Спаси меня

Многие ли из нас вели бесконечный счёт проплывающим мимо облакам, лёжа при этом на зелёной лужайке или на берегу дикого пляжа, слушая дыхание природы? Думаю, да. А вот многие ли из нас задумывались о том, сколько людей видят подобную картину в последний раз? Сеул — город, жизнь в котором кипит изо дня в день. Как и в любом другом мегаполисе сотни и даже тысячи соискателей борются за место под солнцем. И если тебе выпал счастливый шанс услышать фразу «Вы приняты», то держись изо всех сил и борись, каждый божий день доказывая, что ты лучший и незаменимый в своём деле. Ким Сокджин был не исключением. Он долгое время обивал пороги всевозможных крупных и не очень компаний в поисках достойного заработка, социального пакета и, безусловно, бесценного опыта. Удача ему улыбнулась и он усердно начал трудиться на своем поприще. Казалось бы, о чём ещё можно мечтать молодому, симпатичному парню? Вот только его зазноба по-прежнему была недовольна. В начале отношений всё было как у всех. Романтика, веселье. Затем она начала его упрекать в том, что он ни на что не годится, что ленится и недостаточно усердно ищет работу. Он не злился, лишь улыбался в ответ, целовал её хмурый лоб и говорил, что всё скоро наладится. Так и было, вскоре он начал работать. Работа в рекламном отделе не самая простая, хотя, если подумать, простых вообще не бывает. Разработки всевозможных проектов для различных компаний, утренние планёрки и поздние ужины с клиентами. Всё это изматывало, но в тоже время приободряло парня. Ему нравилось то, что он имел в итоге. За исключением одного: недовольства любимой возобновились с новой силой. Он боролся, старался выкраивать драгоценное время для своей не менее драгоценной женщины, но она была непреклонна. И в один поздний холодный вечер, вернувшись домой после очередной встречи, Сокджин не обнаружил любимую в их уютной квартирке. Лишь клочок бумаги, прикрепленный магнитиком «I love Tailand» к холодильнику: «Прости. Я больше так не могу. Я устала. Не жди меня и не ищи. Я не вернусь.». Мир рухнул? Нет! Он схватился за телефон и начал ей звонить. Естественно — без ответа. Дальше были бесконечные SMS, поиски у друзей, на работе. И когда надежда почти угасла он увидел её в парке через дорогу. Она сидела на скамейке и смотрела куда-то в сторону. Он радостно побежал к переходу, но как только загорелся зелёный, он замер. К его драгоценной подсел молодой человек и, нежно чмокнув, протянул сахарную вату. Вот теперь мир пошатнулся. Сокджин схватился за грудь, её пронзила дикая боль. Стало трудно дышать, по щеке покатилась скупая слеза. Чувство беспомощности, опустошение. Она была той, кто мотивировал его, заботилась о нём, именно с ней он хотел завести детей и встретить старость, ведь она его любила. Любила?.. Горечь утраты, расставание и одиночество парень пытался залить алкоголем. Каждый вечер, подливая в стакан горячительное, он тонул в омуте сладких воспоминаний. И не было рядом того, кто образумил бы его, приободрил. Бесконечные реки алкоголя смывали не только ранящие душу воспоминания, но и то, чего он добивался упорным трудом долгих шесть лет. Опоздания, прогулы, недельные пропуски. И вот, парень стоит на выходе из здания с немногочисленными вещами беспорядочно разбросанными в желтой коробке. Он не знал, что ему делать. Плюхнувшись на рядом стоящую скамейку, он устремил взгляд в никуда. Пустота внутри сменилась хаосом. Он не мог сконцентрироваться хотя бы на одной из своих многочисленных мыслей. Они бунтовали. Но вдруг, непонятно откуда, вперед вырвалась строчка из слогана их недавней рекламы: «Хочешь быть свободным — освободись!». В паре кварталов от него виднелась высотка с огромным рекламным щитом на самой верхушке здания. Слоган к рекламе энергетического напитка был расценен Сокджином как призыв к действию. Он немедля подорвался и бросился в сторону того здания, позабыв напрочь о своих вещах. Всё то время, что он бежал, в его голове пульсирующе отбивались слова из рекламного слогана. Поднявшись на верхний этаж нужного здания, он вышел на крышу. Вид был просто потрясающий. В отличие от суеты и забот, что роились внизу, здесь, на высоте, царила атмосфера спокойствия и умиротворения. Его учащенный пульс и дыхание постепенно приходили в норму. Подойдя ближе к краю крыши, он невольно пошатнулся и, закрыв глаза, сделал шаг назад. Никогда не поздно узнать, что у тебя боязнь высоты. — Не стоит закрывать глаза, — откуда-то со стороны послышался мужской голос, — с открытыми вероятность умереть ещё до приземления гораздо выше. Сердечный приступ, инфаркт, ну, или ты просто отключишься от испуга. — Сокджин вертел головой по сторонам в поисках источника голоса. В его мыслях начали зарождаться предположения о его внутреннем голосе или же он просто сходит с ума. Но тут, позади себя, среди вентиляционных турбин он заметил парня, неприметно прислонившегося к одной из них. — Ты только подумай каково это, когда твой череп разлетается на мелкие осколки и смесь твоего мозга с соплями, слюной, ушной серой и, конечно, кровью брызжет во все стороны?! Не хотел бы я в этот момент проходить мимо. А что если ты свалишься на кого-то? Это же сколько потом будут отскребать всё это месиво от асфальта? — парень говорил это вполне серьёзно, лишь иногда уголков его губ касалась едва заметная ухмылка. — Ты псих? Нет, ты псих! — Сокджин наконец обрёл свой голос. Он ошарашено смотрел на парня. — Ты решил, что я собрался того? — он кинул взглядом на край высотки. — Вообще-то было очень на то похоже, — также спокойно, как и прежде, ответил парень, — не обижайся. Просто ты здесь такой потрепанный не первый. Только за прошлый месяц трое сиганули в бездну. — парень указательным пальцем изобразил траекторию полёта. — В моей жизни, конечно, не всё так гладко, как хотелось бы, но лишать себя жизни — это последнее дело. Я слишком ценен, чтобы распоряжаться своей жизнью так бездумно. Сокджин присел рядом с парнем. Оба молчали, каждый думал о своём. В голове Джина впервые за долгое время начали проясняться мысли. Он как будто только сейчас понял, что сказал. На его лице заиграла улыбка. А ведь правда, наша жизнь дана нам уж точно не для того, чтобы мы лишали её себя при малейшей неудаче! — Ким Сокджин, — парень протянул руку соседу. — Юнги, Мин Юнги, — пожимая руку ответил парень. Он достал пачку сигарет и протянул Сокджину. — Не курю, спасибо. — Я тоже. Во всяком случае пытаюсь, — он вернул пачку в карман брюк. — Знаешь, я, как никто другой, испытал на своей шкуре все «прелести» жизненного дерьма. Я был на таком дне, что, порою, казалось, выхода нет, — парень снова вынул пачку и закурил одну из сигарет. — По малолетке я баловался травкой, потом пошли в ход более сильные препараты. К восемнадцати годам я был стопроцентно зависимым. Ссоры с родными, девушка бросила, в универ так и не поступил. Я творил невообразимые вещи. В итоге от меня все отвернулись. Точнее, я всех удалил из своей так называемой жизни, — он сделал затяжку и притушил сигарету. — Но в один «приход» я понял, что так больше не могу. Моё тело не выдерживало больше таких нагрузок. Мне было очень страшно. В тот момент я понял, что хочу жить. Спасибо тем, кто принял меня обратно и помог справиться со всем этим непросветным дерьмом. Будто пазл, я заново собирал себя и свою жизнь. И я рад, что у меня получилось. Сокджин задумчиво глядел куда-то вдаль. Он был потрясен откровением нового знакомого. — Думаю, если бы такой как ты сидел на каждой крыше, мосту или откуда там ещё прыгают отчаявшиеся, — парень оживлённо начал излагать всё то, что пришло в его голову за этом промежуток времени, — суицидов было бы гораздо меньше, — он посмотрел на Юнги. Тот лишь кивал в знак согласия, а потом широко улыбнулся и сказал: — Вот только, боюсь, не всем пришлось бы по душе моё живописное суждение об исходе, — парни вместе прыснули от смеха. — Это точно, — согласился Сокджин. — Нужно что-то мотивирующее. Что-то, что заставляло бы задуматься, прежде чем совершать то, о чём даже пожалеть толком не успеешь. — Да, уж, стоишь себе такой, а голос из ниоткуда начинает тебя мотивировать, — с некой иронией в голосе сказал Юнги. Сокджин пристально посмотрел на него, от чего в глазах Юнги «высветился» вопрос «Чего?». — Ты прав! Это должны быть слова, но не сказанные! — парень обернулся к городу и указал куда-то вдаль. — Рекламные щиты! — в его глазах горел огонь, тот, который, казалось, уже угас. Жажда к жизни вновь забурлила в его жилах. Он как никогда был полон энергии и решительности. — Ты чертов гений! — Юнги ошарашено, с недоверием и недопониманием смотрел на скачущего Сокджина. — Ты серьёзно? — спросил Юнги. — Я серьёзен как никогда. Мы будем спасать жизни!