Сказка для волчонка

Уложить ребенка спать — дело более времязатратное (и нервозатратное), чем освобождение заложников из мчащегося в пропасть неуправляемого поезда. В этом Стан был уверен на все сто процентов. Потому что к детям инструкций не пишут, на боевых полигонах такое не отрабатывают, а еще на курсах переподготовки о таком никто не рассказывает. Может, конечно, Стан не на те курсы ходил, надо было выбирать не «Обращение со взрывчатыми веществами», а «Курс еще молодого, но уже седого родителя». И это еще ребенок был беспроблемный, ну, почти что. Зубы перед сном чистил без напоминаний, переодевался в пижаму и лез под одеяло без капризов. А потом начиналось то, чему Стана никто никогда не обучал: сына надо было усыпить. Причем без применения хлороформа. — Пап, а расскажи сказку… — сонно попросил Реми. — Сказку? — усмехнулся Стан. — Ладно. Какую? — Про лиса. Стан задумался, потёр лоб. Рассказывать сказки он не умел, да и не знал ни одной. Не входили сказки в сферу интересов боевого киборга. — Жил-был лис, — неуверенно начал он. — Мистер Лис, ты должен называть его Мистер Лис, — хныкнул Реми. Стан вздохнул. — Жил-был Мистер Лис, который очень любил… — Яблоки! — подпрыгнул Реми. Стан строго взглянул на сына. Обычно под этим внимательным взглядом цепенели и крепкие нервами — до встречи со Станом — взрослые, но на Реми он никакого впечатления не произвел. — Ты должен засыпать, — веско произнес Стан. — Прости, пап, — Реми натянул одеяло до подбородка. — Рассказывай. Подожди. А ты можешь взять какую-нибудь книгу? Будто ты мне читаешь сказку. Стан поднялся, огляделся, потом взял с полки какой-то словарь, уселся на край кровати Реми и открыл книгу. Конечно, были на полке и сборники детских историй, но он решил не сбиваться с мысли. В конце концов, он боевой киборг, приученный быстро ориентироваться в сложных ситуациях, неужели он, прочитав тонну книг, не сочинит для сына одну сказку? — Жил-был на свете весёлый Мистер Лис, — он уставился на страницы. — Который очень любил яблоки. Жил он в прелестной деревушке среди зелёных холмов, в окрестностях которой было много яблонь. Однажды Мистер Лис прогуливался по тропинке меж холмов… Стан прервался, посмотрел на Реми, сонно посапывавшего, однако мгновенно открывшего глаза, стоило отцу замолчать. — Давай, я расскажу тебе другую сказку, — решил Стан. — Про то, как золотая гадюка и белый тигр нашли однажды маленького волчонка. Реми закивал и приготовился слушать. Но тут же на его лице мелькнуло беспокойство. — Но ведь гадюка ядовитая, она же не укусит волчонка? — Это очень семейная и добрая гадюка, — улыбнулся Стан. — Итак, в тот вечер шел дождь… *** Шел дождь, один из тех, что отличаются особым холодом и повышенной мокростью. Стан едва успевал смаргивать с ресниц капли, пытаясь найти в этой стене дождя проход хоть куда-нибудь. Сейчас его устроили бы бар, кофейня, даже городская библиотека. Любая дверь, которая откроется, а за ней не будет этого дождя. Внезапно дождь стих. Вернее, сверху перестало лить так, словно из-за угла вот-вот выплывет какой-нибудь ковчег. Стан огляделся, сообразил, что вломился на автобусную остановку. — Неплохо… Можно было позвонить Рику, попросить забрать домой. Хотя, сейчас у него наверняка совещание, зачем отвлекать. Лучше сориентироваться в этой пелене дождя, найти дорогу в магазин и озаботиться готовкой ужина. Раз у Стана отпуск, можно посвятить его семье. Он потер переносицу и улыбнулся своим мыслям. Семья… Он все никак не мог поверить в то, что теперь он возвращается в красивый уютный коттедж, ложится в постель с красавцем-блондином, который постоянно забирается на него в поисках тепла. Барт каждое утро при встрече хохотал, как ненормальный, уверяя, что друга в последний раз видел таким пришибленным после падения потолочной балки на задержании банды угонщиков флаеров. Стан фыркал и отмалчивался, растерянно улыбаясь и лелея свернувшееся внутри счастье. В углу остановки что-то завозилось и тихонько всхлипнуло. Стан подобрался, устремил взгляд в ту сторону. На него из кучи промокшего насквозь тряпья таращились два огромных круглых глаза. Ребенок. — Привет? — начал диалог Стан. Ребенок снова хныкнул, завозился и попытался в своем тряпье спрятаться, сообразив, что привлек внимание огромного киборга. Стан подошел поближе, уселся на корточки в паре шагов от тряпок. Как там Рик говорил, когда пытался научить Стана взаимодействию с гражданскими? Тепло и мягкость, точно. — Меня зовут Стан. А тебя как? — Ублюдок, — сообщил ребенок. Стан моргнул раз, другой, потом сообразил, что это не его оскорбили. Внутри кольнуло остро и горячо — предвестник того, что сейчас Стана начнет накрывать злоба. Пришлось подышать, высунуть голову под дождь, привести в норму нервы. Ребенок, который уверен, что Ублюдок — это имя… — Мелочь, а нормальное имя у тебя есть? — уточнил он. — Ублюдок, — повторил ребенок, выглядывая из тряпок, на которые ветер как раз обильно нанес еще добрый тазик воды. — Так, выбирайся оттуда, — решил Стан. — Не хватало еще, чтобы ты промок и заболел. Ребенок выбрался из тряпок, выпрямился, встав перед Станом. Оказалось, что это был мальчишка, мелкий, тощий и грязный. Стан ощутил странное желание прямо сейчас сгрести его в охапку и помчаться домой, сбивая на своем пути гидранты, вывески и зазевавшиеся такси. А по пути еще Рика выдернуть со всех совещаний. — Надо тебя отсюда увезти, — решил он. — В тепло. — Вы не очень похожи на мою тетю, — сообщил ребенок. — Папа сказал, что она за мной придет. И оставил тут. — Твой отец оставил тебя одного на остановке ждать тетю? — переспросил Стан, стаскивая куртку. Ее как раз хватило, чтобы укрыть ребенка целиком. — Да. Я очень хотел кушать, а она все не приходила, — ребенок смешно наморщил нос. И заревел. — Я голодный. Я описался. Стан дернул коммуникатор, не глядя, отбил номер Рика. — Дорогой, если у тебя не пожар… — рассеянно начал тот. — Пожар! — гаркнул Стан. — Чрезвычайное происшествие! — потом он сообразил, что пугает ребенка, с плача перешедшего на икоту, сбавил тон. — Все бросай, лети ко мне. Хватай пару одеял, еду, воду и аптечку. — Понял! — мгновенно подобрался Рик. — Какую аптечку? Перестрелка? Флаер куда-то влетел? У старушки инфаркт? — Витамины, йод и градусник, — вздохнул Стан. — У меня тут насмерть перепуганный и замерзший ребенок. Голодный. И обосса… Кхм, короче, плохо ему. — Картер, что у тебя там? — послышалось приглушенное. — Помочь? — Три пледа. Полотенце. Термометр, — деловито распоряжался Рик. — Марти, притащи из автомата пару бутылок воды, шоколадку и два стакана кофе. Рой, мне нужен горячий куриный бульон. И плевать, где ты его возьмешь, но чтобы был… А, уже. Спасибо, Рой. Ребенок прислушивался к разговору, забыв, что только что плакал. Потом посмотрел на Стана, переступил с ноги на ногу. — А это кто? — робко спросил он. — Это… А это, малыш, один очень хороший человек, — Стан справился с комком в горле, с трудом его сглотнув. — Слышишь, как коллег гоняет? Это все ради тебя. — Люк, я уже еду, — возвестил Рик. — Буквально минут десять, и я буду. Согрей пока ребенка. Стан уселся на лавку, протянул руки. Ребенок вскарабкался по нему как белка, залез, устроился на коленях. Стан подоткнул куртку так, чтобы ноги у мелочи были в тепле. — Как давно тебя тут оставили? Ребенок задумался. — Я не умею время узнавать. — сказал он. — Но там часы на столбе. На часах были палочка и буква «S», две точечки, потом две буквы «О». — Пятнадцать часов, — перевел Стан и снова постарался дышать ровно. Ребенок провел в углу остановки четыре часа, одинокий, голодный и перепуганный. И никому до него дела не было. — Вы найдете мою тетю? — уточнил ребенок. Стан в существовании мифической тетки сильно сомневался, однако кивнул, погладил мелочь по спине и примолк, пытаясь сообразить, с чего начать. То есть, надо отдать найденыша в приют, но в какой? Или его надо в больницу? А может, Рик разберется, все-таки он в полиции работает. Ребенок его размышлениям не мешал, тихонько посапывал, пригревшись. Дождь рассек свет фар, потом около остановки припарковался хорошо знакомый Стану серебристый флаер. Рик вылетел из салона пулей, чмокнул Стана в щеку, вручил ему два стакана с кофе и аккуратно взял на руки ребенка. Тот открыл глаза, приготовился захныкать. — Привет, — Рик улыбнулся. Красивый синеглазый блондин малышу понравился, наверное, какую-нибудь фею из сказки напомнил, к тому же, Рик был худощавым, без всяких выступающих металлических узоров и напылений, в общем, выглядел как обычный человек. Так что ребенок не протестовал, пока его, усадив на сиденье, быстро раздевали, сушили и обматывали в три слоя пледами. — Я принес тебе поесть, — сказал Рик. — Открывай рот… Вот так. Ребенок поглощал куриный бульон, счастливо и сонно улыбался и позевывал между впихиваниями ложки. — Куда мы его повезем? — уточнил Стан. — Тут недалеко есть отличный приют, отвезем туда. Его осмотрят, дадут игрушки из запасов. Стан допил свой кофе, отдал второй стакан Рику и загрузился на водительское место. Рик перебрался на заднее сиденье, придерживая ребенка, который в тепле и сытости уснул непробудно. — Забей в навигатор «проспект Гроз, 14», — посоветовал Рик. — И поезжай. — А ты адреса всех городских приютов знаешь? — удивился Стан. — Я же не всегда координатором спецопераций был, начинал в другом отделе. Пришлось наизусть выучить все… Тут налево. В этом приюте самые лучшие воспитатели, к тому же, судя по последнему отчету, он наименее загружен детьми, из сорока коек занято только семь. Ммм, горячий кофе, как же приятно. В приюте их встретили радушно, ребенка сразу же забрали, за ним поспешила красивая светловолосая девушка в белом халате. Рик занялся документами: читал, подписывал, заполнял бланки за себя и за Стана. — Я вас оставлю ненадолго, ладно? — просяще улыбнулась дежурная воспитательница, указывая на свой тяжелый живот. — Знаете, беременным очень часто хочется в туалет. — Конечно, миссис Мирс, без проблем, — Рик приступил к очередному бланку. Стан слонялся по комнате, не зная, чем себя занять, прислушивался к обстановке. Показалось, что где-то раздался знакомый плач. Стан одернул себя и подошел к Рику, полюбопытствовать, что там такого выдали на заполнение. — А это точно хороший приют? — уточнил он. — Мне кажется, я слышу, как ребенок плачет. — Ничего не слышу, — отрезал Рик, витиевато подписывая очередную страницу. — И тут отличные врачи, с чего бы ему плакать? — С того, что ему страшно, он снова в незнакомом месте… — Он сыт, завернут в теплые пледы, ему там вручили игрушку. Подпиши вот тут. И вот тут. И тут еще. Ага, спасибо. И вообще, пусть он учится, что иногда ему придется посещать врачей и проводить время в кабинете наедине с ними. Стан кивнул. Да, этому ребенку вообще придется привыкать ко многому: к приюту, к отсутствию семьи… Хотя, может быть, какая-то семья его все-таки усыновит, если не посчитают, что он слишком взрослый. Где-то внутри закололо, будто осколок снаряда заворочался. — Придется продавать флаер, — Рик поставил последнюю подпись, откинулся на спинку стула. — Делать ремонт в доме. Столько расходов, — он тяжело вздохнул. — А еще школа… Колледж. Может, твою почку продать? — Она у меня с имплантами, ее не купят, — отмахнулся Стан, потом озадаченно посмотрел на Рика. — А зачем продавать мою почку? И, погоди, какой колледж, какая школа? Мы слишком взрослые для них, нет? Рик поднялся, щелкнул Стана по носу. — Я понимаю, что зря тебя стукнул вчера ложкой по лбу, — покаянно сказал он. — Но ты все же соберись. Ребенку нельзя без образования. — Какому ребенку? — Нашему, — с Рика можно было писать картину святейшего терпеливца, насмерть замученного дурацкими вопросами. — У нас ребенок есть, Люк. Которому нужна своя комната, одежда, игрушки… твою почку точно нельзя продать? Стан моргнул пару раз, потом расплылся в глупейшей, но очень довольной улыбке. И внутри вместо колючего ощетинившегося ежа снова свернулась маленькая прохладная змейка, лукаво поглядывающая синими глазами. *** — Вот так золотая гадюка и белый тигр и взяли в семью маленького волчонка, — закончил Стан. Ответом ему было мерное посапывание, причем сразу всей его семьи. Реми свернулся клубочком под одеялом. Рик, пробравшийся неслышно в комнату, чтобы послушать сказку, тоже дрых, устроившись в кресле. Стан наклонился, поднял Рика на руки и понес в спальню, радуясь, что хотя бы для него не надо выдумывать никаких сказок. И можно просто уложить его в постель, устроиться рядом, обнять. — Но золотую гадюку я тебе еще припомню, — сонно сказал Рик, закидывая на него руку. — Непременно. А сейчас спи.