Cheri Cheri Lady

      Чего боится Хосок? Быть лишним уже в состоявшихся отношениях. Быть им не ровней, ведь омеги слабее, чем альфы и беты. Они успешные: один известный ортодонт, другой знаменитый режиссёр, успевающий подрабатывать в такси. Страх разрушить то, что не успело сформироваться до конца.       Чего страшится Намджун? Все рухнет, они не смогут. Он станет не нужным истинной паре.       Чего хочет Юнги? Достаточно уделить времени обоим. Показать, что они могут, что никто не лишний, что никого не бросят. Ему важно знать о мыслях его партнеров, потому что он альфа и все-таки в ответе за них. Они втроем могут все решить и обговорить.       Только Мин как-никак альфа, а значит имеет некий авторитет. Не приверженец стереотипов, полностью дает свободу другим, где это нужно и необходимо. Ему нравится смотреть на взаимодействие двух других, которые постепенно привыкают к более интимным, долгим и смелым действия в отношении друг друга. Юнги не торопит. Наблюдает, как Джун иногда подвисает на бедрах Чона, как Хоби глазами съедает серьезного Нама. Интересно смотреть, когда оба зависают в паре сантиметров друг от друга перед поцелуем, словно вновь спрашивая о реальности происходящего. Да, они не заходят дальше поцелуев, но с каждым днем касания отдают большим оттенком томности, флиртом и подтекстом. Взгляды более говорящие.       Ему нравится. Определенно нравится.       Ким старается не уснуть после ночи полной разговорами за просмотром фильма. Эти двое явно не умеют ложиться рано, а ему страдать. Сегодня у него получается позлорадствовать, потому что не ему одному рано на работу. — Я чувствую твоё удовольствие, — бормочет сонный Чон и ставит кружку кофе перед ним. — Спасибо, — сразу же благодарит. — Я говорил, что нам рано вставать. — Ой, не начинай, — мычит Юнги и садится рядом. Пару секунд смотрит на панкейки, которые умудряется сделать Хоби, и взвывает. — Ким Намджун опять мучал мой рот, я не могу есть.       Джун с Хо давятся одновременно от слов альфы. — Что? Знаешь, как сильно он вчера затянул мне дугу, — жалуется Мин, ластясь к Хосоку, чтобы его пожалели. Намджун с Юнги сразу после добавления Чона поймали себя на мысли, что всегда стараются получить ласку от омеги, который не скупиться на неё. — Мне больно даже пробовать твои замечательные панкейки. — Бедненький, — нежно улыбается и гладит альфу по волосам, не противиться, когда тот лбом бодает его плечо. Мин часто просыпается к обеду, ему тяжелее всех вставать рано. — Джуни совсем тебя не жалеет, да? Ещё и по десять минут заставляет зубы чистить. — Да, — глухо отзывается, пока лукаво смотрит на бету. — А ещё бесстыдно пялиться, когда я пытаюсь вытащить еду из этой адской системы языком. — Не я один, — отзывается спокойно Ким. Ему не привыкать к таким взглядам от альфы. — Да? — заинтересованно тянет и выпрямляется. Он догадывается, что на такое занятие пялятся многие, но ничего с собой поделать не может, ведь не приятно сидеть и жевать другую пищу с кусочками еды в зубах. — Хоби, ты мог просто сказать, что хочешь мой рот. Всё очень просто.       Они давятся повторно. — Кхм… я кажется понимаю, почему он тебе отсосал в клубе, — хрипит Чон, вставая за стаканом воды. Не может откашляться. — Я тоже, — пьет своё кофе. — Это очень деловое предложение. — Мы представляем насколько.       Они спокойно расходятся по работам, но в воздухе висит скрытое предвкушение. Каждый ждет, только боится завести разговор. Им всем хочется до судороги в пальцах прикоснуться более смело к каждому, затянуть в долгий и пламенный поцелуй, снять с другого одежду на глазах у другого.       На подсознательном уровне и омега, и бета ждали первого знака от альфы, поскольку сами то уже показали, как могут тупить. Они не замечали, что их касания стали более интимными. Перед глазами только мелькали слова о необходимости держать свое желание в узде, чтобы они не напугали.       Так же Намджун переживал насчет Хосока. В его голову начинали закрадываться мысли о том, что омега чувствовал себя лишним все время. Между Хосоком и Юнги не было ничего, кроме жаркого поцелуя рано утром, когда Ким должен был спать, но застал истинных. Он знал о принципах Юнги, который насильно не стал бы что-нибудь делать, и ему известно о переживаниях улыбчивого Хо, который чаще, чем думает, задерживался взглядом на движениях альфы.       Они ждали и были в напряжении, но бета все равно был удивлен, когда застал вечером своих парней у него в комнате.       Стоило сразу заподозрить что-то не ладное, потому что на всю квартиру играла «Cheri Cheri Lady» — любимая песня Хосока. Ким быстро разулся и пошел осматривать квартиру на танцующий объект его последних влажных снов, только нашел сразу двух, и они не танцевали.       Омега выгибался в пояснице, хватаясь за темные волосы альфы, макушка которого находилась между ног парня. Намджун сразу же задохнулся, когда понял, что делает Мин между ног Хосока.       Чон стонет и чуть подмахивает бедрами, пальцы над головой сжимают подушку Намджуна. Ему срочно нужен якорь, иначе от этого языка его унесет. Утреннее предложение оказывается очень деловым, потому что альфа явно профессионал. — Ах! — срывается с губ омеги. Он открывает глаза, чтобы посмотреть вниз, но замечает Кима в дверях. — Джуни…       Бета сглатывает и чуть не теряет ноги, когда альфа поднимает взгляд на него. Тёмные глаза показывают весь спектр желания и жажды альфы по его омеге и бете, последний как ни кстати ещё в одежде. — Раздевайся. — Я не подготовленный, — шепчет Намджун от нахлынувших эмоций. Его захлестывает желание с момента входа в квартиру, а тут Хо и Юнги. — Хоби и я подготовленные. Сегодня будешь сверху, — тянет омегу к себе за талию. — Ты не представляешь, какой он горячий в доминирующей позиции.       Чон облизывает губы. Ему жарко. Прикосновения альфы обжигают, и заставляют все нутро жаждать, приближать продолжения, которое набирает обороты. Намджун доминирует иногда над Юнги.       Намджун доминирует.       Омега стонет только от полного осознания уровня отношений этих двоих. Ему до жути хочется посмотреть, понаблюдать, поучаствовать и прикоснуться к предстоящему действу. Его успокаивает, что он непосредственный участник беспредела. Только успокоение становится фальшивым, когда Юнги вновь берет в рот, но после переворачивает его на живот. — Пока Джуни, — немного дразнящи тянет альфа, пока пальцами проходит по ямочкам на пояснице, — раздевается, хочу вылизать тебя.        Не отказывает себе в том, чтобы облизать и поцеловать их. Притягательно до одури. — Почему играет эта песня? — Ким сбрасывает с себя кардиган. — Я узнал что Хоби нравится, — наклоняется к уху омеги. — Когда его зовут милый, милая или детка? — Ох, благослови твой грязный язык, — Чон явно задыхается от поведения Мина, который на этом играет. — Это сейчас сделаешь прямо ты, — сползает по позвоночнику поцелуями, чуть разминая задницу омеги. — Знаешь, как трудно доставать еду из брекетов? Иногда и зубная щетка не помогает, да слишком часто чистить зубы нельзя. Язычком только. Язычком.       Мужчина прикусывает мягкую кожу около входа и сразу широко мажет языком, отчего омега под ним дрожит и глухо вскрикивает в подушку. Ему нравится громкость истинного, только медлительность беты начинает немного раздражать. Альфе тоже хочется касаний.       Намджун вновь зависает, когда Юнги начинает вылизывать их возлюбленного. но отмирает, уловив, чужой взгляд на себе. Быстро раздевается и идёт к ящику за смазкой и презервативами. — Блять, — Хосок материться задушено. — Благославление слишком мало для языка, но для Джуни в самый раз. Он… Ах! Он явно делает твой язык еще умел… умелее. — Я обычно связать и два слова не могу, — Ким становится позади альфы и целует его затылок, вдыхая аромат человека. Хоби говорит, что у Юнги сложный альфий запах, жаль что Намджун не чувствует его. — Я оды готов петь. — Имя моё пой этим стонущим голосом, детка, — отрывается от мокрой дырочки. — Не думал, что любовь к этой песне перерастет в такое у тебя. — Она крутая, — голос дрожит. — Не сомневаюсь, — Юнги поворачивает голову к Намджуну и целует в губы. Младший издает не понятный удовлетворенный звук, прижимаясь теснее, что позволяет почувствовать насколько сильно он уже возбужден только от картины. Мин чувствует, как на него наваливаются сильнее, как одна рука ползет к Хосоку, чтобы надавить на поясницу и слегка шлепнуть. Омега скулит. — Детке не нравится, что от неё отвлеклись? — Ким оглаживает бедра Хо. — Вас двое — это не честно, — бурчит Чон и переворачивается на спину, чтобы смотреть на двух любимых людей. — Ты так быстро входишь в роль, — мурчит Мин и трется щекой о шею беты. — Двойное удовольствие, Хоби. — Но не в первый раз, — вставляет Намджун. Для первого раза втроем двойное проникновение слишком.       Хосок кивает и тянется к Джуну, тот притягивает его к себе за талию. Чужие пальцы хватаются за плечи, их груди соприкасаются и ощущается тепло, целостность, которая обволакивает сознание. Хорошо.       Они целуются мягко, нежно исследуя языками друг друга. Омега почти повисает на шее бывшего друга, потому что от чувств ноги начинают дрожать, а в голове сахарная вата, поливающаяся теплым карамельным сиропом. Ему нравится томность в каждом движении покусанных губ.       Поцелуй до безобразия быстро становится громким, влажным с быстрыми глотками воздуха, поскольку Чон явно не готов терпеть после ласки Юнги. Жар опадает вниз живота, когда ещё одна пара рук начинает мять ягодицы. Он стонет и отворачивается, когда чувствует мокрые пальцы входящие в него. — Тш, детка, — альфа целует его под ухом и спускается к шее. — Твой голос такой высокий, детка, — бета целует в макушку.       Омега плывет и хнычет. Он буквально соскальзывает с их рук на постель, слышит мягкие смешки. Они окружают его с двух сторон, хотя Хо отчетливо слышит тяжелое дыхание Юнги, которого тоже растягивают. Его почти только ласкают с головы и до пят, не может удивиться такому повороту событий, ведь даже не успевает осознавать какие касания чьи. Парень старается сам касаться и давать эмоции, но просто путается в ощущениях и конечностях. — Детка, уже потерян? — Но мы ещё ничего не сделали.       В какой-то момент над ним оказывается Юнги и касается его тоже только он, макушка Намджуна мелькает за альфой. Слышатся вдохи, тяжелое дыхание и короткие чмоки, что покрывают все подрагивающее и льнувшее тело. Ему нравится рассматривать две пары темных глаз, когда бета кладет подбородок на альфу или целует за ухом, но смотря на омегу. Его затапливает такой жар, который не обжигает, а обещает, шепчет о любви и страсти, нежности и мягкости. Он задохнется.       Большая ладонь Намджуна тянется к нему и оглаживает розовую скулу, кончики пальцем слегка играются с ухом. — Наш детка готов? — кивает. — Позаботься о нем, альфа. — Не шепчи мне таким тоном в ухо, я кончу, — Мин целует колено Хоби и пристраивается поудобнее. — Мы всегда можем остановиться, Хоби. Слышишь? — Слышу, но умолять буду о другом, — притягивает альфу к себе, чтобы поцеловать. — Тогда только громче, детка.       Чон вновь хнычет на обращение, чувствует как дергается член и ещё сильнее нагреваются щеки вместе с атмосферой между ними — оба замечают реакцию. Он выдыхает свистяще, смотрит на них из-под ресниц, чтобы задохнуться от желания в глазах. — Пожалуйста, — хрипло взвывает. Оба действуют друг за другом: сначала в него входит Юнги, что уже хорошо, потом Намджун скользит в альфу, что чувствует и он. Только слышать хрип старшего лучше, чем его любимую песню.       Омега выгибается, прижимаясь к альфе, на которого наваливается Ким, чтобы каждый смог почувствовать двоих. Это не пазл, но то самое важное дополнение, усиливающее все.       Мужчина слегка двигается и слышит рваный хрип спереди и сзади, никто не говорит прекратить, потому он продолжает.       Бета беспорядочно мажет губами по плечам Мина и начинает двигаться в нем. Он не первый раз берет Юнги, потому знает его любовь к небольшому количеству боли, что может обеспечить. Он видит, как Хосок откидывает голову на подушку с судорожным вдохом и дрожью в бедрах, которые слишком соблазнительно вздрагивают почти у ушей альфы. Бета не сдерживается и прикусывает кожу на бедрах, ещё больше наваливаясь на двоих. — Ха. — Юнги падает на омегу не в силах удержаться под весом Намджуна, который еще попадает по простате. — Сильнее — Быстрее, — хрипит Хосок, который уже тянется к своему члену. — Детка, так сильно возбужден, что готов кончить? — с громким шепотом Ким дотягивается до макушки Чона и слегка оттягивает волосы, слыша вскрик и видя как расслабляется тело под ними. — Это… сука, — альфа просто останавливает свою речь, ведь не сможет описать свое восхищение скорым оргазмом Хоби, когда свой ужасно близко.       Бета делает все аккуратно и отрывает альфу и омегу друг от друга, чтобы вдавить альфу в кровать. Им требуется пару размашистых толчков для оргазма. Намджун падает по другую сторону от альфы, пытается прийти в себя.       Юнги переворачивается и прижимает к себе омегу с бетой. У всех секс втроем в первые, его любимым явно нужно внимание после него и окончательно осознать произошедший беспредел, который не последний раз на этой кровати.       Их окружают тяжелое дыхание и запах разврата. — Вау, — пораженно выдыхает Хосок. — У меня до сих пор трясутся ноги. — Мы рады, что тебе понравилось, — тихо смеется альфа и целует омегу в висок. — А вы… всегда меняетесь? — Нет, — хрипит Намджун и переворачивается на бок. Почему-то сейчас он начинает не верить в их отношения, потому что слишком хорошо, правильно и нужно. Ему нужно удостовериться, поэтому длинными руками обнимает сразу обоих. — Джуни любит быть снизу, — заговорщически шепчет Юнги. — Он такой милый, когда просит.       До него доносится хихиканье двух истинных, которые узнав друг о друге, не бросили его, а остались вместе с ним. Правда, один из них с новым статусом в его жизни, но ему нравится.       To know you is to love you       Знать тебя значит любить тебя.       If you call me baby       Если позовешь меня,       I'll be always yours