Холодный сапфир в его глазах

***

Догнать Томоэ девушке так и не удалось. Лис будто сквозь землю провалился, хотя, вероятнее, просто свернул в один из коридорчиков. Желудок Нанами издал протяжный и полный печали вой. - После обеда я обязательно займусь своими обязанностями, - кивнув после принятия такого решения, Нанами уверенно повернула к сторону гостиной.

***

Каждый шаг отдавался скрипом пола, а пустые комнаты храма скрывали обитателей за мутными стёклами. Комната для трапезы оказалась пустой. В середине одиноко стоял низкий столик, подле него - украшенный дзабутон, а тишину разбавлял говор старенького телевизора. На столике дымилось блюдо кацудон с тофу и стеклянный чайничек с зелёным чаем. Под стеклом можно было наблюдать за процессом распускания бутона в цветочек. Сейчас раскрывался связанный чай "Лунный сад" из цветков жасмина и лилии. Особое искусство – заваривать такой одновременно красивый и вкусный чай. Девушка мягко опустилась на подушечку, спрятав под себя ноги. Томоэ вновь постарался. Только, где он сам? - Оникири, Котэцу? - Нанами окликнула духов, поглядывая по сторонам. Тишина.. Эта тишина содержала в себе целый мир, таинственный, враждебный. Подхватив палочками кусочек мяса, девушка поднесла его ко рту. Без энтузиазма щелкая каналы, богиня наткнулась на репортаж о сегодняшней ярмарке. Женщина в синем костюме выкладывала заученную речь с экрана телевизора, параллельно всплывали фотографии ярмарки. Яркие, щедро обсыпанные лучами солнца. Нанами чувствовала, как тени в комнате сгущались. В окно глядело хмурое, свинцовое небо, которое вот-вот грозилось извергнуть свой гнев на землю холодными каплями дождя. - Томоэ, Мизуки? - Момодзоно поежилась, отложив палочки. Сковав пальцами керамическую кружку, богиня кончиками пальцев старалась ловить капельки тепла. Однако, чай уже не грел руки, а казался куском льда в стакане. Теперь в чайничке плавал мертвый потемневший бутон. - Госпожа Нанами? - в комнату сонно забрели два духа. Вслед за ними появился Мизуки с саке в квадратном масу из натурального дерева, покрытого лаком для гигиеничности и простоты ухода. Лак не позволял ароматам впитываться в поры древесины, исключал смешивания вкусов. - Мы помогали господину Мизуки в приготовлении сакэ. Ваш обед остыл, мы разогреем его? - Нанами, душка, даже не поела толком. Ты не заболела? - Мизуки повеселел, намереваясь одним броском, как змей, обвить хозяйку, но старшеклассница увернулась, так что шикигами впечатался в стену. Ловко вскочив, брюнетка поправила платье, присев около духов-прислужников. - Томоэ ушёл в город? - героине не нравилась погода за окном. Ей хотелось удостовериться, что лис будет на территории храма, в безопасности. Быть может, это своевольная Наруками - богиня грома, разбушевалась. Вот и объяснение для резкой перемены погоды. - Мы не видели Господина Томоэ после готовки, - духи переглянулись. - Наверное, отдыхает в своей комнате. Он просил напомнить вам о молитвах прихожан. - Всё помню.. Вам не кажется, что за окном как-то..слишком темно, - девушка прикрыла медовые глаза, приобняв плечи. - Нанами, когда мы нашли тебя, ты была слаба, - с угла комнаты подал голос второй хранитель, перешагивая через змея. - Наверняка связалась с ёкаем на ярмарке. Дрожишь ещё вся. На плечи опустилась тёплая ткань пледа. Кареглазая обернулась, впечатавшись носом в грудь хранителя. Щеки покалывало. От мужского тела исходило тепло. В ладошках Нанами сжалась грубая ткань кимоно. Сердце пропустило удар от волнения, тяжесть в солнечном сплетении, и жуткая неловкость. - Приготовить для тебя ванну?...