Божественная сущность. Поколения

Утро добрым не бывает. Но кто это сказал? Если у тебя есть всё, что ты хотел, всё, что тебе нужно, то каждое утро может быть праздником. В свои пятнадцать или шестнадцать лет Сириус Блэк никогда бы не сказал, что будет счастлив семейной жизни. Подумаешь, жена, дети, работа. Слишком заурядно, обыденно и скучно. Но ему тридцать четыре года, и у него есть всё то, над чем он смеялся в молодости. Скучно ли ему? Уж точно нет. С такими непоседами скучать не приходится, а с такой женой и подавно. Кстати, о жене. Раньше Сириус никогда не задумывался о длительных отношениях с человеком, к которому ты испытываешь сильные чувства. Он вообще не задумывался об отношениях. Теперь же он и жизни своей не представляет без Олимпии. Шестнадцатилетний Бродяга посмеялся бы в лицо тому, кто сказал бы ему, что у него будет трое детей от девушки из бара, брат которой ему чуть лицо не разукрасил. *** Какое это ужасное чувство испытывать боль с утра от похмелья. Глаза еле открываются, во рту сухо, думать, соображать не получается. Блэк еле смог подняться с дивана. Он шатался и задевал все углы. Его целью было дойти до кухни и найти антипохмельное зелье. Когда Сириус был уже у кухни, он спотыкнулся и упал. На грохот прибежала Олимпия. Она помогла подняться Блэку, довела его до стула и помогла усесться. Сириус держался за голову, мучаясь от боли. - Ты ж мой хороший. Сильно болит? Олимпия поцеловала его в лоб и отошла к шкафам. Найдя на одной из верхних полок аптечку, она быстро смогла определить антипохмельно зелье. Оно было зелёного цвета в стеклянном флакончике. Голд подбежала к Блэку и отдала зелье. Сириус вытащил крышку и выпил жидкость. На вкус- не самое приятное, что он пробовал, но это лучше, чем целый день мучиться. Действие моментальное. Через несколько секунд Сириус был, как огурчик. Он встал и поцеловал Олимпию в лоб. - Доброе утро,- сказала Олимпия. - Теперь оно точно доброе,- Сириус хлопнул себя по лбу.- Милая, прости, я столько выпил. - О, не волнуйся, но мне очень жаль, что ты не сделал того, чего обещал вчера утром. - Но я же могу сдержать своё обещание прямо сейчас,- Сириус наклонился к шее девушки и проговорил томным голосом. - Увы, но нет,- сказала Олимпия. Сириус отстранился и поднял брови. - Ты должен быть на работе уже через полчаса. Успеешь только умыться, переодеться и позавтракать. - Я могу отправить патронус, что я заболел, тогда мы целый день проведём вместе. - Ну уж нет, вчера ты мне обещал, что будешь ходить на работу. Увидемся мы с тобой вечером. - Олимпия, прошу тебя, в это время дети уже придут. - А ты приходи попозже, они уже спать будут. - В это время я настолько устану, что смогу только подняться в комнату и лечь на кровать. - Сириус, ты опаздаешь. Олимпия вернулась к плите. Она перевернула блин и посмотрела на Блэка. - Такое ощущение, что ты специально не хочешь остаться со мной наедине. Я разонравился тебе? - Сириус, не говори глупостей. - Тогда что?! Олимпия выключила плиту и решительным шагом подошла к Блэку. Она положила руки ему на плечи и сказала: - Завтрак подгорел бы. Девушка впилась ему в губы. Сириус не ожидал такого напора, поэтому несколько секунд был в шоке. Потом он положил руки на ягодицы девушки, поднял её и усадил на стол. Олимпия раздвинула ноги, чтобы Блэк стоял ближе к ней. Ткань халата неприлично задралась. Сириус уже представлял, как будет Голд извиваться на этом столе от его рук. Только одна такая мысль заставляла желание снять с себя штаны увеличиться. Сириус оставлял багровые засосы на шее девушки, желая раз и навсегда отметить, что она его. Олимпия горела от желания. Она сама не могла уже долго терпеть, но Блэк не особо торопился. Его руки блуждали по спине и всему телу девушки. Он не опускал руки ниже пупка. - Скажи мне, чего ты хочешь. - Я хочу тебя прямо сейчас. Он снял с Олимпии никчёмный халат, под котором ничего не было. Припал губами к одному из сосков. Голд уже хныкала. Сириус слишком долго её мучал. Через несколько секунд Блэк уже хотел проклясть весь мир. К ним кто-то пришёл и постучал в дверь. Олимпия быстро накинула халат и слезла со стола. - Ну зачем? Постучали бы и ушли. - А если это дети? Сириус, я обещаю тебе, что вечером дети будут спать, а мы с тобой наложим заглушающее заклинание на нашу комнату,- Олимпия поцеловала Сириуса. - Точно? - Точнее не бывает. Да иду я уже! Олимпия поправила халат и прикрыла волосами засосы. Она дошла до прихожей и открыла дверь. За ней стоял Джеймс и Капелла с Торасом. Похоже, Поттер решил зайти за своим другом и привести детей. Двойняшки сразу же обняли свою маму и начали рассказывать о ночи и утре, проведённых без родителей. Девушка ничего не понимала, потому что Торас и Капелла говорили разное и слишком громко. - Стоп! Во-первых, вы не на базаре, будьте тише. Во-вторых, зайдите, для начала, в дом. Джеймс, проходи, Сириус скоро будет готов. Дети побежали в комнату на второй этаж. Проходя мимо Олимпии, Поттер прошептал на ухо ей: - Я сомневаюсь, что Бродяга настолько быстро будет готов. С хитрой ухмылкой Джеймс забежал на кухню. Олимпия засмущалась, но не подала виду. Она громко вздохнула и прошептала: - Вот же ребёнок. Голд прошла на кухню. Сириус стоял у плиты и ел со сковородки. Поттер смотрел на него, сидя за столом. Блэк старался быстрее доесть свой завтрак. Олимпия закатила глаза и сказала: - Сириус, иди, переодевайся. Я соберу тебе завтрак. Поешь на работе, если будет время. Блэк отбежал от плиты и бросился к лестнице, перед этим поцеловав Олимпию и сказав ей: - Люблю тебя, ты лучшая. Сохатый, я скоро! Джеймс, ухмыляясь, смотрел на Олимпию. Она села напротив него и взмахнула кистью руки. Омлет поднялся со сковородки и уложился в пластиковый контейнер, который прилетел на стол. Поттер, не отрываясь, смотрел на девушку. Будто они играли в гляделки. Олимпия не понимала действий Джеймс, но, если это была игра, она не собиралась проигрывать. Мужчина откинулся на спинку стула, сложив руки у груди. - Рассказывай. - Что я должна тебе рассказать? - Что посчитаешь нужным. Например, что было после токо, как вы с Бродягой вернулись домой,- Джеймс улыбнулся ещё шире. - Ничего не было. Твой друг сразу лёг спать, потому что перепил вместе с тобой. Джеймс громко засмеялся. Он знал, для чего Сириус просил оставить двойняшек у них на ночь. Сам оставлял Гарри, когда он был маленьким. Поттера позабавило то, что Блэк не исполнил желаемого. Он знал, что Олимпия не шутит, ей это незачем. - Стареет Бродяга. Раньше любую девушку мог уложить в любом состоянии, а теперь... - Что теперь? Джеймс только сейчас понял, что сказал. Он округлил глаза. - Я не это хотел сказать. Я имел в виду, что... - Я всё поняла. Иди, твой дружок спустится через три, две, одну... Сириус бегом спустился на первый этаж. Джеймс переводил взгляд с Голд на Блэка. Он был удивлён точность рассчётов девушки. - У меня очень хорошее обоняние и великолепный слух,- Ответила Олимпия на немой вопрос друга. Поттер встал из-за стола и, проходя мимо Сириуса, сказал ему: - Стареешь, Бродяга. - Чего? - Ничего, поторопись, иначе, нам Кингсли голову отрубит. Джеймс ушёл к выходу, а Сириус подбежал к столу, взял контейнер с завтраком и прошептал на ухо девушке: - Вечером продолжим. Помни об этом. - А такое возможно? Блэк поцеловал Олимпию в щёку и выбежал из дома, захлопнув дверь. Через несколько секунд к ней спустились дети. Пока Голд убиралась на кухне, они рассказали ей о том, как готовит миссис Поттер, о их играх в комнате Гарри и историях Джеймса. Олимпия провела остаток дня вместе с детьми. Ей нравилось исполнять роль матери: заботится о детях, любимом человеке, доме, но чего-то ей не хватало. Она привыкла к опасностям, приключениям, магии, использованной для защиты, обороны и боя, а не для того, чтобы быстро помыть посуду или убраться в детской. Конечно же, с двойняшками не соскучишься, но Олимпии хотелось испытать те чувства, когда твоя жизнь висит на волоске или бьёшь кого-то, а может даже убиваешь. Она понимала в глубине души, что хочет вернуться к заданиям и миссиям. Придоставиться ли ей такой шанс? *** Вечером дети уже спали. Олимпия старал вымотать их за весь день, чтобы ночью они не проснулись. Когда Торас и Капелла мирно сопели и пускали слюни в подушку, девушка зашла в комнату и открыла шкаф. Она собиралась выбрать бельё и ждать Сириуса, но её отвлекли. Кто-то постучался в окно. Олимпия обернулась. Орёл с тёмным оперением держал в клюве письмо. Голд подбежала к окну. Только одна личность может отправить ей послание с помощью этой птицы. Олимпия открыла окно и впустила орла. Он приземлился на изголовье кровати. Девушка приняла письмо, орёл сразу же улетел. Олимпия открыла конверт и достала лист бумаги. Это был точно он. Зевс. Она не видела и не слышала его столько лет. Она села на кровать и стала читать содержимое: « Дорогая дочь, Мы не виделись столько времени. Как ты? Как моя внучка? Ни мы, ни ты не отправляли ни разу друг другу письма. К сожалению, это не просто письмо, чтобы узнать как у вас дела. Каждые сто лет у нас проводится ритуал. Все боги собираются на нейтральной территории и проводят магический обряд над правителем. В этот раз это ты. Мы с твоей мамой даже забыли об этом, поэтому не говорили. Скоро мы прибудем к вам. Готовься, Зевс, твой папа. » Олимпия отложила письмо и задумалась. Какой ещё может быть ритуал или обряд? Как можно о таком забыть? Голд была возмущена, но у неё не было времени выражать эмоции. Олимпия надела полностью белый костюм, состоящий из брюк, топа и пиджака (https://pin.it/4Phfd9I). Ей срочно нужно было предупредить Велани, поэтому нужно трансгрессировать в Хогвартс. Олимпия подумала о Сириусе. Она нашла перо, чернила и бумагу. Девушка написала всего лишь три фразы: «Я в Хогвартсе. Поверь, это срочно. Прости.» Олимпия уже хотела искать свою палочку, но времени не было, поэтому просто переместилась в Хогсмид. Она быстро добралась до школы. В одном из коридоров Голд наткнулась на Филча. Старый завхоз снова стал кричать: - Нарушитель! Стой! Олимпия сама подошла к нему и сказала: - Мистер Филч, мне срочно нужно к профессору Макгонагалл. Отведите меня к ней пожалуйста. - Сама идёшь на наказание? Даже убирать не будешь? - Мистер Филч, я давно не студентка. Я мать ученицы этой школы и прошу вас отвести меня к директору. У Олимпии кончалось терпение. Она не знала сколько у неё времени, но чувствовала, что мало. Мистер Филч оживился и повёл бывшую гриффиндорку к Минерве Макгонагалл. Добравшись до двери кабинета, Голд постучалась. Ей разрешили войти. За столом сидела Макгонагалл. Она работала с бумагами и была крайне удивлена появлению Олимпии. Как минимум, потому что, считала её мёртвой. Голд села напротив директора и сказала: - Здравствуйте, профессор Макгонагалл, я вам позже всё объясню. Мне нужна помощь или совет, хоть что-нибудь. Моя родня прибудет сюда для исполнения какого-то обряда. Я не знаю что делать. Я не знаю будут ли участвовать мои дети, приготовлена ли для них роль. Но ещё я не знаю, как отреагирует это измерение на появление богов такого количества. Минерва практически не слушала её. Она вглядывалась в черты лица, которые практически не изменились за столько времени. Профессор помнила, как провожала девочку и её старшего брата к Альбусу. Макгонагалл никогда не забудет её. Олимпия была одной из самых храбрых львят. Теперь же эта девушка не знает что ей делать. Помимо того, что она богиня, воин, предводитель, она является матерью. В глазах Олимпии читалось страх, непонимание. Минерва подумала и ответила: - Мисс Голд, вы одна из самых отважных учениц, которых я встречала. Не переживайте за своих детей, я уверена, они будут в порядке. Сомневаюсь, что ваша родня хочет причинить вред детям. А сейчас сходите к Велани. Она будет рада вас видеть. И расскажите ей о приближающихся событиях. - Спасибо, профессор, думаю вы правы. Я запуталась и ничего не понимаю. Всё слишком быстро навалилось, иногда мне кажется, что я не справляюсь и меня гнетёт не только это, но и то, что для меня эта жизнь слишком проста. Каждый день она встаёт с улыбкой на лице. Голд знает, что её ждёт. Каждый день, как предыдущий, расписание не меняется. Олимпия встаёт, умывается, готовит завтрак для детей и Сириуса, провожает любимого на работу, а потом занимается с детьми. И так каждый день. На вид, ничего сложного, но каждый день девушка переживает за своих детей. За Велани, потому что кому-то захотелось подставить её и отправить на опасный турнир, а за двойняшек, потому что боится, что в один день они ей скажут, что она не их мать. Олимпия корит себя за каждый пропущенный момент в их жизнях, если подумать, то она и не виновата, но думать по-другому не получалось. Её никогда не готовили к такому. Дети, муж, для неё писалась другая судьба, и готовили к ней с рождения. Но что теперь? Каждый день готовить завтраки, обеды и ужины? Воспитывать детей? Олимпия не отказывается от этого, она знала на что шла, но без "подготовки" это сложно. Сколько они вместе в браке прожили с Сириусом до начала настоящих перемен? Меньше месяца? Они толком пожить не успели, как уже ребёнок появился. После того, как Голд ушла от Блэка, всё усложнилось. Спасибо Регулусу за то, что он был рядом. Хоть кто-то помогал ей. Регулус и Рабастан. Олимпия впервые за долгое время подумала о них. Они ведь даже не знают о её возвращении. Сколько они вместе прошли в школе и после неё. Друзей девушка так и не видела. Было стыдно признаваться, но Голд забыла о них. Олимпия молча встала и вышла из кабинета. Она вышла в коридор и задумалась. Может этот ритуал вернёт хоть каплю её прошлой жизни? Может она вспомнит, что была воином, предводителем? Идя по коридорам Хогвартса, Голд вспоминала свою жизнь здесь. Были и плохие, и хорошие воспоминания, пускай и в малом количестве. Олимпия подошла к картине Полной Дамы. Женщина спросила её: - Дорогая, скажи мне пароль. - Прожу, пожалуйста пропусти меня внутрь. Мне нужно увидеться с дочерью. Ты же помнишь меня. - Конечно, тебя очень трудно забыть, Олимпия. Я для тебя сделаю исключение. - Благодарю. Портрет отодвинулся, и Олимпия прошла внутрь. Она приоткрыла дверку, ведущую в гостиную, чтобы посмотреть, сидит ли кто. У камина устроилась компания, в которой была Велани. Там был и Гарри, и Фред с Джорджем, которое были вылитые Фабиан и Гидеон в молодости. Олимпия улыбнулась своим воспоминаниям и присмотрелась. Компания гриффиндорцев рассматривала воспоминания гостиной. Правильно говорят, что у стен есть и глаза, и уши. Голд догадалась по маленькой чёрной коробочке, парящей в воздухе, и большому зеркалу, куда они все смотрели. Когда девушка вышла из своего укрытия и встала у стены, никто даже не заметил. Олимпия улыбнулась, когда услышала своё поздравление на день рождения Сириуса на последнем курсе. Это одно из самых любимых воспоминаний. Когда изображение в зеркале исчезло, темнокожия девушка встала и забрала коробочку. Блондинка, напоминающую француженку, сказала: -Похоже, история любви не такая уж и волшебная. - У моих родителей?- переспросила Велани. - Ну да, мы то думали, что Сириус и Олимпия влюбились с первого взгляда, а тут какие-то ссоры. Какая же это любовь?- сказала темнокожия девушка. - Ну, во-первых, для тебя они Сириус Блэк и Олимпия Голд, а, во-вторых, не все отношения начинаются с симпатии,- ответила её дочь. - Да, но такие отношения некрепкие и на время. Пройдёт максимум пару лет и разойдутся, как в море корабли. Ой, стой, у твоих родителей так и было. Разве нет?- та девушка пыталась кольнуть побольнее. Олимпия поняла, что это заходит слишком далеко. Той барышне стоит поучиться держать язык за зубами. Обсуждать отношения двух совершенно незнакомых тебе людей, как минимум, плохой воспитание и бескультурье. Голд решила ответить: - Зато так интересней. Дети испугались и повернулись к ней. Она стояла с ухмылкой на лице. Ещё никогда Олимпия Голд не проигрывала в словесных перепалках. Девушка сделала несколько шагов к ним и продолжила: - Если отношения однообразны, то вскоре они становятся скучны. А так, хоть какая-то развлекуха. И кстати, если пьёте одни, то делайте это у себя в комнате. Мало ли Макгонагалл зайдёт. Велани, можно тебя на минутку? - Конечно, мам. Велани и Олимпия отошли в сторону. Девушка обняла свою маму. Они виделись недавно, но уже соскучились. Велани подняла голову и спросила: - Так о чём ты хотела со мной поговорить? - Я сегодня получила письмо от своего отца. Все боги появятся здесь. Нам нужно провести какой-то ритуал, который проводится каждые сто лет. Я сама о нём не знала, до сегодняшнего дня. - А что с тобой будет?- Велани запережевала, что мама снова может исчезнуть. - Всё будет хорошо. Я пришла предупредить тебя, чтобы ты не пугалась. Будь осторожней. Я не знаю чего можно ожидать от жителей Олимпа,- Олимпия усмехнулась,- желательно, не попадайся им на глаза. - Почему? - Раньше как-то жили без них, и сейчас обойдёмся, но если хочешь, то я не запрещаю. Расскажи, как ты тут. - Ничего, играем. - Вижу, и будь аккуратней. Смотри, не порви ту стерву. Язычок может у неё длиннее, но она не там его распускает. Велани старалась не засмеяться от слов мамы. В один момент она почувствовала что-то странное, будто что-то сильно- магическое, инородное для этого мира. Олимпия закрыла глаза и глубоко вздохнула, видимо, тоже что-то почувствовала. Она посмотрела в окно. Там виднелось голубое свечение, которое быстро исчезло. Олимпия повернулась к дочери, взяла её за плечи и сказала ей: - Они уже тут, не выходите с друзьями на улицу. Я проверю как обстановка и вернусь. Я люблю тебя. - А я тебя. Олимпия поцеловала дочь в щёку, превратилась в птицу и вылетела из окна. Голд быстро махала крыльями, желая быстрее добраться до Запретного леса. Свечение исходило именно оттуда. Голд пролетела мимо внутреннего двора школы, ивы, хижины Хагрида. Голд опустилась на землю только тогда, когда пролетела чуть дальше входа в лес. Деревья полностью скрывали ночное небо. Казалось, что из кустов кто-то выпрыгнет, схватит тебя и утащит в своё логово. Олимпия вернулась в свой прежний вид. Она прошла чуть дальше, на поляну. Там уже стояли все. Наверное, полностью всю семью, собранную в одном месте, она не видела вечность. Папа, мама, дяди и тёти, братья и сёстры. Они бурно что-то обсуждали, стоя в человеческой одежде. Джинсы, брюки, рубашки и футболки замаскировывали их. Олимпия собралась с мыслями и вышла к ним. Вся семья обернулась, услышав шорохи. Её лицо ничего не показывало. Она сама не понимала, что должна была чувствовать. Ни радости, ни злости, ни шока, ни сметения. Ничегошеньки. Когда между ними был метр, Олимпия остановилась и сказала: - Надеюсь, переход прошёл хорошо. А теперь, я хочу, что бы мне поподробней рассказали о цели вашего визита. - Здравствуй, дочь, даже не обнимешь?- сказал Зевс. Девушка смогла ближе рассмотреть лицо отца. Он постарел, появились морщинки и больше седых прядей. Олимпия хотела обнять отца, но была обижена. За столько лет никто из них даже не пробовал узнать где она, спросить как она. Да, они прятались с Велани от них, но всего год. После этого Олимпия ждала хоть какую-то от кого-то информацию. Прошёл год, два, три, девушка поняла, что больше им не нужна. Они посадили её на трон, скинули всё обязанности и довольны. На слова Зевса она лишь протянула руку. Он окинул её презренным взглядом, и дочь опустила руку обратно. - Не могу сказать, что счастлива вас видеть. Если не хотите наткнуться на кого-нибудь, идите за мной. Голд развернулась и пошла вперёд. Ей было всё равно, пойдут они за ней или нет, но девушка чувствовала за собой движения. Они все молчали, не проронив ни слова. Олимпия решила, что все дела решат у Чёрного Озера. Преодолев приличное расстояние, девушка остановилась у озера, в котором отражалось звёздное небо. Они стояли прямо перед ней. Никто не начинал разговор. Боги смотрели на неё, ожидая дальнейших действий. Олимпия подняла правую руку вверх и повернула кисть в небо. Из ладони стал выходить луч фиолетового цвета. Он начал расходиться, образуя купол. Боги на ходились под ним. Диаметр был достаточно большой, от дерева до середины озера. После девушка убрала руки за спину и сказала: - Начнём, господа.