Нагрянуло, когда не ждал.

- Так и будешь молчать? Эти голубые глаза смотрели со знакомым укором, но я не чувствовал раскаянья. Ведь уже давно пытался ему доказать, что не так беспомощен, как он думает. - Аламэ, старейшина ждет. Я не отреагировал на имя и переместил взгляд на недовольно нахмурившегося гостя, но не проронил ни слова, на что тот покачал головой. Почему он вечно такой недовольный? Я всего лишь поцарапал стену, а он реагирует будто я обрушил одну из великих колонн. - Всё ясно. - Вздохнул высокий эльф, его волосы отдавали сединой, часть из которой появилась после моего рождения. - Этот негодник совершенно не раскаиваться в содеянном. Похоже только работа в низовьях может его образумить. - Гванур! - тут же воскликнул молодой эльф. - Он ещё слишком слаб. - Если ему хватает сил на упрямство, то их же хватит и для работы. - С этими словами эльф гордо развернулся и вышел, а юноша поспешил за ним, что-то тараторя без умолку. Я между тем спокойно рассматривал свои слабые ручонки, а какие ещё могут быть у подростка. Но они мне казались какими-то неправильными, да и окружающая обстановка вроде бы была привычной, но вместе с тем и какой-то чужой. Возможно брат прав и я не полностью выздоровел, но скорее небо разверзнется, чем я в этом признаюсь. Несмотря на всё ворчание старейшины, я пару дней отлеживался дома, а старший брат блистал в роли птицы-наседки, прямо как в детстве, когда я часто болел. Именно вместе с ним у меня пропадало ощущение чужеродности происходящего, как только он оказывался рядом все становилось нормальным. Вещи которые на первый взгляд должны были удивлять, становились обыденными. Особенно, когда я в первый раз вышел из талана и взглянул на небо. В нем было два солнца! Причём одно, как и положено рассекало небосвод, а второе находилось на вершине высокой и тонкой скалы, снизу окруженной мощными колоннами. Брат прошёл мимо и, потрепав меня по голове, рассмеялся над моим ошарашенным лицом. И тут в моей голове пронеслось название, которое ни как не должно было выпасть из моей памяти - Омал! Великий светильник Валар. Что-то содрогнулось внутри меня, я ведь так долго искал его… Но для чего? Ведь я живу буквально под ним с самого рождения. Начавшая рождаться мысль растаяла в неизвестности и как бы я не старался ухватить ее за хвост, было ощущение, что роюсь в пустоте. Ага в пустой голове, в которой ветер гуляет! Как часто дразнит брата старейшина, который приходился нам прадедом по совместительству. Два поколения предков покинули нас с братом ещё в детстве из-за великой бури. Отец с матерью успели спрятать нас среди великих деревьев, но ушли помогать в деревню и уже не возвратились. Как и многие эльфы в те годы. Так наш прадед в одночасье стал опекуном множеству детишек, но сам похоже к этому готов не был, поэтому воспитатель из него, как из бобра ученный. Куда бы я не пошёл, взгляд, все время устремлялся к светильнику, а вместе с этим и появлялось странные ощущения. Но каждый раз они рассеивались при виде моего брата. Того, который несмотря на то, что сам был ребёнком, заменил мне отца с матерью, за что я был ему очень благодарен. Но в последнее время старался его избегать, ощущая при этом сильное чувство стыда. Если я был далеко от брата и подходил ближе к Омалу(к которому мне теперь было запрещено приближаться), то почти мог поймать, то странное чувство беспокойства. Но меня каждый раз находили. И в итоге старейшина всё же сдержал свои слова и отправил меня в низовья. Так называлась серия пещер, где мы добывали странную руду, которая слегка светилась. Из неё обученные кузнецы, изготавливали накопители, которые поддерживали магию и свет лампы. Так, для этого необходимо было работать под землёй, это считалось каторгой и наказанием. Поэтому туда чаще отправляли провинившихся. На наш народ Валар возложили важную миссию, охранять и заботится об одном из великих светильников, которые распространяют по всему Средиземью вечную весну и их благословение. Благодаря их магии деревья всегда в цвету, реки кристально чисты, а земли плодородны. Но это не происходит просто так. Изначально Аулэ создал сами светочи, Варда благословила их, а Манвэ привёл их в действие. Это знал каждый эльф с рождения, но свет их не был бесконечным. Часть магии уходила в землю, благодаря чему она и накапливалась в добываемой руде. Которую после обработки, помещали в специальные столпы, вокруг светильника, чтобы те передавали поглощённую энергию от солнца, прямо в лампу. Омал зачаровывал, на него можно было глядеть бесконечно, в отличие от солнца. Его свет был мягким, но точно повторял цвет небесных светил. Днем он был белым, к закату или восходу краски переходили от желтого и оранжевого к красному. Ночью разливался призрачный голубоватый свет. Воистину великолепное изобретение, что давало чувство спокойствия и нахождение рядом кого-то близкого и родного. Мы были счастливы жить рядом с ним, а нахождение под землей часто перекрывало это чувство, что так же отбивало желание там работать. Но в последнее время странное чувство тревоги накрывали округу. Внезапные природные катаклизмы, которые будто бы побывали на крепость великий столп Рингиль, на котором и был установлен Омал, принося с собой хаос и смерти. Старейшина говорил, что это испытания от Валар и мы должны достойно выдержать его и не отступать от наших обязательств. Меня же не покидало странные ощущение надвигающейся беды, которая перевернет весь наш мир с ног на голову. Но кто прислушается к взбалмошному ребёнку? Возможно это действительно просто последствия моей болезни, как и говорил брат, тем более вскоре работы в низовьях были окончены и без темных пещер я снова был под постоянными ласковыми лучами Омала и все страхи постепенно исчезли. Так прошло несколько лет и я в совершенстве овладел мастерством лука, мой брат же владел копьем, по праву считаясь лучшим в деревне. Ему доверяли и он должен был унаследовать место вождя, которое пустовало после смерти нашего отца. У него была невеста, прекрасная эллет, к которой у него были взаимные чувства. И чувство странной тревоги и то подзабытые эмоции при виде Омала перестали меня беспокоить. Вот только неожиданно именно брат и стал причиной моих беспокойств. Он все чаще плохо спал, я слышал, как он ворочался от кошмаров. Как просыпался от них в холодном поту и неуправляемой дрожью. Вот только этот упрямец никогда не говорил о них, отмахивался и переводил тему. Как бы я не хотел ему помочь, он просто не позволял этого. Затем всё пропадало и на некоторый период наступало затишье, чтобы повториться вновь. Причём в этот период начинались внезапные грозы и я стал считать своего брата метео зависимым. Если бы не отметил одну невероятную странность. Бывают дни похожие друг на друга, но всё же какие-то мелочи будут отличаться. Вот только мое окружение действовало, как будто бы по шаблону. Они говорили одни и те же фразы, совершали те же поступки и впоследствии понял, что именно я и был тем отличающимся фактором. К примеру мы с друзьями договаривались пойти на рыбалку, но в итоге были на охоте. Всё повторялось тот же самый улов, та же добыча, всё трещало по швам. Мне казалось в такие моменты, что это я схожу с ума. Если бы не мой брат, который просто стал тенью самого себя. Измученный с красными от недосыпа глазами, он ходил угрюмо по окраине леса, выискивая что-то в дали. И как бы я ни старался обратиться к нему в Асанвэ, он меня даже не подпускал. В итоге я решил сменить тактику и связаться с его подсознанием во сне. Но это удавалось не каждому и я и не рассчитывал на удачу с первого раза. Я оказался в кошмаре, который парализовал мое сознание. Подземелья, освещенные горящими факелами, светящейся руды не было. Вместо этого здесь было множество трупов и истерзанных тел эльфов и каких-то монстров. Я потихоньку пробирался наружу по знакомым тоннелям, всё же здесь, благодаря старейшине, я был частым гостем. Однако картина, что предстала передо мной отнюдь не принесла облегчения. Вместо привычного теплого света передо мной предстали тяжелые и темные облака. В них периодически проскальзывали вспышки молний, освещая в небе чей-то гигантский размытый силуэт. Обрушенный Рингиль и осколки Омала, безжизненные и блеклые. Но ужасало меня вовсе не это, а одинокий силуэт моего брата на куче трупов, всего в крови и шрамах. Внезапно его воспалённые глаза смотрят в мою сторону с каким-то безумным отчаяньем, но не прямо на меня, а куда-то под ноги. И переместив взгляд вниз я обнаруживаю собственное безжизненное тело. В следующий миг я уже судорожно вдыхал ночной воздух, пытаясь прийти в себя. За окном всё так же разливался мягкий голубоватый свет над мирно спящей деревней. Ощутив направленный взгляд, я обернулся и вздрогнул. В дверном проёме, полностью находясь в тени стоял мой брат. - Не делай так больше Аламэ. Проговорив это, он ушёл и судя по звукам лег обратно в кровать. Будто бы он и не просыпался вовсе. На утро брат не помнил своего ночного предупреждения. - Это просто кошмары, Аламэ, не бери в голову. - отмахнулся он за завтраком. - Это не просто сны. - Воспротивился я. - Это чересчур даже для кошмара. С чего бы тебе снились подобные сны? Может быть это предупреждение от Валар. - Я так не думаю. У нас как обычно царят мир и покой. Ты же сам видишь. - Я вижу, как ты не спишь ночами. Я вижу, как ты с тревогой обходишь наши границы. Если есть какая-то опасность, ты должен предупредить остальных и тогда возможно что-то изменить… - Ничего не изменится! - Внезапно вскричал он и вскочил. Затем уже тише добавил. - Я имею в виду, что не возможно изменить воли Валар. Всё и так хорошо, здесь будет как прежде. - Я всего лишь хочу помочь. - упрямо проговорил я. - Достаточно и того, что ты рядом. - тихо прошептал он и затем резко переменился на беззаботный тон. - Не задерживайтесь сегодня на охоте. - У нас рыбалка. - Ответил я, сам в очередной раз размышляя на тему повторяющихся дней. Брат на это на мгновение застыл в дверном проёме, но ничего не добавив, вышел. К сожалению, друзья все же по шаблону отправились на охоту, а я от скуки забрел дальше к границе леса. За ветвями деревьев виднелись бесконечные равнины. В детстве мы с братом часто убегали туда, чтобы увидеть картину бескрайнего звёздного небо, размышляя о том, как родились те или иные созвездия. Может быть это именно то, что ему нужно. Немного отвлечься от груза ответственности и давления со стороны старейшины. Но чем ближе я подходил к границе леса, тем более размытой становилась картинка и казалось, что там залитая лунным светом равнина. И вдруг раздается вой, он приглушенный и надрывистый. Будто бы зверь зовёт уже кого-то очень давно и мне захотелось узнать, кто это. Но тут меня резко дергают назад и обернувшись я увидел брата. Его вид был такой же потерянный и загнанный, как во сне, только вот кучи трупов не было. - Что ты здесь делаешь?! - злобно спросил он. От его тона я даже растерялся, брат никогда так ни с кем не разговаривал, тем более со мной. - Я просто хотел выйти на равнину. - Вырвал я руку, подражая его тону. - Я же говорил не уходить далеко! Это не безопасно! - Почему? - Сразу же взъелся я. - Объясни! Если деревне грозит опасность, ты должен об этом сказать! - Это не так. - Раздраженно он потёр глаза, сделав склеры ещё краснее. - Ты просто устал и не справляешься, тебе нужен отдых! Я скажу старейшине и он… - Не надо, это ничего не изменит. - Но что-то менять надо. - Всё должно остаться, таким как есть, навечно. Злость вскипела во мне от этих слов. Он не видит, что сам себя разрушает, а я должен просто сидеть и смотреть как моему брату становится хуже! Да за кого он меня принимает! Даже если он не хочет, я помогу! Смогу, ведь уже давно не ребёнок! Обернувшись, я зашагал обратно к деревне, твердо намериваясь найти старейшину и вместе привести голову моего брата в порядок. Краем сознания я подметил тот факт, что стемнело, а Омал засиял лунным светом, но сейчас он казался мне фальшивым, в отличие от небесного светила на другом конце небосвода. Брат шёл за мной, всё время, пытаять говорить умиротворенным тоном: - Аламэ, просто успокойся, скоро всё наладится. - Но почему-то его слова не приносили успокоения, напротив даже пугали. Тем временем вой неизвестного зверя нарастал. - Мне нужно немного восстановится и всё будет как прежде. Но мой шаг становился всё тверже и быстрее, а внутри бушевали эмоции, которые вызывали вовсе не слова брата, а надрывный вой зверя. - Да, послушай же Аламэ… - Это не моё имя! - Неожиданно воскликнул я и вой варга внезапно раздался совсем рядом. Брат застыл, не сводя с меня шокированного взгляда, его будто бы ударили. Внутри меня всё сжалось от его потерянного вида. - Что ты такое говоришь? - прошептал он. - Я не Аламэ. - Твердо проговорил я, не поддаваясь рвущимся наружу эмоциям. - Здесь всё иллюзия. - В подтверждении моих слов пространство на миг колыхнулось. Память пробуждалась, давя воспоминаниями и тревогой. - Всё фальшивое, друзья, деревня, Гванур, даже Омал! Нельзя оставить всё, как прежде, нельзя жить в грезах! - У меня ничего другого нет. Убито проговорил он, внезапно весь он и пространство вокруг наз зарябило и осыпалось пеплом, погружая нас в черный дым. Я смотрел на моего спасителя, который выглядел точно так же как в недавних кошмарах. Истощенный, запятнанный в крови, осунувшемся лицом и черными впадинами глазниц. Такой контраст с юным и полным жизни эльфом не мог не пугать. Он смотрел на пепел и дым вокруг и, казалось, видел что-то совершенно другое. Внезапно, совсем рядом возник Орса и злобно зарычал на него, голос моего друга был хриплым, видимо он слишком долго звал меня и я в благодарность погладил его по боку. В тот же миг пепел и дым растаяли, а облик эльфа сменился на тень. - Я не хотел навредить. Твоя магия и душа были единственным светом в этом сосуде и они начали пробуждать меня. Но жить в постоянном кошмаре было невозможно, это похоже на ад, но это единственное, что могло воспроизвести моё изувеченное сознание. - Его голос буквально шелестел на грани слышимости, но каждая фраза мне была отчетлива ясна. - Поэтому я и потянулся к твоей душе, пытаясь хоть на время вырваться из циклов кошмара. Твои мысли периодически вращались вокруг светильников, и это помогло мне возродить остальные воспоминания. Жизнь рядом с Омалом действительно была подобна раю и я хотел показать её тебе. Из-за жадности и страха снова остаться во тьме одиночества я стал удерживать твою душу, хотя изначально и планировал тебя лишь поддержать. Прости… - Нет! - Твердо прервал его я. - Тебе не за что извинятся! Ты спас меня, и я в неоплатном долгу перед тобой! Я бы очень хотел остаться и досмотреть и другие твои воспоминания, но меня ждут… - Да, тебе уже пора! - Внезапно прервал он меня и я и сам отметил, что луна, которая поддерживалась жизнедеятельностью моего тела внезапно стала сиять ещё сильнее. - Удачи тебе Эррент и помни, что ты придешь домой, когда сам того захочешь. Береги кулон, он приведет тебя к моему дому. Свет, что светил всё ярче, внезапно ослепил и наступила темнота. Я что ослеп? И что он говорил там про кулон? Зачем мне в его бывший дом? Точно! Так я смогу найти осколки Омала! Это внезапное осознание, подтолкнула меня к действию и я дернулся, мигом ощущая боль и тяжесть моего тела. Не выдержав, я застонал, болела каждая косточка! Слух вернулся постепенно, и я услышал чьи-то шаги, затем голоса. - Он очнулся? - Какого орка, я что зря могилу копал? - Могилу? - Я же сказал, что нужен грот! Такой резной, с роскошными узорами! - О, это Фили. - Хватит его хоронить. - Недовольный тон Леголаса раздался где-то из-за угла. - А кто хоронит? Мы лишь обсуждаем варианты? - Почему они у вас только об одном исходе? - Недоуменно спросил Бард. Да сколько же народа в комнате? - Может быть вы наконец-то станете тише, здесь некоторые между прочим заняты! - Недовольно заворчала Тауриэль. Здесь какая-то общая палата с пациентами? - И чем же Вы заняты завтра вечером, часов где-то к восьми? - заигрывающим тоном спросил Кили. Моё лицо, казалось, вытянулось несмотря на боль и я отчетливо ощутил отвращение со стороны Леголаса и смущение(!?) Тауриэль. - Кили, дядя будет недоволен,если ты опять тайно сбежишь! - заворчал Фили. Откуда из палаты? Что происходит? - Да заткнитесь все уже! - Не выдержал я. - Здесь никого нет. - Послышался совсем близко чей-то голос, и я наконец-то открыл глаза. Рядом с моей кроватью сидел никто иной как Элронд и мягко улыбался, хотя вид его был невероятно уставшим. В комнате с высокими сводами действительно никого не было, насколько я мог видеть. - Я рад, что ты наконец-то проснулся. С возвращением!