Печенье.

— Дазайка~а! — раздался звонкий голосок из прихожей и звук захлопнувшей двери — Дозя~я, я дома~а! — кричал запыханный детектив, проходя в квартиру. Из угла коридора появился высокий, худощавый силуэт парня, одетого в большую растянутую футболку, поверх которой красовался розовый, уже загрязнённой мукой фартук. Юноша направился к мокрому от снега парню, который неуклюже снимал ботинки. — Здравствуй, солнце, — проговорил шатен, заводя руки в волосы, убирая их назад, целуя в холодный лоб, передавая тепло свое детективу, — Ты в снегу что ли, купался? Попробуй мне только простыть. — Ну, почти. Я упал... и ещё упал, а потом ещё, — словно ребёнок, рассказывал брюнет о своем путешествии домой, вешая пуховик на вешалку, — А что ты готовишь? — Не скажу, — с усмешкой и некой издёвкой выдал юноша. — А-а почему? - надув губки проговорил парень, подходя ближе к кареглазому. — Ты уже снега наелся, — притянув к себе мальчишку, дотронулся пальцем до носа детектива и усмехнулся. Парень сложил руки на груди, пытаясь выбраться из объятий возлюбленного, ворча и отталкиваясь. Дазаю всегда нравилось дразнить Рампо, он любил тискать обиженного детектива, а потом наблюдать, как он уже сам лезет обниматься, требуя ласки. — Ну что ты, если будешь сухим и тёплым, я все расскажу, — наблюдая за реакцией брюнета заявил Дазай. Парень метнулся в комнату, и уже через минуту он стоял в сухой пижаме ожидая ответа шатена. — Какой ты шустрый! Ладно, отвечу: готовлю я твоё любимое имбирное печенье, — с улыбкой произнёс Дазай. Изумрудные глаза Рампо прорезались. Детектив подбегает, кладёт руки на широкие плечи шатена, вглядываясь в стеклянные, карие глаза, находя всё новые и новые узоры. Сладкоежка приподнимается на носочки, дотрагиваясь носом о нос, переплётая их эскимосский поцелуй. — Солнце, пошли. В духовку уже печенье ставить нужно, — не отстраняясь произносит Дазай, лишь притягивая ближе к себе это маленькое создание, предвкушая об уютном, незабываемом вечере.