даже вечность подвергается изменениям.
неизменны только вы —
существа бессмертные.
она смотрит в ясные глаза, не сдерживает улыбку, растекается в чужих объятиях. а объятия греют душу и даже глубже, задевают сердце, заставляют его трепыхать, лицо заливаться краской горячей крови. она тычется носом в шею, и его щекочут темные пряди. янь фэй вдыхает родной запах сливы, блаженно вздыхая от приятности момента. она позволяет ей много, даже слишком. но от прикосновений к чувствительным рёбрам, она жмётся ближе еле слышно выдыхая подставляясь навстречу, желая чувствовать её руки в на себе.
а слива больше не приятна, слива горчит и заставляет очнутся. подорваться с постели с глазами наполненными солёными слезами, она хочет захлебнуться в своём проявлении слабости. что бы больше не чувствовать приторной сладости, что бы больше не вспоминать те дни, когда она была счастлива. что бы больше не вспоминать
её. она ведь уже даже не помнит, сколько времени прошло с тех пор, как она ушла, оставив лишь прощание, с просьбой о сливе на её могиле.
слива цвётет в конце весны, и каждую весну она смотрит издалека. всё же, ей кажется, слива слишком красива для этого места. да и приносит она лишь глухую боль под рёбрами, что давят на лёгкие выбивая воздух из грудной клетки, заставляет задыхаться и в отчаянии рыдать. и каждый раз, она твердит себе: "гань юй была права, любить нельзя, если ты обречён видеть гибель мира."
с каждым её возвращением слива всё так же прекрасна. до ужаса прекрасна, она будет жить пока адепт льёт горькие слёзы, она будет питаться страданием и лепестки с каждым разом темней, пока не станут кровавыми как и земля вокруг, что усеяна бездыханными телами семейства ху. но лишь её могила продолжает жить, будто бы сейчас она смотрит прямо на неё своими бесконечно красивыми глазами, смеётся над её печалью и задорно усмехаясь любуется сливой. даже мертвой она остаётся для неё идеалом.
а ян-ян подойти боится. боится вновь окунуться в воспоминания лишь из-за родного запаха. боится до дрожи в коленях, всё равно смотрит издалека. как ребёнок трусит, но есть ведь исключения и те самые порывы смелости, о которых жалеешь?
и над могилой стоит силуэт,
что рвёт лёгкие омерзительной вонью сгнивших тел в искусно вырезанных гробах.
а над могилой цветёт слива,
что от слёз девичьих растёт пуще прежнего.
