Больной зуб
16 января 2022 г., 11:17
Штольманы прошли мимо Алекса и Софьи, которые помогали раскапывать ящики с припасами. Аня позволила себе погордиться детьми целую минуту кряду. Их сын, сдвинув соломенную шляпу набок и засучив рукава, таскал мешки к специально отведенному для них навесу, а Соня, повязав огромный передник, протирала от песка полки. Дети их были физически развиты, не чурались полезного труда и всегда были готовы участвовать в общем деле. Ну как ими не гордиться?
— Где Лидочка? — с подозрением спросил Штольман, не досчитавшись самого младшего члена семьи.
— В общей палатке, — ответил Алекс и вытер пот со лба. — Тут жарко очень, я её там оставил. Она сопротивлялась, конечно, но я велел ей составить список того, что мы положим в наш археологический рюкзак. Она обещала никуда не выходить! Под страхом постоянного надзора за ней в течение трех последующих лет, а также того, что её больше не возьмут на раскопки.
— Должно сработать! — постановил Штольман, подумав секунду.
— Вот и я так решил, — улыбнулся Алекс и взвалил на плечо очередной мешок.
— Мы идем в палатку медиков, чтобы выяснить, почему обезболивающее было разбавлено? — спросила Аня, когда они отошли от детей подальше.
— О, Анна Викторовна, — с удовольствием взглянул на неё Штольман. — Вы делаете невероятные успехи в области сыска.
Аня засияла, взяла мужа за локоть и прижалась к его плечу.
— Просто у меня слова Алекса из головы не выходили, — объяснила она. — Ну те, которые ему призрак сказал. Про то, что у него пропало что-то! И это что-то не должно находиться в плохих руках. Крутилось это у меня в голове, и когда Рут сказала про то, что обезболивающее не сработало, у меня будто щёлкнуло что-то!
Штольман не мог перестать улыбаться. Всё-таки за столько лет они так настроились друг на друга, что и рассуждает Аня сейчас, как он. Удивительно.
— Ты же понимаешь, что это значит? — спросил Яков Аню.
— Что лекарство было украдено, чтобы использовать в злых целях! И если ты сейчас хочешь спросить, будут ли похожи симптомы передозировки этим средством на симптомы острой кишечной инфекции, то да — будут. И это…ужасно!
Яков погладил взволнованную Аню по ладони.
— Да, — кивнул Штольман уже серьезно. — Подозрения Анри совершенно обоснованы. Его друг был убит. Но это только одна часть проблемы! Вспомни слова духа: то, что пропало, до сих пор не в тех руках!
Аня остановилась и посмотрела на мужа, открыв рот.
— Ты хочешь сказать, что могут убить еще кого-то?
— Боюсь, что так, — погладил её по плечу Яков, успокаивая. — Причины всего этого маскарада до сих не ясны, и не известно, что будет дальше или кто следующим попадет под удар.
— Господи, — прошептала Аня, и они двинулись дальше.
В палатке было тихо. Ахмед спал на кушетке совершенно спокойно.
— Когда его принесли в палатку, обезболивающее подействовало! — объяснила Рут, разведя руками. — Возможно, просто сильный выброс адреналина, вот и не взял его укол сразу.
Яков скептически отнесся к такому заявлению. Очень странно всё это выглядело.
— А до этого вам случалось пользоваться этим обезболивающим? — спросил он медсестру.
Рут удивленно на него посмотрела и задумалась.
— Нет, слава Богу, серьёзных травм не случалось ни у кого! — ответила она в конце концов.
В палатку вошел доктор Харт.
— Что-то случилось? — взволнованно спросил он, увидев, что Штольманы пришли в медицинскую палатку.
— Всё хорошо, не волнуйтесь, — успокоила его Аня. — Мы здесь, чтобы узнать, как дела у пострадавшего!
— О, понятно, — мужчина улыбнулся и прошел внутрь, взяв свою сумку. — А у меня разболелся зуб, сил никаких нет! Я собирался в спешке и к дантисту не сходил! Вот так и получается — сапожник без сапог. Если ситуация не исправится, нужно будет искать врача в городе!
С этими словами он достал из своей сумки пузырёк с лекарствами и, высыпав на ладонь две пилюли, запил их водой и улыбнулся. Штольман улыбнулся в ответ, но голова его была занята совершенно другими мыслями. Картина постепенно прояснялась...
