приятная беседа за чашкой горячего шоколада

— Готово, можете попробовать. Льюис произносит это тихо, словно не желая тревожить лишний раз, и аккуратно, почти не слышно ставит поднос с дымящимися ароматными чашками и блюдом с мягким печеньем, покрытым фруктовыми джемами практически на любой вкус, на маленький столик у дивана и лишь после позволяет себе присесть рядом с Альбертом, напротив Уильяма, в молчаливом ожидании того, когда братья попробуют приготовленные им рождественские угощения и между всеми ними завяжется небольшая приятная беседа, которая позволит ему чувствовать себя немного комфортнее. При этом абсолютно неважно, будет ли она о каких-либо пустяках или же напротив станет причиной жаркого научного спора или обсуждением дальнейших совместных действий. Уильям первым берёт чашку и делает небольшой глоток, но по его спокойному лицу далеко не всегда понятно, какие эмоции он испытывает, какие мысли вьются в его голове. Быть может, ему вовсе нет дела до горячего шоколада, потому что прямо сейчас брат занят тем, что обдумывает новые детали их плана, которые появились у него лишь немногим ранее, когда задумчиво смотрел на то, как языки пламени игриво пляшут в очаге камина, в простом изыске украшенного специально к Рождеству. Альберт, немного погодя, следует его примеру, тоже спокойный и потому практически не читаемый в эмоциях, но зато хотя бы видно, что вынырнул из каких-то своих глубоких и наверняка мрачных рассуждений. И Льюис замирает, чуть сжав в кулаки руки. Что же скажут братья? Понравятся ли им угощения? — Спасибо, Льюис. Твой горячий шоколад, как всегда, прекрасен, — на лице Уильяма появляется едва заметная довольная, но несомненно гордая улыбка. — Полностью согласен, — Альберт всегда более щедр на проявления чувств: на его губах играет широкая улыбка восторга, которая почти сразу же исчезает в хрустящих крошках угощения, поданого к напитку. — Печенье просто чудесное и тесто столь мягкое! Как тебе удалось этого добиться? Льюис смущённо поправляет очки и привычно тихим голосом говорит: — Рад, что вам нравится, братья. Мне недавно посчастливилось узнать одну маленькую хитрость. Оказывается для того, чтобы выпечка получалась воздушно-нежной, нужно всего лишь… Он вкратце описывает своим внимательным слушателям этот секрет, который ранее восхитил его своей простотой, и видит на их лицах лёгкое изумление. Похоже, для них это тоже стало открытием. И Льюис рад, что смог их удивить. Завязавшаяся беседа вьётся, то и дело меняя направления с пустяков на серьёзные вещи, а с серьёзных вещей — на остроумные шутки. При этом братья прерываются на то, чтобы отведать ещё угощений, а за окном уже давно яркие рождественские звёзды. И кто знает, может, это последнее их совместное Рождество?