Love is forever

Осень. Слякоть на улице только лишь портила настроение Хёнджину. Единственное, что могло хоть как-то улучшить настроение Хвана — чашечка кофе. Хотя, лучше не чашечка, а стаканчик, так как он больше подходил под образ Хёнджина. Мягкое пальто песочного цвета, немного темнее кардиган, под которым пряталась белая водолазка и черные широкие штаны цвета пуговиц на пальто. Выглядел он на все сто процентов, ни одной пылинки. Можно было нетрудно догадаться, что он из богатой семьи. Если по внешности можно было усомниться в этом суждении, то манеры прямо твердили о том, что он богатенький мальчик. Кофе он и впрямь любил. Это была его маленькая мания, за которой он заходил ежедневно. Уже знал в каких местах продается самый вкусный кофе. Этот день не стал исключением, поэтому первым делом Хван отправился в свое излюбленное место. — Чанбин, будь добр сделать тоже самое, что и вчера, — Хёнджин настолько часто посещал, что выучил имена всех барист этого кафе. — Тыквенный латте? — будто бы он не знал о том, что обычно брал Хван, и каждый раз спрашивал одно и тоже. — Серьезно? — смерив Чанбина недовольным взглядом, будто он не может запомнить предпочтения постоянного посетителя, продолжил. — Ты сейчас смеешься надо мной? — злость накатывала на Хёнджина, но он из-за всех сил старался утихомирить самого себя. Сегодня явно будет не сладко работникам его компании. — Хорошо, я вас понял, — протянув прибор для оплаты покупки, он дождался чека и подал уже почти взорвавшемуся Хёнджину, которого так бесила эта спокойность. — Ваш кофе скоро будет готов, — произнес с улыбкой на лице Чанбин. Как бы странно не было, но Хван любил хранить чеки в карманах пальто. Говорили, что эта его очередная привычка приведет к бедности, но пока было всё хорошо и даже лучше, поэтому Хёнджин не переживал по этому поводу. Считал, что все суеверия — полный бред. Одним словом — не верил в них. Он был уверен, что если бы знал все суеверия и как от них избавляться — давно бы погряз в различных бедах. Пока Хёнджин внимательно рассматривал чек, прежде чем положить в карман, и возмущался по поводу того, что сироп подорожал на 16 вон. Беспредел? Да, но зато кофе того стоит. Он не заметил, как какой-то мальчик с необычным цветом волос столкнулся с ним, оставив на его пальто большое коричневое пятно. Хван даже толком не почувствовал столкновения, если только совсем капельку. Ладно Чанбин тупил и выводил светловолосого, но пятно на одном из любимейших пальто стало последней каплей его терпения и он схватил за шиворот бедного мальчишку, держась изо всех сил, чтобы не врезать ему по лицу. Это его испуганное лицо и бегающие глаза остановили Хёнджина от предполагаемой допустимой ошибки. — П-простите, я случайно, — заикаясь, произнес парень. Его фиолетовые волосы, которые так привлекли взор Хёнджина, отчего он даже после слов мальчика не отводил своего взгляда с них, а потом спустился ниже, пропустив молящие карие глаза о пощаде, остановился на веснушках, которые вразброс располагались на молочной коже неизвестного паренька. Когда Хван всё же отпустил ворот парня, последний сразу же старался успокоить своё дыхание. Переведя взгляд на Хёнджина, он предложил: — Совсем недалеко находится моя квартира. Я мог бы постирать ваше пальто, а вам дать другое. Если вы никуда не торопитесь, то… — он не успел договорить, как Джинни прервал его. — Хорошо, — так коротко, отчего парень немного остолбенел от такого неожиданного согласия. — Ну так что, куда идти-то? — совсем позабыв о том, что он несколько минут назад заказывал кофе, Хёнджин был готов пойти куда угодно, этот парень как-то действовал на него. Он каким-то своим нутром чувствовал, что они смогут подружиться, но пока начало их общение не заладилось. — Ах, прошу прощения, — вернувшись в реальность и улыбнувшись так ярко, что можно было ослепнуть, мальчишка повел за собой Хёнджина, который кротко следовал за ним. — Как тебя зовут? — идя ровно с мальчиком, Хван поинтересовался, ведь так и не узнал к кому он идет домой. Да и по имени будет обращаться к нему намного легче. — Феликс. Ли Феликс, — так же радостно улыбнувшись, он продолжил. — Можно звать меня просто Ликси. Я вовсе не против. Не сильно люблю, когда меня называют полным именем, слишком по-деловому, — скорчив рожицу недовольства, он поинтересовался. — А как тебя зовут? — Хван Хёнджин, — протянув руку в знак приятного знакомства, на что он получил взаимный ответ, в виде пожатия маленькой теплой ручки. Кажется, Феликс не догадывался о том, насколько Хёнджин богат и его лик светится на каждом углу. Либо делал вид, что не знает, кто такой Хван Хёнджин. — Мы почти дошли, — указав своей ручкой на ближайший дом, к которому они приближались еще ближе и можно было рассмотреть насколько он бедно выглядел (по мнению Хёнджина). На самом деле дом был среднестатистического человека, пятиэтажный. Феликс считал, что это лучше, чем ничего. Хотя бы имеет крышу над головой. И он совершенно не считал его бедным. Крутя один вопрос: зачем он только пошел за этим Феликсом? — он вспомнил эту улыбку и доброе отношение к нему, что явно после происшествия этому никак не соответствовало. Солнышко — так прозвал его в своей голове Хёнджин. Никакое другое слово, описывающее Феликса, не приходило на ум Хвана. Дойдя до квартиры Феликса в тишине, внутрь первый зашел хозяин, приготовив тапочки для гостя, говоря о том, что отопление еще не включили, поэтому придется обойтись пока тем, чем возможно. Забрав у Хёнджина пальто, он направился в ванную, пока другой рассматривал помещение. Оно было таким же светлым, как и сам хозяин. Гостиная, соединенная с кухней. Большой деревянный стол, находящийся в части кухни. В гостиной же располагался кожаный диван бежевого цвета и черный экран телевизора напротив него, явно не соответствующий цветовой гамме квартиры. — Ты проходи, — произнес выглянувший Феликс из ванной комнаты. — Я скоро рассправлюсь с твоим пальто и присоединюсь к тебе. На это Хёнджин лишь кивнул и прошел к столу, ожидая хозяина этой квартиры. Интересоваться, что находится в других комнатах не было смысла, было и так понятно, что две соседние двери — это ванная и уборная комнаты. Другая же, отдельная от них — спальня. — Скоро подсушится твое пальто, и ты потом сможешь его снова надеть, — пройдя на кухню, Феликс закатал рукава свитера и проговорил. — Я так полагаю, ты заказывал кофе, пока не столкнулся со мной, а потом вообще забыл про него, так ведь? «Точно! Кофе…» — Хёнджин только сейчас вспомнил о нём, и то, благодаря Феликсу. Резко стало на душе так грустно от воспоминания о своей забывчивости. — Тогда я приготовлю его тебе сам, — увидев реакцию Хвана, Феликс был уверен в том, что он попал прямо в цель со своим предположением. — Почему ты так добр ко мне, если я тебе чуть в рожу не дал тогда? — действительно, этот вопрос в глубине души беспокоил Хёнджина. Другие бы его послали бы уже очень давно, но Феликс… он какой-то другой. Будто не из этой вселенной вовсе. — Я тогда посчитал, что у тебя просто не задался день, поэтому хотел его хоть как-то улучшить. И мне кажется, что у меня это вполне, пока что, выходит, — слегка пожав плечами, Ли включил плиту и принялся готовить кофе. Запах был настолько изумителен и изыскан, о котором только мог и мечтать Хёнджин. Он никогда прежде не чувствовал такого блаженного запаха. Теперь он точно знал у кого хотел бы пить кофе ежедневно, и этот человек стоит прямо перед ним, стоя к нему спиной и варя кофе. — Я раньше не видел тебя в том кафе, — промолвил Хёнджин. — Ты недавно переехал? — Да, ты прав, — проговорил, не переставая помешивать кофе в турке. Где он её только раздобыл? Этот вопрос остается открытым. — Мама посчитала, что я уже довольно-таки самостоятельный и смогу уже спокойно без неё жить, поэтому мы вместе выбрали с ней квартиру для меня и теперь я здесь. Первый месяц оплатила она сама, а вот следующие — плачу я. Пока я, так скажем, в поисках работы. Но мои поиски провальны, — грустно усмехнувшись, он достал две кружки и разлил по ним сваренное кофе. — У меня есть к тебе деловое предложение, — по лисьи взглянув, он продолжил, пока Ли пододвигал кружку поближе к Хёнджину. — Я предлагаю тебе работать в моей компании, — руки Феликса остановились, а сам он медленно поднял взгляд на парня. — У тебя есть компания? Своя? — а ведь Хёнджин до конца был уверен, что Феликс смог узнать его по новостным пабликам, но, кажется, это было не так. — Ну так что? Ты не прочь быть моим сотрудником? — видя всё еще ошарашенное лицо Ли, он протянул свою единственную визитку со своим номером телефона и адресом, где расположен его офис. Вкус кофе, приготовленный собственными руками Феликса был настолько изумителен, что Хёнджин прикрыл глаза от удовольствия. Такого кофе он и вправду ни разу не пробовал. То ли это было связано с тем, что Джинни нравится проведенное время с Феликсом, тем самым и всё, что сделано его руками, то ли Ликси и правда готовит лучше любых барист этого мира. — Какую должность я буду занимать? — опомнившись, произнес Ли, от напряжения выпивая большой глоток кофе. — Должность моего секретаря. Будешь таскаться со мной везде и всё то, что обычно делают секретари, — от такого заявления Феликс чуть не подавился очередным глотком кофе. — И какова зарплата? — откладывая чашку подальше, чтобы лишний раз не отпить и не подавиться очередным глотком. — Достаточно, чтобы не жить в этом захолустье, — Хёнджин видел беспокойное лицо Ликси, который не мог решить. Но в конце концов выдал: — Хорошо, я буду работать у тебя… у Вас, — сразу же постарался исправить себя Феликс. Как никак он сидит напротив Господина Хвана. — Ох, Ликси, не стоит прелюдий. Ты спокойно можешь обращаться ко мне на «ты», — это исправление самого себя позабавило Хёнджина. В основном, Хван не разрешал сотрудникам обращаться к нему на «ты», это было крайне непозволительно. А теперь появился этот веснушчатый мальчик, который изменил эту систему, но изменилась она только ради него одного. Неизвестно, что действовало Феликсом в тот момент, но он полез через весь стол к Хёнджину, который также непонимающе смотрел на него. И остановился в нескольких сантиметрах от его лица, обжигая его лицо своим дыханием. «Это дыхание так мучило Хёнджина. Его желание впиться в губы этого мальчишки было таким невыносимым. Как ни странно, но поцелуй начал не Хёнджин, а другой. Боязливо, неторопливо, с ноткой нежности. И что самое главное, он был взаимным. Поцелуй мог вот-вот прерваться, поэтому Хёнджин полез к шее Феликса и обхватил её двумя руками, давая понять, что не хочет на этом останавливаться. Сминая губы друг друга и имея дикое желание оказаться намного ближе, они то и дело двигались по направлению друг к другу, притягиваясь как магниты. Каким-то образом оказавшись на столе, скинув чашки на пол, от чего те разбились в дребезги, но обоим не было до них дела, они были готовы разорвать одежду с друг друга, но никак не расстраиваться по поводу разбитых чашек. Хёнджин не переставая целовал шею Феликса, оставляя не сильно красные пятна на ней, медленно спускаясь ниже к выпирающим ключицам, пока Феликс, издавая протяжные стоны, располагаясь под Хваном, старался цепляться за предплечье другого. — Джин~и, — испустив очередной стон, Феликс произнес, слегка останавливая Хёнджина. — В моей спальне в тумбочке рядом с кроватью лежат презервативы и смазка. Хёнджин понял без подробностей и, слегка коснувшись своими губами носа Феликса, удалился в спальню и через несколько секунд вернулся обратно. Ликси даже дыхание не успел перевести, как всё это снова возобновилось, но с какой-то большей уверенностью. Горячие руки Хёнджина касались такого же горячего тела Феликса, пройдя по спине последнего, подушечками пальцев касаясь лопаток, которые то и дело смыкались и размыкались. Казалось, сам воздух был пропитан горячей атмосферой. Воздуха — и правда — обоим не хватало. Стянув с Феликса свитер, который сразу же полетел к разбитым чашкам, Хёнджин уже оставлял следы не только на ключицах, но и спускался еще ниже. Феликс не отставал от Хвана и тоже снял с него весь верх, который имелся на нем. Они остались без верха и Ли мог спокойно оставлять следы на спине и руках Джинни, не боясь, что случайно порвет одежду. Вслед за верхом, в скором времени снялся и низ, оставив обоих без одежды. Желание поиметь друг друга оставалось у каждого на уме, но их действия сами выводили к этому. Возбуждение, которое так и нарастало с каждой минутой, пробудило у обоих какой-то зверский аппетит. — Ликси, — с отдышкой произнес Хёнджин у самого уха другого, из-за чего мурашки разбросались по всему телу, — ты уверен, что хочешь? — Да, — на одном выдохе произнес он. Отстранившись от него, Хёнджин подошел к тому месту, куда он в последний раз положил вещи, принесенные из спальни. Обильно налив смазку на свои пальцы, он вернулся к Феликсу, который уже смог почувствовать холод, лежа на этом столе. Притянув ближе к себе лежащего Ли за талию, он сначала медленно и неуверенно вводил свои пальцы в отверстие. Несдерживаемый стон выпустил из уст младшего. Продолжая целовать куда только можно дотянуться, Хёнджин пальцами входил сначала медленно, затем ускорялся, слушая эти сладкие стоны, которые ласкали слух.» — Хёнджин, — кто-то позвал его, снимая с него пелену мечтаний. — Извини, у тебя тут на щеке ресничка была, — икренне улыбнувшись, произнес Феликс, усаживаясь на прежнее место напротив него. — Не стоит извиняться, — из головы всё никак не выходил образ обнаженного Феликса.