Дуэль\DUEL

Его глаза по-прежнему смотрели на нее, в то время как она совершенно не замечала, что он все еще смотрит на нее в полном недоумении. - Это моя мать... - сказал он Су, задыхаясь. - Возможно, она не твоя мать, а просто клон, - заметила Су. - Но это самый близкий человек, которого я, вероятно, смогу найти, - возразил он. Осторожно войдя в комнату, он подошел к ней все ближе и ближе, и по мере того, как он это делал, она все больше и больше становилась похожа на ту женщину, которую он всегда видел на фотографиях, но не мог вспомнить. Значит, это она, подумал он. Ладно, возможно, это была не совсем она. Возможно, это просто клон, как предположил Су, но ему все равно нужно было узнать ее получше. В его голове возник вопрос, почему ее вообще клонировали, но он быстро отпал, когда она зашевелилась. Звук его шагов по твердому бетонному полу разбудил ее, и она открыла глаза. На него смотрели изумрудно-зеленые глаза, точно такие же, как его собственные. - Джеймс? - удивленно спросила она. Она думала, что он ее муж. - Я Гарри, - признался он. - Гарри? - спросила она с не меньшим удивлением. - Мы пришли спасти тебя, - сказал он. Технически они не пришли спасать ее, но, тем не менее, это казалось правильным. Ее глаза наполнились слезами, так как она не могла отвести от него взгляд, но и он тоже. Когда он подошел достаточно близко, она протянула руку, чтобы коснуться его лица. Ее рука была теплой и почему-то очень успокаивающей. - Я не могу поверить, что ты настоящий, ты так похож на Джеймса, только моложе, - сказала она ему: «Только у тебя мои глаза. Как это произошло?» - Ты моя настоящая мать или ты клон? - спросил он. спросил он. Она, казалось, застыла на этом месте и неохотно сказала ему: «Мне очень жаль, Гарри, но я клон, просто у меня есть все ее воспоминания». На мгновение между ними возникла неловкость. Подумаешь. Вся эта ситуация была несколько неловкой, и он действительно не знал, как к ней относиться. В конце концов, он решил просто продолжать быть приветливым. - Мне все равно, я просто рад тебя видеть, - твердо сказал он. Выражение ее лица наполнилось огромным облегчением, ее настроение и поведение заметно улучшились. Раньше он даже не замечал ее обеспокоенного выражения лица, но теперь она улыбалась, со слезящимися глазами. - Я тоже, - согласилась она, - Я каждый день надеялась, что мне удастся сбежать или кто-то найдет меня, но я никогда не думала, что это будешь ты. Она протянула руку, чтобы обнять его, и он позволил ей это сделать, обняв ее в ответ. Так вот каково это - быть обнятым своей матерью. Это было приятно, он должен был признать. - Гарри? - спросила Су у него из-за спины: «Я не уверена, что тебе стоит так быстро сближаться или привязываться. Мы не знаем, какие вещи Дамблдор мог с ней сделать». - Но она же моя мать, - возразил Гарри. - Она все еще клон, и нам все еще нужно быть осторожными. Ментальные манипуляции трудно обнаружить, невозможно без полного сканирования, - сказала ему Су. Он был готов спорить дальше, но Лили, или его мать, или кем бы она ни была для него, отпустила его и сказала: «Знаешь, она права, я действительно не знаю, что со мной сделали, я могу быть опасна». - Как ты можешь быть опасна для меня? - спросил он ее. - Я не хочу рисковать твоей безопасностью, - сказала она. Неохотно он встал и отошел на некоторое расстояние, не сводя с нее глаз. - Так кто же твоя подруга? - спросила его мать. - Меня зовут Су, извини за грубость, но я просто хочу быть осторожной, пока тебя не осмотрят как следует, - ответила Су. - Все в порядке, - согласилась она, похоже, все понимая. - Су - это моя... - с трудом произнес он, пытаясь придумать хороший способ объяснить их отношения. - Я его невеста, -Су закончил за него. Глаза его матери расширились от удивления. - Как это произошло? Я думала, что заключила брачный контракт между тобой и Сьюзен Боунс? - спросила она. - Я все еще обручен со Сьюзен, - признался Гарри, - просто я обручен и с Су. Это довольно длинная история. - И я не уверена, что нам стоит сейчас это обсуждать, - Су заметила: «У нас есть дела поважнее». - Ты можешь идти? - неуверенно спросил Гарри. - Я не инвалид, - напомнила ему мать, как будто это был глупый вопрос. Она встала, чтобы пойти за ними, но как только она начала выходить из дверей, на ее лице тут же появилось выражение боли, и она упала. - МАМА! - крикнул Гарри, идя посмотреть, все ли с ней в порядке. Осмотрев ее, он с облегчением обнаружил, что она еще дышит и у нее есть пульс, но, очевидно, она была без сознания. - Дамблдор, должно быть, наложил заклинание, чтобы она не могла уйти, - заключила Су, - Я присмотрю за ней, а ты иди за помощью. Он убежал, теперь уже в поисках Пэнси. NEWEVENTSNEWEVENTSNEWEVENTSNEWEVENTSNEWEVENTSNEWEVENTSNEWEVENTS В этот момент его посетила мысль: она все еще помогала Ариане, которая тоже была в серьезной опасности. Может ли он действительно попытаться заставить Пэнси бросить Ариану на верную смерть ради спасения своей матери? Он надеялся, что ему не придется принимать такое решение. Он вознес краткую молитву к высшим силам, если они вообще существуют, чтобы этого не случилось, и он смог спасти их обеих. Когда он добрался до места, где находилась Пэнси, он заметил и ее, и другого мужчину, сидящего на корточках над Арианой, оба размахивали над ней своими палочками. Его охватило облегчение, когда он понял, что этот человек, скорее всего, целитель. Никогда в жизни он не был так благодарен за встречу с врачом. - Пэнси! - он практически кричал: «Мне нужна твоя помощь». Она подняла на него глаза и спросила: «Я сейчас немного занята». Целитель, с которым она сейчас находилась сказал ей: «Ничего страшного, если тебе нужно помочь кому-то другому. Сейчас ты больше ничего не можешь для нее сделать. Я буду продолжать наблюдать за ней, следить за ней и делать для нее все, что в моих силах». Пэнси выглядела неуверенно, но наконец кивнула и встала, чтобы уйти. - Следуй за мной, - потребовал он, переходя на бег. Она была несколько медленнее, поэтому ему пришлось немного сбавить темп, чтобы она могла бежать рядом с ним. - Кто ранен? - спросила она. - Это довольно сложно, - ответил он. - Возможно, ты захочешь упростить мне задачу, так как я узнаю это через пару минут, - заметила она. Ему пришлось признать, что она права, и он не хотел, чтобы она теряла время от шока или удивления. - Это моя мать, - признался он. - Ты имеешь в виду Амелию? - спросила она, похоже, не понимая. - Нет, не Амелию, я имею в виду мою мать, мою настоящую мать, - попытался объяснить он. - Это невозможно, Гарри, твоя мать умерла, - возразила она. - Она клон, - сказал он ей. Было ясно, что она все еще сомневается в его словах, и он не мог ее винить, ведь это было трудно принять. Для него это было трудно принять даже тогда, когда она стояла прямо перед ним. Наконец они вернулись в комнату, в которой ее держали, и она смогла увидеть все своими глазами. - Вот это да! - воскликнула Пэнси, глядя на его мать. - Ты будешь продолжать смотреть или ты собираешься ей помочь? - заметила Су. Вздрогнув, Пэнси проигнорировала свое удивление и пошла осмотреть ее. Однако, когда Пэнси провела над ней своей палочкой, она серьезно сказала: «Похоже, на нее наложено какое-то проклятие. Проблема в том, что я понятия не имею, как от него избавиться». - Должно же быть что-то, что мы можем сделать! - прорычал он. - Успокойся, Гарри, я сделаю все возможное, обещаю, мы не потеряем ее пока я здесь, - пообещала Пэнси. Он мгновенно сник. Он очень волновался и знал это, но то, что он кричал на нее, не помогло бы ситуации. Пэнси сделает все, что в ее силах. Она продолжала яростно работать над его матерью, а он и Су нервно наблюдали за происходящим. Он почувствовал, как Су коснулась его руки, но едва обратил на это внимание, так как беспокоился о матери. Наконец она подошла к нему и обхватила его руками. Поскольку Су была невысокого роста, это мало мешало ему видеть Пэнси и маму, но она обнимала его, и он позволил себе продолжать обнимать ее. Он просто не мог смириться с тем, что потеряет свою мать, только не снова. Хотя он и не знал ее, это было одним из самых больших его желаний: вернуть свою мать. Когда Тонкс и Флер через час нашли их, он все еще наблюдал за работой Пэнси. Хотя он знал, что у Пэнси нет легкого лекарства, он знал, что никому больше, чем ей, не доверяет спасение своей матери. Тонкс и Флер начали задавать множество вопросов, но Пэнси была слишком занята, чтобы отвечать на них, а он был не в том состоянии, чтобы думать об этом, оставив Су объяснять, что она быстро и сделала. Однако по мере того, как она это делала, ей пришлось перестать обнимать его. Он обнаружил, что ему не хватает этого контакта, ему нужно было что-то, что помогло бы ему успокоиться, ведь сейчас он был комочком полным нервов и страха, и Су помогла ему в этом. Хотя он почти не слушал разговор Тонкс, Флер и Су, это пробудило в нем осознание того, что он чувствует себя беспомощным, не имея возможности сделать что-нибудь для нее. Он хотел что-то сделать, что угодно, но он не представлял, что он, с его очень слабыми медицинскими навыками, может сделать. Просто броситься на помощь, вероятно, означало бы только помешать, но он также ненавидел просто стоять и смотреть, как его мать снова умирает. Что это была за жестокая судьба? Что он должен быть единственным человеком, который дважды видел, как умирает его мать, и оба раза ее убивал мания величия? Затем его мысли переключились на то, что его мать может быть не единственной жертвой в этот тяжелый день. Ариана все еще была там, и тоже боролась за свою жизнь. Она также нуждалась в нем. Поскольку он не мог ничего сделать здесь, он решил пойти проведать и ее. Сказав Пэнси, чтобы она продолжала работать над ней и куда он идет, чтобы она послала кого-нибудь сообщить ему, если что-нибудь случится, он отправился туда, где находилась Ариана. Когда он пришел туда, то обнаружил, что целитель, который должен был пытаться спасти Ариану, спокойно попивает кофе и разговаривает с одним из авроров. - Почему ты не работаешь над Арианой? – требовательно спросил он. - Я просто делаю перерыв, мистер Поттер, - заявил целитель, - Мне тоже нужно отдохнуть. Он решил, что это правда, что заставило его немного умерить свой гнев. - Тогда скажите, что мне нужно сделать, может, есть какое-то заклинание... или что-то, что я могу сделать, что могло бы помочь, - предложил он. После того, как он почувствовал себя таким беспомощным с матерью, он подумал, что это хорошая идея, и, возможно, он сможет сделать то же самое, чтобы помочь Пэнси. Лекарь серьезно посмотрел на него и ответил: «Мистер Поттер, боюсь, что все не так просто. Не существует ни заклинания, ни зелья, о которых я знаю, чтобы решить эту проблему. Может быть, она выздоровеет сама, но я думаю, что будет лучше, если вы начнете готовиться к худшему». - Вы имеете в виду просто сдаться и позволить ей умереть? - спросил он в полном шоке. - Я больше ничего не могу для нее сделать, - признался целитель, - возможно, будет лучше, если вы выйдете наружу и подождете с остальными. Я позову вас, если ее состояние как-то улучшится... или если покажется, что вам пора прощаться. Пэнси никогда бы не сдалась, какой бы слабой ни казалась надежда. - Простите меня, но я думаю иначе, - холодно ответил он целителю. Если тот не хочет хотя бы попытаться, то он сделает это сам. Подойдя к Ариане, он опустился над ней на колени и попытался придумать что-нибудь, что могло бы помочь, но ничего не придумал. Ранее он поцеловал Ариану, чтобы придать ей сил. Они не были уверены, что это поможет, но он искренне надеялся, что поможет. Поэтому он наклонился и поцеловал ее снова, на этот раз гораздо дольше. Ее губы не реагировали, но это не означало, что он не чувствовал, что это помогает. Продолжая поцелуй, он пытался передать ей свои чувства. Как бы он ни считал Ариану просто другом или невинной девушкой, пытающейся найти свое место в жизни, он понимал, что эти чувства гораздо глубже, хотя насколько именно, он не знал. Одно он знал точно: она стала очень важной частью его жизни, и он не хотел ее потерять. Он пытался влить в нее свою магию, целуя ее, почти желая, чтобы она жила. Позади него появился целитель, но он полностью проигнорировал его и продолжил. Наконец, к его удивлению, с Арианой произошла перемена. Цвет вернулся к ее лицу, и, казалось, ей стало легче дышать. Лекарь подошел поближе, чтобы проверить ее, и, проведя тесты, заявил: «Я не верю, она дышит нормально, жар спал, это похоже на чудо!» - Никогда не недооценивайте силу любви, доктор, - мудро заявил Гарри. Это было сильное утверждение, но в чем-то и подходящее. Через 20 минут, убедившись, что с Арианой действительно все будет в порядке, во что изумленный доктор просто не мог поверить, он вернулся, чтобы проведать свою мать. Когда он вернулся, Пэнси все еще стояла над его матерью, но когда она повернулась, чтобы посмотреть на него, он заметил, что по ее лицу текут слезы. Когда он посмотрел на Су и Флер, которые тоже остались, на их лицах было написано сострадание, что только усилило его беспокойство. Нет, этого не может быть. Она не может быть... - Мне так жаль, Гарри, - смогла сказать Пэнси. - Правда? - испуганно спросил он, в горле уже образовался комок. Что ему теперь делать, если она действительно умерла так скоро после того, как ее вернули? - Она не умерла, - объяснила Пэнси. Его охватило облегчение, но оно было недолгим. - Мне удалось сохранить ей жизнь, но только на время. Я должна была остановить распространение проклятия, поэтому мне пришлось поместить ее в стазис. Полагаю, маггловский термин - медикаментозная кома, - призналась Пэнси. - Она когда-нибудь выйдет из этого состояния? - взмолился он. - Я не знаю, возможно, лучший целитель, чем я, найдет лекарство, - предположила Пэнси. Это казалось маловероятным. Пэнси, хотя и была молодой и неопытной, по его мнению (которое, конечно, было предвзятым), была одним из лучших целителей в Британии, и если она так беспокоилась, то у него самого были причины бояться. - Возможно, Ариана может что-то знать, - предположила Су. Это действительно казалось очень правдоподобным. Проклятие наложил Дамблдор, а тот научил Ариану почти всему, что знал сам. Был шанс, даже очень хороший, что она может знать о лекарстве. Его осенило, что, спасая Ариану, он, вполне возможно, спас и свою мать. Он не думал об этом, когда спасал ее раньше, но это может оказаться правдой. - Как Ариана? - спросила Пэнси, почти боясь узнать ответ. - Она в порядке, и целитель говорит, что она должна поправиться, - просто ответил он. Хотя в том, что произошло ранее, было много чего еще, у него просто не хватало голоса, чтобы объяснить это. Су и Пэнси одновременно подошли к нему и обняли его, на что он с благодарностью ответил. Через несколько секунд обе девушки отодвинулись, чтобы и Флер могла обнять его. Это было напряженное время, но он просто должен был верить, что все будет хорошо, и, по крайней мере, у него все еще есть девочки, которые помогут ему пройти через это. Пэнси, несмотря на то, что не знала, что делать, продолжала неустанно работать, пока Тонкс не вернулась, чтобы проверить их. Они хотели остаться и посмотреть, что можно сделать, но Тонкс, увидев, как они все измотаны, велела им уйти и отдохнуть. Он хотел было возразить, но, признаться, у него не было на это сил, так как он устал. После нескольких дней борьбы с Дамблдором, как ментальной, так и физической, борьбы с клонами, спасения матери только для того, чтобы увидеть, как она умирает, спасения Арианы и траты на это огромного количества энергии, он был измотан, на грани того, чтобы упасть в обморок. Осознав, что в таком состоянии он никому не сможет принести пользу, он позволил себе вернуться в поместье и сразу же уснуть, почти сразу же, как только голова коснулась подушки. Когда он проснулся поздно вечером на следующий день, то сразу же встал, чтобы узнать, что происходит с его матерью. Первой он нашел Тонкс и спросил ее. - Боюсь, что никаких изменений не произошло, - призналась Тонкс, - то, что сделала Пэнси, спасло ей жизнь, но буквально команда целителей, которую Амелия послала, чтобы разобраться в проблеме, тоже не смогла придумать лекарство. Мы разослали сообщения другим целителям по всему миру, хотя, конечно, сохранили личность Лили в тайне. Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Утешало то, что они пытались спасти ее, но пока лекарство не найдено, это все еще вызывало беспокойство. Он сказал бы, что Ариана все еще была их лучшим шансом спасти ее, не только потому, что она Ариана, но и потому, что она была Арианой, и у нее были серьезные навыки и знания. Эта мысль заставила его почувствовать себя немного виноватым, как будто он хотел, чтобы с Арианой все было хорошо, только чтобы она могла спасти его мать. - А что насчет Арианы? - спросил он. - Она, по крайней мере, в порядке, - объяснила Тонкс, - мы думаем, что через пару дней она должна очнуться. Он кивнул. Пара дней - это больше, чем он хотел бы ждать, но ничего не поделаешь. Пока проклятие находилось в стазисе, надежда еще оставалась. Выяснив, где находится его мать, в пустой комнате, он подошел к кровати, на которой она лежала, и взял стул, чтобы сидеть рядом с ней и держать ее за руку. Вскоре после этого вошла Сьюзен, без единого слова взяла другой стул и села рядом с ним, взяв его за руку, чтобы успокоить. Она ничего не сказала, возможно, потому что не могла придумать, что сказать, или потому что решила, что ему не помешает молчаливая поддержка, но в любом случае он был благодарен ей за это. Наконец он заговорил, но не с ней, а со своей матерью, начав рассказывать о своей жизни, начиная с раннего детства, когда он так хотел иметь мать, настоящую мать, а не ужасную тетю Петунию. Не успел он это осознать, как стал рассказывать ей всю свою жизнь, начиная с того времени и заканчивая получением письма из Хогвартса, знакомством с девочками и всем остальным. Сьюзен молча слушала все это, даже когда он говорил о ней в особенности: его первое воспоминание о ней, наблюдение за тем, как она играет в квиддич, поцелуй, влюбленность в нее. Он полагал, что это выглядело бы невероятно романтично, если бы он рассказывал все это непосредственно ей, но в сложившихся обстоятельствах она все равно ничего не сказала. Когда он наконец закончил, хотя на это ушло много часов, он поблагодарил Сьюзен. - Спасибо, Сьюзан, что была здесь для меня, - сказал он ей с благодарностью. - Конечно, - просто ответила она, - я уже потеряла свою мать, но я не могу представить, что ты сейчас чувствуешь. Она ободряюще сжала его руку, которую он сжал в ответ. - Все будет хорошо, - сказал он с гораздо большей уверенностью, чем чувствовал. Она поцеловала его, на что он ответил поцелуем, после чего они оба вернулись к своему молчаливому бдению. За это время почти все заходили проведать их, причем каждая из девушек, а также Амелия оставались на некоторое время. Поскольку обе его руки были заняты, Габриель сидела у него на коленях, но его нисколько не беспокоил ее маленький вес. Амелия, когда вошла, принесла две тарелки с едой для него и Сьюзен, которую он неохотно съел, но еда оказалась почти безвкусной, несмотря на то, что это было одно из его любимых блюд. Когда позже он попытался вспомнить, что это была за еда, он даже не смог этого сделать. Когда наступила ночь, что, по правде говоря, не заняло много времени после столь позднего пробуждения, Сьюзен предложила им обоим пойти отдохнуть. В конце концов он согласился с ней. Однако, как он ни старался, заснуть ему не удалось. Узнав, что его мать находится в коме, он просто не мог не думать об этом. Могло ли все сложиться иначе? Возможно. Одно он знал точно: он не мог винить Пэнси. Она упорно и неустанно пыталась спасти ее, и его мать могла бы умереть, если бы не ее усилия. Пэнси никогда не сдавалась, и он знал, что пребывание матери в коме причиняет ей такую же боль, как и ему. Ей, как и любому целителю, не нравилось видеть, как страдают ее пациенты. По правде говоря, она, вероятно, могла бы найти способ спасти Ариану, если бы не была занята его матерью, но, к счастью, ему самому ее спасти. Он не мог смириться с тем, что потерет Ариану. Как бы ни была расстроена его мать, находящаяся в коме, он был благодарен за то, что с Арианой все будет хорошо. Его усилия по ее спасению, безусловно, пробудили в нем какие-то чувства. Чувства к ней, о которых он и не подозревал. Она была так красива, не в традиционном смысле, а для него. После многих месяцев, проведенных с ними, она уже стала частью группы, но никогда не была одной из "его" девушек. Теперь оказалось, что он, возможно, хочет изменить эту динамику после того, как она сама этого хотела. Любил ли он ее? Он не был уверен. Нравилась ли она ему, определенно, но любил ли он ее больше, чем просто как друга? На этот вопрос было сложнее ответить. Хотел ли он выяснить, любит ли он ее? Да. Однако эти мысли об Ариане не занимали его больше всего. Они так мало времени провели вместе, его мать и он, даже меньше, чем в его детстве, и теперь то, что могло бы стать для них счастливым воссоединением, было украдено каким-то гнусным планом Дамблдора. Как он ненавидел этого человека. Из-за его вмешательства и жажды власти была разрушена не только его жизнь, и, похоже, это будет продолжаться. - Я убью его, - сказал он себе вслух. Он больше чем когда-либо желал, чтобы ему удалось убить его, но было ли убийство оправданным? Если сравнивать его со многими жизнями, которые уничтожил Дамблдор, то, конечно, да. Люди, которых невозможно было удержать ни в одной тюрьме и которые могли только вредить, заслуживали смерти. Безусловно, Дамблдор заслуживал того, чтобы оказаться в их рядах. Он знал без тени сомнения, что Дамблдор теперь найдет способ восстановиться и возобновить свои планы, какими бы они ни были, что могло предвещать только плохое. Но теперь он будет ещё опаснее, ещё осторожнее и незаметнее, скрытый от него или кого-либо ещё, кто мог бы следить за ним, как это было, когда он ещё был директором школы. Он ничего не мог с этим поделать, кроме как поймать его, а это было бы нелегко, если не учитывать вероятность того, что Дамблдор, скорее всего, будет искать его, только на этот раз ради мести. Он мог бы сказать, что это больше не его ноша, но он никогда не сможет с этим смириться. Так или иначе, он сделает все возможное, чтобы поймать этот кусок мусора и убить его прежде, чем он сможет причинить вред кому-либо еще. Именно эта решимость придаст ему сил. Попытавшись заснуть еще полчаса, он решил встать и проверить, как дела у матери. Когда он вошел в комнату, куда ее положили, он увидел, что Пэнси уже стоит над ней. Пэнси слегка вздрогнула, когда он подошел к ней сзади, но позволила ему обнять себя. - Есть изменения? - спросил он. - Нет, ничего, - ответила она, - может быть, Ариана сможет что-то сделать, когда ей станет лучше, или, возможно, кто-то из целителей, с которыми связалась Амелия, что-то узнает, так что все еще не безнадежно. - Нет, но все равно страшно, - признал он. - Я бы хотела сделать больше, - ответила Пэнси. - Я знаю, что ты сделала все, что могла. Она могла бы умереть, если бы тебя не было рядом, и я очень благодарен тебе за это, - сказал он девушке, нежно целуя ее в губы. - Спасибо, Гарри, - сказала Пэнси, - я бы хотела, чтобы я могла сделать что-то еще. - Это не твоя вина, - настаивал Гарри, - если кто и виноват, так это идиот Дамблдор. Она продолжала смотреть на него какое-то мгновение, а затем кивнула. - Наверное, ты права, но я все равно волнуюсь. Я не могла сомкнуть глаз, - сказала Пэнси. - Я тоже, - сказал он, пытаясь придать себе храбрости, - Я уверен, что все будет хорошо. - Если ты в это веришь, то и я тоже, - ответила Пэнси, вселяя в него уверенность. - Я люблю тебя, Пэнси, - сказал ей Гарри. - Я тоже тебя люблю, - почти благоговейно ответила она. Несмотря на все произошедшее, пережитое за последние несколько дней, безусловно, укрепило его отношения с девочками и помогло ему еще больше понять, как много они для него значат. Он считал их своей семьей, и если бы ему пришлось снова потерять мать, он не смог бы пройти через это без них. Это было важно отметить: его желание иметь будущую семью было достаточно сильным, чтобы преодолеть возможную потерю прежней. И все же было бы тяжело потерять возможность, о которой он и не мечтал: вернуть свою мать. Пэнси наклонилась и поцеловала его, и он начал целовать ее в ответ. Их желание было вызвано скорее потребностью быть ближе друг к другу и развеять негативные эмоции, чем похотью. Было так приятно ощущать такой комфорт. После нескольких минут поцелуя она отстранилась и сказала: «Займись со мной любовью, Гарри». - Ты уверена, что сейчас самое подходящее время? - заметил он. - Просто мне сейчас очень нужно почувствовать себя любимой, - ответила она. Хотя обстоятельства были не идеальными, ему пришлось согласиться, что он хотел бы почувствовать то же самое. Он согласился и проводил ее обратно в свою комнату, и пока он это делал, он не мог не думать о том, что в последний раз у него был секс с Габриэль. Но не столько это заставило его задуматься, сколько тот факт, что именно это спасло его от Дамблдора. Что ж, когда он снова встретится с Дамблдором, у него будет по крайней мере одно новое воспоминание, чтобы сразиться с ним. DUELDUELDUELDUEL Тем временем Дамблдор лежал на кровати в своем новом тайном убежище во Франции, уже оснащенный новой рукой, которую он испытывал, измельчая окружающие предметы в порошок. Это была не настоящая рука, но она все же обладала некоторыми существенными преимуществами, одним из которых была повышенная сила. Ничто не могло помешать ему осуществить свои планы. Хотя у него не было возможности создать больше клонов, было больше, чем один способ захватить мир. Со временем он вернется к использованию клонов, а пока начнет с запасного плана, используя все имеющиеся в его распоряжении ресурсы. У него оставался только Волан-де-Морт и один клон - Монтегю, французский глава магического правопорядка. Оказалось, что клонировать его было хорошим решением с его стороны. Даже если французы будут сотрудничать в его поисках, здесь он будет в безопасности, пока Монтегю следит за тем, чтобы никто из французских авроров к нему не приближался. - Сэр? - спросил Монтегю, - Я не уверен, как долго я смогу держать своих людей вдали отсюда. - Не волнуйся, - ответил Дамблдор, - это необходимо только на время. - Сэр, а куда мы потом отправимся? Терпение, - призвал Дамблдор, - нам придется действовать осторожно. Первый шаг - нам понадобятся деньги, много денег. - Боюсь, у меня нет доступа к той сумме денег, которая вам, скорее всего, понадобится, - признался Монтегю, - и это было бы слишком рискованно, если бы меня поймали на краже. - Все, что тебе удастся украсть, будет ничто по сравнению с тем, что потребуется мне, - ответил Дамблдор, - говорят, что миром управляют люди, жаждущие денег. Зачем захватывать мир, если его можно просто купить? Мы собираемся проверить эту теорию. - Как, сэр? - спросил Монтегю. - Нам понадобится золотая жила, - ответил Дамблдор, смеясь. Примечание автора: Вместо того чтобы Гарри ссорился с девочками, они только сблизились. Вместо Пэнси именно Гарри спас Ариану, что полностью изменило путь, по которому могли бы пойти их отношения. Основной минус: Гарри не было рядом, чтобы чудом спасти свою мать, и теперь она находится в коме. Мог ли он попытаться спасти ее сейчас? Да, но это тоже имело бы последствия, о которых мы узнаем позже. Однако это только дает Гарри еще больший стимул разыскать Дамблдора, который наверняка не сдается и становится только опаснее. Пожалуйста, прочтите рецензию.