Кто я?

Лица касается золотой отсвет от рисунка двери. Проклятая свеча за спиной насмешливо мигает покачивающимся пламенем в ответ на его искривленное лицо. Камило с силой проворачивает ручку и заходит в свою комнату, нетвердо проходит вперед и сползает спиной по стене из-за подкосившихся ног. Касита понимающе приглушает свет, укрывая мраком отрешенно раскачивающийся из стороны в сторону совсем юный силуэт. С самого детства каждый член семьи Мадригаль мечтает о своей комнате, о дне, когда в дар получаешь необыкновенные силы. До этого момента все непостоянно: мысли о том, каким образом в будущем будешь приносить пользу общине; прохладное обращение бабушки, слишком увлеченной своими новообретенными обязанностями; а жители так и норовят надеть венец своих ожиданий и надежд, со временем начинающих напоминать сказки да легенды. Все чего-то ждут и видят лишь личность, которой ребенок должен стать в будущем. И наконец, спустя месяцы ожиданий, настает этот день. В окружении праздничного гама гостей Камило считает, что наконец все встанет на свои места. Долорес весело улыбается ему вслед, а родители ждут вверху лестницы, ободряюще кивая. Но вот он стоит напротив зеркала и не понимает, кто он. В глазах покалывает, а в горле стреет шипастый ком. Ззм– ! Смуглая рука импульсивным движением устремляется в плывущее от навернувшихся слез отражение. Хрупкое стекло покрывается паутиной трещин, распадаясь на крошево острых частиц в месте удара. Но боль от порезов не чувствуется, Камило даже не считает ее таковой, сравнивая с превращениями, когда изменяется скелет и мышечная структура. Во множестве осколков отражается большое количество людей, но только не стоящий в одиночестве Камило с поврежденной рукой, совершенно не чувствующий себя одним в комнате. По проходам второго этажа стелется мягкая поступь, чуть поскрипывающая половицами ненового Касита. Долорес, с бронзовым в руке фонарем, на миг сбивает шаг возле двери своего брата. Разбуженная странным шумом, она лишь грустно вздыхает и поворачивается обратно. Каждый дар скрывает за собой темную сторону, и лучше бы она не знала мрачных секретов своих родных.