под одной крышей

томми поставил на пол шуршащий пакет с продуктами. на улице было холодно, и к тому же он умудрился забыть перчатки дома, отчего руки теперь покалывало в самых кончиках алых пальцев. он недовольно зашипел, тряся конечностями, словно пытаясь силой разогнать в них кровь и наконец согреть. у него сейчас вообще нет времени на страдания от обмороженных рук, томми и так отстал от составленного им графика, как говорил техно: время — деньги. поэтому, сбросив грязные ботинки и закинув куртку с шапкой и шарфом на вешалку, саймонс вместе с пакетом понесся на кухню, а там уже и начать готовить свой сюрприз для ранбу в честь — уже проклятого им, — дня святого валентина. на столе в ряд стояли: пачка муки, несколько пакетиков сахарной пудры, пластиковые формочки для печенья в виде сердечек, купленные по акции, коробка молока, сливочное масло, и три плитки молочного шоколада. томми вздохнул и потер лоб, он уже начал жалеть об этой затее, в свои навыки кулинарии он никогда не верил и печенье ни разу не готовил, разве что маме в детстве помогал имбирные пряники печь, да и то помогал — это сильно сказано, томми только глазурь по выпечке мазал криво и все. заказать что-нибудь вкусное было не вариантом, скорее всего все доставки еды уже были заняты и не смогли бы принять его заказ, как бы сильно этого не хотелось. оставалось только готовить все самому. в последний раз тяжко вздохнув, томми вытащил фартук из тумбы, потуже завязывая бант за спиной, он готов. весь стол — и пол со стенами, кажется, тоже, — был заляпан в муке, сахарной пудре, где-то на скатерти был размазан растаявший шоколад, виднелись капли разлитого молока… да уж, томми определенно был в ударе. из глубокой пластмассовой посудины вылетали клубы «дыма» из всех смешанных сухих компонентов, пока он пытался все маслянисто блестящее месиво с кусочками шоколада размешать громко дребезжащим миксером. томми старался, честно старался, но по всей видимости уил был прав, и руки у него растут не из плеч, а откуда-то пониже… но он не сдается и продолжает пытаться равномерно размешать ингредиенты в один целый ком. он немного жалеет о выборе своего подарка, лучше бы они пошли в ресторан или кафе, но уже поздно что-то менять. получившаяся более-менее однородная масса приятно пахла сладким шоколадом и ванилью. осталось только сунуть тесто в холодильник на час, затем хорошенько раскатать и вырезать формочками сердечки. а пока тесто играет роль капитана америки, он помоет посуду. где там, кстати, была скалка? томми покрутил головой, только сейчас он вспомнил, что скалки в их доме и в помине не было, а купить он, как вы уже поняли, не додумался. придется искать подручный материал. чуть не хлопнув себя по лицу грязной, липкой ладонью, он недовольно застонал и поплелся отмывать руки от прилипшего к ним теста. и что ему использовать вместо скалки? бутылку? стакан с отколотой ручкой? томми чешет подбородок мыльной рукой и тут же чертыхается, отплевываясь от пены, попавшей в рот. с грохотом на стол приземляются само мерзлое тесто и пластиковая бутылка от колы, завалявшаяся где-то в шкафу. вот и отличная скалочка подоспела. томми сдувает невидимые пылинки с прозрачного пластика и ссыпет горсть муки на стол. осталось совсем немного, только тесто раскатать, вылепить сердечки и все запечь. как же все таки это муторно! саймонс поморщился, плечом почесал щеку и приступил. тесто мялось совсем неохотно, кое-как проминаясь под хлипкими стенками бутылки, хрустели то ли они, то ли кусочки шоколада, но томми точно не забудет написать жалобу на компанию кока-колы за такой тонкий пластик. за что, спрашивается, он платит столько за одну только крошечную бутылочку колы? еще немного потуг, и тесто готово. пласт, вроде как ровный, плюхается на стол, оставляя после себя масляные кляксы. теперь пора достать формочки. дело, разумеется, пошло гораздо быстрее, духовка уже поставлена на разогрев, пока противень постепенно наполняется сердечками, пока не оказывается заполонен до конца, а теста на столе и вовсе не осталось. томми издал победный клич, гордо вскинув кулак правой руки вверх. осталось лишь вымыть оставшуюся посуду и выпечь пока сырое печенье в духовке в течении 15-20 минут. стоит поторопиться, ранбу придет уже скоро, где-то через 40 минут, если томми хорошо помнит, его смена в кафе вот-вот закончится, а потом он на автобусе должен доехать до дома. отлично, мытье посуды займет около 10 минут, потом он немного приберется дома, украсит квартиру, развесив гирлянду из розовых сердец, кривовато вырезанных из гофрированной бумаги, и мишуру, оставшуюся еще с рождества, и наконец сервирует стол, разогрев купленный на вынос набор еды. дом постепенно наполняется сладким-сладким ароматом выпечки, и томми невольно прикрывает глаза, едва не давясь слюной. у него уходит много усилий на то, чтобы перестать фокусироваться на своем пустом желудке и заняться делом. кухня убрана и стол накрыт с двумя самыми красивыми тарелками и блестящими приборами, одежда, валявшаяся в их комнате на кроватях и спинке стула, была неаккуратно запихнута в шкаф. потом приберутся. наверное. в прозрачной вазе стоят три цветка, нагло и бессовестно сворованных с чужой клумбы. но все равно их там целая куча, соседка не обеднеет. цветы* симпатичные, круглые, насыщенного фиолетового цвета, на них словно растут еще другие маленькие цветочки. томми понятия не имеет как они называются, но они довольно красивые и неплохо украшают интерьер. парень оглядывает кухню, ища какие-либо изъяны, но все идеально, печенье лежит в красивой глубокой миске, осталось лишь разогреть еду. томми довольно кивает самому себе, гордясь своими невероятными навыками кулинарии. скрежет ключей из коридора оповещает о приходе второго жителя дома. ранбу вваливается в квартиру, роняя на пол сумку, и зовет томми. в его усталом голосе отчетливо слышна улыбка. отчего-то саймонсу волнительно выходить в коридор, его скромный сюрприз словно казался недостаточным, чтобы выразить все его чувства. глубоко вздохнув, парень семенит наружу. ранбу улыбается широко-широко и так солнечно, что у томми просто перехватывает дыхание, а все терзающие мысли уходят куда-то на задний план. саймонс делает шаг вперед и сгребает парня в объятия, пряча свое лицо в чужой шее, носом притираясь к челюсти. ранбу смеется, влажно чмокает в макушку и улыбается еще шире и еще солнечнее, томми кажется, что он вот-вот ослепнет. — вкусно пахнет, — ранбу ведет носом по воздуху, точно как охотничья собака в лесу. — это печенье? — в серых глазах сияют крошечные искорки, и томми уже не жалеет о своем подарке и не думает о его недостатках. в чужих глазах горит вселенная и этого уже более чем достаточно.