Поцелуй Иуды

Сенджу не любит дождь.  - Давай же ко мне!  Айви счастливо смеëтся, бегая под весенним ливнем.  - Сенджу!  Мелодичный голос девушки перебивает грохот воды о землю и навес, под которым спряталась Акаши. Сенджу съеживается, представляя, как неприятно будет липнуть к телу школьная форма.  Она никогда не могла до конца понять настроение Кавахито. Как хрупкой девчонке пятнадцати лет удавалось быть настолько сильной, чтобы всегда улыбаться?  - Сенджу!  Через стену проливного дождя на Акаши смотрят бесподобные зелёные глаза. Такого цвета молодые иглы ели, чистоты и прозрачности - горные ручьи. Они горели на её прекрасном лице словно крошечные звëзды, вставленные в глазницы.  - Иди ко мне!  Айви протягивает руку и первым же порывом Сенджу становиться желание пробежать разделяющие их расстояние и крепко сжать холодные пальцы. Но за эти десять метров дождь успеет промочить её насквозь.  Кавахито на год старше и на полголовы выше. Кавахито всë время улыбается и всем помогает. У Кавахито под матроской шрамы после операций. Вокруг Кавахито всегда собираются люди. Акаши они не нравятся.  - Здесь так хорошо, Сенджу!  Все дышат воздухом, а Айви, казалось, самой жизнью. Она вытягивает её золотые нити, плетя из них то, чего желает.  Когда девушка начинает первые плавные движения ведомого ей одной танца, Акаши замечает фейерверки искр в знакомых до одержимости глазах. Стремительные движения изящного тела перекраивают материю. Воздух вокруг Кавахито дрожит.  Сенджу знает, что Айви исполняет этот танец впервые, но он полон такой уверенности и правильного такта, что в это сложно поверить. Движения девушки завораживают силой и почти ощутимой энергетикой. Им невозможно не поддаться.  Длинный хвост пшеничных волос давно потемнел из-за ливня, а выбившиеся пряди прилипли к лицу и шее. Акаши морщится, наблюдая за подругой тоскливым взглядом брошенной собаки. Она переминается с ноги на ногу, то ли подбадривая себя, то ли останавливая.  - Сенджу...  Может, в этот раз Кавахито и не звала её, может, Акаши просто послышалось своё имя в беспорядочных выкриках дождя. Однако это уже было неважно. Душа девушки тянулась к Айви и Сенджу пойдёт к ней, даже если это значит промокнуть под ненавистными каплями дождя.  Акаши закрывает глаза, стискивает зубы и выбегает из-под навеса. Ливень обрушивается на её голову грохочущим водопадом, балетки наполняются водой из глубоких луж.  Сенджу не помнит сколько бежала к Кавахито - секунды или вечность, но помнит, как влетела в её гибкое, разгорячëно-ледяное тело. Помнит, как холодные ладони девушки легли на её щеки. Помнит сияющие неземным счастьем глаза напротив. Они говорят без остановки о любви, жизни, радости. Только Айви умела столько рассказать одним взглядом, жестом. Или, может, просто Акаши умела всё это выслушать.  Ледяные негнущиеся пальцы Кавахито, ласково убирают пряди с лица Сенджу.  Девушка так боится, что этот момент может закончиться. Она кладёт руки поверх ладоней Айви и преданно смотрит в её прекрасное живое лицо.  - Моя Сенджу, - улыбается Кавахито.  Акаши замирает, когда холодные мягкие губы девушки накрывают её. Всë внутри натягивается, словно струны. Казалось, Сенджу только этого не хватало. Она встаёт на носочки, тянется к ней, как источнику жизни. Самый невинный подростковый поцелуй, вспоминая который, всегда невольно касаешься губ пальцами.  Айви умерла той же весной. Дождь умывал её гроб прощальными слезами, желая коснуться своей любимицы в последний раз. Он звал Акаши голосом Кавахито. Сенджу казалось, что Айви кричит в гробу, колотит в его крышку. Девушка умоляла остановить похороны, пока Такеоми не заставили утащить бьющуюся в истерике сестру прочь, под осуждающие взгляды.  - Сенджу.  Акаши вздрагивает, возвращается в реальность. Дождь беспорядочно барабанит по зонту, но не он позвал девушку по имени. Сенджу поворачивается.  Перед ней Такеоми, Вакаса и Бенкей. За ними - тьма Брахманов.  - Пора выдвигаться за Такемичи Ханагаки, - напоминает Такеоми.  Кавараги кивает и в последний раз оборачивается к месту, где танцевала полная боли и счастья Айви. Где целовала её словно Иуда, зная, что скоро оставит навсегда одну. Пусть это предательство, но самое искреннее и чистое.  Сенджу принимает его, но больше никогда не позволит дождю коснуться губ, смывая прощальный след их обречëнной любви.