Эх...Гормоны

Гроза за окном не прекращается уже несколько дней подряд, хотя оно и не мудрено, ведь наступила осень. Теплое одеяло совсем не грело, а деревянная кровать казалась пронизанной гвоздями насквозь. Уютом от его комнаты вовсе и не пахло Камило сегодня получил свой дар — шейпшифтера, и кажется с этого дня он больше никогда не заснет. Кошмары. Постоянные кошмары. Этот настиг его внезапно, будто он потерял всю семью и его больше никто не любит — он изгой. Его выгнала родная мама, а тетушка Джульетта лишь подначивала ее, подавая вещи племянника во входную дверь. Он боялся одиночества, поэтому даже эти пять минут сна казались сущим адом. Комната мальчика теперь была отдельной, он ушел от Мирабель, справляясь с собственным желанием не заплакать и вернуться в старую комнату, с мягкими обоями, кроваткой с удобной периной и возможностью поболтать с Каситой. Новая комната не отличалась уютом и жизнелюбием. Повсюду зеркала, отражающие его самого, трансформирующегося в «сущности», и небольшая кровать в центре комнаты. Он смотрел в зеркала, и видел разных людей внутри: Тетушку Джульетту, которая готовила его любимые печеньки с медом; маму, разрываемую эмоциями, отчего молнии стреляли вокруг; Долорес, которая мило хлопала глазками, подслушав что-то, и хитро улыбалась братику, словно рассказывая новые интересные сплетни городка. И дядю Бруно. Он его немного пугал, но чересчур завораживал. Мужчина глядел на мальчишку из зеркала, улябаясь, не также лучезарно, как его мама, а скорее загадочно. Камило хотел узнать что там, за этой улыбкой, однако дядя ему не открывался, и додумывать образ пришлось самому. Темные круги под глазами, звенящий смех, но не стеклянный и светлый, а пугающий, как звон в ушах, когда вот-вот потеряешь сознание. Огромный рост компенсировался крюковатой сгорбленностью, ни одного сглаженного угла в фигуре, лишь острые и колючие. Он его боялся, очень боялся. Малыш Камило пошел в свою старую комнату, где Мирабель уже сладко спала. Будить ее совсем не хотелось, и поэтому он закрыл дверь и тихо поплелся на кухню. Он любил есть, поэтому тихо присел за стол, поедая печенье тети Джульетты, и потянулся к следующей тарелке с ними, как сильно громыхнуло и мальчик с визгом забрался под стол, ударяясь головой о столешницу. На глаза навернулись слезы, однако… Он старался держаться. Послышались шаги, и Камило выглянул наружу, заглядывая в те самые зеленые светящиеся глаза, которые его так пугали из «сущности» в зеркале, однако… Они не выражали грубости или желания напугать. Дядя Бруно с беспокойством смотрел на малыша, выглядывающего из-под скатерти. — Камило? Что ты тут забыл? Ночь на дворе, ты должен был спать в своей комнате,- мужчина подал руку мальчишке, который полностью продрог от холода и страха. — Кошмар приснился? Бруно тепло улыбнулся, и от этого было уже не так страшно. Камило потянулся за рукой, выползая из-под стола и стирая слезы с уголков глаз. Он утвердительно махнул головой, от чего предсказатель потрепал его по макушке. — Ну, что мы тут можем сделать. Моя комната в башне, так что мы вдвоем вернемся в твою. — он хмыкнул, прикладывая все свое актерское мастерство, создавая образ раздумий, — но знаешь что, мы будем не одни. Бруно обхватил щеки мальчишки, удерживая его лицо и стараясь как можно ярче улыбаться после чего с верхней полки шкафа вытащил пышки с пудрой и упаковку горячего шоколада. — С нами пойдут сладости. Камило усмехнулся, глядя на попытки дяди его успокоить, и внимательно рассматривал его черты лица. Ясные зеленые глаза и губы, сжатые в тонкую полоску. Он тоже жутко переживал, однако старался успокоить малыша. — Знаешь, это то, что я обычно делаю, если мне страшно. Надеюсь тебе поможет мой способ. — Бруно закинул несколько ложек сухого шоколада, заливая их кипятком. Из чашек донесся невероятный аромат. — Джульетта вечно прячет его от вас, но я ведь не она, правда? Мальчишка неуклюже махнул головой, так и не произнося не звука. Бруно не любил разговаривать, очень не любил, но занять малыша чем-то было нужно. Поэтому он говорил и говорил, улыбаясь и прикасаясь к маленькому телу в попытках успокоить. — Идем скорее в твою комнату. Если хочешь, останусь с тобой пока не уснешь. Камило вытер почти невидимые слезинки из уголков глаз и помахал головой. Сладкий запах успокаивал, пробуждая аппетит и заглушая попытки страха одержать верх, и мальчишка под руку с дядей ушли в комнату со светящейся дверью. Зеркала все так же суетились, и Бруно немного дрогнул, входя внутрь. Однако сам мальчонка этого не заметил. Кровать стояла в углу комнаты, и уютная атмосфера, кажется, охватывала только ее округу. Все остальное в комнате ужасно напрягало. Хотя Бруно понимал Его комната тоже неудобная Неприятная. Они их не выбирают Он сел на край кровати, легонько шлепая по простыни, зазывая мальчишку. Тот же без доли сомнений улегся в нее. Горячий шоколад и плюшки вмиг были съедены, и разговоры с дядей успокаивали, и кажется страх отступил окончательно. Кровать показалось мягкой и уютной, а теплая рука дяди на спине отдавала теплом, и это согревало по-настоящему. «Наверное это плюшки и шоколад» Сон охватывал с ног до головы, расслабляя каждую мышцу тела, делая его все тяжелее и тяжелее. Он закрыл глаза, хватаясь за руку мужчины, постепенно отступая в царство Морфея. — Я люблю тебя, дядя Бруно.