Мой возлюбленный

      Тонкий месяц освещает вашу спальню. Тонкие прозрачные шторы чуть колышутся от легкого ночного ветерка, что ворвался сюда через открытые двери балкона. Её запах, аромат орхидей, наконец-то выветрился отсюда. Плотные светлые шторы не задвинуты. На прикроватной тумбочке стоит подсвечник с тремя свечами. Её туалетный столик, на котором лежит некоторая часть её косметики, стоят дорогие духи, валяются дорогие украшения, вроде сережек с бриллиантами или диадемы, украшенной россыпью изумрудов. Два кресла около журнального столика, на одном из них лежит её сумочка. Вот и ваша постель, но ведь сегодня тут кого-то не хватает? Да, конечно, твоей красавицы жены. Мне даже не жаль, что она ушла. Ты слишком хорош для неё.       Как только я захожу в комнату и закрываю за собой дверь, ты просыпаешься. Твои глаза хорошо видят даже при таком освещении. Ты со всем своим неповторимым изяществом встаешь с постели. Ты не удосуживаешься хоть что-нибудь на себя надеть. Ты направляешься ко мне. Я наслаждаюсь твоей грацией, как красиво ходят мышцы на твоём теле. Ты всё ближе, вот, свет попал на тебя. О Боги! Как же прекрасно твоё тело. Подтянутое, сильное, аристократическая бледность кожи, как и положено в нашем роду. Я спустил глаза в область паха… Первая мысль пришедшая на ум: «Такой большой…». Собственно, а разве я не рассчитывал на то, что всё будет так? Ты проводишь рукой по своим светлым волосам, и я забываю, как дышать. Ты стоял от меня всего на расстоянии вытянутой руки, и я наслаждался твоей близостью и такой доступностью. Ты кажешься статуей, которую изваял самый искусный из всех мастеров. В тебе всё так прекрасно, что я просто стою перед тобой, любуясь и возбуждаясь с каждым мгновением всё больше.       — Курт, ты просто решил зайти ко мне посреди ночи? — в твоём голосе слышится ирония. Даже звук твоего голоса, то, как ты произносишь моё имя, ласкает меня. Взгляд твоих светло-синих глаз сводит с ума. Я стою, не зная, что тебе ответить. Но ты ждешь моих слов.       — Эйл, — я впервые произнес твоё имя вместо привычного и отстраненного «дядя». Дальше я замолчал, но ты ждал продолжения моих мыслей, как будто я могу связно мыслить, когда смотрю на тебя. — Я… пожалуйста, позволь мне остаться здесь! — я сказал первое, что пришло на ум. Это ты виноват в том, что мысли путаются в моей голове.       Ты был моим кумиром с самого детства. Последний раз я видел тебя, когда мне было одиннадцать. Потом на пять лет ты и твоя жена исчезли. Мы… нет я поверил, что больше никогда не увижу тебя. Я за это время смирился с этой мыслью. Ну, зачем же я два месяца назад пошел к твоему сыну и провел с ним ночь?! Но потом, месяц назад, ты вернулся. Когда я вошел в гостиную и увидел тебя… Ты помнишь мои глаза полные восторга? Да, тогда я наконец почувствовал, что такое на самом деле любовь. То чувство к твоему сыну было больше похоже на странное влечение, секундное наваждение. Той ночью я не мог ни о чем другом думать, как о тебе и о своей ошибке. Я бы хотел, чтобы той ночи не было, и ты был моим первым мужчиной, но…       — Хм… — на твоих губах играет улыбка, улыбка хищника. До этой ночи она предназначалась только для твоей жены, иногда для моей матери. Да, я знаю, что ты спишь и с ней, и с еще несколькими роскошными девушками. Это, конечно, неприятно задевает меня. Ведь я же лучше всех них, потому что я хочу принадлежать лишь тебе.       Вся запретность моих желаний распаляет меня ещё больше. Ты подходишь ко мне ещё ближе. Я смотрю в твои глаза, бездна желания выпила небесную синеву твоих глаз, оставляя лишь тьму страсти. Я знаю, черт, да я вижу, что ты хочешь меня. Ты, не отводя взгляда, развязываешь пояс моего халата и скидываешь его с моих плеч. Он бесшумно падает на пол, будто упали оковы с моего сердца, что устало сдерживать в себе огонь моих чувств к тебе. Ты кладешь мне руку на плечо. Мне хочется взвыть. Чего же ты ждешь?! Тыльной стороной ладони проводишь по моей щеке, твоя кожа такая нежная… Я невольно прикрываю глаза, кровь приливает к лицу, я чувствую, как горят щеки. Неторопливо проводишь пальцем по моим губам. Ты что, изучаешь меня? Или оцениваешь, достаточно ли я хорош для тебя? Твои руки обвивают мою талию. Я обнимаю тебя за шею. Ты целуешь меня так осторожно и почти целомудренно. Но вдруг ты подхватываешь меня на руки и несешь к постели. Ты садишься на край кровати, усаживая меня к себе на колени. Твои руки ласкают мою спину. Они такие горячие. Улыбаешься, это немного успокаивает меня, но сердце всё равно бешено стучит. Ты целуешь меня, но уже не так, как раньше. Это поцелуй долгий, горячий, влажный, развратный и потрясающий. Это просто невероятно! В поцелуе с тобой я чувствую, как вожделение, тягучее, словно жидкий мед, и такое же сладкое, волной расходится по телу от губ. Будто ты вливаешь его в меня, как наполняют бокал лучшим вином. Я закрываю глаза, полностью отдаваясь этим чувствам. Всё моё тело трепещет от твоих прикосновений. Ты проводишь рукой по моему уже истекающему смазкой члену, чуть сжимаешь его. Мои глаза удивленно распахиваются. Но ты не позволяешь мне прекратить поцелуй, лаская рукой мою плоть. Я выгибаюсь на твоих коленях от таких ощущений, что, кажется, готов сойти с ума. Ты, наконец, позволяешь мне сделать вдох. Ты проводишь кончиком языка по моему уху, чуть прикусываешь мочку. Я не стесняюсь стонать в голос, мне всё равно, даже если кто-то услышит нас. Ты целуешь меня в шею, нежно и почти невесомо. Я тихо, но часто дышу. Ты убираешь прядь моих черных волос с плеча, покрывая его поцелуями. Заставляешь меня выгнуть спину. Покусываешь мои соски, лижешь их, посасываешь.       Но вдруг в одно мгновение я оказываюсь лежащим на спине на синих шелковых простынях. Ты смотришь на меня внимательно, но внезапно накидываешься на мои губы, кусая их, впиваясь в них. Но вот ты снова чуть приподнимаешься на локтях. Я знаю, чего я хочу.       — Эйл, я хочу доставить тебе удовольствие, — говорю я. Ты в удивлении вскидываешь бровь.       — И что же ты намерен делать? — ты спрашиваешь меня, как будто я знаю. Поверь мне, я хотел бы знать, но у меня никогда не получится так же властно и чувственно ласкать любовника, распаляя его настолько, что он готов кончить от одного лишь поцелуя, как это делаешь ты со мной.       — Ну, научи меня… — под конец фразы голос сходит на нет. Ты чуть потерся бедром о мой уже давно возбужденный член. Казалось бы это невозможно, но я возбудился ещё больше.       — Научить тебя чему? — на твоих красиво очерченных губах расцвела усмешка.       — Научи меня, — я отчаянно краснею, я представил, как прикасаюсь губами к головке твоего члена, — доставлять удовольствие… Ну, в смысле…       — Можешь не продолжать, — ты лёг на спину рядом со мной. — Предлагаю тебе заняться самообучением… — твоему хриплому шепоту я не мог не подчиниться. Я сел тебе на бедра, наши члены соприкоснулись, а по моему телу пробежала дрожь. Я начал целовать тебя, ты, впрочем, охотно отвечал. Потом я перешел на твою изящную шею, твоё тело отзывалось на мои действия. Спускаясь всё ниже, я старался особо не спешить, хотя мне очень хотелось ощутить твой вкус. Чуть поласкав соски, я проложил дорожку по кубикам пресса ниже, к твоей плоти. Я провел языком от основания до головки, после взял её в рот. Плотнее обхватив ствол губами, я стал двигаться вверх-вниз. Я почувствовал твою руку на затылке, ты помогал мне взять правильный темп.       Я почувствовал, что ты кончаешь. Я старался проглотить всё, не потеряв ни капли, но по-видимому я слишком рано поднялся, так как последняя порция спермы попала мне на губы. Я принял вертикальное положение и слизал её. Ты с довольным расслабленным выражение лица смотрел на меня. Но уже через секунду я оказался под тобой.       — Неплохо, — констатировал ты. Ты начал целовать мою шею, спускаясь ниже. Каждый твой поцелуй вызывал в моём теле очередную яркую вспышку удовольствия. Ты опять начал ласкать мои соски. Правый ты посасывал, а левый ласкал рукой. Я выгибался под тобой, теряя голову и громко постанывая, в соседних комнатах наверняка меня было слышно. Интересно, если мой отец прибежит сюда, он к нам присоединится? Но все мысли сразу же вылетели из головы, как только ты развел мои бедра и провел рукой, лаская головку. Я начал тихонечко толкаться тебе в руку. Ты взял в рот яички, обсасывая их, лаская языком. После ты стал ласкать их рукой, взяв в рот головку. Ты то заглатывал его практически целиком, то снова возвращался к головке. Одной рукой ты гладил мои бедра и ягодицы. Ты плотнее обхватил ствол губами и стал всасывать сильнее. Я всё сильнее пытался контролировать себя, чтобы не толкнуться слишком сильно, поэтому отчаяннее сжимал в руках синий шелк простыней. И вот меня выгнуло дугой, и я кончил.       Я лежал, пытаясь отдышаться, при этом совершенно счастливо улыбаясь. Я никогда прежде не испытывал такого яркого чувства. Меня словно накрыло волной, всё тело горело, требуя ещё. Ты поднялся ко мне и поцеловал меня.       — Встань на четвереньки и расслабься, — прошептал ты, поцеловав меня в щеку. Ты продолжил осыпать мои плечи и спину поцелуями, когда я почувствовал, как твой смазанный палец обвел вход. Я расслабился, ты нежно растягивал меня. Я знал, что мне будет больно, хотя это был и не первый раз, но твой член больше, чем у Брайана. Когда ты вошел в меня двумя пальцами, я начал подмахивать бедрами, я хотел, чтобы они вошли в меня глубже. Ты нашел то, что искал. Меня пронзило, как электрическим разрядом. Ты массировал простату, наблюдая, как моё тело выгибается от удовольствия, и стоны всё громче и сладостнее. Вот уже три пальца… Четыре… Ты резко вытащил их из меня, лишая меня наслаждения. Я почувствовал, что ты приставил головку и, взяв меня за бедра, ты резко вошел, не позволяя мне отстраниться и насаживая меня полностью. Я закричал от боли, ты прекрасно знал, что мне больно, но продолжил резко вбиваться в моё тело. Боль быстро сменилась наслаждением, ярким и таким сильным.       — Эйл, пожалуйста, ещё. Вставь его глубже! — закричал я. Ты так и сделал, и я, не в силах больше держаться, упал на постель. Ты повернул меня лицом к себе, забросил ноги себе на талию и начал вколачиваться в меня в бешеном темпе. Я хватался за твои плечи и спину, оставляя кровавые полосы. Ты был так великолепен.       — Кончи в меня! — просил я, понимая, что мы оба близки к оргазму. Я почувствовал, как твоё горячее семя вливается в меня. Я тоже кончил. Но ты не остановился, а продолжил трахать меня. Все толчки приходились по простате, в эти моменты мышцы инстинктивно сжимались. Оргазм накрыл меня так, что я на несколько секунд потерял ощущение принадлежности к этому миру. Придя в себя, я ощутил, как из меня вытекает твоя сперма. Ты лежал рядом, прижимая меня к себе, гладил по волосам. Ты улыбался мне. Я поцеловал тебя, чувствуя себя абсолютно счастливым. Я положил голову тебе на плечо, а ты перебирал пряди моих волос.       — Эйл, я люблю тебя, — сказал я.       — Я тоже люблю тебя, Курт, — ответил ты, обнимая меня за плечи.       Я знал, что никогда не забуду эту ночь, лучшую в моей жизни, — нашу первую и, я очень надеялся, что не последнюю.