Цена за свободу

      Судьба Гастера наполнена разочарованием. Или же насмешкой судьбы, которая гласит "Все гении недолговечны". Его триумф в виде гения, создавшего Ядро, открыв новый способ добычи энергии, и его внезапное исчезновение. От своего же изобретения стал призраком, но необычным. Его никто не видит, даже уже мёртвые. А он проклят на вечное наблюдение за своим домом, и осознаванием того, что мир спокойно живёт без тебя. Порой кажется, что все, что ты видишь — бурно разыгравшаяся фантазия. А сам ты находишься у себя дома, и спишь. Вечно спишь, и видишь этот кошмар.       Гастер находится в пустоте уже 50 лет. Вполне хорошая дата, но юбилей праздновать никто не собирается. Ни сам Гастер, ни кто-либо из мира живых. Да и кому? О нём уже никто практически не помнит. Погоревали пару дней, да забыли. Зато какая радость, что Азгор нашёл себе нового учёного. Учёного. Который занял его место. А его просто вычеркнули из истории, будто не он создал чёртово Ядро, а Альфис! Будто она всегда там была! Никакого Гастера, только Альфис.       Лишь благодаря Азгору, который порой рассматривает их совместное фото, на котором скелет был таким серьезным, в очках, в вечном белом халате. Затем переворачивает фото, сзади которого написано "Всё достижимо!", а под фразой стоит его аккуратная подпись. Грустно улыбается, и убирает фотографию обратно. Сентиментальный Азгор. Всё хранит. Даже вещи своей бывшей жены и давно умерших детей. Какого было бы его удивление, если он узнает, что сын стал сорняком, бесчувственным, недалеко ушедшим от своего "друга". А Чара станет кошмаром, которая уничтожит мир просто так, не преследуя никакой цели.       Нельзя не упомянуть Альфис, которая в буквальном смысле читает его наследие. Его планы, которым никогда не суждено быть реальностью. И которая она нагло ворует! И выдаёт всё за своё! А затем убивается, пока никто не видит, ведь она использует чужие идеи. Но активно избегает имени автора, то есть его, постоянно называя "Он". Неприятно.       И они не дают ему окончательно оказаться в Забвении. Даже Санс смирился с невозможностью вернуть своего "друга", и постепенно, с годами выбросил его из своей головы. Про последователей говорить не стоит. Они одержимы идеей вернуть Гастера, и для этого не надо даже воздействовать на них. Какие они верные. Это греет душу. Поправочка. Грело.        За всё время своего существования он испытал всевозможный калейдоскоп эмоций, единственные напоминание о том, что он — живое существо. Сейчас же эмоции очень сильно притупились. Он ощущает, что дубеет, и все, что он чувствует — смирение. Хотя его голова не хочет сдаваться, и ищет путь отсюда. Неужели его собственное тело подводит? Видимо. За столько времени. Единственное, что зажигает их — Путь Геноцида. Не самый подходящий огонь. На первых десяти он откровенно рыдал, когда видел, как его раса превращается в ничтожный прах, который оседает на убийце. На смерти скелетах вообще была истерика, про уничтожение мира и говорить нечего. Скелет предпочитал пацифизм, хотя и осуждал Азгора, который мирно получал по своему лицу, и давал народу погибать, пока их не заточили. На пятнадцатом слёзы от такой страшной картины перестали литься. На тридцатом лишь ярость и беспомощность. Геноцид преодолел планку в 1 тысячу, а человеку всё мало. Как сейчас, когда он взмахом ножа убивает безобидного Вулканчика, желающего быть полезным для людей. Несмотря на всё своё желание разорвать человека голыми руками, Гастер лишь тихо наблюдает, надеясь прожечь в этом существе дырку своим взглядом Не очень хорошие желания, да? С каждым новым Геноцидом он ощущал, как его мысли заполнялись одной целью: Выбраться. Всё остальное теряло свою цену. Санс? Папайрус? Ядро?! Плевать! Лишь выбраться отсюда, да уничтожить человека. Но провальные попытки сбежать из своего заточения заставляли того смеяться, хватаясь за голову. Он явно сходил с ума за всё время пребывания здесь, а человек лишь усугублял положение. — Эта мразота. Я устал наблюдать за смертью своих сограждан, я устал чувствовать и так раздирающую меня боль утраты. Я хочу прервать это. Я хочу убить её. — в который раз Гастер повторяет это? Число уже давно ушло за 1 миллион.       Гастер упал лицом на черный "пол" своей обители. Он давно успел заметить, что боль для существа, вроде него — пустое слово, так что инстинкт самосохранения быстро собрал вещи и свалил. Везде всё чёрное, вечная тишина. Разбавляется это лишь интересной передачей "Из мира живых". К сожалению, оно кончилось очередным уничтожением мира, так что у Гастера есть время, чтобы сделать очередное умозаключение. Он очень хочет выбраться, он очень хочет помочь. Внезапно, его пробрал смех. Кому он лжёт? Он хочет разорвать человека как гнилую тряпку. Хочет лично скинуть его в Ядро, и ядовито улыбаться порой, глядя в никуда, зная, что за тобой смотрят. Смотрит источник твоей психической нестабильности. Самому издеваться, разве это не приятнее? — Если я не могу выбраться из пустоты, то... Я смогу заманить сюда это существо! Точно! Как я раньше не догадался! Я же через последователей могу провести её ко мне. Но мне нужен именно тот, кто владеет частью меня. Он и будет проводником. Да, человек. Даже в ловушке мы способны выживать и придумывать способы преодолевать трудности. — он и не вспоминает о том, что на такой простой план у него ушло 50 лет. Будет считать это переполненной чашей.       Неспешно встав на ноги, Гастер продолжал смеяться, обнимая себя. Ему всё равно на то, что смотрится он как больной с псевдобульбарным синдромом, сейчас важно лишь одно: Заманить. Гастер уверен в том, что сейчас человек вернёт этот мир. Ему же скучно там, где нет ничего? О да. Стоило ему начать сомневаться, как мир возник опять. Очередная мыльная опера. Только сюжет здесь один из трёх. Внушив второму последователю идею о встрече с человеком, Гастер принялся наблюдать за последним и думать о том, что он сделает с ним в своей обители, которая станет его могилой. Человек же неспешно проходит через Руины. В его глазах видна вселенская скука. Конечно, который раз это место видеть. Почти что мозоли натирать. В этот раз он решил без убийств пройти эту игру, ещё даже не подозревая, что в этот раз в игру здесь играет не он. Несмотря на все сложности в том, что привычнее убивать, а не отпускать, человек упрямо проходит свой лживый, пропитанный кровью Пацифист. Гастеру омерзительно смотреть на это. Он уже знает, что сделает с ним. Он убьет его, и поглотит душу. Таким образом он прекратит вечные сбросы и вечную ссылку. Гастер не ставит никакую из этих задач в приоритет, лишь убийство человека важно для него. А всё остальное — этапы второстепенные. — Ох, мой дорогой человек. Мы обязательно повеселимся, когда ты попадёшь ко мне. Ты займёшь мое место в Забвении. Жаль, что ты не будешь существовать как сознание. Смерть — слишком гуманно для такой мрази, вроде тебя. — Гастер с нетерпеливой улыбкой наблюдает за тем, как человек щадит Ториэль и обнимает её. Невероятная мерзость. Нет, никакого больше ожидания! ОН НУЖЕН ЕМУ ПРЯМО СЕЙЧАС. Очередное внушение своему последователю, чтобы он встретил того в Снежнеграде. Да начнётся игра по правилам Гастера.       Выйдя через дверь в знаменитый снежный город, человек ощутил холод. Хотя бы не шел снег, никаких помех обзору. Вот только человек увидел, как у ворот Папайруса кто-то стоит. Неизвестный напоминает монстра, который купил у Маффет пончик за невероятную цену в 9999 золотых, прямо-таки идеальный двойник, только вот он почему-то серого цвета. Он стоит, выпрямившись во весь рост, но почему-то склонив голову и широко улыбаясь. Улыбка нервная, виноватая. Он в своих руках очень аккуратно держит нечто серое, напоминающее лицо. Передняя часть этого существа спрятана в тени, хотя самой тени оно не отбрасывает. Что за чёрт? Человек, неуверенный в своем решении, принялся идти к нему. Существо даже и не пошевелилось. А у человека появились мурашки по коже. Необъяснимые мурашки, будто бы он боится. Но это не так! Или так? Он никогда не видел его за все прохождения, так что страху есть место. Когда человек прошёл половину пути, то только сейчас понял, что Санса нет. Хотя он должен был за спиной топать по снегу. Человек остановился. Теперь время паниковать. Существо пошевелилось, и само принялось идти к человеку. Шло не спеша, не поднимая головы и не меняя своей улыбки. Человек начинает слабо трястись, когда увидел то, что оно не оставляет следов на снегу, и пытается успокоить себя тем, что у него есть возможность сохраняться. Да какая разница?! От страха это всё равно не защитит, боль всё равно будет! Человек попробовал сделать шаг назад, но с ужасом понял, что его парализовало. После всего того, что он сделал с бедными монстрами, его жалкий страх парализовал? Разочарование. Существо подошло, и остановилось в 15-сантиметрах. Действительно, оно держит в руках будто бы чьё-то лицо. Человеку кажется, что это лицо смотрит прямо на него. — Гастер. Великий Гастер когда-то жил. Был великим учёным, самому королю он служил. Но однажды всё изменилось. Разорвало Гастера его же создание, и учёный сменился. Как я могу без страха всё говорить? У меня его часть, и он желает С ТОБОЙ ГОВОРИТЬ. — к ужасу человека был факт того, что говорило это не существо, подошедшее к нему, а лицо. А когда была произнесена последняя часть фразы, то человек попытался отбежать, но внезапно Снежнеград сменился чёрным.       Вокруг темнота. Темно. Темнее. Очень темно. Человеку сначала подумалось, что он ослеп. Протёр глаза, но ситуация не изменилась. Его куда-то телепортировали. Но почему? Человек вспомнил, что существо говорило про Гастера. И те последние слова. С ним хотят поговорить. Но где желающий? Никого нет. Лишь темнота и тишина. Стоило человеку покрутить головой, как впереди себя он увидел существо. Высокое существо. Даже очень. Его практически не видно, видны лишь овальная голова, кисти рук и какая белая одежда. Видимо, это рубашка. Из этого можно сделать вывод, что существо одето в чёрное. У существа странное лицо. Его левый глаз был больше правого. Правый будто бы неправильно прищурен. Да и находятся те на разных уровнях. От обоих глаз идёт какая чёрная полоса, только от левого она идёт вниз, и соединяется с его ртом в форме улыбки, а у правого идёт вверх, до самой макушки головы. В центре рук чернота. Сквозное отверстие или просто особенность окраски? Кто его знает. Судя по пальцам, это скелет. Видны сочленения фаланг. Только лицо страшное всё равно. Особенно то, что оно улыбается. Широко улыбается, как Санс. Кто это? — Простите, но кто Вы? И где я? — попытался человек начать разговор. Нет ответа. Оно не отреагировало. — Вы Гастер? — всё нет ответа.       Человек впал в ступор. Он застрял здесь с каким-то существом, не реагирующим на него. Попытка вызова меню Решимости не увенчалась успехом. Про звонок и говорить нечего, телефон просто не включился. Человек сделал пару шагов к существу. Наконец видна какая-то реакция. В глазницах, если это можно так назвать, появились две маленькие белые точки. А улыбка стала шире. Оно сложило руки вместе. — Человек... Ты умрёшь самой мучительной смертью. — а вот после таких слов пора бежать. Только куда?! Здесь же ничего нет! Но человек всё равно развернулся, но только сделал шаг от него, как ноги были схвачены чем-то чёрным.       Не успел человек развернуться обратно, как его взяли за плечо со спины, и человек почувствовал мощный удар в спину. Удар оказался настолько мощным, что его тело было пробито насквозь в районе левой грудной клетки. Кровь хлынула из раны, а лёгкое оказалось уничтожено. Послышался крик боли, который очень быстро затих, его сменили хрипы. Человек мог лишь смотреть на руку, торчащую у него из груди и сжимающую его душу. Он чувствовал, как из его рта начала выходить кровь. — Тише, тише. Не трать кислород напрасно. — ему ласково шептали на ушко, двигая рукой из стороны в сторону, задевая осколки ребер. Те входили в левое лёгкое глубже, вызывая ещё больше боли. Хрипы усилились, и дополнились бульканьем. — Ты представляешь, сколько я смотрел за тем, как ты убивал мой мир? Сколько ты боли принёс всем, мразь? — послышалось рычание в голосе. В голове мутнеет. Человек дёрнул головой, и сплюнул кровь, пытаясь держать себя в сознании. — Каждый твой геноцид я видел. Каждого убитого монстра. Ты убил всех. Больше 1000 раз. И тебе всё ещё мало, ублюдок. Ты будешь это делать бесконечно. — душу сжали. Хрипы стали тише и реже. Гастера вяло взяли за руку обеими руками. Видимо, в попытках вытащить инородный объект из тела, если судить по человеческой психологии. — Настало время перемен. Спокойной ночи, ублюдок. Ты больше не воскреснешь. — Гастер сжал душу человека так сильно, что та начала трескаться. Сжатие руки человеком усилилось. Треск, треск, и та наконец разбилась на осколки. Руки человека спали с руки Гастера, а само тело обмякло. Гастер чувствовал, как со рта трупа что-то капало на его кисть.       Он убил человека, но слишком долго праздновать это нельзя, а то сила души покинет осколки. Все они мигом были поглощены Гастером. Он ощутил тёплое чувство в районе своей груди, ощутил, как тело буквально наполняется силой. Он ощущал себя вновь живым. Вытащив свою руку из тела трупа, Гастер позволил ему упасть. И занести себе ногу над головой. Резко опустив её, Гастер разможил голову человека. По все стороны полетели куски мяса, брызги крови, фрагменты черепа и кусочки мозга. С широкой улыбкой вытерев свою подошву о свитер человека, скелет отошёл от трупа на небольшое расстояние, и собрался телепортироваться. Щёлкнул он пальцами, но не увидел возле себя привычный мир. — Проклятье! Неужели разучился телепортироваться? Соберись, Вин Дин! — похлопав себя по скулам для воодушевления, Гастер вновь щёлкнул пальцами.       Вместо того, чтобы телепортироваться, Гастер открыл нечто, напоминающее окно. В нём он видит Снежнеград. Видимо, ему туда нужно войти. Сделав роковые шаги в это окошко, не забыв закрыть глаза, Гастер не ощутил никакой боли или что-то подобного. Он ощутил... Холод? Услышал какие-то звуки, и в глаза что-то яркое било. Открыв их, он практически сразу же зажмурился и попятился назад, прикладывая к глазам ладони. Их почти что обожгло с непривычки. Но он вновь в мире живых! Вновь! Тому пришлось постоять пару минут, чтобы глаза привыкли к свету. — Свершилось! Я жив! Я вновь жив! — для убеждения того, что это не сон, Гастер похлопал себя по скулам. Нет! Не сон! Он действительно жив!       Облегчённо выдохнув, Гастер решил проведать своих скелетов. Для этого он просто телепортировался в дом. Позвав их, и не получив ответа, принялся искать их по дому. Ни на кухне их нет, в комнате Папайруса тоже пусто, а комната Санса закрыта. Но проблемой для Гастера это не оказалось, он перенес себя через дверь, и увидел бардак. Это мягко сказано. Бельё кровати было связано в мешок, везде пыльно, в углу комнаты почему-то торнадо из разного мусора! Выдохнув, Гастер не мог злиться на своего старшего лентяя. Весь этот бардак просто теряется на той новости, что он вновь сможет жить с ними! — Да, запустил ты свою комнату, Санс. Но это будет другой темой для нашего разговора. Я жив, вы будете счастливы без человека. — он улыбается уже на протяжении 5-ти минут. Счастливый Гастер.       Телепортировавшись из комнаты Санса в гостиную, Гастер сделал пару шагов к дивану, и сел на него. Очень непривычные ощущения. Мягко. Домашняя обстановка. Уют. Всё это не чувствовалось так давно... Будет тяжело привыкнуть к такому. Тяжелее будет привыкнуть к тому, что он теперь живой, и его видят другие. Гастер призадумался. Человек же является последней душой для того, чтобы сломать барьер? Гастер поглотит остальные души, и сломает барьер. И это будет первое его доброе дело! Встав с дивана, скелет переместил себя в комнату с барьером. Везде всё белое. Антипод места, где он был. Аж глаза режет. — Так, здесь должны быть души, да? Ну, сейчас они станут моими. — вытянув правую руку вперёд, Гастер вызвал колбы с душами. Те повиновались его желанию, и вышли из-под земли.       Гастер сжал ладонь в кулак. Колбы с душами затряслись. А сами души стали излучать яркий свет. Резко махнув рукой вверх, он разбил колбы вдребезги. Души полетели к нему, и принялись кружить вокруг него хоровод. Гастер ощущает, что его душа пульсирует. А когда посмотрел на свою грудь, то увидел, как сквозь рубашку бьёт тёмно-красный свет. Души внезапно влетели в него, минуя тело, и Гастер резко выпрямился от такой же резкой боли, пробившей его тело. Она распространялась до сам кончиков костей, но Гастер упрямо терпел её, шипя и горбясь. Свет из его груди становился всё ярче, и менялся на цвет всех душ. Боль стала сильнее, и скелет упал четвереньки. Он скалил свои зубы, держа глаза открытыми. Он даже не глядя на себя видел свет его души. А когда боль стала невыносимой, он встал на колени, и заорал что есть мочи. Внезапно его озарил свет, исходящий из его груди. Боль пропала также внезапно, как и ушла. Но его глаза все ещё видели белизну перед собой, а сам Гастер тяжело дышал. Он ощущал, как пот стекал с его лба. Когда же это ощущение спало, то Гастер трясясь встал на ноги, и согнулся, упираясь руками в бёдра. Тело переполняло такой коктейль из усталости и внезапной силы, что не поддаётся описанию. — Боже... Вот что испытывал Азриэль, когда поглотил души всего подземелья и души детей?... — вытерев пот ладонью, он нашёл силы пошутить. Выпрямившись, он смотрел на барьер взглядом, наполненным презрением и насмешкой. Теперь он не угроза.       Как только чувство усталости прошло, Гастер решил, что пора. Но только он занёс руку для призыва Гастер-бластера, как ощутил землетрясение. Пол покрылся множественными трещинами. Едва удержав себя на ногах, Гастер выбежал из комнаты с барьером. Что за чертовщина?! В проходе показался король Азгор, и только Гастер хотел спросить его о причине землетрясения, как Азгор провалился в получившуюся дыру. Но там не было горной породы. Там был код. Азгора мгновенно разобрало на него. Даже его броню. Мир разрушается?! — САНС! — первое, что вспомнил Гастер, и телепортировался к дому скелетов.       Но он увидел очень странную картину. Весь Снежнеград разрушается, а в центре этого безобразия стоит какой-то скелет черного цвета. Он очень похож на Санса, но он не мог быть им. У этого от глаз идут синие полосы, будто слёзы, красные белки, а в них совершенно разные глаза. В них читается безумие. Вся одежда чёрная, лишь его свитер красный. Возле него постоянно появляются надписи "Ошибка", а сам он мог и исказиться. У Санса из рук вились синие нити, которые уничтожали код. Вот и причина разрушения мира! — Ублюдок! — первое, что крикнул Гастер, пока призвал Гастер-бластер.       Странный скелет обернулся на звук, и увидел разъяренного Гастера с бластером, который вот-вот выстрелит. Призвав множество красных костей, окруженных такими же надписями как и их хозяин, странный скелет швырнул их в Гастера, спешно увернулся от выстрела бластера и скрылся в практически сразу же появившееся пространственное окно, через которое Гастер попал в свой мир. С раздражением остановив кости лишь усилием мысли, он раздробил их в прах. Дом оказался полностью разрушен атаками костей и выстрелами из Гастер-бластера. Да и разрушение мира своих красок добавляет. Прыгая как Марио по оставшимся путям, Гастер смог зайти в дом, ибо дверь была просто воткнута в стену. И увидел знакомую одежду, наполненную прахом. Одежда Санса и Папайруса. Те были все в дырах. Гастеру и секунды не потребовалось, чтобы понять, кто убил их. — Нет... НЕТ! — только он хотел подбежать к вещам, как сам провалился в получившуюся дыру мира, повторяя судьбу Азгора.       Гастер сразу же ощутил страшную боль, будто его тело растворяется. Его буквально окружили разные коды. Они были даже перед глазами, и их было невозможно прогнать. Но Гастер не вопил от боли. Он вообще никак не реагировал на то, что падает в Ад, состоящий из кода. Перед его глазами всё ещё были повреждённые вещи скеле-братьев. Это последнее, что он видел, пока сознание не покинуло его.