Впусти меня

Просмотр игры с трибун и со стороны тренера — как небо и земля. Движения более четкие и быстрые, нежели с высоты, и ты можешь заметить, как напрягаются мышцы под тонкой тканью футболок. Игроков было действительно много, на что у тебя ушло около трех листов А4, дабы уместить список и пометки. — Т/И, кажется, Вы немного напряжены, — к тебе подходит Тобио. Пожалуй, он один из единиц, кто решился на такой подвиг, не считая гиперактивного Сатори Тендо. — Вас что-то беспокоит? — его уважительное обращение к тебе немного беспокоит, но ты не решаешься ему об этом сказать до тех пор, пока это не начнет бесить. — Тобио, ничего страшного, всё хорошо, — не отрываясь от бумаг в руке, отвечаешь ты. Говорить о том, что тебя беспокоит взгляд одного из лучших связующих совсем не хотелось, к тому же Кагеяма знаком с Ойкавой по средней школе. — Возможно, с кем-то из присутствующих у Вас не сложились отношения в прошлом? — на этих словах ты сжала края планшета, ногтями царапая поверхность. Прикрыв глаза, ты постаралась успокоить бурю эмоций, ведь она никогда ни о чем не говорила со средней школы. — Что было, то было, — сдерживая дрожь в голосе, отвечаешь ты. Тобио смотрит непроницаемым взглядом, словно роется у тебя в голове. — Тебе нужно поработать над выносливостью, так что начинай, — решив сплавить первогодку, говоришь ты. Ты не виделась с Тоору с средней школы, в те времена вы были лучшими друзьями с общими интересами. Ойкава любил нарабатывать свою еще не идеальную эйс-подачу, от которой в данной момент трясутся многие команды. Ты часто смотрела на юного Тоору, прижимая колени к себе, а он с широкой улыбкой рассказывал о своих успехах. Было весело, пока тебя не сломали. — Привет, — ты не замечаешь, как погрузилась в свои мысли. Проморгавши, поднимаешь глаза. Ты не хотела разговаривать с человеком перед собой, но в данной ситуации просто не можешь отказать. — Привет, — тихо говоришь в ответ. Между вами моментально вырастает напряжение, от чего в сердце неприятно йокает. В голове всплывают картинки прошлого — счастливого и беззаботного, возможно, со светлым будущем. — У тебя какой-то неотложный вопрос, Ойкава? — голос не дрогнул, ты вложила всю силу, чтобы он не понял, как тяжело тебе находится рядом с ним. — Да, — кивнул, нависая своей фигурой над тобой. Он вырос, теперь точно мог похвастаться своим ростом в 185 сантиметров. Не хочешь признавать, что не смотря ни на что, ты очень скучала по нему. — Почему ты исчезла? — дернулась, не ожидая такого вопроса. Планшет опустился, а твои глаза взглянули в его. Наверное, будь вы в более приватной обстановке без лишних глаз, то ты расплакалась бы, кинулась на него кулаками, проклиная всё его существование, даже спустя столько лет. На душе было до сих пор тяжко от каждого его упоминания, но ты не могла не пересекаться с ним, играя в одну игру. — Это сейчас так важно? — приподняв одну бровь, спросила ты. — Да, — снова этот взгляд. Ты знаешь, что Тоору в данный момент, да и с самого начала старшей школы, стал мега популярным у девушек, поэтому вряд ли бы запаривался на счет чувств одной из них, не будь у самого на душе чего-то большего. Он смотрит на тебя мягко, нежно и с некой теплотой. — Я знаю, что ты избегала бы общение со мной вне тренировки, поэтому не нашел времени лучше, чем сейчас, — он прав, ты бы убегала как трусиха, прячась в крошечной квартире. — Тоору, я… — ты была готова сказать, что не хочешь разговаривать, но он перебил. — Т/И, что случилось тогда? Ты перестала ходить в школу, сменила номер телефона, даже переехала! Я… — он быстро заговорил, словно боялся, что ты убежишь прочь в подсобку с спортивным инвентарем. — Ойкава Тоору, я не хочу об этом говорить, прошло три года, — ты отвернулась, вы начали привлекать лишнее внимание. — Не вмешивайся в мою жизнь, я прекрасно чувствую себя и без твоих переживаний. Парень явно был не готов к такому резкому ответу, но не потерялся, впутывая свои пальцы в волосы. Его карие светло-карие глаза на секунду закрылись, словно он погрузился в собственные мысли. Ты хмыкнула, прикусывая щеку с внутренней стороны. Главное не дать волю слезам от тяжелых воспоминаний его предательства. — Боже, Т/И, я просто не понимаю, почему это произошло, я думал мы… будем вместе, — в средней школе вы действительно проводили много времени вместе и между вами возникла некая связь, но прошло уже три года, чувства притупились, или просто погасли. — Прекрати меня мучать, — ты кинула раздраженный взгляд и отвернулась от волейболиста. Сейчас не самое лучшее время для откровений, а уж тем более в кругу незнакомых людей. Тоору больше ничего не сказал. Он не хотел портить тебе настроение еще больше, поэтому решил дать тебе время, ведь впереди еще целая неделя. Возможно ты поступаешь неправильно и стоит действительно выслушать его, но глубоко засевшая обида не давала тебе сделать шаг навстречу. Оставшееся время тренировки ты была немного раздражительной и нервной, что сказывалось на отношении с волейболистами, которым ты давала некоторые комментарии по игре. Ты все время возвращалась взглядом к Ойкаве, невероятному связующему-ассу, разговаривающим с давними знакомыми. — Хорошо поработали сегодня, — тренер громко хлопнул в ладоши. За окном стемнело, поэтому тренировку можно было закончить для первого дня. — До завтра, а все, у кого остались вопросы по общежитию, подойдите к Т/И, — ты кивнула, прощаясь с некоторыми игроками и тренером. Ты облегченно вздохнула, ведь из всех присутствующих не заметила его. Того, кто растоптал всё твоё нутро, сжевывая каждый миллиметр твоей гордости. Осталось разобраться с остальными ребятами, чтобы они с комфортом заехали в свои комнаты без лишних проблем. — Приветики, Т/И-чан, давно не виделись, — когда ты смотрела в записи, что дал тебе тренер, над головой выросла тень, а от голоса прошла дрожь по телу. Не может быть, ты же точно помнишь, что среди участников нет его. Глаза расширились, а в горле встал огромный ком, трудно дышать, раны под кофтой и бинтами невыносимо ноют, но ты терпишь, медленно поднимая взгляд. Атсуму Мия. — У тебя вопросы по поводу общежития? — не можешь унять дрожь в теле, а ноги словно подкосились. Кажется, ты можешь упасть от этого взгляда, который пронзает тебя насквозь. — А ты изменилась с нашей последней встречи, — словно игнорирует твой вопрос, оценивающе пробегая по тебе глазами. Блондин улыбается — притворно и слащаво, как делал это еще в средней школе. Он младше тебя на год, но позволяет фамильярность, ведь ты ничего не можешь сделать. — Такая яркая, не то что в средней школе… — его пальцы тянуться к твоим волосам, а ты глупо уставилась в его глаза. Тело отказалось слушаться, а его руки всё ближе и ближе. — Отойди от нее, Мия-кун, — руку одного из великих близнецов остановил Ойкава, что вырос буквально за долю секунду до соприкосновения. — Думаю, ей не нравится твоя компания, — хмуро заметил шатен, сильнее сжимая пальцы на кисти блондина. Ты потеряла дар речи, сжимая планшет в себя. Вокруг вас достаточно много игроков, но никто, кроме вас троих, не понимал до конца, что происходит. — Твоя ей тоже не очень-то симпатична, — вырвав руку из хватки, протянул Мия. Он потер покрасневшее место, облизывая пересохшие губы. Его глаза вновь вернулись к тебе, но на этот раз ты можешь заметить в них что-то еще, что тебя будет до конца жизни преследовать в страшных снах. — Ладно, увидимся в другой раз, Т/И-тян, — мило пропел волейболист и направился в стороны выхода из зала. Сердце чуть не выпрыгнуло из грудной клетки, когда Атсуму находился так близко к тебе, ты могла уловить тонкий аромат его дезодоранта, а еще нагнетающую хищную ауру. Он может показаться для других беззаботным и без преувеличения уверенным в своих силах, с ленивой улыбкой на губах, но ты знала этого человека с другой стороны. Трудно представить, что этот миловидный молодой человек, гордость старшей школы Инаризаки, способен на какой-нибудь гадкий поступок. — Ты в порядке? — Тоору — заботливый и добрый Тоору — попытался положить свою широкую ладонь на твое плечо, но ты дернулась, все еще не пришедшая в себя. Смотришь такими же испуганными глазами на бывшего лучшего друга, вжимаясь в свою кофту. — Да, всё хорошо, — отмахнулась ты. Чтобы отвлечься от мыслей об Атсуме, ты уже со спокойной улыбкой расселяла других волейболистов, которым требуется на текущую неделю жилье. Кажется, с тобой легко найти общий язык, ты достаточно открыто отвечаешь на вопросы по лиге, помогаешь разобрать мелкие ошибки, что заметила за короткую тренировку и прощаешься. Тоору Ойкава ждет тебя около выхода из зала, накинув спортивную куртку. На улице было достаточно прохладно вечером, поэтому ты немного поежилась. Тоору всегда был заботливым и добрым парнем, без лишнего лицемерия и эгоизма, но время не пощадило и его. — Что ты тут делаешь? Тренировка закончилась, — спокойно говоришь ты, убирая все бумаги в свою сумку. Шатен смотрит на тебя своими глазами цвета молочного шоколада, а затем легко улыбается. — Т/И, давай прогуляемся? — он говорит так непринужденно, что сразу вся горечь прошлого уходит. Ойкава берет твою руку, поглаживая большим пальцем небольшие костяшки. — Сегодня такой вечер… — глаза светятся в уличных фонарях. — Я… — ты хочешь что-то возразить, но Тоору не позволяет тебе это сделать, соприкасаясь своими губами к твоим — нежно и бережно. Связующий пахнет мятой и зимнем лесом, что приносит тебе спокойствие. Ты безусловно думала, что уже все потеряла, все твои чувства к нему давно угасли спустя три долгих года. Тоору заставляет тебя сейчас вновь забыться, почувствовать себя нужной и любимой. Больно. — Я думаю, нам стоит поговорить об этом, если ты будешь готова, Т/И, — шепчет парень в твои губы. Сердце пробивает несколькими ударами, а щеки моментально вспыхивают двумя алыми розами. Его руки большие, пальцы аккуратно перебирали твои, а еще ты чувствуешь тренировочные мозоли. Ты стесняешься поднять глаза на него, но изредка бросаешь кроткие взгляды, видя, как он спокоен и расслаблен. Вы не виделись три года, и ты не знаешь его уже так хорошо, как раньше, но что-то подсказывало, словно Тоору вовсе не поменялся, добавилось лишь излишняя самоуверенность, немного эгоизма и наглости. — Я… — снова начинаешь ты, силой заставляя себя вспоминать среднюю школу. — Прости, мне правда было тяжело тогда, — голос тихий, еле слышно, но парень явно услышал тебя. — Знаю, что тебе было тяжело тогда, но… Я так сильно хотел тебе помочь, старался изо всех сил, — каждое новое слово поражает твое крошечное сердце. Ты сжимаешь его руку неосознанно, но даешь понять, что тема для тебя очень щепетильная. — Прости. — Тогда… — вдруг, ты хотела спросить его о том, что тогда случилось, но остановила себя. — Тоору, я не знала, что мне делать. Все отвернулись от меня, даже родители, а ты… — сглотнув ком в горле, ты постаралась не заплакать.

***

В квартире была гнетущая атмосфера. Ты сидела в кресле, сжимая собственные колени, смотря красными от слез глазами на рассерженного отца и взволнованную мать. Ты никогда не чувствовала их любовь, ведь старалась делать то, что было тебе по душе. А вот младшая сестра была полной твоей противоположностью — идеально послушная и примерная дочь. — Ты кому-то говорила об этом? — ты сжимаешь челюсти от обиды. Только Тоору, которому доверяла все свои секреты. — Нет, — тихо ответила ты, глаза защипало. Ты хочешь закричать и убежать, перевернуть журнальный столик, разбросать всю книжную полку, но ты держишь себя в руках. Истерика. — И не вздумай! Если ты это сделаешь, то вся наша семья будет запятнана этим глупым инцидентом, — смешно. Тебе смешно и грустно одновременно, так как для твоих родителей это всего лишь глупая случайность… — Закончишь обучение на дому, а со старшей школы я куплю небольшую квартиру тебе в другом районе, — отцу проще решить всё деньгами. Тихий плачь который никак не тронет черствые сердца твоих родителей. Ты встаешь и уходишь в свою комнату, чтобы там упасть лицом на кровать. Всё уже закончилось, но такое ощущение, словно он продолжает издеваться над тобой. — Вам никогда не было дела до меня, — фыркнула ты, проходя мимо отца. Он не любил, когда что-то идет не по плану и это может омрачить его имя, поэтому он резко остановил тебя и влепил громкую пощечину. Ты шокировано уставилась в одну точку, так как не ожидала удара. Кожа начала зудеть, а глаза вновь начали заплывать слезами. — Неблагодарная дрянь! Пошла вон с глаз, — рявкнул он, а ты лишь послушно убежала в свою комнату. Ты стала ненавидеть себя, свою семью и свою внешность. Начинаешь сильно бить ни в чем неповинную подушку, выплескивая на нее шквал прямых ударов. Грёбанный Атсуму Мия.

***

— А я просто не успел ничего сделать… Ты так резко исчезла, словно испарилась, — говорит Тоору и останавливается под одним из уличных фонарей. Он смотрит в твои глаза, а ты в его, оба молчите. — Родители перевели меня на домашнее обучение… А затем отец купил мне небольшую квартиру, где я и живу сейчас, — выдохнула ты. Ойкава ничего не говорил, он давал тебе время расслабиться. Вы так и смотрите друг на друга. Внутри тебя все словно наливалось чем-то приятным, сладким и долгожданным, словно до этого ты чувствовала себя засохшим пряником, а сейчас уже свежевыпеченным печеньем с сахарной пропиткой и вкусной глазурью. — Давай как-нибудь сходим в кино? — странно было видеть на лице самоуверенного связующего смущение, на что ты усмехнулась. — Приглашаешь на свидание? — твои губы растянулись еще в большей улыбке от покрасневших щек Тоору. — Иначе и быть не могло.