Я СОШЛА С УМА, О МАЛЬЧИК СТРАННЫЙ...

Катя на него злилась. Андрей украдкой наблюдал за ней, видел, как она хмурится, и даже её гневные взгляды встречал, но это его только веселило. Да, он задал ей этот дурацкий вопрос, но сделал это просто так и никакого ответа от неё не ждал. Просто спросил… потому что очень захотелось. Спросить, а не услышать ответ. Да и небольшая провокация с его стороны должна была лишь добавить лишнюю искру интереса. А она в очередной раз обиделась и разозлилась. И всё равно ему было приятно смотреть на неё, даже такую, с нахмуренными бровями и недовольно поджатыми губами. — Кать, ну брось, я же пошутил, — говорил он ей почти шёпотом, когда они укладывали Пашку спать. Катя бросила на него ещё один рассерженный взгляд и тут же отвернулась. Жданов вздохнул. — Кать. — Прекрати немедленно! — зашипела она на него.- Ты ведёшь себя, как… — Как кто? — заинтересовался он. — Как последний негодяй! — Почему негодяй? Я просто пошутил. Признаю, неудачно. — Неудачно? Такими вещами не шутят, Жданов! Андрей не сдержал раздражённого вздоха. — Ты так переживаешь, словно мне в любви призналась! Ничего же не произошло, — и тут же хитро прищурился.- Или ты что-то не договариваешь? Катя просто задохнулась от возмущения. — Замолчи сейчас же! — Молчу, — вздохнул он, а Катя ещё пару секунд посверлила его негодующим взглядом, а потом отошла на шаг и потянулась за Пашкиной одеждой, которую Андрей пристроил на спинку кресла. Платье на бёдрах натянулось до предела, и Жданов закатил глаза и поспешно отвернулся. Это просто невыносимо! Отвернуться-то отвернулся, а вот отойти забыл. Катя выпрямилась и повернулась, видимо, совсем не ожидая увидеть его за своей спиной, и натолкнулась на него. Охнула, сделала шаг назад, упёрлась в кресло и начала терять равновесие. Андрей среагировал мгновенно. Протянул руку, подхватил её за талию и рывком притянул к себе. И замер, глядя прямо в её растерянные глаза. И почувствовал, как сердце тяжело застучало в груди. Рука так и лежала на её талии, и понимал, что стоит совсем чуть-чуть переместить ладонь вниз, и она окажется на её ягодицах. Совсем чуть-чуть сдвинуть вниз… И её грудь, вид которой весь сегодняшний день сводил его с ума, оказалась прижатой к его груди. Кровь по венам побежала быстрее, и дыхание сбилось. Но отпускать её не торопился. Понимал, что надо. Отпустить, отойти и возможно даже извиниться, но не двигался. Катя заволновалась не меньше его. Почувствовала трепет и панику оттого, что он так близко. И видно нарочно смотрел ей в глаза, и она почувствовала, что голова начинает кружиться от его взгляда, и выражения тёмных с поволокой глаз. Зачем он так смотрит на неё? Андрей так крепко прижимал её к себе, что Кате пришлось ухватиться руками за его плечи, чтобы иметь возможность удерживать хоть какую-то дистанцию между ними. Но он воспринял это по-своему. Теперь на её теле уже были две его руки, которые медленно прошлись по её спине вверх-вниз, и она задышала часто и глубоко, наслаждаясь и сходя с ума от его прикосновений, и одновременно кляня себя за глупость и слабоволие. Она не должна позволять ему прикасаться к себе! Так нельзя! А сама уже ждала его поцелуй и удивлялась, почему он тянет. Пусть уж поцелует её, это случится и она успокоится. А потом убьёт себя, ненавидя за слабость и женскую глупость. И когда он наклонил голову, продолжая смотреть ей в глаза, очаровывая её окончательно, она сама подставила губы для поцелуя. Как последняя дура! А внутри всё дрожало от нетерпения. Чтобы желание, наконец, осуществилось. Андрей понимал, что она готова сдаться, и что если он сейчас её поцелует, она не оттолкнёт, позволит себя поцеловать, но что будет дальше? Сейчас она ему сдастся и, наверное, ответит на его поцелуй, а через пару минут обрушит на него все мыслимые проклятия и в дальнейшем не позволит подойти к себе ближе, чем на метр. Будет шарахаться от него, как от чумы. Он этого не хотел. Самое важное для себя он выяснил — её тянет к нему, как и раньше, ничего не изменилось. Несмотря ни на что, а главное, — несмотря на присутствие в её жизни другого мужчины, любимого мужа. Но тянет её к нему, Андрею Жданову. И он пока совершенно не знает, что с этим делать. Андрей наклонился к ней, старательно игнорируя соблазнительно приоткрытые пухлые губы, и прижался щекой к её щеке. Всего на несколько секунд, втянул в себя её почти уже забытый запах и незнакомый аромат духов, стараясь всё это запомнить, и одновременно пытаясь справиться с волнением и всплеском безумного желания, а потом тихо прошептал: — Никогда больше не надевай это платье. Иначе тебя точно кто-нибудь изнасилует. Катя удивлённо распахнула глаза, а потом смысл его слов дошёл до её сознания, и она нетерпеливо его оттолкнула. — Какая же ты сволочь, Жданов! Он тихо рассмеялся и отступил от неё. Посмотрел, оценивая вспыхнувший на щеках возмущённый румянец и загоревшийся негодованием взгляд. — Мерзавец! — Почему это? Потому что не пошёл у тебя на поводу и не поцеловал? — Замолчи сейчас же! — выдохнула она зловещим шёпотом. Андрей сделал шаг к ней, нарочно, и она, как он и ожидал, испуганно отступила. — В чём дело? Теперь ты будешь делать вид, что ничего не было? Ты просто врунья, Катька! Она беспомощно смотрела на него и хватала ртом воздух, не зная, что ему ответить и как себя вести. Но на столе завибрировал её телефон, и отвечать ему не пришлось. Она бросилась к телефону, как к спасению. А Андрей насмешливо смотрел на неё. — Я слушаю. Да, Миш. Всё хорошо. Жданов немного напрягся, когда понял, что звонит её муж, недовольно поморщился и сел на диван. Катя послала ему выразительный взгляд и указала на дверь. Он сделал вид, что не понял, снял с полки фотографию в рамке и принялся рассматривать, а сам прислушивался к её словам и интонации. — Мы дома. Да, гуляли. Происходит? Ничего не происходит, всё как всегда. Жданов оторвался от фотографии и удивлённо посмотрел на неё. Катя отвернулась. — Тихо говорю? Пашка спит, только уложила… Конечно, передам. А у тебя как дела? На следующей неделе? Отлично. Нет, Миша, я не приеду. Не думаю, что это хорошая идея. Да ты и без меня прекрасно справишься, вот увидишь! Всё будет хорошо! Андрей с болезненным любопытством прислушивался к её голосу и хоть и пытался отогнать от себя, подступившую очень близко удушающую ревность, ничего не получалось. Его просто безумно бесило, что она сейчас разговаривает с другим мужчиной, а хуже всего, что принадлежит именно ему. А тот незнакомый, но от этого не менее ненавидимый им, мужик, которому повезло намного больше, чем ему, Жданову, имеет на неё все права. А он, отец её ребёнка, не имеет права даже прикоснуться к ней лишний раз! Разве это справедливо? Где-то в груди в районе сердца, сильно кольнуло, и он поморщился. А ведь когда-то он был твёрдо уверен, что она принадлежит ему и никуда не денется. Да, самонадеянность — это не всегда хорошо. Катя разговаривала с мужем ещё несколько минут, а потом выключила телефон и обернулась. — Я же просила тебя выйти, — зло прошептала она. -Значит, ты ему ничего не сказала, — решил уточнить Андрей, проигнорировав её откровенный упрёк. — Это не твоё дело! Мои отношения с мужем тебя не касаются! — Меня касается, как это отразится на моём сыне. Если он явится сюда и устроит скандал! — Миша не будет устраивать никаких скандалов. Он не ты. Он разумный, уравновешенный и адекватный человек! — А я значит, глупый и несдержанный псих. Я правильно понимаю? Катя кивнула и подарила ему холодную улыбку. — Ты правильно понимаешь. — А ты врунья и лицемерка, — не остался он в долгу. — Что? — её возмущению не было предела.- Что ты себе позволяешь? — А что? Разве это не так? Ты постоянно всем врёшь, а потом делаешь вид, что ты здесь совершенно не при чём и всё решили за тебя. И сама в своей лжи запуталась. Катя опять ткнула пальцем в дверь. — Жданов, убирайся вон! Андрей медленно, как бы нехотя поднялся, а потом неожиданно сделал шаг и опять оказался рядом с ней. Катя даже отступить не успела. Но он не собирался на неё набрасываться. Демонстративно засунул руки в карманы брюк и чуть наклонился к ней. — Знаешь, на месте Валерия Сергеевича, я бы перегнул тебя через колено и выпорол, чтобы в дальнейшем думала, прежде чем что-то сделать. И не посмотрел бы на то, что ты уже взрослая девочка, — в этом месте его взгляд опять опустился вниз и остановился на её полуобнажённой груди. Катя покраснела под его взглядом. А сама старалась быстро придумать достойный ответ, но Андрей уже вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь. Она осталась в полном бессилии и растерянности, а потом в миг опять на него разозлилась. Посмотрите на него! Жертва обстоятельств и плохой Кати Пушкарёвой! Обманули его!.. А сам-то?! ---------* * *--------- На кухне она появилась уже в джинсах и футболке, а злосчастное платье, которое ей принесло столько неприятностей сегодня, без всякого сожаления засунула обратно на шкаф. Она ещё долго не сможет смотреть на него спокойно. Жданов встретил её насмешливым взглядом, но ничего не сказал. Опять повернулся к Валерию Сергеевичу и продолжил разговор с ним, не забывая с аппетитом поедать суп. Кате есть совсем не хотелось, но привлекать к себе внимание, хотелось ещё меньше. Она лениво ковыряла вилкой в своей тарелке, создавая художественный беспорядок и видимость того, что она всё-таки ест, а сама прислушивалась к разговору отца и Андрея. А потом в комнате заплакал Пашка, и она кинулась туда. Андрей проводил её взглядом, а потом повернулся на голос Елены Александровны. — Что-то мало совсем поспал. — Так он в машине ещё спал, — сказал Андрей. — Он сегодня проснулся ни свет не заря, — воскликнул Валерий Сергеевич.- Я встал, и он проснулся, егоза. Андрей улыбнулся. На кухню вошла Катя с ещё сонным ребёнком на руках. Пашка тёр глазки, и зевал, а потом обнял маму за шею и получил её поцелуй. У Андрея от такой картины даже под ложечкой засосало. — Паша, ты проснулся, мой хороший? — с улыбкой проговорила Елена Александровна.- Ты кушать будешь? Пора уже. Он кивнул и опять прижался к матери. Жданов встал и подошёл к ним. — Давай его мне, — сказал он Кате. Пашка сразу протянул к нему руки и уже через мгновение оказался у отца. Андрей усадил его к себе на колени и одёрнул кофту его пижамы, а тот прижался щекой к его груди и принялся пальчиками теребить пуговицу его рубашки. Потом опять зевнул. Андрей погладил его по голове и улыбнулся. — Ты спишь ещё, соня? Пашка упрямо покачал головой, а потом посмотрел на него. — Папа, а мы собаку пойдём покупать? — Вот далась ему эта собака, — покачал головой Пушкарёв и посмотрел на дочь.- Вот кто его надоумил? — Никто, пап, он сам. — Сам, — проворчал Валерий Сергеевич. — Ну, папа, — продолжал теребить Пашка Андрея и тот вздохнул. — Паш, давай мы в выходной поедем на дачу, а там собак много, и больших и маленьких. Вот и наиграешься. — На дачу? — заинтересовался ребёнок. — На дачу? — удивилась Катя и застыла, настороженно глядя на него. — Андрей, у тебя есть дача? — обрадовалась Елена Александровна. — Есть, — кивнул Жданов и искоса посмотрел на Катю.- Её ещё мои родители покупали, мы ещё подростками были. Вот. А долго никто туда не ездил, а я повадился с недавнего времени. Для ребёнка там самое место, особенно в такую жару. А там воздух чистый. Вот и поедем на дачу на выходные. К тому же мои родители должны приехать, они очень хотят видеть Пашку, — и поцеловал сына в макушку. У Кати руки затряслись, и она поспешила поставить тарелку на стол. — Ты мне ничего не говорил. — Я тебе сейчас говорю. Отец мне утром звонил, сказал, что, наверное, уже завтра они будут в Москве. Катя подвинула высокий стульчик к столу, а сама никак не могла совладать с неожиданно навалившимся страхом. Посмотрела на мать, но та лишь кивнула, успокаивая. Катя незаметно вздохнула. От неё в этой ситуации ничего не зависело, и она не могла спорить. Ведь всё так и должно быть. Всё идёт своим чередом. Андрей посадил сына на стул, а сам сел рядом и стал наблюдать, как Катя повязывает Пашке салфетку вокруг шеи. — Дача — это хорошо, — сказал Валерий Сергеевич.- Мы тоже подумывали купить, но Пашка ещё слишком маленький был, а вот теперь как раз подрос. — Папа, а там есть настоящая собака? — Да кого там только нет, — хмыкнул Андрей, а сам внимательно смотрел, как Катя начала кормить сына с ложечки. И начал хмуриться. Через пару минут всё же не выдержал, протянул руку и ложку у неё отобрал. И отдал Пашке.- Ешь сам, ты уже большой. Катя растерялась, и несколько секунд сидела, не шевелясь, а потом подняла на Андрея непонимающий и удивлённый взгляд. — Что ты делаешь? — Кать, он уже большой, пусть сам ест. Что ты ерундой занимаешься? — Андрей, ему три с половиной года! — Вот именно! — Катерина, он прав, — вмешался Валерий Сергеевич.- Пашка прекрасно умеет есть сам. Она лишь фыркнула. — Как я понимаю, он теперь лучше меня знает, как воспитывать ребёнка? — Успокойся, — попросил её Андрей и посмотрел на сына, который, не обращая внимания на препирательства взрослых, ел суп. Аккуратно подцеплял ложкой и осторожно подносил её ко рту. Вся салфетка была в пятнах, и сам весь перепачкался, но ложкой орудовал с энтузиазмом.- Вот видишь, он сам нормально ест. Катя ещё раз фыркнула и отвернулась от него. На этом препирательства за столом закончились, а точнее, Катя больше с ним не разговаривала. Но и не спорила и к Пашке лезть не стала. Ел он сам, только под её бдительным взором. Правда, вечером возник ещё один конфликт, который закончился весьма неожиданно для них обоих. Когда они уже пришли с прогулки, Андрей просто из интереса начал расспрашивать Катю о её планах на завтрашний день, собираясь внести некоторые коррективы по мере необходимости из-за приезда его родителей. Катя пожала плечами и сказала, что, скорее всего, утром пойдёт по магазинам. — Пашке надо обувь купить. У детей в таком возрасте нога растёт быстро и всё уже мало. Жданов согласно кивнул, а потом полез в карман за бумажником. Достал кредитку и подал ей. — Держи. Она вытаращила на него глаза. — Зачем? Не надо, у меня есть деньги. — Какие деньги у тебя есть? — это почему-то очень его разозлило.- Которые тебе даёт муж? — И что? — Катя упёрла руки в бока и приняла угрожающую позу. — А то, что это мой ребёнок и содержать его буду я. А твой муж здесь вообще не причём! — Андрей, это глупо! — Это не глупость, а правда! Бери, сказал! Я потом сделаю тебе кредитку, пока моей попользуешься. — Может, ты мне ещё и алименты назначишь? — Катя, прекрати! Давай не будем опускаться до этого! И я не собираюсь даже думать об алиментах, я просто буду его содержать. И не спорь со мной! — Да куда уж мне! — развела она руками и повернулась к нему спиной. — Кать, ты ведёшь себя, как ребёнок! — Не хами мне! — Да я не хамлю, — вздохнул Андрей.- Кредитку возьми. Она нехотя обернулась, с сомнением посмотрела, но спорить больше не стала, взяла. — Я могу и сама обеспечить своего ребёнка, — всё-таки сказала она, пытаясь сохранить чувство собственного достоинства. — Как интересно? — Я работаю, — обиделась она.- Я помогаю Мише с рестораном. Жданов не сдержал усмешки. — Да, наверное, ты для этого столько лет училась, чтобы помогать ему обслуживать проголодавшихся клерков. Катя закусила губу и Андрей понял, насколько расстроили её его слова и застыдился. — Кать, прости. Она лишь рукой махнула. — Ну что ты! Ты во всём прав! Все мои прошлые мечты и амбиции ушли в никуда. Я ничего не добилась и карьеру, о которой так мечтала, не сделала. Так и осталась… секретаршей. Причём, бывшей. У неё на глазах показались слёзы, и Андрею стало очень неприятно смотреть на неё такую. Он протянул руку и приподнял большим пальцем её подбородок, заставляя её посмотреть ему в глаза. — Ты родила мне сына. А это стоит любой карьеры, разве не так? Она не ответила, только посмотрела на него, словно ища у него защиты, и Андрей неожиданно для самого себя, её обнял. А она не стала вырываться, уткнулась носом в его плечо и всхлипнула. — Не плачь… Всё наладится, вот увидишь. Катя прижалась к нему, пользуясь моментом, и закрыла глаза. Все неприятные мысли о не сложившейся жизни ушли и остались только острые ощущения его присутствия рядом. И его запах, его руки, горячее дыхание, которое обжигало её затылок. И стало очень спокойно. Не отпускай меня никогда… Андрей вздохнул, сжал её, а потом опустил руки и отстранился, пытаясь спасти самого себя. — Мне надо идти. До завтра? Катя с сожалением кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза. — Я позвоню утром, — сказал он, а Катя опять кивнула. Андрей странно посмотрел на неё, окончательно смутив её своим взглядом, и вышел.