Дуэль\DUEL

Примечание автора: Напоминаю всем, что крестражей в этой истории не существует. Я также сказал нескольким людям в ответах на отзывы, что Дамблдор наконец-то получит небольшую месть. Он получит немного в конце этой главы, но меньше, чем предполагалось, поскольку глава быстро стала слишком длинной, чтобы я смог добраться до этой части. Спасибо. Монстр, известный как Волан-де-Морт, всегда был вынужден слишком полагаться на других, чем ему хотелось бы: в школе он полагался на благотворительность, чтобы оплатить обучение, полагался на своих Пожирателей смерти, чтобы захватить магическую Британию, в тайне полагался на тела животных, чтобы вселиться в них, или на затылок Квиррелла несколько лет назад. Однако никогда он так не зависел от других, как сейчас, ведь он мог только лежать на кладбище со своим жалким временным и слабым телом, надеясь, что Барти Крауч-младший был прав и что Макнейр преуспел в своем плане привести к нему Гарри Поттера и девочку. Мальчик, по крайней мере, был необходим для его возрождения. Иначе одно его прикосновение или одно заклинание, и он, скорее всего, вернулся бы к тому, с чего начал, - к жизни в виде развоплощенного куска драконьего помета, хотя даже это было бы улучшением по сравнению с тем, до чего он докатился. Кроме того, если он хочет вернуть поддержку своих ныне распущенных Пожирателей смерти, ему придется начать с убийства Поттера и доказать, что он лучше, чем простой ребенок. Если бы Макнейр потерпел неудачу или решил доказать ему свою нелояльность, то ему пришлось бы ждать и пытаться придумать другой способ добраться до него, а в его нынешнем состоянии это было бы невозможно, и ему пришлось бы снова полагаться на помощь других. Для всемогущего Темного Лорда и возможного правителя мира это было бы непосильно. Ему не терпелось вернуть свое тело и доказать, насколько сильным он еще может быть. По крайней мере, тело, которое он создаст для себя, будет даже лучше прежнего. В дополнение к нескольким улучшениям, которые он добавит в зелье возрождения, он также будет использовать кровь вейлы. Если все будет сделано правильно, он сможет вобрать в себя хотя бы часть ее способностей. Не в смысле безумного влечения, его такие вещи волновали меньше всего. Его возбуждало, конечно, мучения людей. Ему больше нравилась ее способность заставлять мужчин делать то, что они хотят, чтобы добиться их расположения, - полезный навык, который он наверняка сможет использовать. Обычно он заставлял своих Пожирателей смерти действовать через страх, но таким образом он смог бы сделать это через большую преданность ему. Тот факт, что это будет исходить от собственной девицы Поттера, самой красивой из всего его маленького гарема, который он собирал вместе, делал ее еще более привлекательной. Теперь ему оставалось только надеяться и ждать. Наконец, когда он наблюдал за происходящим, появился проблеск света, и он увидел, как прямо перед ним появились два человека и Кубок Турнира. - Выруби девчонку! - приказал он Барти-младшему, чтобы у них не было ни единого шанса сбежать. Его приспешник тут же выполнил просьбу и вырубил девочку заклинанием. Однако он позволил мальчику сохранить сознание. Он хотел, чтобы тот стал свидетелем его перерождения. Вместо этого Барти быстро связал его по рукам и ногам, но тот не сопротивлялся. Для пущей убедительности его также привязали к могильному камню. Хотя Барти был разочарован тем, что его молодой противник не смог оказать серьезного сопротивления, поскольку он был наслышан о его дуэльном мастерстве, он также почувствовал облегчение от того, что ему не удалось сбежать. Он использовал Легилименцию на мальчике, чтобы убедиться, что это действительно он. Быстрый просмотр его мыслей показал, что в его голове нет ничего, кроме того, что можно было бы ожидать найти. Решив пока не обращать на него внимания, он приказал Барти-младшему провести ритуал. К его чести, Барти сделал это безупречно, даже не колеблясь, когда требовалось отрезать собственную руку или взять кровь и у мальчика, и у девочки. По крайней мере, он показал себя абсолютно верным последователем, а это довольно редкий и ценный человек. С его навыками он мог бы далеко пойти в организации Пожирателей смерти. Из него получился бы хороший актив. Наконец настал момент, которого он так долго ждал: его подняли и бросили в огромный котел. Это было, конечно, больно, но он все равно чувствовал, как растет его тело, восстанавливаясь, лучше, чем когда-либо. Через минуту он почувствовал, что его ноги достаточно окрепли, чтобы он смог подняться из котла. - Одень меня, - приказал он Барти-младшему. Его слуга тут же выполнил приказание и надел на него мантию, когда тот вышел из котла. Проверив свое новое тело, чтобы убедиться, что все прошло успешно, он с радостью обнаружил, что теперь может пользоваться им в полной мере. Барти-младший передал ему свою палочку, и он использовал ее, чтобы наложить заклинание на могильный камень, превратив его в собаку, которую он тут же убил убийственным проклятием. Значит, он тоже полностью использовал свою магию. Хорошо. Наконец он снова обратил внимание на своего слугу. Тот, похоже, догадался, чего он хочет, и протянул свою оставшуюся руку, ту самую, на которой была темная метка. Прижав к ней свою палочку, он вызвал изображение черепа и змеи, призывая всех Пожирателей смерти, которые все еще были ему верны, вернуться. Сначала он терпеливо ждал, гадая, кто придет, а кто окажется настолько глуп, что не вернется, но по мере того, как проходило время, он становился все более нетерпеливым. Наверняка у них уже было достаточно времени? Он все еще ждал, даже целых 20 минут, но единственным живым существом, которое появилось, была божья коровка, которую он раздавил ногой. - НИ ОДНОГО! - наконец прорычал он, - Ни один Пожиратель Смерти все еще верен мне. ТРУСЫ И ДУРАКИ! Он начал разрушать надгробия, чтобы выпустить накопившийся гнев. - Возможно, связь больше не работает после стольких лет или в вашем новом теле, - предположил Барти-младший. Пытаясь вернуть себе самообладание, он вынужден был признать, что это вполне возможно. Это было, конечно, лучше, чем альтернатива. Без поддержки он уже был обречен на провал, и кто знает, сколько времени потребуется, чтобы вернуть их преданность или собрать армию новых последователей. С этим ему придется разбираться позже. Наконец он обратил свое внимание на мальчика, который выглядел совершенно беспомощным и слабым, привязанным к могильному камню и сидящим рядом со своей маленькой игрушкой вейлой. Теперь, когда его кровь текла по венам, он мог убить его. - Итак, мой юный заклятый враг, наконец-то мы встретились лицом к лицу, - сказал Волан-де-Морт, обращаясь к нему. К его чести, мальчик выглядел спокойным и собранным, то ли благодаря храбрости, то ли по глупости. - Похоже, что мы наконец-то встретились, - ответил он, оглядываясь назад, его глаза смотрели на него так, словно ему было просто скучно. Он решил, что обязательно преподаст мальчишке урок, прежде чем убить его за отсутствие страха. - Я хотел, чтобы ты стал свидетелем моего возрождения, свидетелем того, что, несмотря ни на что, ты не смог предотвратить мое неизбежное возвращение. Я все равно стану самым могущественным Темным Лордом на свете и отниму у тебя все, что тебе и всему миру дорого, -Волан-де-Морт сказал ему с усмешкой. - Похоже, тебе все еще не хватает армии, чтобы сделать это, - заметил он, имея наглость рассмеяться после этого. Мой Поттер был болтливым. Возможно, ему стоит вырвать зубы и язык, чтобы посмотреть, насколько он был болтлив. - Это будет лишь небольшая неудача. Если бы ты пережил эту ночь, ты бы скоро в этом убедился, - ответил Волан-де-Морт: «Возможно, если ты будешь молить о пощаде, я позволю тебе прожить так долго». - С моего места я бы сказал, что это ты должен молить о пощаде, - ответил он. Поттер, очевидно, почему-то решил, что ему по-прежнему ничего не угрожает. - Ах, если ты имеешь ввиду защиту твоей маленькой матери, то ты поймешь, что это больше не то, за чем ты можешь просто спрятаться, - сообщил ему Волан-де-Морт: «Возможно, раньше это помогало тебе, но уверяю тебя, теперь я могу коснуться тебя». Он положил руку прямо на его лоб, где находился шрам, и прикоснулся к нему. К его огромному удовольствию, он ничего не почувствовал, никакой боли, даже повреждения пальца. - Видишь! - воскликнул Волан-де-Морт, впиваясь в Поттера, который, как он был уверен, теперь дрожал от страха, - Даже ты не сможешь остановить меня, и я докажу это прямо здесь и сейчас! Я дам тебе последний шанс спастись на дуэли со мной. Его юный противник выглядел совершенно невозмутимым и, взглянув на Барти-младшего, спросил: «Как ты докажешь, что ты сильнее меня, если ты собираешься использовать его, чтобы помочь себе?» - Мне не нужен никто другой, чтобы победить тебя, мой жалкий заклятый враг, - ответил Волан-де-Морт. - Уж прости, но я тебе не верю, - ответил он. Решив, что это не так уж и важно, поскольку ему не нужна помощь Барти-младшего в победе, он обратился к своему слуге и сказал: «Я собираюсь привязать тебя к могильному камню и вырубить». - Хозяин, а если вам понадобится дополнительная помощь? - спросил он, обхватив свой обрубок руки. - Глупец! Ты смеешь спрашивать, смогу ли я победить в поединке четырнадцатилетнего подростка? - прорычал он. Хотя он намеревался заменить ему руку, он решил, что пока может обойтись и без нее. Ударив его заклинанием, которое вырубило его, он левитировал его тело к могильному камню, а затем связал его. - Ну вот, теперь нас только двое, - отметил Волан-де-Морт. Он разрезал путы мальчика, из которых тот тут же выбрался и встал лицом к нему. Бросив в мальчика свою палочку, которую тот поймал, они теперь оба стояли вооруженные. - Для начала поклонимся друг другу, - начал Волан-де-Морт. - Я знаю, как проводятся дуэли, - спокойно напомнил ему Поттер. Он уже устал от этого мальчишки, и ему будет только приятнее, когда он будет пытать его, прежде чем убить. К его чести, он поклонился одновременно с ним, и когда началась дуэль, он уже был готов и двигался. Хотя он слышал, что мальчик был дуэлянтом мирового класса, он не был полностью уверен в его умениях, только в том, что они были не так хороши, как его собственные. Возможно, когда он был в возрасте мальчика, это была бы довольно близкая дуэль, но опыт десятилетий оказался решающим фактором. Мальчик уклонялся от заклинаний так же хорошо, как и бросал их, используя заклинания гораздо выше своего уровня, но ничего такого, от чего он не мог бы защититься. Однако по мере того, как продолжалась дуэль, он продолжал использовать все более и более сложные заклинания. - Похоже, я тебя недооценил, - Волан-де-Морт бросил на него взгляд: «Но если ты надеешься победить меня, тебе придется приложить больше усилий». Он ничего не сказал в ответ, просто сосредоточившись на произнесении следующего заклинания, за что его нельзя было винить - его, вероятно, заставляли изо всех сил сосредоточиться на дуэли, в которой даже он должен был знать, что не сможет победить. Даже сейчас напряжение дуэли, очевидно, уже давило на него. Он уже выглядел намного старше своих 14 лет, а его лицо и даже волосы как-то побелели. Вполне вероятно, что он может оступится в любую минуту, рассудил он. Но как раз в тот момент, когда он это подумал, его противник решил предпринять последнюю отчаянную атаку, используя магию, с которой он никогда раньше не сталкивался. От первых нескольких заклинаний ему удалось защититься щитом, но одно каким-то образом нашло проход и попало ему прямо в грудь. С воплем он пошатнулся, но был связан еще до того, как упал на землю. Он слышал, как его противник приближается, даже когда лежал, не в силах пошевелиться. Невозможно! Как мог простой мальчишка так победить его? Он был величайшим, самым могущественным волшебником в мире, а этот мальчишка использовал более совершенную магию, чем знал даже он. Только у одного волшебника была возможность победить его, думал он... - Привет, Том! - обратился к нему его противник, когда поднялся и встал над ним. Это был не голос Гарри Поттера, и, когда он поднял на него глаза, это не было его тело, единственное, что было похоже, это то, что он все еще был одет в школьную форму. Это был Дамблдор, его собственная палочка, как теперь стало видно, тоже не принадлежала Гарри. Даже она, очевидно, была заколдована без его ведома. Волан-де-Морт издал нечеловеческий смех, хотя и понял, что его обманули. Это был не Гарри Поттер, это никогда не был он. Только что состоялась дуэль, которой он всегда старался избежать, и теперь он знал, что был прав, избегая ее. Несмотря на все его усилия, его старый учитель по-прежнему был самым могущественным. - Полагаю, ты узнал о плане Макнейра? - спросил Волан-де-Морт с гоготом. - У Макнейра вообще не было такого плана, - заявил Дамблдор: «Сейчас он находится под замком, его где-то прячут на случай, если я смогу использовать его в дальнейшем. Все это было частью моего плана. Настоящий Гарри Поттер тоже все еще заперт, но вейла, по крайней мере, настоящая, я просто позаботился о том, чтобы переместилась в запертую комнату, прежде чем присоединится к ней непосредственно после превращения в Гарри Поттера. У нее не было достаточно времени, чтобы понять, что я на самом деле не он. Барти-младший, если тебе интересно, всегда был предан тебе, даже если ты не понимал, что я использовал его, чтобы привести меня прямо к тебе». - Почему бы не сделать это сразу? Ты мог бы просто схватить или убить меня, пока я был еще слаб, - заметил Волан-де-Морт. - Это не пошло бы на пользу моим планам, - признал Дамблдор: «Кроме того, я слишком долго добивался этой дуэли, чтобы не захотеть воспользоваться ею. Ты всегда был слишком труслив, Том, пытаясь избежать меня». - Это ты трус! - закричал Волан-де-Морт, - Сидишь и прячешься в своем маленьком уютном кабинете в замке! Ты мог бы стать великим, но ты полностью растратил свой потенциал! - Я просто оттягивал время, - признался Дамблдор. - Похоже, даже ты не смог устоять перед желанием обрести истинную силу, - предположил Волан-де-Морт. - Я никогда не пытался сопротивляться этому, - ответил Дамблдор: «Действительно, это всегда было моей целью, конечно, ради высшего блага, но мне приходилось ждать, пока я наконец не нашел способ добиться успеха. В отличие от тебя, у меня есть план, который будет работать. Сколько времени, по-твоему, займет поражение, если магглы узнают о нас? Ты должен слишком хорошо знать, каким разрушением и силой они обладают. Они могли бы легко уничтожить тебя». - У меня был эффективный план, - неубедительно заявил Волан-де-Морт. - Ты случайно не имеешь в виду армию мертвых, которую ты планировали создать? Армию, которая не могла умереть, а просто оживала в любой момент? - догадался Дамблдор. - Как ты узнал об этом? - спросил Волан-де-Морт. - Я знаю больше, чем ты думаешь, Том, - сказал ему Дамблдор: «Гриндельвальд пытался сделать то же самое и потерпел неудачу, и даже я сам пытался сделать это и потерпел неудачу. И только когда я признал, что это невозможно, я наконец-то добился успеха». - Итак, давай послушаем твой генеральный план, - усмехнулся Волан-де-Морт. - Я уже решил рассказать его тебе, Том, не только потому, что у тебя никогда не будет возможности рассказать его кому-либо еще, но и потому, что ты единственный, кто сможет оценить его по достоинству, - заявил Дамблдор: «Когда я понял, даже наблюдая за попыткой Гриндельвальда сделать ставку на власть, что я никогда не смогу достичь своей цели с помощью простой силы, я попробовал сделать это с помощью дипломатии, но уже тогда я знал, что смогу добиться лишь ограниченного успеха. Мое самое большое возвышение в могуществе произошло только благодаря тебе, независимо от того, осознаешь ты это или нет. Сначала, когда я понял, насколько ты силен и умен, я попытался сделать тебя своим учеником и воспользоваться твоей жаждой власти. Такого потенциала я не видел со времен Гриндельвальда, но, в отличие от него, ты отверг мои предложения о помощи. Тем не менее я знал, что ты, по крайней мере, попытаешься и добьешься хоть какого-то успеха, и поэтому решил воспользоваться этим. Пока ты только организовывал движение Пожирателей смерти, я мог бы легко остановить тебя в любой момент и сообщить об этом в Министерство, но я сдержался. Я хотел, чтобы возникла настоящая угроза, которую только я мог остановить. Когда это действительно произошло, все обратились ко мне за спасением, как я и знал. Они наделили меня всеми видами власти, о которых раньше и не мечтал ни один человек до этого, и все это для того, чтобы помочь мне остановить тебя. Я был избран главой Визенгамота и Международной конфедерации волшебников, поднялся выше, чем когда-либо, но в конце концов достиг плато и не смог подняться выше самостоятельно. Тогда ты, наконец, отслужил свое, и я уже решил победить или убить тебя, но ты всегда был слишком умен, чтобы пытаться противостоять мне. Поэтому я позволил тебе думать, что было сделано пророчество о тебе, и о предполагаемом враге, который еще не родился. Я знал, что ты попытаешься устранить эту угрозу как можно скорее, и поэтому заставил тебя попасть в ловушку. Волшебник, которого я использовал, чтобы подслушать это предполагаемое пророчество, даже когда я заколдовал ничего не подозревающую провидицу Сибиллу Трелони, был не кто иной, как Северус Снейп. К тому моменту все заклинания, которыми я пытался воскресить мертвых или создать жизнь, потерпели неудачу, и я был вынужден отказаться от них, переключившись на попытки создать зелье. Однако у меня больше не было времени, чтобы постоянно работать над зельем, и я не мог быть уверен, что с имеющимся у меня временем я не умру до того, как зелье будет готово, даже когда старость начала подкрадываться ко мне. Оставалось найти подходящего кандидата, готового приготовить зелье для меня. Я выбрал Северуса по нескольким причинам. Во-первых, он был еще молод и я все еще мог его контролировать, а также был одним из лучших вундеркиндов зельеварения, которых когда-либо видела школа. Он также был достаточно испорчен и безумен, чтобы быть готовым потратить бесчисленное количество времени на создание такого зелья. Единственным недостатком было то, что он был Пожирателем смерти, поэтому мне нужно было убедиться, что его лояльность изменилась в мою сторону. Мне не потребовалось много времени, чтобы выяснить, что единственным человеком, о котором Снейп заботился, была Лили Эванс, несмотря на то, что она вышла замуж за его давнего врага Джеймса Поттера. Он даже был абсолютно иррационален в своей любви к ней, что мне пригодилось. Так получилось, что у Лили родился сын, и он должен был родиться 31 июля. Я позаботился о том, чтобы ложное пророчество Сибиллы Трелони, которое слышал Снейп, относилось к ее ребенку, но было достаточно туманным, чтобы Снейп не догадался об этом автоматически. С такой хорошей магией, как у нее, была очень большая вероятность, что она сможет выносить ребенка до конца срока, но у меня был запасной план и на этот случай. Однако мне не стоило беспокоиться, она родила ребенка Гарри точно по графику. Единственная проблема заключалась в том, что, вопреки всему, другой ребенок, который также мог бы исполнить пророчество, родился преждевременно: Невилл Лонгботтом. К счастью, у меня был запасной план и на этот случай. Зная, что Питер Петтигрю на самом деле был шпионом для тебя, мне в конце концов удалось убедить Поттеров сменить своего Тайного хранителя на него, зная, что затем он немедленно предаст и выдаст их тебе. Это гарантировало, что ты пойдешь за Гарри Поттером, а не за Невиллом Лонгботтомом. Однако ты не знал, что я устроил так, чтобы Лили Эванс сама нашла заклинание, которое принесло бы в жертву ее собственную жизнь, чтобы обеспечить защиту ее сыну Гарри. Даже если бы ты договорился со Снейпом оставить ее в живых, она бы все равно умерла, ты бы умер, пытаясь убить ее ребенка, а Снейп навсегда переключил бы свою лояльность на меня и потратил бы все свои силы на то, чтобы вернуть Лили. После этого мне даже удалось получить магическую опеку над юным Гарри Поттером, что на некоторое время дало мне еще большую власть в Визенгамоте. Мой план сработал идеально, и никто даже не узнал, что я это сделал, даже ты. Видишь, Том, я использовал тебя все это время". У Волан-де-Морта голова шла кругом, он даже не подозревал ни о чем подобном. Даже он был обманут, и теперь это стоило ему всего. - Так вот почему ты сейчас здесь, Дамблдор? Пришел позлорадствовать надо мной? - спросил Волан-де-Морт так издевательски, как только мог. - Не совсем, - признался Дамблдор, - я пришел, потому что хотел стать свидетелем твоего возрождения вместо Гарри. Когда я понял, что ты на самом деле не умер, я задался вопросом, как ты это сделал. Заклинание должно было убить тебя, но не убило. Я перебирал варианты снова и снова, но так ничего и не придумал. Я понял, что если я смогу это выяснить, то смогу повторить это сам. Хотя смерть можно отсрочить с помощью философского камня или некоторых зелий, это не гарантирует вечной жизни. Достаточно было бы попасть под очень неудачное заклинание, и я бы все равно умер, несмотря на все мои усилия и меры защиты. Мне нужен был способ гарантировать, что я всегда смогу вернуться. Я надеялся, что ты мне его предоставишь. Волан-де-Морт усмехнулся и сказал: «Это мой маленький секрет, Дамблдор, ты знаешь, что мои навыки окклюменции слишком сильны для тебя, и я не сломаюсь под пытками. Ты никогда не узнаешь». - Я понял, что ты никогда не скажешь мне, поэтому я знал, что должен выяснить это сам, обманув тебя и выдав себя за Гарри. Твоя гордость требовала, чтобы ты позволил Гарри Поттеру наблюдать за твоим перерождением, а также вызвать его на дуэль, чтобы доказать даже самому себе, что ты намного лучше его. Это также обеспечило мне дуэль, которую я так долго пытался провести с тобой. Тогда я дал тебе последний шанс умолять о пощаде, но ты отверг его, и теперь ты не получишь ее, сколько бы ты ни молил. Теперь я знаю, как ты вернул свое тело, поскольку ты милостиво позволил мне наблюдать за этим, но в этом не было необходимости, поскольку у меня теперь есть свой собственный способ создания тел и людей, не мертвых, а живых, клонов любого, кого я захочу, которые остаются полностью и необратимо преданными мне. - Значит, ты ничему у меня не научился! - рассмеялся Волан-де-Морт, - Ты все еще не знаешь, как победить смерть. - Вот почему я позаботился о том, чтобы ты был вынужден рассказать мне об этом, - Дамблдор сказал ему: «После того как моя первая неудачная попытка создать абсолютно послушного клона провалилась, я понял, что мне придется прибегнуть к плану Б. Это будет магия крови, с которой ты должны быть хорошо знаком, поскольку именно она мешала тебе убить Гарри Поттера все эти годы. Ты надеялся обойти это и наконец-то убить его, приняв его собственную кровь в себя, но вместо этого ты принял мою кровь. С другой стороны, моя кровь гарантирует, что мои клоны всегда будут верны только мне. Впервые эта идея пришла мне в голову, когда я наблюдал за домовыми эльфами. Они всегда были вынуждены быть полностью послушными своему хозяину и любому обладателю крови хозяина. Самое большее, что они могут - это сделать что-то, что на самом деле им не было запрещено. Они не могут разглашать секреты своего хозяина или идти против каких-либо приказов. Я бы считал домовых эльфов настолько совершенными существами, насколько это вообще возможно. Они абсолютно преданны и будут делать даже то, что им не нравится, потому что они безоговорочно верят в то, что их хозяин поступает наилучшим образом. Им даже нравится работать и угождать своему хозяину. В Хогвартсе, например, много домовых эльфов, гораздо больше, чем до того, как я стал директором школы, потому что я позволил им свободно размножаться и принимать всех домовых эльфов, которые оказались не привязаны к хозяину. Они не требуют особого ухода, и у них есть врожденное желание делать все, что я захочу, особенно у тех, кто привязан ко мне, а не просто к замку. Я действительно люблю домовых эльфов и хотел бы, чтобы волшебники были так же преданы мне, как они. Пришлось потрудиться, но в конце концов мне удалось добиться такого же эффекта, изменив свою кровь. Любой человек с такой кровью будет полностью мне подчиняться. Это не только гарантировало, что я не могу быть клонирован или заменен никем, кроме меня, но также, поскольку я включал часть своей крови в создание каждого дополнительного клона, они также имели эту безграничную преданность мне, проходящую через них. Тот факт, что ты также использовал эту кровь, заставляет тебя быть полностью преданным мне». С криком ярости Волан-де-Морт попытался вскочить на ноги, лежа на земле, но обнаружил, что его оков больше не существуют. Ничто физически не мешало ему схватить его прямо там и тогда, но какая-то сила, неподвластная ему, препятствовала этому. - Тебе это с рук не сойдет! - прорычал он на него. - Думаю, ты поймете, что уже сошло, - заметил Дамблдор: «У тебя уже не хватает сил, чтобы что-то сделать со мной. Дуэль, которую мы устроили, ты смог провести только потому, что я позволил. Однако если бы хоть одно из твоих заклинаний попало в меня, оно бы не сработало, твоя собственная магия не смогла бы оставить на мне даже царапины. Теперь ты должна делать все, что я тебе скажу. Например, если я попрошу тебя почесать нос, пардон, щель...» Неожиданно он обнаружил, что его рука уже тянется к щели, которая служила ему заменой носа. Казалось, у него не было сил остановить это. - Как насчет того, чтобы дать себе пощечину? - предложил Дамблдор, теперь уже смеясь над ним. Он ударил себя по щеке жгучей пощечиной. Все еще усмехаясь, Дамблдор сказал: «Видишь ли, теперь ты мой абсолютно послушный слуга. Когда ты вернешь Пожирателей смерти после того, как я позволю тебе снова использовать Темную метку, они и понятия не будут иметь, что ты действительно мой слуга. Будет развязана еще одна война, которая заставит всех в Британии снова обратиться за помощью ко мне. Это не только даст мне большую власть, но и послужит отвлекающим маневром для моего конечного замысла: заменить всех мировых лидеров клонами, преданными исключительно мне. Мир наконец-то освободится от тирании и угнетения, когда все узнают, какие великие дела свершатся, если они разделят мои идеалы. Любого, кто встанет на моем пути, начиная с Блэков, я прикажу убить Пожирателям смерти». Волдеморт снова безнадежно боролся, чтобы иметь возможность напасть на него, но все равно был бессилен. - Теперь я, пожалуй, узнаю, как тебе удалось обмануть смерть, - сказал ему Дамблдор, - Легилименс! Нападение на его разум немедленно началось, но он обнаружил, что все его ментальные защиты теперь бесполезны, так как Дамблдор искал в его сознании. Он нашел его, убедился, что получил все, а затем отступил. - Интересно, - сказал Дамблдор, - очень интересно. Я никогда бы не подумал, что это возможно, но теперь, когда у меня есть такая возможность, я обязательно ею воспользуюсь. Теперь, когда об этом позаботились, я полностью завладею твоим разумом. Еще одна ментальная атака обрушилась на него, когда он обнаружил, что даже его способность думать ослабевает, его величайший кошмар стал реальностью, поскольку кто-то взял его под контроль. Все его тренировки по Окклюменции, вся его магическая сила... Все было бесполезно. Как раз в тот момент, когда последняя мысль, ещё полностью свободная от влияния Дамблдора, погасла, он услышал голос издалека, голос, которого не слышал уже много лет, ещё тогда, когда он был лишь лицом на затылке Квиррелла. Однако он узнал бы его где угодно. Голос Гарри Поттера. DUELDUELDUELDUEL За несколько часов до того, как Дамблдор полностью завладел разумом Волдеморта, Гарри Поттер был потрясен, обнаружив, что Флер пропала. Недоумевая, что произошло, он направлялся к судейской палатке, когда его встретил Крауч, который, выслушав его претензии о том, что случилось с Флер, решил, что он угрожает судье турнира. Это было нелепое обвинение, и он был уверен, что сможет выпутаться, как только кто-нибудь с настоящей головой на плечах узнает, что произошло, но поскольку он не хотел совершать преступление, в котором его обвиняли, доставая свою палочку или нападая на него, он позволил Краучу отвести его обратно в замок, где его быстро заперли в комнате. Прошло несколько часов, пока он с нетерпением ждал, кому можно пожаловаться или хотя бы чтобы Крауч вернулся. Крауч конфисковал его палочку, так что он не видел способа выломать дверь магией. Наконец, решив, что больше не может терпеть, он понял, что у него все еще есть одно существо, к которому он может обратиться за помощью. - Добби? - позвал Гарри. Тотчас же Добби появился прямо перед ним. - Добби, я хотел спросить, не мог бы ты выяснить, что происходит, или, может быть, помочь мне найти Флер? - спросил Гарри. В голове Добби зажегся свет, и он спросил: «Она ведь ваша рабыня?» - Я не считаю ее таковой, но да, я полагаю, что это так, почему ты спрашиваешь? - спросил Гарри. - Волшебник всегда может найти своих рабов, поскольку они привязаны к нему, где бы они ни находились, - объяснил Добби: «Если сэр Гарри хочет, Добби может использовать эту связь, чтобы помочь вам найти ее!» - Прекрасно, Добби, - с благодарностью ответил Гарри, - не мог бы ты хотя бы узнать, есть ли она где-нибудь в школе или на территории школы? Добби, казалось, сосредоточился, но потом, наконец, сказал: "Добби нашел Габби Гарри, но Флер Гарри далеко. Добби может отвести вас к ней». Прежде чем он успел подумать об этом, Добби схватил его за руку, и они оба исчезли. Они снова появились на каком-то кладбище, но когда он посмотрел вниз, то увидел, что Флер лежит на земле, привязанная к могильному камню. - Флер? Ты в порядке? - прошептал Гарри. Она не двигалась, но, наклонившись и потрогав ее шею, он нащупал пульс. По крайней мере, она была жива. Быстро развязав ее, он оглянулся и увидел фигуру, стоящую довольно далеко, только спина ее была повернута. Не имея палочки, он не собирался пытаться привлечь его внимание. Вместо этого он был больше сосредоточен на том, чтобы забрать Флер и выбраться оттуда, а затем посмотреть, сможет ли он получить помощь и вернуться, чтобы расправиться с тем, кто имел наглость попытаться похитить ее. Он шепнул Добби: «Вытащи нас отсюда, Добби». Добби схватил их обоих за руки, но вместо того, чтобы исчезнуть, на его лице появилось выражение огромной растерянности. - Добби не может, - признал Добби. Фигура, которая была вдалеке, повернулась. Он сомневался, что это из-за его голоса или голоса Добби, они оба были едва слышны, но все же повернулся и начал непринужденно идти к ним. По мере приближения он убрал с дороги еще одну фигуру, которая в данный момент лежала. Фигура, которая все еще шла к ним, не должна была подойти близко, чтобы он понял, кто это: Альбус Дамблдор. Он мог бы убежать, но для этого пришлось бы бросить Флер и Добби, а этого его сердце не позволяло сделать. Вместо этого он мог только наблюдать, как Дамблдор подходит все ближе и ближе. - Ах, Гарри, - сказал Дамблдор, - полагаю, я не должен слишком удивляться тому, что тебе удалось сюда добраться. Жаль, что это был путь в один конец. - Я знал, что ты чудовище, но похитить Флер? - спросил Гарри: «Я всегда думал, что ты замахиваешься в другую сторону?» - Я сумел отбросить все глупые и отвлекающие сексуальные аппетиты, - заявил Дамблдор: «Я мог бы сказать тебе, что это не я похитил ее, но тогда я сомневаюсь, что ты мне поверишь». - Мне трудно поверить всему, что ты говоришь, - согласился Гарри. - И все же я не могу не задаться вопросом, почему Гарри, - признался Дамблдор: «Почему ты так легко посчитал меня злым? Все, что я когда-либо делал, было во благо и для твоего блага» - Поскольку я знаю, что ты не тот, кому я должен доверять, чтобы знать, что действительно правильно, а что нет, - сказал ему Гарри: «Опыт научил меня этому». Дамблдор вздохнул и сказал: «Наверное, я мог бы попытаться затянуть это и убедить тебя, что я не злой, но я не вижу в этом смысла. Я уже давно отказался от тебя и не вижу смысла тратить свое время». - Так это все? - спросил Гарри, - Теперь ты планируешь меня убить? При этих словах Добби попытался прыгнуть на Дамблдора, но вместо этого он, казалось, никуда не полетел, а только поднялся вверх, после чего рухнул обратно вниз с гораздо большей силой, чем должен был. - Боюсь, Добби это не поможет, - заметил Дамблдор: «Может быть, ты и не связан со мной, как свободный эльф, но ты все еще находишься под моим началом, что делает меня, по крайней мере, частично, твоим хозяином. Ты не можешь причинить мне вреда, и ты также не можешь аппарировать до тех пор, пока я этого не захочу, если ты все еще пытаешься это сделать. А теперь будь хорошим домовым эльфом и свяжи мисс Делакур обратно для меня, пожалуйста». Добби бросил на него гневный взгляд, даже когда он пытался сопротивляться приказу Дамблдора. Добби, казалось, испытывал явную боль, но он все еще держался, отказываясь подчиниться его воле. - Интересно, - сказал Дамблдор, - я никогда не думал, что увижу домового эльфа, который так сопротивляется своему хозяину, даже свободному. Похоже, тебе, по крайней мере, лучше умереть. - НЕТ! - закричал Гарри, - Ты будешь драться со мной. - Хорошо, - ответил Дамблдор, - но поскольку у тебя нет палочки, пусть это будет поединок разумов. Я уже знаю, что ты владеешь Окклюменцией. Если ты сможешь победить меня, то я соглашусь пощадить вас всех троих. Гарри ни на секунду не поверил Дамблдору, что тот пощадит их, однако он не видел другого выхода. Он не мог оставить Флер и Добби умирать, да и без палочки он не надеялся далеко уйти. Хотя, скорее всего, он потерпит неудачу, по крайней мере, он попытается. - Легилименс! - произнес Дамблдор. И тут же его разум подвергся лобовой атаке. Он, по крайней мере, готовился к этому, зная, что когда-нибудь Дамблдор, вероятно, попытается проникнуть в его разум с помощью такой сильной ментальной атаки, но он также надеялся, что тогда ему помогут. Здесь же ему некому было помочь: Добби бесполезен в борьбе с Дамблдором, а Флёр всё ещё без сознания. Окклюменция была проще, чем Легилименция, но всё же он уже боролся, пока Дамблдор наседал на его разум. Он знал, что это лишь вопрос времени, так как Дамблдор разрушал его защиту одну за другой, даже когда он пытался ее поддерживать. Прошло несколько минут, но он чувствовал, что Дамблдор вот-вот сломает последнюю защиту. Наконец с последним рывком Дамблдор проник внутрь, и по его лицу пробежало выражение триумфа. Казалось, он не искал чего-то конкретного, но, начиная с поверхностных мыслей, его мысли о панике и страхе перед тем, что сделает Дамблдор, были очевидны для него. Но если он не остановит его, то кто? Если Дамблдор все еще пытался добиться того, о чем он догадывался, никто не был в безопасности. Даже девочки... Он подумал о каждой из девушек, но когда его мысли обратились к Габриэль, он не мог не вспомнить прошлую ночь и сегодняшнее утро, когда они впервые занимались любовью. Как невероятно это было приятно, как прекрасна она была, как он думал о том, что они будут делать это еще много раз, и некоторые из них приведут к зачатию их собственных детей... Пока он думал о таких мыслях, к своему удивлению, он обнаружил, что присутствие Дамблдора в его сознании как будто ослабло. - Что не нравится в мыслях о сексе? - догадался Гарри, смеясь. Он подался вперед, все еще думая о сексе так, как может думать подросток, у которого только недавно был первый раз. Дамблдор, казалось, попятился, пытаясь обойти такие мысли, но он заставил их скрыть остальные мысли в его сознании, создав новый щит от них. Видимо, секс действительно решил все твои проблемы, подумал он, наступая, и ему не только удалось остановить нападение Дамблдора, но и переломить ход событий в другую сторону, перейдя в наступление, полностью вытеснив Дамблдора, а затем продолжая действовать в его сознании. Он подозревал, что далеко не уйдёт: не пускать кого-то в свой разум - совсем другое дело, чем проникнуть в чей-то, но как бы Дамблдор ни был удивлён, его защита оставалась достаточно открытой, чтобы он смог получить от него совсем немного, всего лишь поверхностную мысль. То, что он получил, удивило его. - Я хочу сделать тебя клоном. Вот оно. Хотя он понятия не имел, как и почему, Дамблдор намеревался каким-то образом клонировать его. Даже если он не знал всех деталей, ирония все равно поразила его. - Похоже, что после всех этих усилий по клонированию и созданию искусственной жизни, единственное, что помешало тебе победить меня, это способ, который люди всегда использовали для создания жизни - секс. Самая естественная вещь в мире, а ты не знаешь, как с ней обращаться, - заявил Гарри. Дамблдор, казалось, всё ещё был в шоке от того, что ему не удалось проникнуть в его разум, и Гарри знал, что в конце концов ему всё равно удастся найти способ проникнуть внутрь или просто использовать свою палочку, чтобы уничтожить его физически. И все же, как только он подумал об этом, он почувствовал, как чья-то рука коснулась его плеча, а в следующее мгновение он почувствовал, что проходит через ощущение аппарации, прежде чем снова появиться в уже знакомом Малфой-мэноре. Он повернулся и увидел Флер и Добби, стоящих рядом с ним. - Что случилось? - спросил он. - Я могла бы задать тебе тот же вопрос, - призналась Флер: «В один момент я прикасаюсь к Кубку Тунира, в другой - оказываюсь в какой-то комнате, потом в комнату врываешься ты, мы оба переносимся портключем, я оказываюсь на кладбище, меня вырубают, а потом я просыпаюсь с непреодолимым чувством, что должна спасти тебя и вытащить оттуда. Я должна была это сделать? - Я думаю, что, поскольку ты мой раб, потребность в моем спасении пробудила тебя, - он предположил: «Это также заставило тебя немедленно вывести нас, за что я тебе благодарен. Ты спасла наши жизни». - Какой опасности ты подвергся? Я даже не видел ничего другого. Казалось, я могла сосредоточиться только на тебе, -призналась она. Он вздохнул и сказал: «Думаю, нам есть о чем поговорить».