Дорогая потеря
14 января 2022 г., 18:49
— Ты думаешь, связь между ними глубже? — спросила Аня, погладив Лидочку в последний раз и спустив её с колен.
Штольман улыбнулся.
— Как ты зовешь господина Бретона? — спросил он.
— Анри, — ответила Аня, склонив голову. Смотреть на него, залитого солнцем, было одно удовольствие.
— А мистера Роджерса? — ответил Яков улыбкой на улыбку. Вот такую Аню: с простой прической, окруженную детьми, смотрящую на него с любовью, он любил больше всего. Потому что эта Аня была только для него.
— А мистера Роджерса я зову мистер Роджерс, — сморщила носик Аня, пожав руку Алексу, который уселся рядом с ней. — Я с ним знакома второй день, как еще мне его называть?
— То-то и оно! — развел руками Яков, — а мисс Роджерс зовет доктора Харта Родериком, хотя должна по идее знать его не дольше, чем ты её брата.
— О-о-о, — протянула Аня. Она не знала, куда приложить то, что она услышала, но то, что Штольман это заметил, в тысячный раз её восхитило. Вот всё-таки удивительно: прошло двадцать лет, а вот это ощущение — мурашки по всему телу, предвкушение чуда и покалывание в кончиках пальцев — когда её муж будто из ниоткуда вытаскивал разгадку какого-нибудь сложного дела, никуда не делось. Разумеется, это была цепочка хитроумных умозаключений, которая приводила Штольмана к результату, но для Ани это всё еще оставалось волшебством.
— Папа, что мы будем делать сегодня? — спросил Алекс, сдвинув шляпу на затылок.
— Мы будем еще копать? — спросила Лидочка с надеждой. Перед ней маячила надежда добраться до канопов, мумий, древних сокровищ и мало ли чего еще.
— Честно говоря… — начал Штольман, но закончить ему не дали. К палатке доктора подошла Дина Ибрагим в невероятном ярко-синем платье и белой вуали на голове. Лида немедленно уставилась на неё и открыла рот. Пояс, увешанный монетками, сверкающий и звенящий, привлек её внимание.
— Доктора нет на месте? — спросила женщина, поздоровавшись.
— Нет, — ответила Аня. — Они с сестрой Рут оказывают помощь рабочему, повредившему руку.
— Скажите, а что это за монетка? — спросила Лидочка, которая не отрывала глаз от украшения Дины. Она заметила один кругляшок, на котором был изображен глаз.
— О-о-о-о, — протянула женщина, сверкнув глазами. Эта маленькая девчушечка, хоть и страшненькая со своей европейской внешностью — все они на одно лицо, ей-богу, невзрачные и невыразительные — нравилась ей невероятно. — Это древний талисман, который защищает меня от дурной чужой воли.
Алекс и Сонечка подошли поближе. Дина, видя интерес со стороны детей, пришла в великолепное расположение духа. Она любила, когда могла показать себя во всей красе.
— Моя мать была гадалкой, — госпожа Ибрагим наклонилась к младшим Штольманам и развела руками. — Она владела тайнами потустороннего мира, говорила с мертвыми и умела предсказывать будущее! Именно она передала мне эту монету!
Лидочка уже хотела сказать, что и её мама говорит с призраками, но Алекс, который прекрасно её знал, легко толкнул её в спину, и девочка закрыла рот и придержала шлем, который грозился свалиться с её головы.
— А вы умеете это делать? — с любопытством спросила Соня.
— Конечно! Это же кровь! Кровь решает все! — театрально воскликнула Дина и поправила вуаль.
— А погадайте мне! — склонила голову Софья. Ей было очень интересно. — Вам нужна моя рука?
— Нет! — фыркнула женщина. — Я же не цыганка! Мне нужна твоя вещь. Та, которая носит твоё тепло.
Девочку осмотрела себя и стащила свой шарфик с шеи, но гадание пришлось отложить. Госпожу Ибрагим позвал муж, которому требовалась её помощь.
— Мы, пожалуй, задержимся до вечера, — сказал Штольман задумчиво. — Есть кое-какие моменты, которые я хочу прояснить.
Дети отправились помогать раскапывать лагерь, а Анна и Яков пошли в свою палатку, чтобы взять Анину фляжку, оставленную в суматохе. Подойдя к входу, Аня замерла. У палатки валялся её ботинок. Испачканный и поцарапанный.
