Темная фигура моих снов

      У вас есть рутинные дела, которые вы делаете уже не задумываясь?       Наш главный герой — Гилдерой Локхард, именно такой. Недавно он встал на пост учителя Защиты от темных искусств. Мужчина ещё не успел познакомиться со всеми его коллегами, но ему уже нравилась его работа. Пускай он и понимал, что успел сделать много неправильных вещей за свою жизнь. Может, став для детей наставником в таком нелегком предмете, он искупит часть своих грехов? В глубине души Гилдерой на это надеялся.

***

-Доброе утро, дети, — уставшим взглядом окинув класс произнес мужчина. Кто-то из детей смотрел на него недоверчиво, с опаской. Кто-то с интересом и предвкушением интересного урока. Кому-то было все равно, — сегодняшняя наша тема — пикси, — мужчина зевнул. Бессонная ночь не прошла даром. Он составлял оставшиеся программы для каждого курса на первые полгода, — открывайте учебники на странице триста девяносто четыре, пусть мистер Смит прочтет нам первые три абзаца, а дальше его сосед. После обсудим. Понятен наш план на урок?       Класс кивнул. Все сосредоточенно уткнулись в учебники, и лишь обеспокоенная мисс Грейнджер робко посматривала на учителя, желая попросить разрешение отправиться в свою комнату. Спать хотелось ужасно.

***

      «Я тут второй день. Наверное, никогда не смогу привыкнуть к такому количеству коридоров.»       В коридорах Хогвартса было темно. Гилдерой старался ходить аккуратнее. Этим вечером Дамблдор ожидал его с кипой документов, и он старался их не рассыпать по дороге к его кабинету.       Столкнувшись с темной фигурой, мужчина неуклюже упал на пятую точку и глупо ойкнул. Документы рассыпались прямо у ног полуночного прохожего. -Извините, я вас не заметил. Темнота страшная, да и вообще…       Ему протянули руку. Наконец Гилдерой посмотрел кто перед ним. Никто иной как профессор Северус Снейп нависал над ним тенью. «Ужасающее зрелище», — подумал Гилдерой, но принял руку помощи.       Встав с пола, мужчина нагнулся поднимая бумаги, рассеянно бегая из стороны в сторону. Строгий взгляд ощущался спиной, было неловко. Наконец, собрав всё, Гилдерой посмотрел на Северуса: он словно дитя ночи, казалось тут же обернется черным вороном и сольется с темнотой ночного неба. Вид его был величественным, захватывающим, но вместе с этим до ужаса пугающим. Локхард не мог отвести взгляд: луна так завораживающе освещала мрачную фигуру Снейпа, что мужчина завис на какое-то время, наверняка с глупым выражением лица. Наконец, он столкнулся с презрительным взглядом Северуса. — Я…извини, случайно вышло. Я шел к профессору Дамблдору, нужно бумаги отнести, ну и…- мужчина сам не заметил, как его речь превратилась из спокойной в быструю и нервную, захотелось себя отдернуть, — в общем, не мог бы ты эм…подсказать дорогу до его кабинета?       Вообще-то Гилдерой был в курсе как пройти к кабинету Дамблдора, он сам не знал зачем это спросил. Вся эта ситуация казалась глупой, почему-то мужчина ужасно нервничал в присутствии Северуса. Так нервничал, что потели ладони и сбивалось дыхание. Словно у него случился приступ такихардии. — Директорская башня, Локхард, — произнес он так, словно сказал самую очевидную вещь в мире, — что за глупые вопросы? Будто бы вы не учились здесь никогда, — с подозрением заключил Снейп.       «Действительно. Невиданную глупость сморозил» — подумал Гилдерой. — Благодарю. — всё, что ответил он, прежде чем продолжить свой путь дальше и побыстрее скрыться от этого презрительного взгляда чернильных глаз.       Спиной он все равно его ещё чувствовал, но продолжал бежать со всех ног под оглушительный стук своего сердца.       Этой ночью Гилдерой так и не отнес Дамблдору те злосчастные документы, как и на следующее утро. Мысли его были слишком далеки от всех его обязанностей.       Где-то в районе бледной кожи, освещаемой луной и черных глаз, смотрящих прямиком в душу.