Animals do not repent

Это случилось в новогоднюю ночь. Уже за три часа до праздника все приготовления были закончены. Девушки богато накрыли на стол, а мужчины в свою очередь позаботились об алкоголе. Бурбон, вино, водка, виски, коньяк, мартини, текила, ну и конечно же шампанское. Вся команда, включая операторов, монтажёра и менеджера, весело ходили по квартире под мощные биты. Никто особо не обращал внимания на песни, ведь главное, чтобы качало, а текст совсем не важен. Эмиль сидел за кухонной стойкой вместе с Даником, который, по-видимому, собрался влить в себя весь бар. А что Иманов? Конечно он не уступит другу в их противостоянии. Уже скоро бокалы с элитными напитками сменились на удобные стаканы, в которых было намешано что попало. — Тебе уже хватит, — произнёс Эмиль, видя, что его друг уже самостоятельно голову держать не может. — Я ещё могу пить, — пробубнил Даник. Парень еле разобрал, что ему ответили. — Верю. Пошли покажу, где можно выпить кое-что повкуснее, — младший поднял пьяного товарища и, придерживая за бок, отвёл его во вторую спальню в квартире. И чего он так налакался? Новый год через полчаса, а он вряд ли сможет вместить в себя ещё что-нибудь. Эмиль закрыл дверь и пошёл к Артёму. Тот во всю о чём-то болтал с Егором. Теперь выпивая с ними, парень мельком заметил старшего. Дима стоял в противоположном углу и что-то обсуждал с Полиной. Судя по серьёзным выражениям их лиц, они опять поссорились. Что-то не везёт с ней Масленникову: уже третий раз сходятся, а ничего не меняется. Савекина ещё немного говорила, а потом повысила голос и, закатив глаза, ушла к Арине. Часы показывали без пяти двенадцать. Пора открывать шампанское. Пробка громко вылетела и бокалы всей команды наполнились до верха. Ещё несколько секунд и президент официально объявляет, что долгожданный новый год наступил. Кажется, Эмиль потерял счёт времени, ведь к моменту, когда он вышел из ванной, все лежали где попало и мирно посапывали. Голова сильно кружилась, но он всё-таки смог дойти до кресла. На столе всё ещё стояли неоткрытые напитки. Конечно парень не придумал ничего лучше, как почти залпом осушить одну из бутылок. Причина так поступать с собой и со своим телом имелась и была достаточно веской. Эмиль убивался по Диме, это всё из-за него. Уже два года он влюблён в своего старшего, который буквально подарил ему целый мир. Иманов понял, что неровно дышит к мужчине, когда тот при нём чмокнул Полину. В груди защемило, а разум так и твердил прервать эту пытку. Одного взгляда хватило бы, чтобы понять, насколько сильны чувства Иманова. Только вот Дима игнорировал всё это: и знаки, и сигналы, и грустные переглядки и любые прикосновения. Он правда не догадывается? Разве такое возможно? А, может, он просто притворяется, что не замечает? Тогда почему он так поступает? Как же больно. Больно видеть, как он пытается быть счастливым с другими людьми. Последняя капля горячего растворяется на языке; парень даже не знает, что это было. Поднявшись, он оглядел комнату: Полины не видать. Это и не важно. Эмиль смело двинулся в сторону спальни Димы. Приоткрыв дверь, он заглянул внутрь. Старший сидел на кровати, один. Примечательно — он не спал, хотя время на давно перевалило за четыре утра. Мужчина переводит взгляд со стены на фигуру, наблюдавшую за ним в дверях. Эмилю ничего не остаётся кроме как зайти. — Ты пьян? — звучит достаточно глупый вопрос. — Возможно, — говорил парень и его ответ кажется более глупым. Дима усмехается. — Почему не спишь? Эмиль пытается удержаться на ногах, но, чем дальше, тем всё сложнее получается это делать. Дима подходит, бережно перекидывает его руку себе на плечо и неспеша усаживает на кровать. — Да вот что-то не хочется, — Масленников вернулся в прошлую позицию. — Опять из-за Полины? — Ты-то откуда это знаешь? — Да все видели, что вы опять ссорились, — Эмиль грустно лёг рядом. — Она снова кричала, ха-ха, — младший закрыл лицо руками. — Что смешного? — Дима был странно равнодушен в этом разговоре. — Тебе столько раз было плохо из-за неё, но ты закрываешь на это глаза. Будь я на её месте, никогда бы не заставил тебя плакать, — кажется, кому-то пора остановиться. Иманов слышал себя, осознавал, что говорит, но не знал почему. Он помнит, как мужчина целую неделю не выходил из квартиры, как ему было плохо, как он посылал всех и убивался из-за той девушки. Эмиль единственный, кто смог увидеть его тогда, единственный, кому было позволено зайти. Дима вывалил ему всё, после чего опять напился и уснул, оставив парня наедине со своими мыслями. Масленников никогда не узнает, как тому было больно, как было тяжело находится рядом, когда человек, который тебе нравится, страдает из-за другой. О том, как сильно старший любит Полину, известно всему миру. Наверное, сейчас Эмилю стало просто невмоготу молчать об этом. Наверное, кто-то осмелел из-за алкоголя или, может, он просто дурак. — Ума не приложу, что ты в ней нашёл. Она бесит при одном взгляде. — Не говори так, — Дима отпил со стакана, который стоял на тумбочке. — Она всё ещё моя девушка. — Девушка, которую постоянно что-то не устраивает? Сколько раз она уже закатывала скандалы? Чего ей не хватает? — Эмиль поднял голову и сквозь кудри пытался разглядеть лицо старшего. — Да без понятия. Наверное, это со мной что-то не так. — Да это с ней что-то не так! — громче чем нужно произнёс парень. — Некоторые годами мечтают о том, что имеет она. Другие тоже хотят быть счастливыми. Она не достойна тебя. Где-то ведь есть кто-то лучше, кто-то, кто будет ценить тебя просто за то, что ты рядом. — Возможно, — мужчина тяжело вздохнул, а парню, кажется, окончательно снесло крышу. Он придвинулся ближе и, обняв Диму за торс, закинул на него одну ногу. — Хочешь утешить меня? — Масленников удивлённо покосился, после чего усмехнулся. — Не такие объятия мне нужны. — А что нужно? — через несколько секунд Иманов и вовсе забрался на старшего сверху. — Много чего, — Дима потянулся к его лицу. Обводя линию скул, провёл пальцем по губам. Эмиль легонько прикусил подушечку, пронзительно посмотрев в глаза напротив. Всё было как в тумане, но взгляд блогера просто невозможно забыть. Масленников приподнял парня, и теперь тот сидел на нём. Дима медленно завёл руку ему под футболку. — Хочется, чтобы вот так сидели, — он провёл по линии позвоночника, после чего переключился на бёдра. — Чтобы вот так вот нежно касались, — Дима уткнулся носом в шею младшему, после чего по телу того прошёлся жар от его языка. — Чтобы хотели быть со мной, — Масленников оставил кожу и теперь смотрел Эмилю в глаза. — Хочу, чтобы меня страстно целовали, оставляя метки на теле, — в следующее мгновение парень ощутил на своих губах лёгкий горький привкус. Дима закрыл глаза и просто делал, что говорил, а Иманов вовсе не имел желания сопротивляться. — Хочу бесстыдно вжимать кого-то в кровать, — Дима стал снимать одежду. — Хочу, чтобы подо мной стонали. Хочу наслаждаться, хочу навсегда остаться вот так. — Только скажи, — жадно заглатывая воздух, произнёс Эмиль, — я и так беспрекословно подчиняюсь тебе. Только скажи, и я сделаю всё. Через минуту французских поцелуев, Эмиля резко бросили на кровать, перевернув на живот. Он удивился, но ничего не сказал. Он осознавал, чего хочет Масленников. Даже в своём состоянии понимал, что тот пьян и вряд ли ему бы это понравилось происходящее, но не смотря на это… Эмиль хочет воспользоваться представленной возможностью. Он был совсем немного растянут, но в него уже жёстко входили. Боль от быстрых толчков расходилась по телу моментально. Но именно она и не позволяла забыть, что происходящее сейчас — реальность. Иманов извивается и плачет, томно дышит и стонет. Дима сверху пожирающе смотрит на него. — Ты пожалеешь об этом, — вдруг для себя осознал парень. С глаз ещё больше полились слёзы. — Ну почему ты не видишь меня? — он закрыл лицо руками. — Именно я всегда был рядом с тобой, не она. Почему ты не можешь понять, что я неравнодушен к тебе? Ответа не последовало. Старший, кажется, даже ничего не услышал. Он лишь склонился и поцеловал, немного прикусив губу. Когда Дима ускорил темп, брюнет понял, что скоро финал и эта сказка закончиться. Масленников рухнул рядом. Оба тяжело дышали. Эмиль повернул голову: на него всё ещё смотрели. — Никогда не пожалею, — произнёс мужчина и закрыл глаза. — Ха-ха, — в комнате раздался нервный смех, который грозился превратиться в истерику, но парень вовремя закрыл себе рот руками. Нечего сейчас плакать, он знал, что так будет с самого начала. Последний раз взглянув на Диму, он тоже уснул, от бессилия.

***

Утро началось с женских криков, из-за которых проснулась вся квартира. Конечно же их нашли в кровати спящими и абсолютно голыми. Никто вчера и в душ не ходил. Все парни смотрели на них осуждающе, но молча. Этот шок они никогда не забудут. Шутки стали реальностью. Полина с мокрыми глазами несколько раз ударила Диму, после чего переключилась на Эмиля. Тому было всё равно, он просто смотрел на старшего, который до самого его выхода из квартиры даже глаза не поднял. Обидно и больно, но это было его решением, поэтому остаётся только корить себя и сожалеть. Как и ожидалось, отношения с командой ухудшились сразу и бесповоротно. Кто бы мог подумать, что всего одна ситуации развалит легендарный коллектив на русскоязычном Ютубе. В сети не кончается шумиха, новых роликов тоже нет. Никто не может прийти в себя и забыть. Эмиль тоже не смог. Лететь с крыши на закате на самом деле одна из тех немногих потрясающих вещей, которые он делал. Красное солнце, вечерний город — так красиво. Лёгкий острый холодок прошёлся по его телу прежде, чем оно коснулось земли. Всё время, пока летел вниз с многоэтажки, младший думал о том, какой эгоистичный поступок совершает. Сам всё устроил, а теперь просто пытается слинять. Диме ведь не будет так просто. Человеку непростительно считать, что одними пустыми сожалениями он сможет исправить ошибки прошлого. За секунду до смерти Эмиль всё-таки признался себе: если бы у него была не только одна жизнь, он совершал бы эту ошибку снова и снова. Тот, кто лишился сокровища, поступит неразумно, если обернётся, чтобы ещё раз посмотреть на него. Сожалеть о любви — значит по-прежнему любить. Наверное, поэтому Дима никогда не жалел о том, что не дал себе шанса на взаимность…