Истории одного двора

Дни тянулись медленно и однообразно, но скучать не приходилось: почти всё время ты сидел с Марусей. Родители серьёзно вознамерились остаться здесь и устроились на работу. Вот и сиди теперь во дворе, да вытаскивай эту мелочь отовсюду, откуда только можно. Без дела она не сидела. То изваляется в куче песка, которая так и осталась лежать посреди двора (баба Феля долго ругалась с управдомом, но что поделать – лужа уже была засыпана битым шифером), то заберётся на крышу сарая и начнёт кидаться мхом оттуда, то поймает лягушку и прибежит к тебе хвастаться. Безудержное веселье на всё лето тебе обеспечено. Безудержное веселье было свойственно в целом всему двору. С раннего утра обычно начинались очень важные дела бабы Вару. То щедро насыплет пшено на подоконник управдому, приманивая тем самым стаи голубей, то решит покосить траву возле своего сарая старой и очень громкой газонокосилкой, то покрасит все ручки в подъезде невероятно яркой и потрясающе липкой зелёной краской. Скамейки во дворе тоже подкрашивались регулярно и в случайном порядке. Баба Феля тоже не сидела просто так: благоустройство двора само себя не сделает, субботник сам себя не организует, новости сами себя не расскажут, и управдом сам с собой не поругается. Творить добро непросто! Кроме бабы Вару и бабы Фели были и другие интересные личности. Например, дед Даня, которого за его мудрёные и не всегда понятные изречения весь двор называл Данте. Удивительно, как ему удаётся всегда быть таким спокойным. Весь бедлам и суета, казалось, проходили мимо него. И он всегда знал, чем закончится любой спор бабы Фели с бабой Вару. Спорили они часто. На любое действие бабы Фели у Вару находилась едкая фразочка. Молчать она просто не могла. На любое слово бабы Вару Феля тут же выходила из себя. Казалось, что они находятся в состоянии великой соседской войны и сосуществовать не могут никак. Однако кое в чём их взгляды всё же сходились. Происходило это в основном тогда, когда обе садились на лавочку возле подъезда и начинали обсуждать всё вокруг. Главной темой, конечно, была молодёжь. Нынче все сплошь и рядом наркоманы и криминальные элементы. Девки пошли – прости господи! А уж сколь наглые! Насущные проблемы молодым поколением не ограничивались. − Слышала, опять цены выросли, кошмар! − Хоть бы когда дождь пошёл, в огороде совсем ничего не всходит! − А очереди в поликлинике? Это ж надо с пяти утра занимать! − А в сельсовет вообще не попадёшь… Где-то на этом этапе к ним присоединялся Данте и начинал туманный монолог на тему "Что такое власть". Дальше можно было не слушать – всё равно не поймёшь. Баба Вару обычно довольно быстро убегала по своим, несомненно более интересным, делам. *** Было уже довольно поздно. Над верхушками зелёных кустов догорал фиолетовый закат, на землю спускались мягкие сумерки. Ты уже шёл домой после вечерней прогулки по посёлку, как заметил, что кто-то пробирается между соседских огородов. Приглядевшись, ты увидел бабу Вару, которая увлечённо высматривала что-то среди грядок. – Баб Вару, а вы чего тут так поздно? – А вы чего тут так поздно? – передразнила она. – Ты шёл куда-то – вот и иди. Ишь, ходит тут, полуночник какой. Несмотря на ворчливый тон, было заметно, что Вару в прекрасном настроении. Глаза горят, а ехидная улыбочка не сходит с лица. Тебя одновременно посетило две мысли: "что она забыла ночью в огороде" и "надо убраться домой, пока не начались проблемы". В том, что проблемы будут, ты не сомневался. На прошлой неделе Вару густо посеяла на грядках бабы Фели горчицу, и уже через несколько дней ростки моркови скрылись за буйно выросшей зеленью. Называется, пожаловалась любимой соседке, что ничего не растёт. Теперь растёт горчица. Долго ещё баба Феля голосила на весь двор и просила у деда Данте, любителя всяческих чаёв, "отвару от этой Вару". – Ну чего стоишь-то, поди сюда, помог бы хоть пожилой женщине! – Баб Вару, я вообще-то домой шёл... – вот только копаться в огороде посреди ночи тебе ещё не хватало! – Давай-давай, ну что за молодёжь пошла, никакой помощи не дождёшься! – не собираясь более дожидаться, баба Вару через забор сунула тебе в руки ведро. – Иди-ка, зачерпни водички. Когда ты вернулся с ведром воды, Вару уже выбралась из огорода с большим пакетом в руках и ножницами. Увидев в пакете разноцветные бутоны, ты понял, что чья-то клумба немного поредела и криков завтра утром не избежать. – Да не ссы ты, я ей взамен календулы посеяла, к сентябрю зацветёт. Жёлтенькая, как она любит, – проследив твой взгляд, вредная старушка усмехнулась. – Вперёд, нас ждут великие дела! Вскоре синие, фиолетовые и розовые цветочки были разделены на отдельные лепестки и брошены в воду. Туда же отправилась изумрудно-зелёная краска. – А теперь самое интересное! Уже помогая устанавливать возле какого-то гаража всё необходимое для цветочного сюрприза, ты вдруг понял, что даже не знаешь, кому он предназначается. – И всё-то тебе надо знать! Ставь ровнее, уронишь ведь! – ответа ты вряд ли дождёшься. *** В воздухе чувствовалась ночная прохлада, пахло сырой травой. Домой идти как-то не хотелось, да и интересно всё-таки, для чего были все эти пляски с вёдрами. Ты устроился возле открытого окна на чердаке – оттуда открывался неплохой вид на округу. Вскоре тишину нарушил рёв мотоцикла: во двор въехал немолодой мужчина и остановился возле того самого гаража. Ты вспомнил, как утром баба Феля говорила о возвращении Пика Фёдоровича – ещё одного вашего соседа. «Вот он-то поставит эту Вару на место! – надеялась блюстительница доброты и гармонии. – Они одноклассниками были, всю жизнь друг друга знают, кто как не он способен её утихомирить…» Приехавший слезает с байка, открывает ворота – и тут же оказывается под холодным душем из зеленоватой воды и лепестков. Слышится звон железного ведра и хохот бабы Вару. – Вару! Твою ж… Покажись уже! – Понравилась встреча, Пикушка? – из-за гаража вышла страшно довольная собой баба Вару. – Приятно освежиться с дороги, а? Пик явно так не считал. К его мокрым фиолетовым волосам прилипли разноцветные лепестки, с кожаной куртки скатывались дорожки воды, некогда белая футболка окрасилась в зелёный. Его глаза гневно сверкали. – Я тебе сейчас освежусь! Хихикающая Вару хотела было ретироваться, но стоило ей сделать шаг, как она тут же поскользнулась и растянулась на мокрой траве. Даже не пытаясь встать, она дёргала руками и картинно причитала: «Ох, Варушка-голубушка, как же это тебя угораздило!» Пик, по-видимому, уже не злился и, понаблюдав за концертом одной актрисы пару минут, протянул ей руку. – Поднимайся давай, голубушка, – немного издевательски хмыкнул он. Вскоре старые друзья уже вполне мирно сидели на лавочке, обменивались новостями и курили. На обещание Пика о том, что когда-нибудь она за свои шуточки дождётся, баба Вару только рассмеялась.