашки, успокаивая себя, что он просто чересчур наивный, добрый и близко принимает к сердцу даже обычный уход от подопечного. Он не смог добиться цели и заставить капитана пройти реабилитацию, но это смогут сделать другие, потому что шатен с головы до ног обычный и вполне заменим. Ким садится на пол, спешно натягивая кроссовки и думая, что он не сделал ничего плохого, полюбив мужчину, который не полюбил его в ответ – так бывает, такая жизнь. И щенок уходит, оставляя на кухне запах трав, которые перестали быть так ненавистны.

❧ ❧ ❧

Пропасть на две недели каникул и побывать вне зоны доступа оказалось действительно хорошим способом отдохнуть и прийти в себя от всех чувств, эмоций и проблем. Ты просыпаешься в час дня, а на кухне родители оставили домашнюю еду на завтрак с запиской обязательно поесть, за окном родной город, старые друзья, никакой учёбы и волонтёрства, за исключением спонтанной помощи людям на улице. Тэхён не вспоминал свой последний разрыв, но ночами сердце всё равно твердило о мужчине, а перед тем, как уснуть, в темноте светился открытый диалог с давними прочитанными сообщениями. И вот перед шатеном вновь база волонтёров и былая атмосфера, по которой успел соскучиться парень. Ким по привычке направляется к друзьям, сверяя время, когда они только должны прийти, и замечает всех на своём месте, делая приветственный взмах руки. Только вместо радости, парень замечает во взгляде Субин беспокойство, но её короткий порыв предотвращается другом, который привычно улыбается, завидев Кима, и неоднозначно бросает взгляд на девушку. — Как отдохнул? — Отлично, — спешит заверить шатен и смотрит на подругу. — Что-то случилось? — Субин просто на нервах в последнее время, — оправдывается парень. — Да, всё как обычно, — подтверждает девушка, — принимаю всё близко к сердцу – мы тут все хронически этим страдаем, ну ты знаешь. Тэхён-то знает. Он первые два дня в Дэгу страдал из-за чувства невыполненного долга от того, что не смог закончить начатое и проводить капитана на реабилитацию, а потом плакал, принимая от матери салфетки, когда рассказывал, что её сын влюбляется не в тех людей. Ему просто не везёт. Шатен ещё немного разговаривает с другом о новых подопечных, а после подходит к регистрации, чтобы взять на себя нового, украдкой заглядывая в журнал, где ведётся учёт завершённых посещений, иными словами людей, не нуждающихся в надзоре и помощи. И Ким закусывает губу, когда не находит имени капитана, не думая, что за время его отсутствия выписалось настолько много, что фамилия бывшего военного ушла на предыдущий лист. — Его там нет, — вполголоса произносит Субин, заходя за стойку, будто бы создавая папку-профайл для нового подопечного. — Тебе не хотели говорить, но я считаю, ты должен знать. Сердце пропускает пару ударов, заставляя дыхание замереть, а вместе с ним весь мир Тэхёна. Такое уже было пять лет назад, когда подопечный Кима, который пошёл на поправку и не нуждался больше в надзоре, покончил с собой. Парню не хотели об этом сообщать, зная, что в этом нет его вины, и Тэхён сокрушался бы за это, поэтому шатену до сих пор неизвестно про этот случай, но сейчас всё иначе. Субин не может допустить, чтобы всё повторилось, потому что в этот раз от Тэхёна не скроешь подобный факт. — У капитана случился приступ, — девушка опускает взгляд, отрывая маленькую бумажку. — Никто не пострадал, к счастью, Чон просто впал в иллюзию, но его переместили в больницу, — Субин оставляет адрес и протягивает его шатену. — Не вини себя, но, похоже, в этой иллюзии капитан искал именно тебя. — Почему мне не позвонили? Тэхён поверить не может, что сознание капитана так жестоко заставило его вновь пережить потерю, вернув всё, чего они достигли, в самое начало. Мужчина ненавидит больницы, они напоминают военный госпиталь, ему там не место, но из-за приступа насильно поместили туда. — Мы хотели, правда, но нам запретили, ты знаешь, мы не должны привязываться к подопечным, поэтому сроки нахождения с ними ограничены, и по правилам мы меняемся. И бог знает, что бы было, если бы иллюзия капитана смешалась с реальностью. Он мог не признать тебя, Тэхён, понимаешь? Понимает, прекрасно. И Ким сжимает в ладони бумажку, разворачивается и уходит, потому что его до сих пор ждёт капитан в своём мире, оставив его открытым лишь для одного. «Если собрался уходить, делай это сейчас». Чон не хотел сомневаться, не хотел этого ухода, но дал такую возможность, возможно, желая проверить парня. «Прямо сейчас я бы не хотел тебя знать». Потому что щенок стал для капитана слишком дорог, он прогонял его из обречённого города в своём мире, но тот крутился рядом, не уходил, и в итоге мужчина взял его на свои руки, спрятав под куртку у сердца. Капитан не желал привязываться к щенку, боясь его потерять. Тэхён бежит по тротуару, сталкиваясь с прохожими и громко извиняясь, его сердце бежит вперёд него, боится не успеть, парень мокнет под ливнем, что вот-вот принесёт на город грозу. Он просто не понял, что в тот момент, когда капитан прогонял его, он молил остаться, но сейчас Ким ни за что не повторит своей ошибки. В автобусе, на который парень успевает в последний момент, шатен достаёт телефон и открывает сообщения с Чоном, пишет ему, чего обещал не делать, но должен был нарушить своё обещание ещё тогда. Отправленные сообщения не отмечаются галочками, их не читают, телефон вне зоны доступа. Ким выбегает из автобуса и в нетерпении залетает в больницу, игнорируя охрану и останавливаясь у стойки регистрации, нервно начиная заполнять бумаги на пропуск. Его руки дрожат, на промокшего шатена бросают брезгливые и недоумевающие взгляды, но Тэхёна не волнует, каким безумным он выглядит. Безумно влюблённым. Шатен получает этаж и номер палаты, не дожидается лифта, поднимается по лестничной площадке и останавливается, протянув руку к ручке двери, когда слышит звуки фортепиано изнутри. Это запись его игры. Тэхён просил слушать её, когда мужчине станет плохо, и сейчас шатен закусывает губу, пытаясь сдержать слёзы. Желанно ли его возвращение после того, как Ким бросил капитана одного посреди его мира? Мира, в котором тучи пепла заслонили небо, а вместо свиста и взрывов, Чон слушает мелодию, выученную наизусть. Мужчина дотягивается до кнопки плеера, останавливает его и поднимается в сидячее положение, когда слышит приход медперсонала, но, подняв взгляд на вошедшего, не спешит вставать. Перед ним потерянная иллюзия. — Прости, ливень снова застал меня врасплох, — проговаривает шатен, не находя ничего другого, кроме как вспомнить ту встречу, когда его пустили в свой мир. — Как только дождь утихнет, я уйду… — Останься, — просит Чон охрипшим голосом, протягивая руку к Тэхёну и едва касаясь его ладони, будто проверяя, настоящий ли он. И Ким делает шаг ближе, протягивает руку и касается щеки мужчины, заверяя, что он и правда вернулся. Вернулся к нему. Чон тянет парня ближе, обхватывает за талию и прислоняется к его груди, замещая свист ударами чужого сердца. Капитан потерял свой мир, вошёл в чужой и случайно остался там, не догадываясь, что всё это время потерянным щенком был он сам.

Перед глазами зелёный сад, бродящие по дорожкам пациенты и закатное солнце, касающееся своими лучами смольных волос мужчины, сидящего на одной из лавочек и ждущего особенного момента. Пребывание в больнице уже не кажется таким отвратительно-нудным, когда пустое одиночество скрашивается чужим приходом, и, хотя хотелось бы не ночевать среди белых стен, капитану не позволено покидать больницу в связи с последним приступом – если раньше его уговаривали пройти реабилитацию, то сейчас его принудили к этому. Но человека не заставить, пока он не захочет этого сам. Солнечные лучи загораживает силуэт парня, заставляющий открыть глаза и увидеть перед собой протянутый стаканчик чая из ближайшего кафетерия, в котором на самом деле налито по просьбе шатена кофе, тайком пронесённое мимо медперсонала. Чон протягивает руку, чтобы забрать любимый напиток, но держащий его парень резко уводит в сторону, не позволяя принять кофе. — Встречайся со мной, — выдвигает условие Тэхён. — Тебе не надоело? — интересуется Чон, потому что каждая их встреча начинается с просьбы младшего начать отношения. — Сколько раз мне нужно отвергнуть тебя? — Пока сам не перестанешь отказывать себе в возможности быть любимым, капитан. Тэхён более чем уверен, что его влюблённость взаимна, ему необязательно нужно подтверждение от мужчины, который упрямится и продолжает отвергать парня. Чон всё ещё боится привязаться, позволить сердцу впустить кого-то снова, ведь в сознании до сих пор свой мир, в котором капитан теряет всех. И сейчас мужчина боится не любви, общественного осуждения однополых отношений или неизвестного будущего, а страшится себя и возможности причинить боль другому. Ким вздыхает на очередную неудачу, вручает стаканчик с кофе и садится рядом, обиженно делая глоток, но всё ещё не собираясь сдаваться. — Ты же помнишь моего бывшего? — Тэхён поворачивается к мужчине, решив испробовать другой вариант. — Как ты мог понять, у меня не складывались отношения, и я совершенно не умею себя ценить, так почему бы тебе не показать пример, каким должен быть партнёр? — Я уже показывал. Улыбка с лица шатена медленно спадает, а взгляд пытается найти подвох в словах капитана, который невозмутимо продолжает пить кофе, будто только что не раскрыл один из своих секретов. Когда это Тэхён пропустил ухаживания? Или с самого начала вся эта забота – и была примером для него? — Тогда я могу расценивать это, как отношения? — Нет. — Ты невыносим, — шатен отворачивается, уводя взгляд в сторону. — Если признаёшь, что ухаживал за мной, почему не даёшь прямое «мы встречаемся», знаешь, банальное «у меня есть к тебе чувства»! Я не рассчитываю на свидания и ванильные букеты с конфетами, но можно хоть какое-то утвердительное заверение? Тэхён не истерит и даже не злится, его брови слегка сдвинулись от обиды, а взгляд опущен в стаканчик чая, по которому он стучит одним пальцем. Его не напрягает, что он один борется за эти отношения, делает какие-то шаги и не требует ничего взамен, шатен замечает заботу о себе, и говорят, что чувства видны через поступки, но Киму до дрожи в коленях хочется слышать заверение в чувствах. — Тогда я признаюсь первым, — Тэхён делает глубокий вдох, слегка начиная нервничать перед собственным откровением. — Я плакал, когда пришлось уйти и оставить тебя, как подопечного, потому что мои чувства усиливались с каждой нашей встречей, и к моменту, когда настало время уходить, я только осознал, что по-настоящему влюблён. Мне было страшно думать, как бы ты отреагировал, узнав об этом, но надо было всё же сказать, потому что мы друг друга не поняли в тот день. — Ты и сейчас меня не понимаешь, — Чон поворачивается к шатену, заставляя посмотреть на себя. — Не понимаешь, почему я не отвечаю и заставляю тебя спуститься с небес – посмотри на меня, я психически нездоров, и за мной на каждом углу следят, потому что в любой момент я могу потерять над собой контроль и причинить людям вред. Тебе, Тэхён! Ты прекрасно об этом знаешь. — Если бы я не верил, что это можно исправить, я бы даже не старался, но, Чонгук! Мы справимся с этим вместе, просто поверь уже в это! Капитан просто не верил в собственное исцеление, когда как Тэхён верил в это с самого начала. Чон ничего не отвечает, лишь начинает отворачиваться, как ощущает ладонь на своей щеке, которая не позволяет ему этого сделать, и в следующую секунду чувствует чужие губы на своих. Тэхён целует капитана, не думая о том, что их могут увидеть, прижимается своими губами к чужим, не рассчитывая на ответ, но заставляя почувствовать свою решимость не отступать, и со звонким чмоком отстраняется, слизывая оставшийся привкус кофе. Взгляд Чона слегка удивлённый, мужчина явно не рассчитывал на подобный шаг от шатена, и заметив этот ступор, Тэхён начинает смеяться, проникая этим смехом в самую душу.        Ближе к ночи, когда проверки медперсонала заканчиваются, а часы посещения вежливо намекают на выход гостям, Тэхён удачным образом избегает гонения, оставаясь в палате капитана ради обещанного фильма, притащив с собой ноутбук и попкорн. Вообще-то Ким выпрашивал отпустить их на вечерний сеанс в кино, но ему было отказано, отчего пришлось идти на отчаянные меры. Не то чтобы шатен планировал под конец страстно целоваться с капитаном на дальнем ряду, но под влиянием момента ему хотелось немного дозволенности, особенно после какого-никакого признания в своих чувствах мужчине. Но Ким согласился подождать, когда Чонгук полностью оставит свой прошлый мир, будет уверен в себе и уверенно ответит на чувства, а пока шатен устраивается рядом с мужчиной, облокачиваясь на его плечо и смотря фантастический фильм про космос – нейтральная тема, не затрагивающая пережитое капитаном. — Ради чего он продолжает это делать? — увлечённый фильмом, Чон правда не понимает, что заставляет героя двигаться дальше, когда он потерял всё, что у него было. — Жить можно ради любви, капитан. Чонгук переводит взгляд с экрана на парня, который на последних силах пытается не уснуть, но уже лежит на груди мужчины с закрытыми глазами, еле улавливая суть происходящего, но ясно ответив на вопрос. Жить можно ради любви. Чон не помнит концовки фильма – он засмотрелся на засыпающего Тэхёна, думая над его словами, и в тишине, нарушаемой изредким хождением по коридору дежурных врачей, пытался понять собственные чувства. Когда простой волонтёр в его глазах обрёл настолько непривычную душе форму собственных чувств? Капитан и представить себе не мог, что когда-нибудь сможет кого-то полюбить, впустить в сердце, мысли, позволить находиться рядом, чтобы хоть кто-то смог заставить его снова почувствовать себя живым, а не существующей ошибкой в этом мире. Совсем поблизости доносится раскат грома, но сразу за ним следует взрыв, и Чон не может спутать его с чем-то другим, из-за чего распахивает глаза и не обнаруживает рядом Тэхёна. Страх мурашками пробегает по телу и далеко не от сознания хаоса и смерти, что захватывают город, будто голодным зверем ищут его – душу, что не должна была возвращаться к жизни. Чонгук поднимается с постели и спешно выходит в коридор, где люди в панике мечутся в разные стороны, среди них не удаётся найти знакомое лицо, шатена нигде нет. Мужчина направляется к выходу против толпы, взрывы становятся громче, вокруг воют сирены, освещение мигает, норовясь отключиться, и брюнет останавливается, завидев впереди военных. Дула автоматов направлены на капитана, незнакомый язык приказывает не сопротивляться, поднять руки, это понятно по жестам, но Чон не может сдаться, не может снова прийти слишком поздно. Он должен найти Тэхёна. Заметив брошенный в панике скальпель, капитан медленно опускается на колени, позволяя четверым военным себя окружить, после чего, подпустив их на близкое расстояние, хватает лезвие и прорезает одному бедро, хватая дуло автомата рукой и направляя его на трёх других, расстреливая на месте. Но первый бьёт капитана по руке, заставляя уронить скальпель, и пинает ботинком в живот, заставляя брюнета упасть, после чего ударяет кулаком по лицу. Чон подхватывает отвалившийся от стены кусок бетона и бьёт им военного по голове, после чего поднимается на ноги и сплёвывает сгусток крови, подхватывая уроненный скальпель. Мужчина опускается на колени, возвышаясь над военным, хватает его за ворот и вонзает лезвие в сердце, не оставляя и шанса уйти от него живым. На ладони чувствуется тёплая кровь, звуки вокруг стихают, остаются лишь раскаты приблизившейся грозы, а вместо солдата Чон видит в своих руках Тэхёна с воткнутым в его сердце скальпелем. Слёзы крупными каплями скатываются по щекам, шатен тяжело дышит, не чувствует, как капитан пытается зажать рану, которую сам оставил, поддавшись на свою иллюзию, лишь тянется ладонью, убирая мокрую дорожку с щеки мужчины. На его лице улыбка, Тэхёну уже не больно, сознание медленно покидает его, и никто помочь им в пустом ночном коридоре больницы не может. — Я люблю вас, капитан.        Громкое признание заглушает свист в ушах, вспышка молнии перед глазами заставляет прийти в чувства, проснуться от кошмара, и Чон испуганно приподнимается на локтях, находя Тэхёна, спящего рядом. На коленях стоит ноутбук, на экране идут титры фильма, за окном начинается дождь – страх капитана на самом деле был всего лишь кошмаром. Чонгук обхватывает шатена за плечи, прижимает к себе и закрывает глаза, благодаря судьбу, что это был всего лишь сон. Именно по этой причине мужчина не позволял себе ответить на чувства, отказывал Тэхёну, пытаясь его отгородить от себя. После этой ночи всё изменится. Капитан станет жить ради любви.

❧ ❧ ❧

— Ещё долго? — Почти пришли. Тэхён боязливо ступает вперёд, крепко держит Чонгука за руку и облизывает губы, слегка нервничая из-за повязки на своих глазах. Голых щиколоток касается трава, Ким чувствует, как они идут по ровной поверхности, вверяет всего себя мужчине и не сомневается в нём, но за два месяца их отношений так и не признался, что боится темноты. Тэхён не думал, что это будет важно, но, кажется, сейчас признаться самое время, только парень не успевает, потому что его останавливают и опускают, развязывая повязку. Шатену приходится несколько раз проморгаться, чтобы увидеть чёткую картину закатного солнца, что уходит за город, пока они стоят на возвышенности ещё зелёного поля, где на траве растелен плед в клетку. Ким видит фрукты и вино, два бокала, а после перед его глазами появляется букет ромашек, и парень не может вспомнить, чтобы называл цветы, которые ему нравятся. — Я о чём-то забыл? — неуверенно интересуется Тэхён, потому что ни его, ни день рождения Чона не выпадает на сегодняшнюю дату. — Если только о моих чувствах к тебе, — отвечает Чонгук, довольствуясь ошеломлённой реакцией парня на их свидание. Как оказалось, капитану не нужен повод, чтобы делать подарки и праздники, и Ким до сих пор не может к этому привыкнуть. Тэхён даже не может вспомнить бывших, потому что никто ему подобного не устраивал – это же так просто, выбраться на природу вдвоём. Выбраться из общего мира и попасть в их собственный. Последняя реабилитация Чонгука уже закончилась, а посттравматическое стрессовое расстройство осталось лишь историей в медицинской карте. Это, конечно, полностью не освобождает его от визитов к врачам, но по крайней мере Чон больше не находится в больнице, а разделяет свой дом со студентом-волонтёром – своим персональным внешним раздражителем. За это короткое время они узнали о друг друге практически всё, в особенности болтливым оказался Тэхён, который первым показывал Чону свою открытость, прося взамен лишь доверия, и он его получал. Их отношения не идеальные, местами не обходится без ссор и часто взгляды не совпадают, но уступки не чужды мужчине, а извинения не ждут очередей. Они боролись за эти отношения не для того, чтобы пустить их на самотёк, потому что любые отношения – это всегда работа двоих. — Родители приглашают в гости на пару дней, — говорит Тэхён, облокачиваясь на грудь мужчины, и касается пустого бокала пальцем, переходя к более уточнённому вопросу: — нас вдвоём. — И много ты им обо мне рассказал? — Всё, — улыбается шатен, — я не могу молчать, когда счастлив. — Я заметил. Потому что рядом с капитаном парень постоянно счастлив. Сумерки слишком быстро спустились на город, и Тэхён этого не заметил, проведя часы в объятьях любимого мужчины, но замечает красочный фейерверк, который запускают над высотками. Его взрывы сопровождаются яркими огнями, и шатен спустя пару секунд осознаёт, с чем они созвучны, оборачивается к Чону и ощущает тёплое касание к своей щеке. Чонгук притягивает к себе Тэхёна и целует его, заверяя в своих чувствах, потому что вокруг них сейчас лишь фейерверки и их мир, который они создали сами. Капитан больше не уйдёт от него.        Звон упавших ключей на паркетные полы не привлекает никакого внимания двух людей, что сгорают от собственных чувств, обувь небрежно слетает в стороны, поцелуи становятся громче, обретают далеко не невинный характер первых, когда Тэхён тычился губами в капитановские, больше заигрывая и раскрепощая его – сейчас всё иначе. Чонгук делает пару шагов, заставляя шатена упереться спиной в стену коридора, врезается в его губы, проникая языком в рот и сталкиваясь с тэхёновским, пока ладонями выправляет хлопковую рубашку парня. У Кима внутри не то что мотыльки порхают, – они, опьянённые вином и любовью, пляшут и сходят с ума от того, насколько он сейчас желанен мужчиной, как его капитан властвует над ним, со всей страстью целуя на пороге их дома, собирая его мурашки по телу и добираясь до груди. Их шумное дыхание на фоне бьющихся сердец почти не слышно, Тэхён зарывается в волосы мужчины и запрокидывает голову, поцелуи сыпятся по его шее, опускаясь к ключицам и поднятой рубашке, зажмуривает глаза и слегка поскуливает, закусывая губу, когда чувствует язык на своём соске. Тэхёну кажется, что время тянется бесконечно долго, он не улавливает, как из коридора они добираются до спальни, но точно помнит дикое ощущение, когда колени подкашиваются от переизбытка чувств, а воздуха не хватает до горения лёгких изнутри. Он с упоением касается Чона, очерчивает каждый изгиб его мышц, пальцами пробегая, словно по клавишам, и помогает избавиться от одежды, скидывая её на пол. Тэхён хочет отдать капитану всего себя, это чувство разум затуманивает обоим, но Чонгук не теряет контроль, обходясь с шатеном достаточно внимательно и одаривая его неприсущей себе нежностью. Между ними уже случались обоюдные ласки, но они не заходили так далеко, пока одним обычным утром перед важным для Тэхёна событием, шатен не решил успокоить нервы, опустившись перед мужчиной на колени и сделав ему утренний минет. Не то чтобы подобная внезапность привела их к тому, что происходит сейчас, но Ким всё же добился своего, оставив капитану слишком яркие воспоминания. Под спиной холодная постель, что сейчас будет обогрета двумя сгорающими в пламени чувства телами, Тэхён шёпотом заверяет, что сделает всё сам, дрожащими руками выдавливая из тюбика на свои пальцы смазку, не желая подвергать мужчину смущению, но проталкивая два пальца в себя, шатен громко стонет в чужие губы, когда чувствует чужой третий. Ким как-то учил капитана играть на фортепиано, положив его ладонь на свою, и сейчас происходит нечто подобное, заставляющее изнывать от желания закончить подготовку. — Не спеши, — командует Чон, и от этого приказа по телу Тэхёна пробегают мурашки, — не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Шатен слегка усмехается, потому что ему за всё проведённое время с капитаном ни разу не было больно, некомфортно или страшно – мужчина всегда невероятно относился к парню, будто он и правда является для него самым драгоценным в этом мире. И Ким позже поймёт, что так оно и есть. — Тогда позволь мне вести, капитан, — Тэхён умоляюще проговаривает в губы прежде, чем чувственно снова прикоснуться к ним, с отчаянием целуя мужчину, будто они проводят последнюю ночь вместе. Шатен знает, он не получит отказа – капитан и так слишком долго отвергал сначала его помощь, а затем чувства, и сейчас Тэхён возьмёт всё сполна. Парень упирается ладонью в крепкую грудь, ощущая неровность шрама, отстраняет от себя Чона на пару мгновений и меняет их местами, перекидывая ногу через бёдра мужчины и подсаживаясь ближе. Его длинные пальцы касаются чужого члена, налившегося желанием, проводят по нему пару раз, размазывая оставшуюся на пальцах смазку, и останавливаются у основания, помогая его направить в себя. Чонгук оглаживает ягодицы парня, не торопит его, раздвигает половинки в стороны и чувствует, как бёдра шатена дрожат в напряжении, когда он постепенно начинает опускаться. Тэхёну кажется, что он сейчас точно приступ остановки сердца словит, если бы захотел, он не смог бы описать те чувства, что испытывает, касаясь оголённого тела его мужчины, чувствуя в прикосновениях к себе силу и несоразмерную заботу, как сладостны эти поцелуи, как перехватывает дыхание от ощущения капитана в себе. Ким медленно раскачивается на чужих бёдрах, глаза немного слезятся, но это не мешает парню чувствовать горячее дыхание у своей шеи и то, как Чон всасывает кожу, оставляя едва заметные, безболезненные после себя следы – завоёвывает новую территорию, но Тэхён и так сдался бы без боя. Шатен по-настоящему расслабляется, когда Чонгук всё же перенимает инициативу на себя, подхватывает парня одной рукой за талию, фиксируя его на себе, а другой касается его члена, ловя судорожный стон. Тэхён всегда был чувствительным, но сейчас, когда его заполняет нечто тёплое изнутри, заставляя содрогаться всем телом, а ритмичные, тягучие толчки становятся размашистей и быстрее, он готов и правда плакать от эйфории чувств, накрывающих обоих. Они ненасытно целуются, терзая любимые губы, в какой-то момент Тэхён падает на спину, закидывая ноги на талию мужчины, случайно царапает лопатки и снова целует, снова седлает бёдра, снова влюбляется. Как в тот первый раз, когда перед волонтёром открылась дверь одинокого дома, а перед ним стоял небритый мужчина с пустотой в глазах.

Тэхён приглашал капитана в свой мир, но случайно привёл в своё сердце, подарив шанс начать жить заново.

      
Примечания:

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Bangtan Boys (BTS)"

© 2009-2022 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты