предновогодние глупости

в комнате был самый настоящий покой. сугуру читал какой-то детектив и умудрялся переворачивать и держать книгу одной рукой. годжо как раз-таки занимал другую руку брюнета, лежа на ней и немного массажируя. это их обычный вечер. годжо остается в своих мыслях, а гето увлеченно читает новинки. несмотря на то, что это происходило каждый день, гето все же переживал за свой хвост. тот же просто лежал и пялился в стенку. сугуру множество раз пытался увлечь его чтением, это все же крутая штука, но тот либо всегда отказывался, либо выбирал одно и то же. чужой косой взгляд из-под тишка всегда был нормой. – сугуру, – спокойно позвал он. – м?, – отвечает второй. – завтра новый год, какие планы?, – протягивает голубоглазый, попутно зевая. сугуру был удивлен. какие-либо разговоры вечерами тут не приветствовались, но не то что бы приветствовались, просто они на постоянной основе были уставшие и предпочитали тишину. иногда они могли конечно беситься чуть ли не до самого утра, но это было в основном на каникулах. – наверное с тобой проведу, все же, ты тут можешь опять один остаться, – отвечает чуть погодя сугуру. – ну и что, я для тебя груз в этом смысле? – нет, просто я не хочу тебя оставлять одного. – я тебя тоже, – улыбнувшись, произнес он. гето положил книгу себе на грудь и стал пялиться усталым взглядом на другого. он не хотел справлять новый год, годжо, видимо, тоже. они оба хотели отрубиться на два дня уж точно. только вот что-то их всегда останавливало. – может пойдем в торговый центр?, – предложил сугуру. другой же сразу сменился в лице и уже представлял какие могут быть новые сладости в витринах его любимого магазина., – пошли!!, – глаза засверкали, как две огромные звездочки. сугуру всегда радовало такое состояние своего друга. он любил его куда-то водить или что-то ему покупать. для него это было бесценной вещью. он улыбнулся и стал тоже собираться. он всегда собирал волосы, когда был на улице или в обществе незнакомых людей, но в этот раз он решил пойти с распущенными. только он начал застегивать куртку, как голубоглазый уже во всю прыгал на улице и собирал огромный комок снега. гето понял, что в следующие секунды его прибытия на улице станут очень неблагоприятными. он укутался в длинный шерстяной шарф и вышел, ожидая ком снега на своем лице, но годжо медлил и что-то усердно копал в снегу, оставив ком подле себя. брюнет подошел к нему, набрав уже свой ком и приближаясь, он чувствовал, что что-то пойдет не так. он начал целиться и попал прямо в голову. только вот у сатору была включена бесконечность. – ААХАХАХАХАХАХААХАХААХ ЛОООООХ, – он взвалился на снег и начал очень громко ржать. – да пошел ты, – сугуру оставил его и пошел дальше. – эййй, подожди меня!, – он бросился следом. они прибыли. внутри здания их замерзшие, красные лица и руки сразу же обдало приятным теплом. новогодние украшения, шестиметровая елка, разного цвета и размера огоньки и старые новогодние песни по радио все равно не добавляли им новогоднего настроения. тут белобрысый подскочил с места и побежал к своей любимой лавке. молодая девушка-кассирша с улыбчивым лицом заметила постоянного посетителя и поздравила с новым годом. годжо же стал активно и детально рассматривать с разных сторон десерты. особенно тематические. – СУГУРИК СМОТРИ!!!!!!, – он светился от счастья и показывал своими указательными пальцами на десерт в виде голубоглазого белого котенка на елке вместо звезды. – лол, на тебя похож, хочешь его? – КОНЕЧНО!!, – воскликнул тот. – сколько это стоит?, – гето не мог не улыбаться, этот ребенок для него был всем. – 150 долларов, но для вас скидка, 135., – ответила кассирша. что? гето не понял прикола, если он и  покупал сладости, то в границе 100 долларов, а это...у него в кошельке не миллионы, чтобы позволять так баловаться деньгами. они конечно получали сумасшедшие деньги с миссий, только вот траты в токио были равносильными. – а почему цены так повысились? в честь праздника? – ну, вы практически угадали. просто к нам поступили авторские десерты, эксклюзивное, так сказать. годжо уже все разглядел, но его взгляд так и ничего не прицепило, кроме этого десерта. он подошел к кассе и увидел кривое лицо гето. – что-то случилось? – пошли отойдем. годжо не понял, но отошел вместе с сугуру. – 135 долларов, годжо, и это еще со скидкой. – ох...я с собой кошелек не взял, даже если бы и взял то дельного ничего бы не дал. я все истратил вчера... – как ты мог все истратить накануне нового года?, – гето знал, что тот безответственный, но не до такой же степени? сатору же смотрел на пол, как провинившийся котенок. – ты сильно хочешь ту штуку? – да... гето повернулся к кассирше, та стояла и видимо волновалась за них. она чувствовала себя неудобно за такой большой ценник. он выдохнул и отправился на кассу. оплатив и дав знак, годжо осторожно взял коробку и приобнял, чтобы точно не уронить., – спасибо. с новым годом вас., – годжо все равно выглядел как-то не так. сугуру, толкнув, хотел было получить внимание от голубоглазого. только вот он не учел того, что годжо мог задуматься. тут он стал покачиваться и постепенно, не удержав равновесие, падать. от паники отпустив коробку, которую подхватило проклятие гето, начал протягивать руки, лишь бы схватиться за что-нибудь. схватился. за руку гето. оба в этот же момент растянулись на полу и пребывали в некотором шоке., – прости меня я..я просто хотел чтоб ты не расстраивался и типа... – это ты меня прости, – годжо обнял его и сказал шепотом, – и прости, что тратишь на меня последние деньги. – эййй ты чего. если бы я не хотел тратить, я бы не тратил, – он приподнял его голову и поцеловал в лоб., – давай вставать, а то на нас смотрят, как на ненормальных. годжо оглянулся, и это было так. он помог подняться гето и те пошли домой. они дошли до общаги и стали искать знакомые лица. только вот не нашли, шоко видимо уехала на вечеренку. нанами и ю поехали к родителям, и остались они одни. – странно, никого нет, вроде как бы 30 декабря. сатору уже не слышал гето, ибо пребывал в легком предвкушении и пытался открыть коробку, но решил все-таки поставить чайник и начать делать какой-то ужин, так как перед десертом нужно поесть основные блюда. пока он занимался кухонными делами, гето уже успел переодеться и вернуться на свое место., – бля., – книги на месте нет. ему пришлось встать и рыскать по всем углам в комнате маленькую книжонку. еще чу-чуть и он дочитал бы. – гетооооооооо пойдем есть! звонкий голос сатору донесся до него. с недовольным видом он встретил лучезарную улыбку в очках. тот тоже переоделся и даже нацепил свои любимые очки. – я приготовил карри, я тебе уже наложил. если из кухни идет вкусный запах, то белобрысый однозначно там. он всемогущ во всем, даже в готовке. гето сел за стол и увидел тарелки с едой, от чего аппетит еще больше разыгрался. как и всегда, еда сатору поражала разум. – если ты так хорош в готовке, почему ты сам сладости не делаешь?, – поинтересовался брюнет. – не знаю..., – он задумчиво ответил, садясь так же за стол напротив., – может, попробую сделать. я не думал об этом. гето всегда готов есть и есть его еду, она всегда казалась такой домашней и родной. голубоглазый и моргнуть не успел, как его сосед уже доедал., – неужели тебе так нравится моя стрепня?, – с подозрением спросил он. – ага, но ты смотри на свою тарелку. тебе еще десерт есть. – ох, ты прав. и вот, спустя несколько минут, пришел этот момент. момент самого прекрасного. годжо поставил коробку и стал открывать., – вааааау!, – у годжо опять засветились глаза., – ты попробуешь? – нет спасибо, я за компанию посижу. все же, наблюдая за годжо, можно было видеть, как этот десерт с каждой секундой все больше и больше влюблял его в себя. на вид десерт очень качественный и даже стало любопытно, каков он на вкус. голубоглазый берет нож и надрезает очень мягкий и нежный бисквит. тонкие слои с каким-то идеально распределенном кремом, как и снутри, так и снаружи, пропитанный им же и пропеченный бисквит – это все сводило с ума годжо. он даже не понял, когда съел половину от этой тающей во рту сладости. пока он наслаждался вкусом, гето наслаждался видом этого довольного до ушей чуда. – я, наверное, оставлю остальное на завтра.., – он так и не решился съесть белого котика. не может, совесть не позволяет съесть такую красоту. – ага, а завтра это все просохнет и будет невкусным. гений., – продолжая наблюдать за ним, проговорил брюнет. годжо посмотрел на него с жалким выражением лица. ну не хотел он доедать такую красоту. – ну или я могу доесть., – гето выхватил у него тарелку и отправил себе в рот того самого кота. – нет, стой блять, сугуру, не смей, – он потянулся через весь стол, только чтобы убрать руку от лица. разбились бокалы с чаем. он не успел., – ебаный в рот тебя блять, гето сука, – он был полон ярости и не останавливался материть друга. – что ты наезжаешь на меня?, – сугуру жевал наилюбимейшего кота годжо и не понимал в чем дело. – КАК ТЫ МОГ ЭТО СДЕЛАТЬ? САМОЕ ГЛАВНОЕ ЗАЧЕМ? Я ХОТЕЛ СЪЕСТЬ! – чего ты орешь, у тебя вид был, что тебе чуть ли не противно доедать это. – ТЫ ВИДЕЛ КОТИКА? КАК ЕГО МОЖНО БЫЛО СЪЕСТЬ?, – годжо просверлил глазами ничего не понимающего гето. он сел обратно на стул и пробубнил свое остальное недовольствие. он решил не сидеть с такой невежой и чуть не поскользнувшись на чае, вышел из кухни. – и что дальше? я еще и убирать это буду получается?, – брюнет не понял ни наезда ни возмущения от другого. но делать было нечего и он убрал бедствие, которое натворил белобрысый. гето вымотался с такой незапланированной уборки. как только он зашел в комнату, его свалила дикая усталость от слишком активного и переполненного вечера. он лег, уронив голову лицом на подушку и сразу же отрубился. ему ничего не снится, может конечно приснится, особенно в обеденный сон, но такой возможности у него не было. он крепко спит. может произойти землетрясение, а он не почувствует. так что, разговоры про ночные землетрясения он никогда не поддерживал. но сегодня его заставил проснуться посторонний звук и даже относительный шум. полночь, кому нужно было приходить в его комнату? конечно же годжо. другого варианта не было, совершенно. – годжо. какого хрена ты в моей комнате делаешь?, – он сонным голосом спросил тишину в своей комнате. – я носки ищу, ты не видел? – боже мой...зачем тебе носки? – у меня очень холодно в комнате, вот и ищу. – ну так спи со мной, зачем мучаешься? – я обижен на тебя. – ох, ну тогда ладно, – гето свернулся клубочком и начал погружаться в сон. годжо же возился и возился, но так и не нашел, что хотел. он не хотел возвращаться к себе, но и к гето тоже. только вот его гордость не пересилила его, так что он шепотом произнес., – подвинься. гето молча подвинулся, не произнеся при этом слов. он не хотел смущать годжо еще сильнее. сугуру решил обнять его в целях примирения и глубоко заснул.