Редкий винтаж

      — Если ты не перестанешь трогать мою задницу, то мы никогда не выйдем из квартиры. Я не хочу идти туда, когда от нас за версту сексом пахнет, — Чимин наклонился, чтобы подобрать подходящую обувь к нарядам, в которых они снимались.       — Конечно, давай ты переоденешься в чулки с подвязками и наклонишься передо мной. Думаешь я смогу выдержать это?       — Бедный малыш, — омега выпрямился, поворачиваясь с тремя парами обуви в руках. — Я так жесток к тебе.       — Действительно. Люди пришли бы в ужас, услышав, как ты поступаешь со мной.       — Думаю, мне придется загладить вину перед тобой сегодня вечером…а пока, мне нужна твоя помощь.       — Конечно, детка. Чем тебе помочь?       Чимин вытащил маленький сундучок из-под кровати и поставил его сверху, открыв крышку. Брови Чонгука моментально взлетели вверх, едва он увидел содержимое. Секс-игрушки. Фаллоимитаторы, вибраторы, пробки. Чимин схватил прозрачную стеклянную пробку, закрыл крышку и вернул хранилище обратно под кровать. Он повернулся и протянул ее альфе.       — Можешь вставить это в меня?       Чонгук посмотрел на маленький стеклянный предмет в руке омеги, затем несколько раз перевел взгляд обратно на его лицо, как будто ожидая, что тот скажет: «Это шутка!», но Чимин просто посмотрел на него, приподняв бровь, и попросил снова. Чонгук улыбнулся и принял пробку.       — Зачем она тебе?       Омега тихо рассмеялся и шагнул к нему ближе, протянув руку и проведя кончиками пальцев по челюсти Чонгука, вниз, к подбородку.       — Потому что… Мне нравится фотографироваться, а зная, что ты будешь там…прикасаться ко мне, обнимать…смотреть на меня. Я не хочу пахнуть смазкой и портить одежду, которую предоставил клиент. Я подумал, что тебе понравится это сделать для меня… Но я могу и сам, если тебя это беспокоит.       Чонгуку пришлось зажмуриться от образов Чимина в его голове: непристойного и безудержного, находящегося перед камерой, того, как он будет прикасаться к нему, запечатлевая каждую реакцию. Боже, он так пожалел, что не захватил с собой фотоаппарат; альфа так хотел показать Чимину каким он был красивым, когда его трогают и доставляют удовольствие. Хотел сохранить эти воспоминания для себя, чтобы потом любоваться ими, не показывая никому. Он глубоко вздохнул и вытащил свой разум из этого водоворота, который угрожал засосать его туда, где он потеряет свой контроль закончится это сексом с Чимином. Нет. Оставим это на потом. У них были дела, которые необходимо было выполнить. У альфы еще достаточно времени, чтобы нагнуть Чимина, засунув свой член в это сладкое и мягкое тело…но позже.       — Спусти свои трусики и наклонись над кроватью, чудо, — голос Чонгука стал хриплым и глубоким.       Чимин сделал, как ему было сказано: спустил трусики до середины бедра, затем наклонился над краем кровати. Он тихо заскулил, когда палец медленно обвел его вход; омега уже был немного мокрый, но не сильно. Пак простонал, когда этот палец проник внутрь, вскоре за ним последовал второй, затем и третий, подготавливая его к пробке. Омега прикусил губу, сдержав недовольный стон, когда пальцы исчезли. В момент, когда Чон стал вставлять в него прохладную пробку, Чимин шумно выдохнул и пальцами вцепился в покрывало под ним.       — Детка, оставайся на месте. Я сейчас вернусь.       Пак проследил, как Чонгук обошел кровать с другой стороны и вошел в ванну, затем он услышал, как открылся кран, и альфа вернулся с полотенцем. Чон аккуратно стер с него смазку, прежде чем наклонился и запечатлел нежный поцелуй на пояснице.       — Вот так, вишенка.       Поднявшись, омега дрожащими руками натянул трусики обратно, поправил чулки и ремешки подвязок. Его взгляд опустился на выпуклость брюк у Чонгука, и он ухмыльнулся при мысли о том, что альфа возбудился, просто увидев и прикоснувшись к нему. Пак подошел ближе и опустился перед ним на колени.       — Что ты делаешь, детка? Я думал, у нас нет времени.       — Не беспокойся, я быстренько, — Чимин подмигнул, расстегивая молнию.

***

      — Почему вы так долго? — спросил Седжун, когда пара ворвалась в маленькую библиотеку, где они должны сниматься.       — Пробки, — солгал омега.       — Неважно. Раз вы уже тут, то давайте начнем. Чимин, переоденься в тот первый образ и надень любую обувь, которую посчитаешь подходящей. Я пока припудрю мистера Чона, чтобы его кожа выглядела лучше на камере, затем он тоже переоденется и можно начинать.       Так они и сделали. Чимин шагнул за маленькую занавеску, повешенную Седжуном, и появился через несколько минут. Омега выглядел симпатично в этой облегающей юбке-карандаш королевского синего цвета и рубашке с широким воротником, заправленной в юбку и свисающей с одного плеча так сексуально, что Чонгук не мог отвести взгляд.       — Мне кажется, что юбка мала. Ощущение, что она давит мне на жопу, — Чимин улыбнулся, пытаясь заглянуть через свое плечо.       Глаза Чонгука тут же опустились к чиминовой заднице и обнаружили, что она идеально обтянута королевским синим шелком. Его чулки были телесного цвета, как и его туфли. Макияж был еще свеж, а волосы зачесаны назад, открывая красивое лицо. Он выглядел как мечта.       — Твоя задница выглядит прекрасно. Думаю, так и должно быть. Это выглядело так же обтягивающее на моделях в их фотосессии, — небрежно ответил Седжун, пожав плечами.       — Ух ты, спасибо, — рассмеялся Чимин.       Чонгуку хотелось рассмеяться, а затем притянуть Чимина в свои объятья и засунуть свой член прямо между этих шикарных половинок, идеально обтянутых тканью юбки. Хотя, ему нравилось, что другой альфа, похоже, не испытывал сексуального влечения к омеге. Это была странная смесь чувств. С одной стороны, он хотел, чтобы Чимин получил заслуженную оценку, но в то же время ему не нравилась мысль о том, что кто-то прикоснется к его вишенке или посмотрит на него с похотью в глазах.       — Хорошо выглядит. Очень…хорошо. Я переодеваться, — Чонгук прочистил горло и встал, чтобы пойти сменить одежду.       Как только Чон скрылся за занавеской со своим костюмом, Седжун наклонился и тихо прошептал омеге на ухо:       — Окей…можешь назвать меня сумасшедшим, но мне кажется, что у мистера Чона что-то к тебе есть.       Чимин разразился хихиканьем и с удивлением посмотрел на своего друга. Он прокашлялся и ответил так же тихо.       — Почему ты так думаешь?       — Не знаю…он просто смотрит на тебя как-то по-другому.       — Что ты имеешь в виду?       — Он смотрит на тебя так, как…как я смотрю на Хеджин. Он явно заинтересован.       — Что ж…тогда это хорошо скажется на фотосессии, да?       — Думаю да. Но если тебя это смущает, то мы можем попытаться найти кого-нибудь другого. Я не хочу, чтобы ты заставлял себя.       Чимин мягко улыбнулся и похлопал Седжуна по плечу. Альфа действительно был хорошим парнем, и Пак проникся к нему симпатией за то, что он пытался защитить его, даже когда в этом не было необходимости.       — Не волнуйся… Меня все устраивает. Правда.       Седжун бросил на него еще один любопытный взгляд, на что Чимин понимающе улыбнулся и подмигнул. Когда альфа вышел, Чимин оглядел его костюм: он был черным и, честно говоря, не сильно отличался от того, что Чон носил обычно, разве что этот был немного более приталенным и классическим. Галстук был цвета шампанского, это было незаметно, но они ясно созданы для того, чтобы хорошо смотреться вместе.       — Хорошо, давайте начнем, — негромко сказал Седжун и также тихо хлопнул в ладоши, потому что они все еще находились в библиотеке. Ситуация заставила Чимина рассмеяться.       Первой локацией был небольшой проход между двумя полками из темного дерева, заполненными юридическими томами, которые создавали красивую картинку за счет своих темно-бордовых и синих переплетов. Пара следовала указаниям арт-директора.       — Окей, Чимин, встань рядом с полкой, лицом ко мне. Мистер Чон, встаньте позади него и немного наклонитесь, как будто вы вдыхаете его запах…отлично, — камера несколько раз щелкнула. — А теперь, Чимин, поднимись по маленькой лесенке и создай впечатление, будто ты тянешься за книгой. Мистер Чон…уф…посмотрите на него так, как будто хотите, эм… Вы поняли.       — Понял, — ответил альфа с ухмылкой.       Чонгук наблюдал, как Чимин поднимается по лестнице, наслаждаясь движением его идеально округлой задницы в обтягивающей юбке. Омега поднялся на несколько ступенек и потянулся к верхней полке, вытягивая свое тело, чтобы одежду было видно, как можно лучше. За это время камера мигнула еще несколько раз. Они меняли различные позы: начиная от Чимина, наклоняющегося, чтобы вытащить книгу и заканчивая Чонгуком, протягивающим руку над ним и достающим высоко стоящую книгу. Затем они сделали несколько снимков одного Чимина. После последовали фото омеги, сидящего в конце длинного стола, рядом с ним небольшая стопка книг, одна нога закинута на другую; Чонгук наклоняется и читает ту же книгу, что и Пак или смотрит на него. Затем идет кадр, где они вдвоем, их губы так близко, что это почти похоже на поцелуй; возбужденные взгляды встретились. Атмосфера была напряженной, и Чимин поблагодарил себя за то, что вставил пробку, потому что он был чертовски возбужден. Им пришлось собирать всю аппаратуру и добираться до второго места съемки, увидев которое, Чимин и Чонгук покраснели. Это был тот же бар, в котором у них было «свидание» в ночь их знакомства. Модели снова переоделись. На этот раз Чимин вышел в красном обтягивающем платье, черных чулках и туфлях, и изящных черных кружевных перчатках. Паре заказали два бокала для мартини, которые, к сожалению, были наполнены простой водой. Они сделали несколько снимков в баре, на которых Чонгук стоял, а Чимин сидел за стойкой, потом наоборот. После были фото, на которых Чимин будто падал на колени к альфе, который его поймал. Еще было несколько в кабинке и у старого музыкального автомата. Вся концепция была в желании, чтобы на вас смотрели, чтобы альфа не мог оторвать взгляд. Чувствовать себя сексуально, будучи полностью одетым. Дразнить тем, что было под одеждой и на что намекали изгибы тела. То, чего необходимо было добиваться.       К тому времени, как они закончили, Чимин готов был залезть на Чонгука, словно белка, ищущая орех. Но они не могли уединиться сейчас, как бы сильна не была тяга. У Чимина еще была работа, а у Чонгука — телефонная конференция, которую и так пришлось откладывать. Пара переоделась обратно в свою одежду и вместе вернулась в офис.       По возвращении в свой маленький кабинет, Чимин начал яростно работать над организацией презентации. Полдня он выслеживал Седжуна, чтобы взглянуть на конечный вариант и рассказать о том, как хочет представить проект Даен. Омега предположил, что уже к завтрашнему обеду все будет окончательно готово, если им повезет. К тому времени, когда все остальные уже уходили — Чимин только планировал заканчивать рабочий день. Чонгук появился в дверях, и омега оторвался от монитора, только тогда осознав, что за окном уже темно.       — Ого, сколько сейчас времени?       — Почти семь. Ты уже закругляешься?       Чимин встал из-за стола и со стоном потянулся, выгибая спину и поднимая руки над головой. Чон снова не мог не восхититься его изящной фигурой. Переход от его тонкой талии к широким бедрам заставил альфу дышать глубже. Он весь день провел в предобморочном состоянии, особенно когда улавливал слабые дуновения вишневого аромата Чимина на своей одежде. Его воображение постоянно подкидывало образы Чимина с тех фотографий в нижнем белье, которые они смотрели вместе или недавние воспоминания Минни с фотосессии. И даже сейчас он был таким красивым, будучи в помятой — от долго нахождения за столом — юбке и чулках, его высокие туфли стояли около входа. Чонгуку захотелось пройтись языком по каждому дюйму тела омеги, оставить следы на мягкой коже внутренней поверхности бедер и упругом животе. Хотел наклонить его над столом и трахать под стоны и мольбы омеги о большем.       — Почти. В принципе, я могу закончить утром. Ты готов отправляться домой?       — Мм…да.       Омега поднял взгляд на хриплый голос и обнаружил, что Чонгук изучает его тело с вожделением в глазах. Чимину нравилось, когда Чон так на него смотрел. Он ухмыльнулся и немного выгнулся, просто чтобы немного покрасоваться; глаза альфы потемнели. Чимин почувствовал превосходство, наблюдая, как у Чонгука появилось голодное выражение лица, его взгляд стал затуманенным и немного ошеломленным.       — О чем же думает твой большой сексуальный мозг, альфа? — спросил Чимин, выводя Чонгука из задумчивости.       — В основном о том, как бы я хотел ворваться сюда посреди рабочего дня, запереть дверь и выебать тебя на твоем столе, пока ты пытался бы вести себя тихо.       — Ох? — Пак с интересом приподнял одну бровь. Он обошел свой стол и, протянув руку, провел кончиками пальцев по мягким губам альфы. — Это Ваша фантазия, мистер Чон? Хотите глубоко войти в меня, пока я не обкончаю весь свой стол от Вашего узла? — Чонгук глухо зарычал, на что Чимин ухмыльнулся еще больше. — Ох…это так, не так ли? Вы просто полны сюрпризов…мистер Чон? — Чимин улыбнулся и прикусил губу, глядя Чонгуку в лицо. С его озорных рубиновых губ сорвалось тихое хихиканье.       — Ты хочешь моей смерти?       Это вызвало у омеги еще один приступ смеха, и Чимин шагнул ближе, пока их бедра не соприкоснулись. Чонгук почувствовал, что Пак тоже возбужден.       — Это и моя фантазия тоже, альфа… Но почему бы нам не вернуться домой? Поужинать, а потом я спокойно и непринужденно оседлаю тебя на диване? Ты бы хотел этого?       Чонгуку пришлось закрыть глаза. Если бы он посмотрел в эти серебристые омуты еще хоть на мгновение, то быстро бы сорвался и трахнул омегу до того, как они выйдут из его кабинета. Он глубоко вздохнул и открыл глаза, сразу увидев, что Пак все еще смотрит на него снизу-вверх.       — С удовольствием, Минни.       — Тогда пошли.

***

      — Чимин, не мог бы ты зайти ко мне в кабинет, пожалуйста? — прозвучал голос Даен через маленький телефон внутренней связи, лежащий на столе.       — Да, сейчас буду.       Чимин поправил свои темно-синие брюки, убедившись, что пуговица застегнута правильно и пригладил выбившиеся из прически пряди. Он глубоко вздохнул, вышел из своего кабинета и направился к ней. Войдя внутрь, Даен критически осмотрела его.       — Ты не взял с собой презентационный материал?       — Что? Я…Он еще не готов. Вы сказали…       — Я сказала, что у тебя есть время до среды. Сегодня среда.       — Да, но…       — Никаких «но». У тебя был крайний срок, и ты не уложился в него. Как я могу доверять тебе работу с клиентами, если ты даже не можешь выполнить простые обязанности?       — Все будет готово сегодня днем. Вы не сказали, что это нужно сделать к утру. Мы только вчера днем сделали фото! Седжун еще на стадии редактирования, — процедил сквозь стиснутые зубы омега. — Вы противоречите своим словам.       — Если ты не успевал вовремя, то мог задержаться допоздна. Мне не нужны твои оправдания.       — Я действительно задерживался допоздна, и если бы я не выполнял свои обязанности вдобавок к тому, что делаю и за ВАС, то, возможно, смог бы закончить.       — Как ты смеешь? Кем ты себя возомнил? Нарываешься, чтобы тебя уволили?       Чимин лишь фыркнул на это. Он так устал терпеть от нее поливание дерьмом. Он хорошо справлялся со своей работой, и они оба знали, что омега был лучшим копирайтером в компании. На этот раз он не отшатнулся от нее, а выпрямился и шагнул ближе, насмешливо глядя в ее застывшее от ботокса лицо, которое сейчас напряглось от гнева.       — Действуй! Уволь меня! Кто прикроет твою жопу и позаботится о том, чтобы никто не знал, как мало на самом деле ты здесь делаешь? Думаешь, мистер Чон будет впечатлен, что ты уволила меня, потому что я не выполнил недельный план за три дня? Без проблем. Давай, попробуй.       Чимин ясно видел, как она стиснула зубы, чтобы не ответить колкостью. Женщина ничего не ответила, пока они продолжали борьбу взглядов, которую Чимин никогда не уступил бы. Ему надоело быть слабаком перед ней. Тэ был прав, он всегда мог найти другую работу. Омега был умен, талантлив и трудолюбив. Эта лишь ухудшала его психическое здоровье с тех пор, как Даен стала его боссом. Не было никаких причин, чтобы она с ним так обращалась, и ему это надоело. Пак знал, что представляет ценность для этой компании, и они оба знали, что он говорит только правду. Если бы она уволила его, то в первую очередь сделала бы хуже себе.       — Просто…убирайся. Возвращайся к работе! — прошипела она.       — С радостью, — выплюнул Чимин, выходя из кабинета.       Он ходил кругами по своему кабинету, пытаясь немного остыть, прежде чем вернуться к работе. Чимин собирался взорвать ее гребаный мозг этой концепцией, и он пытался представить, как она произносит речь о том, как любые формы прекрасны, в то время как фотографии Чимина и Чонгука отображаются на проекторе в конференц-зале. На самом деле это была довольно забавная фантазия, и это успокоило его настолько, чтобы можно было продолжать работу. Пак закончил около часа, обнаружив Седжуна, который распечатывал несколько больших глянцевых снимков с фотосессии. Один из них был с библиотеки: Чимин поднимался по лесенке, одной рукой держа толстую книгу, и оглядывался через плечо на альфу, который смотрел на него взглядом, полным желания. Омега собрал все необходимые материалы и пошел в кабинет Даен, готовый представить ей все это; Седжун шел сразу за ним.       Постучав в дверь, они вошли в ее кабинет. Как только Даен увидела их, ее брови слегка нахмурились. Сотрудники полностью проигнорировали это. Они знали, что не нравятся ей, особенно после их небольшой размолвки с Чимином.       — Мы готовы представить кампанию, — просто сказал Чимин, держа папку в руках. Она откинулась на спинку стула и сцепила пальцы в замок, выглядя словно суперзлодей в своем сером платье и пугающе прилизанной внешности.       — Прекрасно. Покажите мне, что у вас есть.       Итак, они показали ей. Чимин открыл презентацию, и в тот момент, когда начались их с Чоном снимки, лицо Даен на мгновение стало еще более без эмоциональным, чем обычно, а затем ее щеки покраснели.       — Если это все — то вы свободны.       Чимин и Седжун переглянулись и молча пришли к выводу, что лучше молча уйти. Никто из них никогда не видел, чтобы она так краснела, и скорее всего, она бы их уволила, останься они хоть на секунду дольше. Не говоря ни слова, они положили все на ее стол и вышли так быстро, насколько это было возможно, закрыв за собой дверь. И именно в этот момент они услышали громкий грохот изнутри, словно Даен бросила что-то тяжелое.

***

      Чимину так сильно хотелось рассказать Чонгуку о действиях Даен, но он знал, что Чону нужно собирать доказательства. Он позволил бы ему выполнять свою работу без постоянного вмешательства Чимина. На самом деле она не сделала ничего плохого, но было странно чувствовать, что из-за работы ему приходилось менять свои планы на день. Хотя это было не так уж трудно. Он не хотел портить свое ограниченное время с Чонгуком разговорами о работе. Он хотел провести это время в объятиях, поцелуях и как можно больше обнаженным. Хотя они не раз встречались с Тэхеном и Юнги за ужином и выпивкой. Чонгук и Юнги хорошо ладили, также Чимин по-прежнему проводил не менее часа каждый вечер, подробно рассказывая по телефону о своем дне Тэ и слыша в ответ о фантастическом сватовстве и о том, как Юнги очень поддерживал его в его странном начинании.       Даен больше не поднимала тему кампании перед Чимином, и омега тоже не разговаривал с ней. Пак предположил, что у нее есть все, что нужно, и не хотел, чтобы она снова что-нибудь бросала, на этот раз ему в голову. Итак, он просто отпустил это. У нее в распоряжении был его проект, и когда она представит его, Чонгук поймет, что она к нему даже не притрагивалась. Черт возьми, он участвовал в этом проклятом деле. Даен, казалось, почти избегала его, или же она была так зла, что не доверяла себе быть рядом с ним. В любом случае, он был благодарен за передышку от ее присутствия на работе и действительно сумел на этот раз справиться со своей собственной рабочей нагрузкой без ее вечных нравоучений.       Между тем, отношения с Чонгуком были абсолютным домашним блаженством. Ему нравилось, когда альфа был рядом, даже когда он не убирал свои носки с пола, сбрасывал покрывала или оставлял грязные чашки в раковине. Это была небольшая плата за присутствие альфы в его жизни, за то, чтобы каждую ночь ложиться в постель с кем-то, кто включал свет, просто чтобы увидеть его, пока они занимались любовью. Кто-то, кто хвалил его и рассказывал ему обо всем прекрасном, что было в нем, даже когда его волосы были наполовину сухими и волнистыми, а лицо без капли макияжа. Это было так приятно для него, и в кои-то веки… он без колебаний разделил свое тело с альфой. Ходить голышом по квартире больше не было похоже на безумный приступ стыда. В тех случаях, когда он был обнажен, глаза Чонгука следили за каждым его движением. Он чувствовал себя потрясающе в отношении себя и своего тела. По другому и быть не могло. Не после того, как омега устроил Чонгуку небольшой показ всех своих любимых вещей, а затем его втрахивали в стопки нижнего белья на краю кровати. В это время Чонгук рычал, какой он чертовски сексуальный и красивый в корсете.       Оставалось всего полторы недели до возвращения альфы в Нью-Йорк, и новоиспеченная пара чувствовала нехватку времени. Они хотели проводить время вместе, пока могли, и это заставляло их отчаянно нуждаться друг в друге каждую секунду. Чимин знал, что у Чонгука была еще одна фантазия, которая, как он думал, не будет реализована. Чон прорычал это ему на ухо, достаточно раз, чтобы Чимин понял, что Чонгук полностью потеряет самообладание, если это произойдет. Итак, в то утро Чимин оделся, пока Чонгука не было в комнате. Вернувшись, альфа увидел, что Пак уже полностью одет и заправляет свою тонкую черную водолазку в черно-красную клетчатую юбку длиной до колен, в комплекте с чулками телесного цвета. Чонгук действительно надулся, и Чимин улыбнулся ему. Альфе нравилось выбирать нижнее белье омеги на день, и именно это стало причиной его небольшой обиды.       — Ты уже оделся?       — Да. Прости, дорогой, — Чонгук бросил взгляд, будто его предали, на что Чимин не смог удержаться и засмеялся. Он подошел к нему и приподнялся на цыпочки, чтобы нежно поцеловать в губы. — Просто думай об этом как о сюрпризе. Я обещаю, тебе это понравится.       Эти слова, казалось, зажгли огонь в глазах альфы, и Чимин снова рассмеялся, когда его притянули ближе. Одна из рук Чонгука опустилась, чтобы попытаться разобраться в ситуации, схватив омегу за задницу. Но он не смог ничего почувствовать сквозь слои юбки. Чимин просто промычал тихое одобрение и оставил быстрый поцелуй на шее Чонгука. После того, как его всего облапали, Пак отстранился.       — Ладно. На этом хватит. Нам пора на работу.       Чонгук застонал, когда Чимин обошел его и схватил флакон блокатора запаха, который он уже ненавидел. Чон хотел быть покрытым запахом своего омеги, и он хотел, чтобы Чимин тоже был покрыт его запахом. Он ненавидел, что другие альфы могли думать, что он одинок, ненавидел мысль о том, что его вишенка пахнет не так, как он, и что аромат вишневого ликера не пропитывал каждую нитку каждого предмета одежды, который носил Чонгук. Он знал, что это должно было быть своего рода проверкой, испытанием, чтобы понять, заинтересованы ли они в чем-то большем, и Чонгук уже принял решение. Ему нравилась маленькая квартирка Чимина с ее уютной атмосферой. Ему нравилось, когда Чимин был рядом, проводить с ним вечера, готовя ужин, и ночи в его постели, и утро тоже. Ему даже нравилось, как он оставлял свою косметику на тумбе в ванной, как он разговаривал во время фильмов и телешоу, полюбил даже маленькую веревочку, которую он привязал поперек крошечной ванной, чтобы повесить белье и чулки сушиться после ручной стирки, хотя она всегда цепляла его за шею, когда он заходил пописать утром.

***

      Чонгук отложил ноутбук, которым пользовался в своем импровизированном кабинете, который представлял собой просто неиспользуемое пространство со столом и стулом. Он не жаловался. Зазвонил его мобильный телефон, и он улыбнулся, увидев экран. Нана. Он сразу же ответил и откинулся на спинку стула.       — Привет, Нана.       — Привет, дорогой. Я просто звоню, чтобы проверить, как ты. Ты не звонил почти неделю, по-моему, ты идешь на рекорд. Ты ведь не переутомляешься, правда? — спросила она своим добрым, ласковым голосом.       — Ах, мне очень жаль. Я был занят… но не только работой, — он сделал паузу на мгновение и мысленно представил Чимина, позволяя нежности и обожанию, которые он испытывал к нему, захлестнуть его. — Я, э-э… встретил кое-кого.       — Серьезно? О… дорогой, это чудесно. Расскажи мне все.       — Его зовут Чимин, и он замечательный, Нана. Ты бы его полюбила. Он такой сильный и умный. Он самый красивый омега, которого я когда-либо встречал. Он во многом похож на меня. Вроде как… родился не в то время, понимаешь? Я действительно… он мне очень нравится.       Когда Нана ответила, он услышал слезы в ее голосе. Чонгук знал, как сильно она беспокоилась, что он никогда не найдет себе пару. Что он одинок.       — Я так счастлива. Когда я смогу с ним встретиться? Когда у меня появятся правнуки?       — Притормози, Нана! Я знаю его всего две недели.       — И? Я знала твоего деда четыре дня, прежде чем мы поженились.       — Он уезжал на войну. Я думаю, что это немного другое.       — Может быть. Но урок все еще остается в силе. Ты сразу поймешь, если это оно. Итак, влюбляйся. Позволь себе расслабиться всего на минуту и действительно, действительно почувствуй то, что ты чувствуешь. Я знаю это. Если ты позволишь себе этому Чимину ускользнуть из твоих рук, то пожалеешь об этом. Я никогда не слышала, чтобы ты говорил об омеге таким тоном. То, как твой дед разговаривает со мной. Не позволяйте расстоянию разлучить вас. Не возвращайся в Нью-Йорк, а потом не жалей о своем выборе. Я никогда не позволяла страху расстояния помешать мне любить твоего деда, и я позабочусь о том, чтобы ты пошел по моим стопам. Разреши себе любить его и позволь своему сердцу направлять. Из всех вещей в жизни единственное, что ты не можешь заменить или восстановить — это любовь.       Чонгук почувствовал, как эти слова ударили его прямо в грудь. Позволить себе любить. На самом деле он не думал об этом с такой точки зрения, но разве не это он делал? Он жил с Чимином как супружеская пара, занимаясь всеми домашними делами, о которых мечтал годами. Он мог бы делать это постоянно, если бы позволил себе свободно любить Чимина. По-настоящему.       — Я постараюсь, Нана. Я сделаю все, что в моих силах, потому что ты права. Я никогда не найду никого другого, похожего на него.       — Вот и славно. А ты скажи ему, что я хочу ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ четырех правнуков.       Чонгук рассмеялся над этим. Конечно. Вечная сага — его бабушка и ее мечта о правнуках.       — Будет сделано. Я люблю тебя, Нана. Скажи деду, что его я тоже люблю.       — Конечно, дорогой. Пришли мне фотографию твоего омеги, я так хочу посмотреть на него.       — Ладно. Я так и сделаю.       Чонгук рассмеялся, открыв свою галерею и найдя фотографию Чимина, которую он сделал в уязвимый момент: глаза омеги были прикрыты, а губы слегка надуты. На нем был его красный берет, и он выглядел таким симпатичным. Чон отправил фотографию своей бабушке, прежде чем положить телефон обратно на стол и откинулся назад. Через несколько мгновений его телефон завибрировал, и он улыбнулся шире, увидев сообщение.

      Нана: Теперь я понимаю, почему ты так увлечен.

Он прекрасен.

      Чонгук: Так и есть.       Он отложил устройство в сторону и снова посмотрел на свой ноутбук. Когда его телефон снова зазвонил, он подумал, что его бабушка, должно быть, что-то забыла или хотела рассказать ему что-то о фотографии, но поднял бровь, когда увидел, что ему звонит Чимин.

***

      Сердце Чимина билось со скоростью тысячи миль в минуту. Он знал, что не должен был этого делать. Он слишком хорошо понимал, что Чонгук никогда не попросит и никогда не будет настаивать на этом. Но он тоже этого хотел. Он никогда ни с кем не был сексуально предприимчив, но Чонгук проявил эту его озорную сексуальную сторону и заставил захотеть исследовать свои границы. Пак никогда не чувствовал себя достаточно комфортно ни с одним другим любовником так, как с Чонгуком, и это открыло мир возможностей и сексуальных сценариев, которые он хотел попробовать.       Он начал с того, что вытащил баллончик с блокиратором запахов и распылил его по всему кабинету, пока он не превратился в толстый вакуум без запаха, облако аэрозоля, которое пахло почти как пластик, но не позволяло запахам проникать в него. Он сделал несколько успокаивающих вдохов и вытащил свой мобильный телефон. Было почти время обеда, и он надеялся, что альфа свободен, потому что ему уже было тяжело от одной мысли о том, что он собирался вытворять. Чимин забарабанил пальцами по столу, ожидая, когда альфа возьмет трубку, и как только он это сделал, у него перехватило дыхание.       — Привет, Чимин, все в порядке?       — Приветик. У тебя есть немного времени? Я хотел попросить тебя кое в чем помочь.       — Да, я свободен до полудня. Ты хочешь, чтобы я зашел к тебе?       — Да, пожалуйста.       — Конечно. Буду там через секунду.       Чимин повесил трубку и встал, проведя руками по одежде и волосам, начиная нервничать от своей же смелости. Он расхаживал перед дверью, пока не услышал тихий стук. Омега остановился, глубоко вздохнул, и открыл ее. За дверью стоял Чонгук, все такой же красивый, в своем темно-синем костюме и изумрудном галстуке. Чимин отступил назад и пригласил его войти, быстро заперев за ним дверь, прежде чем альфа мог заметить. Когда он повернулся, то заметил, как Чонгук сморщил нос от пластикового аромата блокатора запахов, который тяжело ощущался в маленьком помещении.       — Что случилось, Минни? Тебе нужна помощь? — спросил Чонгук, полностью поворачиваясь к нему лицом и засовывая руки в карманы.       Блядь. Неужели Чимин был настолько помешан на этом альфе, если что-то вроде того, чтобы засунуть руки в карманы, уже заставляло его чувствовать себя возбужденным… Кого он обманывал? Он был возбужден весь день.       — Да, подойди сюда.       Чимин обошел его и выдвинул стул из-за стола, указывая Чонгуку сесть. Альфа сидел, явно думая, что он хочет показать ему что-то на компьютере, изучая экран, на котором были открыты документы и запущены фотопрограммы. Только когда Чимин немного отодвинул его от стола и обошел вокруг, Чон снова переключил внимание на омегу. Чимин одарил его мягкой, слегка озорной улыбкой, когда опустился на колени, немного приподняв юбку, чтобы не стоять на ней на коленях. Глаза Чонгука расширились от удивления, и Чимин хихикнул, увидев, как возвращается застенчивость его альфы, его щеки покраснели. Омега положил руки на колени альфы и слегка приподнял их.       — Мистер Чон… Мне нужна ваша помощь.       — Что вам нужно, мистер Пак? — спросил Чонгук, его глаза наполовину прикрылись, а голос стал глубже, удивление прошло и сменилось возбуждением.       — Мне так пусто. Слишком пусто, мистер Чон. Мне нужно, чтобы Вы наполнили меня.       Внезапно густой мускусный аромат тяжелого блокатора запаха обрел смысл, и Чонгуку стало тяжело. Он уже… твердый, как скала. Блядь. Для того, кто любил старомодную одежду и стиль, он определенно был извращенным ублюдком. Но Чимин, казалось, был на одной волне с ним, когда он прикусил свою полную нижнюю губу, которая была вишнево-красной… Боже, он никогда в жизни так не любил вишню, как после встречи с Чимином. Чонгук потянулся вперед и большим пальцем вытащил губу омеги, прежде чем скользнуть пальцем в мягкое, влажное тепло рта Чимина. Он мгновенно обвел его языком и нежно пососал, глядя на него своими широко раскрытыми серыми глазами, полными желания.       — У меня есть как раз то, что Вам нужно, — прохрипел Чонгук, осторожно вытаскивая большой палец изо рта Чимина и потянувшись к пряжке своего ремня.       Чимин с нескрываемым восхищением наблюдал, как Чонгук расстегнул брюки и освободил свой член. Каждый раз, когда он видел его член, это было как в первый раз снова и снова. Он был просто таким большим и совершенным. Толстый и длинный, и он ЗНАЛ, как прекрасно он ощущается внутри. Пак уже чувствовал, как его член болит между ног. Он наклонился вперед и провел широкую полосу языком от основания до головки, прежде чем прижать свои красные губы к кончику и мягко посасывать, толкаясь языком в уретру и заставляя Чонгука тихо стонать. Чимин отстранился.       — Шшш… успокойтесь, мистер Чон. Вы хотите, чтобы нас поймали? — прошептал Чимин с огоньком в глазах, и Чонгуку так сильно захотелось просто нагнуть Чимина над столом и трахнуть его.       Ладно… может быть, у него был небольшой фетиш на секс в офисе. Но кто мог обвинить его в таком искушении, когда Пак Чимин, стоящий на коленях между его раздвинутых ног, прижимался губами к его члену? Кто мог устоять перед таким искушением? Точно не Чонгук. Это все, что он знал.       — Черт… Ты убьешь меня, омега.       — Не собираюсь тебя убивать, — прошептал Чимин, обхватывая одной из своих маленьких рук основание члена, чтобы помочь себе заглотить его глубже. — Просто пососу твой член, а потом позволю трахнуть себя на столе.       — О, и это все? — саркастически спросил Чонгук, но тихо зашипел, когда Чимин насадился ртом на его член. — Черт… как твой рот может быть таким мягким?       Чимин просто замурлыкал и начал медленно двигаться вверх и вниз по члену, беря столько, сколько мог, а это было примерно половина. Чонгуку отчаянно хотелось запустить руку в эти идеально уложенные светлые волосы и направить его, но он знал, что не может, и это только распаляло его еще больше. Омега был так хорош в этом. Он не заглатывал глубоко и не делал ничего эффектного, но его мягкий язык проходился по венам у основания, вдавился в щель на головке и кружился вокруг кончика, когда он двигался, идеально. Не потребовалось много времени, чтобы Чон оказался на грани оргазма. Но как раз в тот момент, когда он собирался взорвать, в комнате раздался громкий звуковой сигнал, напугавший их обоих, и Чимин отстранился от него с хлюпающим звуком.       — Чимин, мне нужно, чтобы ты позвонил нашему подрядчику, который занимается нашей печатью, и дал мне ETA для брошюр для учетной записи G7, — это была Даен.       Чимин закатил глаза и прочистил горло.       — Да, мэм. Я сделаю это после обеда.       — Конечно-конечно. Не хотелось бы, чтобы ты пропускал приемы пищи, в конце концов, — она язвительно огрызнулась в ответ, и Чимин почувствовал, как его лицо вспыхнуло.       — Совет, которому вы должны последовать тоже, — парировал Чимин, и прежде чем она успела сказать что-то еще, он потянулся к столу и нажал кнопку завершения вызова.       Прежде чем Чонгук успел что-либо сказать, Чимин взял его в рот и втянул щеки, создавая вакуум, его руки сжались вокруг ствола, быстро двигаясь, и Чонгуку пришлось схватиться за подлокотники кресла и прикусить язык, чтобы не застонать вслух от чистого удовольствия, которое прокатилось по его позвоночнику и достигло кульминации.       — Черт… — Чонгук тихо застонал. — Я собираюсь кончить, детка… черт…       Чимин продолжил, нисколько не замедляясь, одна из его маленьких мягких ладоней нашла мошонку и нежно обхватила яйца, слегка массируя их, в то время как другая рука продолжала двигаться по члену. Это было уже слишком, и сперма толчками выстрелила в рот омеги. Чонгук откинул голову на спинку офисного кресла и сжал горло, чтобы не закричать от удовольствия, которое испытывал. Чимин нежно пососал головку, до конца собирая сперму. Чонгук задрожал от звука сглатывания Чимина. Он открыл глаза и посмотрел вниз, и увидел, как Чимин проводит большим пальцем по нижней губе, их взгляды встретились.       — Мм… Обед был восхитительным, — улыбнулся омега, его серые глаза искрились озорством. — Мои комплименты шеф-повару.       Чонгук засмеялся, и Чимин хихикнул вместе с ним, прикусив губу. Они разделили короткий момент веселья, совершив то, чего им абсолютно не следовало делать, но это ощущалось так хорошо, что они просто не могли остановиться.       — Иди сюда, детка, — тихо сказал Чонгук, осторожно отодвигаясь и аккуратно касаясь своего образовавшегося узла, прежде чем притянуть Чимина к себе на колени и запечатлеть поцелуй на его губах, который были немного солеными и горькими от его собственной спермы, что только заставило его хотеть омегу еще больше.       В конце концов Чимин прервал поцелуй и отстранился достаточно, чтобы посмотреть альфе в лицо. Он схватил Чона за руку и сунул ее под свою юбку, чтобы он мог почувствовать, что там было. Или… чего там не было. Он наблюдал, как брови Чонгука приподнялись, глаза расширились, когда его пальцы встретились с его твердым, истекающим членом без преграды из шелка или кружева.       — О боже, детка… на тебе нет трусиков.       — Нет… оставил их, чтобы ты мог трахнуть меня… ах…на моем, как ты и обещал, — простонал Чимин на ухо Чонгуку.       Как Чонгук должен был это пережить? Он обхватил член Чимина рукой под слоями юбки и начал нежно поглаживать плоть. Чимин заскулил у его челюсти, проводя этими рубиновыми губами по его гладкой коже, когда Чон массировал его яички.       — Тебе нравится, малыш? Мы должны снять эту юбку, чтобы ты не запачкал ее, — тихо пробормотал Чонгук, поворачивая лицо, чтобы прикусить плюшевые губы Чимина.       Омега бросил на него отчаянный взгляд и прикусил губу, улыбаясь в ответ с тихим стоном удовольствия на губах. Но через мгновение он наклонился и остановил руку альфы на своем члене, затем соскользнул с колен и встал перед ним. Чонгук ожидал, что он спустит юбку, но вместо этого он получил то, от чего его кровь забурлила. Чимин развернулся и задрал юбку вверх, а не вниз, складки юбки собрались у него на талии, обнажив бедра, пояс с подвязками и круглую пухлую задницу. Он шире развел ноги и наклонился над столом, чтобы показать Чонгуку, что у него есть пробка, растягивающая для него его симпатичную розовую дырочку.       — О… черт. У тебя это было весь день, вишенка? — прохрипел Чонгук, протягивая руку вперед и нежно прижимая большой палец к основанию, заставляя Чимина прикусить губу, в попытке не застонать.       — Д-да… Ждал тебя. Боже, я весь день был наполовину возбужден.       — О, да? Так ты хочешь чем-то еще растянуть свою прелестную дырочку?       — Мне так плохо… пожалуйста, мистер Чон. Помогите мне.       По какой-то причине это имя, то самое, которое всего неделю назад казалось слишком чопорным и официальным, теперь зажгло огонь в его животе. Возможно, потому, что раньше казалось, что он держит дистанцию между ними, но теперь это сближало их. Альфа встал и шагнул вперед, упираясь бедрами в задницу Чимина, позволяя ему почувствовать, что он снова тверд, зубья его расстегнутой молнии царапнули нежную кожу Чимина, и омега тихо заскулил. Чонгук перегнулся через его спину и прикоснулся губами к уху Чимина.       — Ты чувствуешь это?       — Ннгх… да. Это все для меня, сэр?       Чонгук тихо зарычал, когда его назвали «сэр». Он даже не подозревал, что у него есть такой кинк, но каждый день с Чимином он узнавал что-то новое. И ему это нравилось. Он любил секс, и всегда любил, но с его вишневым мальчиком это превращалось в нечто особенное.       — Конечно, сладость. Ты готов к этому?       — Да… ммм… да… — тихо прохрипел Чимин.       Чонгук снова вытащил свой член, просто спустив брюки и нижнее белье достаточно низко, чтобы не испачкать одежду. Он вытащил пробку из входа Чимина и мгновенно прижал кончик члена к его дырочке, чтобы смазка не стекала вниз по бедрам Чимина. Он скользнул внутрь и несколько неуклюже отложил пробку в сторону на стол омеги. Они оба тихо зашипели, когда их тела соединились. Чонгук сжал в ладонях бедра Чимина и позволил его голове откинуться назад, когда он вошел глубже, до упора, его бедра встретились с задницей Чимина.       — Черт…       Чонгук и Чимин оба знали, что им не следует этого делать. Они все еще пытались разделить личную жизнь и работу. Это не имело никакого отношения к работе, и, строго говоря, в обеденный перерыв они могли делать все, что хотели. Чонгуку пришлось признаться самому себе, что он представлял этот клишированный сценарий больше раз, чем следовало бы за последние полторы недели их совместной жизни с этой идеальной омегой. Но в реальности это было даже лучше. Тихие прерывистые вдохи, которые Чимин издавал при каждом толчке внутрь, и то, как он дрожал под ним, прижимаясь грудью к столу, с болтающейся юбкой на талии. Он посмотрел вниз, где его член входил и выходил из мягкой розовой дырочки Чимина. Ствол блестел и был влажным от смазки Чимина. Это было совершенство.       Чимин был так ошеломлен всей этой ситуацией. Он знал, что ему будет жарко, но как только Чонгук действительно оказался внутри него, омега попытался сдержать свои звуки… это было намного сложнее, чем он представлял. Острые ощущения от секса в одежде, табу на то, чтобы заниматься этим в его офисе, возможность того, что их могут застукать, достигли кульминации. Он задрожал на грани оргазма и просунул руку через юбку, чтобы найти свой член и простимулировать себя в такт толчкам альфы. Напряжение в его животе только усилилось, яйца напряглись, готовясь к оргазму, его дырочка затрепетала от проникновения толстой длины Чонгука.       — Б-близко… близко… — это было все, что смог выдавить из себя Чимин, прежде чем ему пришлось прикусить язык, чтобы сдержать еще больше звуков.       Когда он почувствовал, что оргазм нарастает в его теле, то обхватил рукой головку своего члена и кончил в свою собственную ладонь, чтобы его сперма не покрыла здесь все. Позади него Чонгук тихо зарычал, а затем Чимин вздрогнул, когда его связали узлом, и Чонгук излился в него горячими, резкими струями спермы. Омега почувствовал, как Чон отпустил его бедра, а затем его руки легли на стол по обе стороны от плеч Чимина, чтобы удержаться на месте       — Черт… Детка…       — Ммм… — все, что смог выдавить Чимин, его язык не хотел шевелиться от переизбытка ощущений.       Глаза альфы заметили ладонь Чимина, сжатую в кулак, и когда он увидел жемчужные капли своего омеги, просачивающиеся сбоку, то тихо зарычал и наклонился, используя нос и губы, чтобы разжать руку и слизать свидетельства оргазма Минни с кожи. Чонгук провел губами по затылку Чимина и зарылся носом в его золотистые волосы, пока они ждали ослабления узла. Когда это произошло, Чонгук издал низкий звук удовлетворения и вставил пробку в распухшую, нежную дырочку своего омеги, чтобы удержать собственную сперму. Он вытерся салфетками и быстро поправил одежду, прежде чем опуститься на колени позади Чимина и тоже почистить его.       Альфа помог ему встать и поправил всю его одежду. Но когда Чимин вытащил баллончик блокатора запаха, то он действительно заскулил. Чон ненавидел это. Он хотел, чтобы его омега пах так же, как он. Но Чонгук знал, что ему нужно подождать, пока Чимин будет готов поделиться этой новостью. Альфа позволил опрыскать себя и, нахмурившись, наблюдал, как Чимин опрыскивал себя. Когда Пак полез под юбку, чтобы опрыскать себя там, Чонгук издал мягкое рычание, которое сразу же оборвал. Когда Чимин посмотрел на него, то на лице альфы читалось явное удивление.       — Прости. Не знаю, что на меня нашло. Я…       Но Чимин улыбнулся ему извиняющейся и понимающей улыбкой.       — Я знаю, альфа. Я тоже хочу, чтобы там был твой запах, но еще не время. Ладно? Хотя… сегодня вечером, когда мы вернемся домой, я бы очень хотел обсудить будущее. Я… я не хочу тебя отпускать.       Чонгук мгновенно заключил Чимина в объятия, его губы опустились на рубиновые, которые фигурировали в каждой мысли в течение его дня. Он подумал о словах своей бабушки. Ему нужно было дать себе разрешение любить, и он это сделал. Потому что он влюблялся в Чимина.       — Я тоже, Детка.       Это был странно нежный момент после секса в кабинете, но это было первое признание в желании иметь будущее, и это заставило их обоих почувствовать себя нужными. Чимин протянул руку и похлопал его по щеке, его лицо растянулось в широкой улыбке, а глаза превратились в маленькие луны.       — Мы должны немного пообедать, а потом вернуться к работе.       Чонгук вздохнул и очень неохотно отпустил Чимина после еще одного поцелуя.       — Ладно.