Мы с тобой изменим мир...

Теплые лучи солнца ласкали мое лицо, я нехотя открыла глаза и села на кровати. Уже давно рассвело, но вылезать из кровати так не хотелось. Посидев так с минуту, я откинула одеяло и спустила ноги. Холодный пол еще больше взбодрил меня и через несколько минут я вышла из комнаты. На кухне меня ждали родители: мама что-то готовила, стоя у горячей печи в углу комнаты, а в другом папа точил ножи. Я вышла из дома, прихватив с собой бумагу и карандаш, и направилась в свое любимое место, о котором знал лишь один человек, кроме меня. Я шла по тропинке прочь из деревни, а летнее солнце согревало лицо. С самого детства у меня был только один друг, Александр. Наши судьбы были слишком похожи, чтобы наше общение могло когда-либо закончиться. Мы были другими, непохожими на соседских детей, нас боялись и почитали одновременно, обсуждали, разглядывали, словно диковинки, называли то монстрами, то святыми... Это было вполне объяснимо, ведь мы были гришами, как и наши родные, но это ничуть не помогало справиться с одиночеством, омрачающим наши сердца. Мы всё, что есть друг у друга. Совсем скоро я свернула с тропинки вбок и пошла прямо по зеленой мягкой траве. Где-то вдалеке журчала река, а вскоре я заметила и несколько деревьев, под которыми мы с Александром часто сидели. Птицы пели, наслаждаясь каждой секундой этого дня. Только это и мысли о друге поднимали мне настроение. Подходя к деревьям, я заметила парня, читающего в их тени. Он оторвался от книги и поднял свои кварцевые глаза на меня. Я постаралась непринужденно улыбнуться в ответ, но была уверенна, что мое лицо уже успело покрыться красными пятнами. Я села рядом и посмотрела на книгу: - Что читаешь? - Дневники Морозова Я вздернула брови, а он лишь рассмеялся в ответ: - Не спрашивай, откуда они… Я потянулась ко второй книге: -Можно? Парень кивнул в ответ, и я, с увлечением приступила к изучению старинных записей. «Как давно они были написаны? 100 лет назад, 200… Гриши же долгожители»- подумала я Мы просидели молча весь день, увлеченные чтением, уже начинало смеркаться, а солнце причудливо переливалось на траве и наших лицах. В какой-то момент мой друг резко захлопнул книгу и перевел свой взгляд куда-то вдаль. Я молча наблюдала за ним, как в этих кварцевых глазах блестело солнце, как на его лбу то появлялись, то исчезали морщины, а на остром подбородке виднелась слегка заметная щетина. Нам не нужно было говорить об этом. Я просто озвучила то, о чем мы оба сейчас думали: - Лучше всего это делать на закате или на рассвете, так меньше шансов попасться. Парень повернулся ко мне, впервые в своей жизни я не могла понять, что отражает его лицо. О чем он думал в это мгновенье? Но Александр просто встал и протянул мне руку. Мы продолжали смотреть друг на друга, сохраняя гробовое молчание… - Значит, завтра на рассвете? – натянуто улыбнулся, наконец, парень. Я молча кивнула и повернулась в сторону тропинки, чтобы возвращаться домой. Попрощавшись с другом, я неспешно двинулась обратно к дому, идя по полю и наслаждаясь стрекотней кузнечиков. Мои мысли не покидал Александр, дневники и теории, представленные в книге. Предположения Морозова были настолько безумны, что мы бы в жизни не оставили идею попробовать хотя бы пару приемов из его записей. Ноги стали ватными, а кишечник сворачивался в комок от мысли о завтрашнем дне. Я не знала, что нас ждет утром, насколько это опасно и необдуманно, пусть мы и были гришами, но все равно оставались неопытными, наивными детьми…