*
2 января 2022 г., 16:11
нахоя заходит на кухню в прекрасном расположении духа — на его губах красуется широкая озорная улыбка. риндо с соей, отвечающие за новогодний стол, переглядываются между собой, и оба понимают, нахоя точно что-то вычудил.
— ты чего такой веселый, улыбашка? — спрашивает соя, смотря в довольное лицо брата.
— так новый год же, — отвечает нахоя и смеется так весело и гаденько, что риндо с соей убеждаются в своих догадках: нахоя точно устроил какую-то заподлянку.
— я надеюсь, — риндо хмурит брови, — с раном все в порядке?
нахоя с раном сначала около часа искали новогодние игрушки — как оказалось, хайтани сами не помнили, куда засунули их после прошлого нового года, потому что праздновали огромной компанией в доме у братьев хайтани, и все напились в хламину — а потом столько же ебались с искусственной елкой и украсили ее минут за десять по любимому принципу нахои «на отъебись».
— ага, — нахоя ворует со стола кусок рыбы и отправляет его в рот, но получает палочками по пальцам от сои. — что? я взял всего кусочек, мы пиздец, как заебались. ран вырубился и спит, мне пришлось самому ебаться с гирляндами.
нахоя незаметно тянется за вторым куском красной рыбы, но на кухню залетает злой-презлой ран:
— ебаный в рот! кто из вас это сделал?
риндо с соей чуть наклоняются в разные стороны, чтобы понять, что имеет в виду старший хайтани, потому что нахоя закрыл им обзор. и в следующую секунду риндо громко истерически ржет с собственного брата, соя кое-как сдерживается, но хриплого смешка подавить не может и прикрывает ладонями тупую улыбку, но покрасневшие приподнятые щеки выдают его с головой — злюка еле сдерживается, чтобы не засмеяться. а нахоя, в отличие от младшего брата-близнеца, откровенно и нагло ржет, смотря на свое творение.
— хоя, блять! — ран догадывается, кто это вычудил; улыбашка чуть ли не напополам сгибается от смеха.
— тебе идет, — ржет риндо, — решил сменить стиль на новогодний?
с шутки младшего хайтани близнецов выносит еще сильнее, и соя тоже не может сдержаться и слабо смеется.
— улыбашка, — это уже спрашивает соя, — вы елку украшали или рана?
— бля-я-ять! — риндо сгибается в приступе смеха подобно нахое и ржет, стуча ладонью по столу. — соя, солнце... я тебя обожаю.
злюка и сам не понимает, как подъебывает рана. нахоя еще сильнее ржет с шутки младшего брата, и вся кухня тонет в громком, звонком смехе парней.
ран готов каждого из них придушить собственноручно, и хочет начать с нахои, который, блять, вплел ему ленты от новогодних игрушек в косы, пока он спал. и теперь у рана на концах косичек висят по три новогодних красных игрушки с оленями и снеговиками — маленькая, средняя и самая большая. игрушки прикольно дзынькают стоит им стукнуться или рану повернуть голову. старший хайтани прожигает в нахое дыры, а улыбашке кажется все похеру — у него предпраздничное настроение — ему сейчас на все откровенно похеру. лицо рана приобретает такой же красный оттенок, как и у висящих на его волосах игрушках.
— пиздец тебе, нахоя, — ран приближается к улыбашке, а новогодние игрушки перестукиваются между собой. и всех троих снова выносит с этого новогоднего перезвона.
и пока ран пытается поймать удирающего с кухни, ржущего нахою, риндо прижимает к себе сою и улыбается в его кудрявую макушку, пряча идиотскую улыбку, а соя также пытается успокоиться, утыкаясь в плечо риндо лицом.
мда, нахоя точно умеет чудить.
и создавать новогоднее настроение тоже умеет.
даже если при этом страдает один хайтани ран.
риндо с соей пытаются отсмеяться на кухне, потому что не каждый день увидишь хайтани рана с новогодними игрушками в волосах.
— блять, — риндо приподнимает очки и пытается проморгаться, он чуть не заплакал от смеха. зато теперь есть лишний повод постебаться над раном. — соя, солнце, у тебя не брат-близнец, у тебя брат-пиздец.
— ну, рин. — соя пихает своего парня локтем под ребра, но не злится. в целом, он согласен с риндо: нахоя — это действительно пиздец.
— не представляю, как ран его терпит. — хмыкает младший хайтани и разворачивает злюку к себе, чтобы поцеловать.
— рин, напоминаю, мы с братом близнецы.
— я помню, — хайтани оставляет легкий поцелуй на мягкой щечки сои. — ты — другое дело, мне в кайф с тобой проводить время.
и соя краснеет, потому что риндо не часто говорит ему такие признания. и это так непривычно слышать.
— дурак. — соя отворачивается, прячет смущенное лицо, но риндо все равно видит покрасневшие щеки и ушки.
но ему нравится такой вот соя: нахоя никогда не будет смущаться подобным образом и краснеть так очаровательно, как соя, тоже не будет. именно поэтому риндо никогда не сможет понравиться улыбашка, он совершенно другой, и соя ему нравится намного-намного больше.
— я твой дурак. — риндо целует сое кудрявые волосы. — солнце, посмотри на меня.
злюка отрицательно качает головой.
— ну, пожалуйста-а-а.
соя медленно приподнимает свое красное лицо и смотрит в довольное лицо риндо, на губах хайтани играет легкая насмешливая улыбка. младший хайтани наклоняется ниже, тянется к губам сои, чтобы поцеловать его, как из комнаты раздается невообразимый грохот, и риндо с соей замирают в паре сантиметров и испуганно смотрят в глаза друг друга.
— блять, ран. — слышится крик нахои из комнаты.
— хоя, ты ебанутый. — парирует ран.
риндо с соей срываются с кухни и бегут на крики старших братьев — господи, лишь бы они не попереубивали друг друга.
и первое, что видят младшие братья, вбегая в комнату, поваленную елку, разбросанные новогодние игрушки, которые слетели с веток, и старших братьев под упавшей елкой.
рыжую макушку улыбашки легко можно разглядеть сквозь зеленые колючие ветки, а вот понять, где валяется ран, можно только по его длинным ногам. и, судя по позе, нахоя лежит на ране, а поверх них лежит поваленная елка.
— пиздец. — единственное, что произносит риндо.
соя не знает, что и сказать, но согласен с младшим хайтани, пиздец это еще тот.
ран с нахоей умудрились нахуй повалить елку. молодцы, конечно, так держать.
— блять, помогите нам. — слышится голос нахои из-под еловых веток. — ран, не дергайся.
— тебе легко говорить, — это уже высказывается старший хайтани, — это ты лежишь на мне, а ты, между прочим, не пушинка, нахоя.
— че, блять?
— ай, хоя, больно же. лежи смирно и не дергайся.
риндо тяжело вздыхает и говорит злюке:
— соя, помоги мне поднять елку, пока эти двое друг друга не избили и не истыкали иголками.
младший кавата согласно кивает и подходит к елке с другой стороны, осторожно обходя шарообразные новогодние игрушки. риндо с соей переглядываются друг с другом, и оба думают, что это будет самый ебанутый их новый год.
зато веселый, ведь не каждый год на старших братьев падает елка.
главное, чтобы это не стало их традицией.
