𝐓𝐡𝐞 𝐛𝐥𝐨𝐨𝐝 𝐝𝐞𝐛𝐭

      — Поела бы, — Санзу сделал глоток кофе, украдкой поглядывая на девушку. Эстер уже около часа сидела и безотрывно буравила взглядом стену, не издавая лишних звуков. Харучие мало беспокоило ее состояние, просто этот вид загнанной лани начал изрядно выводить из себя.       — Можно воды? — мужчина кивнул в сторону кулера. Вскочив с кожаного дивана, Като быстрым шагом подошла к кулеру, доставая из внутреннего шкафчика прибора пластиковый стакан. Ее руки трусились, целиком и полностью выдавая ее страх.       Она не знала, каковы условия: вернется ли сегодня домой? Каким образом будет возмещать долг? Като абсолютно ничего не знала, и это приводило в ужас. Нобу — конченный сукин сын, который позорно сбежал, поджав хвост. Какого черта Эстер вообще должна отвечать за его поступки?       Боль в груди нарастала, хотелось забиться в угол и нещадно скулить, пока заботливая мама не разбудит, сказав, что это просто кошмар. Вот только мамы нет, как и веры в то, что возможно спастись. Санзу молчал и практически ничего не объяснял, внушая панику еще больше. Не было ничего страшнее неизвестности.       Эстер вздрогнула всем телом, когда за спиной широко раскрылась дверь. Молодая женщина, как вихрь, влетела в кабинет, попутно скидывая пальто и сумку на диван.       — Хару, — она со смачным звуком чмокнула его в щеку, по-хозяйски усаживаясь к нему на колени. Они не любовники, точно нет. — Зайка, это не могло подождать до завтра?       В воздухе витал запах чего-то сладкого, вперемешку с дымом, почти как те безумно дорогие духи, какие они присматривали с Карлой в косметическом магазине. Незнакомка выглядела эффектно — роскошно. Встреть ее на улице, Эстер обязательно бы оглянулась ей вслед: длинные русые волосы, аккуратные кольца на тонких пальцах с идеальным маникюром, будто только сейчас вышла из салона.       Эстер душила эта обстановка. Хотелось убежать, смыть с себя всю эту грязь и позор. Она видела, каким оценивающим взглядом ее осмотрела девушка, параллельно что-то шепча на ухо Харучие. Они оба тихонько посмеивались, чем вызвали лишь отвращение. Ладони Эстер похолодели, она тряслась от страха, хоть и изо всех сил старалась сдержать самообладание.       Девушка подошла к Эстер и чуть подцепила ее подбородок пальцами, приподнимая, чтобы лучше разглядеть ее лицо.       — Охуеть, — произнесла почти на выдохе, обернувшись к Харучие. — Тебе ведь тоже она ее напомнила?       Санзу молча кивнул, облокачиваясь на подоконник.       — Я Лорелин, — девушка осматривала лицо Като, аккуратно прикоснувшись к рассеченной губе. — Эстер, верно?       Като нерешительно качнула головой, подтверждая слова Лорелин:       — Красивое имя, — девушка хмыкнула, последний раз осмотрев лицо девушки, а затем уселась на кресло. — И черты лица.       — И что ты думаешь? — мужчина сел на диван, находящийся позади Эстер.       — Твои псы, конечно, потрепали ее, но это однозначно тяжелый люкс, — Санзу усмехнулся, услышав такое сравнение, продолжив вести с Лорелин диалог, понятный лишь им двоим. — Я даже удивлена, что ты не оставил ее себе. Хороша же малышка.       Пазл в голове девушки начал складываться, объясняя, кем являлась Лорелин. Почему она так легко вела диалог с Санзу, позволяя себе различные фривольности. И почему именно они оценивающе разглядывали Эстер.       Словно в бреду, она начала шептать слово нет, чувствуя, как паника накрывала ее с головой.       — Мужчины такие сволочи, да? — Лорелин вновь подошла к Эстер и взяла ее ладонь в свою, усаживая на диван рядом с Харучие. — Ты им любовь, ласку, а они кидают тебя с огромным долгом и дырой в сердце.       Эстер глупо пялила в пол, чувствуя, что к горлу подкатила тошнота. Она прекрасно понимала, куда и зачем ее отвезут позже. Осознание того, что ее тело будут использовать, как товар, подкладывая под выгодных клиентов, выбивало из колеи.       — Так вот что вы имели в виду, когда спросили, буду ли я благодарить позже, — Эстер усмехнулась. — Учиться три года, чтобы в конечном итоге стать проституткой.       Смех девушки постепенно перерастал в истерический, в конце концов сменяясь плачем. Она только начала жить заново, надеясь на светлое будущее, и оставила воспоминания о приюте в прошлом. Като верила, что окончит университет; они планировали с Нобу пожениться, съездить в парочку стран. Эстер верила, что станет хорошей мамой в будущем; она хотела квартирку побольше. Да мать твою, у нее было столько планов, и Нобу об этом знал!       Девушка громко плакала от обиды, не в силах совладать с эмоциями. Неужели Эстер с самого начала была обречена?       — Эстер, — Лорелин достала из шкафа припрятанную бутылку виски. — Никто не собирается делать из тебя дешевую проститутку. Пока что.       — Поторгуешь своим лицом, — Харучие забрал бокал с виски у Лорелин, улыбнувшись тому, как девушка нахмурилась. — Возможно, соблазнишь кого-нибудь.       — В чем тогда ваша выгода? — Эстер зачесала волосы дрожащими пальцами назад, тяжело выдохнув. — У вас нет девушек для этого?       — Почему же нет, есть, — он покрутил бокал в руках, задумчиво перемешивая жидкость темно-коричневого цвета. — Я бы мог отправить тебя в дешевый бордель, забирая всю выручку, но я этого не сделал.       Эстер злобно усмехнулась, откидываясь назад:       — Мне нужно сказать спасибо?       — Как грубо, — Харучие наигранно поджал губы, в следующую секунду сжав челюсть девушки грубым и резким движением, — не нужно кусать руку, которая тебя кормит.       Эстер тяжело задышала, схватив руку Харучие, и постаралась ослабить хватку. Харучие хмыкнул, а затем отпустил девушку, напоследок погладив нежную кожу щек. Это ощущалось мерзко, вульгарно, совсем отвратительно.       — Будешь работать на нас, — мужчина отошел к своей знакомой, потупившей взгляд в пол, которая все это время слушала их разговор.       — И в чем заключается моя работа? — осипшим голосом произнесла девушка, растирая затекшую шею.       Лорелин подошла к Эстер, громко цокая шпильками по полу, присела рядом с ней. Она ласково, словно старшая сестра, заправила волосы ей за ухо.       — Как мы и сказали «до», — девушка пододвинулась ближе, — улыбаться, флиртовать, соблазнять, а затем предать.       — Видишь ли, — Санзу присел на корточки перед Като, забирая у нее из рук измятую салфетку. — Мужчины весьма глупы, когда дело касается молоденькой девушки. И могут рассказать ей все, что угодно, ссылаясь на беззаботность и глупость.       — Почему вы так уверены, что я не предам вас? — Харучие рассмеялся, услышав ее вопрос, и поднялся с колен.       — Потому что от меня зависит твоя жизнь? — он беззаботно пожал плечами, облокачиваясь бедрами на стол позади него. — Давай прекратим этот глупый разговор, малыш. Лора, ты знаешь, что делать.       Девушка кивнула, улыбаясь Эстер и указывая в сторону выхода. Като не верила своим глазам, до тех пор пока Лорелин не подняла ее с дивана, аккуратно взяв под локоть. Санзу насмешливо помахал ей рукой на прощание, бросив вслед такое обезнадеживающее: «До скорого».       В машине у Лорелин приятно пахло чем-то свежим, с нотками зеленого чая. Разительно отличалось от запаха крови в кабинете Санзу. Девушка подкрасила губы, смотрясь в зеркало бокового вида. Наверное, она уже привыкла ко всему, да и если Харучие позволял ей такие фривольности, то она явно не последний человек. Однако с ней было спокойно, как будто она старшая сестра, которая забрала непутевую младшую, перебравшую с алкоголем на вечеринке. Лорелин забросила помаду в сумочку, откидывая ту на задние сидения.       — Едем, солнце, — Эстер грустно улыбнулась, пока девушка заводила машину, надеясь как можно скорее уехать от злосчастного места. Като даже не задавала вопросов, куда именно ее везут. Хотелось открыть окно, как если бы она была героиней сопливой мелодрамы, высунуться в него и кричать, что есть силы. — Не против, если сегодня я увезу тебя к себе?       — У меня будет возможность вернуться к себе в квартиру? — Эстер посмотрела на девушку с надеждой, в то время как собеседница удивилась такому вопросу.       — Само собой.              Квартира Лорелин была просторной, обставленной по всему периметру дорогими предметами мебели, но при этом все было сделано со вкусом. Девушка прошла внутрь квартиры, небрежно скидывая каблуки в коридоре, пока Эстер боялась пройти вперед.       — Чего застыла?       Эстер тряхнула головой, отогнав от себя тревожные мысли. Като аккуратно сняла свои ботинки и отставила их в сторону. Девушка неловко прошла в ванную комнату, где Лорелин стояла в одном лифчике и колготках, заплетая своим русые волосы в подобие пучка.       — Ты меня стесняешься? — девушка усмехнулась, заметив, как забегали глаза Като. — Лучше зацени белье — на заказ делала.       Эстер удивила простота Лорелин. Удивляло и то, что она не общалась с ней пренебрежительно. Не пыталась унизить, а вела так, как будто они старые приятельницы.       — Красивое, — Эстер попыталась выдавить улыбку, получив в ответ сочувствующий взгляд от Лорелин. Та прекрасно понимала, какие мысли роились в голове у Эстер сейчас: ее предали, лишили планов и мечт, поставив перед фактом, что она должница. И все это произошло в один миг.       Лорелин протянула ладони к девушке, помогая ей стянуть с себя водолазку. Като обошлась лишь парой ссадин, и Лорелин мысленно отметила, что это чудо, не иначе. Эстер разглядывала себя в зеркале, перебарывая желание разбить его. Ей было противно. Противно смотреть на себя такую.       — Прими душ. Буду ждать тебя на кухне, — Лорелин ободряюще похлопала девушку по плечу, тихонько прикрывая за собой дверь.       Эстер не отрывала взгляд от себя, а затем зажала рукой рот, стараясь заглушить всхлипы. Она включила горячую воду и бездумно сидела под ней минут пять, как будто пыталась выжечь эту боль внутри себя. Это был последний раз, когда она могла позволить себе слабости. Отныне той Эстер больше не существовало.       

***

      Лорелин ждала девушку на кухне, сидя на табуретке и поджав под себя ноги. Она сидела в красивом домашнем комплекте. Эстер показалась на кухне, обмотанная в белое махровое полотенце, отвлекая Лору от пролистывания ленты. Девушка внимательно осмотрела Като, чье личико больше не портили следы от засохшей крови, оставляя лишь небольшую ранку на губе в напоминание о произошедшем.       — Идем, подберем тебе что-нибудь из моего, — она слезла с табуретки, зазывая девушку с собой в спальню. Лорелин открыла первый ящик в белоснежном комоде, где лежали красивые комплекты с нижним бельем. Она перебирала вещи и достала кружевной комплект с цветами, протягивая его девушке. На нем еще висела бирка с неприлично большой суммой.       — Вы уверены? — Лорелин кивнула.       — Давай на «ты», я не намного старше. Запомни, Эстер, нижнее белье — это второе лицо девушки. Уж поверь, я все сделки заключала лишь в дорогих трусах.       Эстер тихонько рассмеялась, в очередной раз поражаясь такой простоте. Она благодарно кивнула головой, принимая из рук девушки комплект. Лорелин также дала девушке домашнее трикотажное платье черного цвета, которое неприятно прилипало к влажной коже.       Лорелин предложила выпить чего-нибудь покрепче, чтобы успокоиться, но Като отказалась, ссылаясь на непереносимость алкоголя. Девушка пожала плечами, но не стала спорить, а заварила травяной чай для Эстер.       Она поставила чашку перед девушкой, пододвигая корзинку со сладостями ближе.       — Лорелин, я могу узнать о тебе?       — Если ты хочешь услышать, что я какая-нибудь важная шишка, то нет, — она улыбнулась, увидев реакцию Като. — А так, спрашивай конечно.       — Ты чья-то жена?       — «Всегда невеста, никогда жена», — процитировала произведение Тима Бертона девушка, но без толики сожаления. — Я бывшая проститутка, Эстер.       Эстер замерла на месте, боясь, что затронула больную тему, но девушка спокойно продолжить пить чай, словно рассказала о том, как переболела ветрянкой в детстве.       — А потом я работала в борделе, принадлежащем Бонтену. Там познакомилась с одной девчонкой — Рони — она была прям мировая. Собственно, благодаря ее характеру мы и пробились к верхушке.       Эстер заметила, как Лора поникла, рассказывая о своей подруге.       — Рони убили с особой жестокостью, потому что она перешла дорогу не тем людям, — девушка перемешала сахар ложечкой. — Ты очень похожа на нее внешне.       Лорелин усмехнулась, обхватив себя двумя руками, и потерла плечи. На кухне стало прохладно:       — Мне даже на секунду показалось, что у меня галлюцинации. Думаю, Санзу по этой причине решил тебя оставить.       Эстер обдумала сказанное девушкой, но не успела ответить. Лорелин убрала грязную посуду в раковину, отмахиваясь, что помоет ее завтра. Она сказала Эстер располагаться в зале, показывая, как включается телевизор и как подключиться к вай-фаю, если вдруг та не сможет уснуть.       — Завтра проедемся с тобой по магазинам, — она облокотилась на дверной косяк, — и в салон. Ставлю пачку баксов, что ты давно в нем не была.       — Спасибо, Лорелин, — девушка опустилась на мягкий диван, сжав края платья.       — Ты станешь легендой, малышка, — Лора хлопнула по выключателю, подмигнув на прощание, а затем скрылась в глубине квартиры.       Эстер включила телевизор, делая звук минимальным, лишь бы ей не пришлось оставаться с мыслями один на один. Казалось, что иначе ночь пережить было невозможно.