Задеть за живое

Чистокровная пара волшебников утопает в море оваций со стороны своих однокурсников в то время, как одна из них, девушка с копной волос явно не по размеру хрупкого тела, горько захлёбывается в слезах в мраке коридора. Гарри Поттер медленно ступает к подруге по ступенькам винтовой лестницы. Гермиона, обнаружив друга, сразу же пытается поубавить эмоциональные порывы и скрыть мокрые следы на щеках. - Трансфигурация, - голос немного дрожит, и дыхание сбивается от наступившего волнения, - упражняюсь. Над высоким потолком летает несколько маленьких птичек и весело щебечут, не в настроение их создательнице. - Здорово получается, - отвечает юноша и присаживается рядом. Они молчат несколько секунд. Осенний ветер холодит кожу. - Что ты чувствуешь, Гарри?.. когда видишь Дина с Джини?, - гриффиндорка поворачивается к Гарри и теперь говорит с другом глаза в глаза, - Я знаю. Вижу, как ты смотришь на нее, ведь ты - мой лучший друг. В следующий момент высокие потолки отозвались эхом отдаленного хихиканья. Оно приближалось. Гермиона, не оборачиваясь, узнала, кому принадлежит этот переливчатый и звенящий голос. Лаванда Браун. Ее невыносимая соседка, которая любила перемывать косточки всем знакомым вместе с Парвати. Ох, Гермиона их просто не выносила. Особенно в те дни, когда по зельеварению задавали огромное эссе, а они трепещали под ухом. - Ха-ха-ха, Ха-ха-ха.. Ой, - девушка повисла на руке рыжего юноши и, зардевшись, произнесла, - Кажется, здесь занято. Лаванда не стала долго тут находиться и быстро убежала обратно, потянув с собой Рональда. Тот не сразу поспешил за девушкой, и страсть самоутвердиться в глазах однокурсников заметно потускнела. - А птички зачем? Грейнджер с огромной ненавистью и обидой посмотрела на друга, которого, верно, уже и не назовешь другом. Она резко поднялась и выкрикнула сглаз - "Оппуньо". Ранее беспечно летавшие птички выстроились в ряд и полетели на Рона. Последний же начал стремительно пятиться назад и, уже достигнув стены, пригнулся. Маленькие волшебные создания в перья разбились о камень. Младший Уизли опасливо взглянул на подругу и ушел, так ничего и не сказав. Гермиона вновь всхлипнула, на этот раз с новой силой. Она обратно приземлилась рядом с Гарри, и тот по-дружески обнял ее. Они просидели в таком положении несколько минут, затем парень предложил: - Герми, может пойдем в гостиную? Девушка молчаливо помотала головой и затем добавила: - Нет, Гарри. Иди, если хочешь. Я хочу побыть одна. Он согласно кивнул головой и стал подниматься вверх по винтовой лестнице, откуда пришел. Тишина длилась недолго, не считая частого хлюпанья носом. Ее нарушил человек, которого Гермиона уж никак не ожидала увидеть. И не хотела вовсе. - Мне кажется, или на третьем курсе Трелони нагадала тебе неспособность любить? Ведь так, Грейнджер? Пусть Драко и вновь пытался как-то уколоть школьную зазнайку, на этот раз его голос звучал не так надменно и даже с толикой сострадания. Конечно, приходя не в лучшем состоянии, Гермиона не смогла этого заметить. - Пытаешься задеть за живое, Малфой? - она посмотрела в глаза блондину и начала наблюдать за его реакцией. Возможно в другой ситуации она бы дала отпор и съязвила в ответ, но сейчас на это не было сил, - Так знай, у тебя получилось. Новый поток слез накрыл глаза пеленой. Всхлип. Девушка ожидала, что Малфой уйдет приличия ради и оставит беднягу захлёбываться. По крайней мере думала про себя именно так. Но внезапно для себя самого Драко подошёл к девушке и понимающе обнял одной рукой. Все же эта длительная словесная перепалка с самого первого курса не давала ему позволить что-то большее. Он, наконец, добился своего. Девушка проиграла и признала это. Но в душе вместо ликования от победы были непонятные, смешанные чувства. Пришло понимание. Это все было зря. Сейчас он также нуждался в чей-то поддержке, но ее мало кто смог бы дать. И в данный момент он может избавить одного несчастного человека на земле от подобных страданий. Это же прекрасное чувство. Если не досталось тебе, не нужно быть эгоистом и лишать этого других. Лучше наоборот поспособствовать. Это понятие взорвало пепельную голову за считанные секунды. Девушка все также сидела и уже совсем не издавала звуков. Она пришла в оцепенение от подобных действий "школьного врага" и не смела поднять голову, а лишь притупила взгляд на полу. - Ты уже перестала хныкать? Вернувшаяся в голос язвительность привела ее в реальность. Все же что есть, того не отнять. - Гермиона..? Из его уст впервые вырвалось ее имя за эти шесть лет. И сам Малфой опешил. Язык полностью перестал подчиняться юноше. - Драко.. Что ты делаешь? Они все так же сидели на лестнице, не смея пошевелиться или сделать лишнее движения. - А.. Эм, ну.. Это наверно первый раз в жизни, когда Драко нечего было сказать. Гермиона поняла и просто в ответ обняла парня. Им этого сейчас не хватало. Теплые объятия среди накрывающей Магическую Британию тьмы были сейчас очень нужными. Для них обоих. - Спасибо. Вымолвила девушка. Она полностью успокоилась. - Не за что. Хм, Грейнджер, может уже отпустишь меня? Девушка закраснелась. Ее руки крепко сжали черный пиджак и не желали отпускать. - О.. Прости. Она вынырнула из объятий Малфоя и сжалась от набежавшего порыва ветра. По телу прошлись мурашки. Малфой посмотрел на Гермиону в последний раз и развернулся, зашагав вдоль по коридору. - Драко, что это был за аттракцион неслыханной щедрости? Он приостановился. Что сейчас говорить? Он сам не знал, что это было. Но заканчивать вот так явно не хотелось. На прощание он лишь ответил: - Завтра, здесь, в это же время. И скрылся за поворотом в стремительной походке.