Женское доминирование.

Чон Чонгук был известным актером, порноактером. Его востребованности можно только позавидовать. Соло, гей порно, классика, групповое, БДСМ, казалось, что даже лесби осилит. Было одно но, мужчина всегда выступал в роли актива. Принимал только в начале своей карьеры. Не то чтобы считал себя супер мужиком, который лучше гла́за лишится, чем засунет что-то инородное в зад, просто так получилось. Но вот приходит интересный запрос на съёмку в гет-контенте на БДСМ тематику. Сумма баснословная, потому что… потому что он в роли пассива? Чон не сильно расстроился, его наоборот заинтересовало предложение. Мужчина далеко не считал себя ханжой, поэтому постоянно пробовал что-то новое в сексе. На самом деле иногда любил массировать себе простату, но одно дело, если бы его трахал какой-то недокачок или ботаник, но тут женщина. Глупо врать, что предложение его не заинтересовало, он хотел понаблюдать, как прекрасный пол справится с его доминантной натурой. Вечером же подписал согласие и начал готовиться к съёмке. *** — Ты и вправду позволишь женщине трахнуть тебя в зад? — Намджун, его верный друг и по совместительству главный оператор, до сих пор не может поверить в это. Они познакомились, когда Чонгук уже был довольно известным и работал с крупными студиями, именно Ким стал причиной для подписания контракта с компанией, в которой Гук работает уже два года. — Ты так удивляешься, как будто не знаешь меня. — Я знаю, какой ты экстремал в половой жизни, но женщина, серьезно? Не подумай, что я сексист, просто смотря на твою работу, у тебя сильная доминантная натура и подчиняться…не знаю…не свойственно тебе. — Я снимался в роли пассива лет в двадцать, когда только начинал. Не скажу, что мне прям не понравилось, но…особо и не впечатлило. Может, хуй у того пиздюка был маловат, не знаю. Тем более не забывай, что это БДСМ. — Я весь в предвкушении. *** Чонгука распяли посередине комнаты: его ноги и руки были привязаны и разведены в стороны, сам он полностью голый. Она входит, слышны лишь цоканье от каблуков. — Ммм, — сильный удар плетью по голому заду, а за ним ещё один. Она не пощадила ни ягодицы, ни спину, ни икры, ни бедра, даже прошлась по яичкам. — Так непривычно видеть беспомощного Чон Чонгука, связанного и готового к тому, чтобы его дырочку трахнули. Ты ведь хочешь, чтобы тебя выебали в анус? Ответь, — резкая пощёчина. Глаза мужчины вспыхивают янтарным. Над ним насмехались и унижали, как давно он не испытывал это чувство. Упертость характера заставляла выставить рога и не позволяла подчиниться. — Ты-то точно не сможешь удовлетворить мою дырку, — упрямство вызвало улыбку на ее лице. — Аккуратнее с выражениями, я могу расстрахать твою щель так, что потом она распухнет и неделями не будет давать покоя. Отфистить тебя? Покажешь нам свою анальную розочку? — Может лучше я поимею твою пизду? Посмотри на мой член, такой огромный, двадцать пять сантиметров вонзятся до самой матки. — Твой член действительно впечатляет, как жаль, что сегодня он нам не понадобится. Может, наденем на него клетку? — Только после того, как отсосешь по самые гланды, — ещё одна сильная пощёчина не заставила себя долго ждать. — Я засуну в твою попку пальцы, малыш, растрахаю тебе стенки, найду простату и буду доить ее, доить рукой, вибраторами, дилдо. Заставлю кончать без рук, заставлю кончить сухим оргазмом. — Обкончаю тебе лицо своей спермой, только глаза закрой, обидно, если ослепнешь. Она ничего не ответила, вместо этого взяла плеть и отхлестала Гуку сиськи, что кожа начала печь. — Ммм…ссс, — удары не прекращались, — ааа, — некоторые царапины начали кровоточить, а когда по ним били повторно – сильно жгли, — хва…хватит, прошу. — Твое наказание за неуважение, — теперь помимо груди задевала живот, – Извинись. — Да пошла ты! Она опустила плеть, подошла к Чону и начала царапать ногтями воспалённую грудь. — Аааа…сука, больно, — порезов становилось все больше, — Прости, прости меня, мамочка. Звериные когти заменили бархатные ладони, которые гладили повреждённые места и щипали соски. — Мамочка тебя прощает, но если это повторится вновь, тоже самое сделаю с твоим членом и яйцами, понял? — Да. — Да, кто? — Да, мамочка…мммфф, — мамочка начала лизать, кусать, щипать и оттягивать его соски. — Ты сейчас обоссышься смазкой. Так нравятся игры с сосочками? У такого грубого мужчины такие нежные соски, так сильно отзываются на ласку, выдавая хозяина с потрохами. У меня для них кое-что есть. Как и ожидалось – зажимы. Металлические зубчики туго сжимают нежную кожу, кровь сильнее приливает к бусинкам, делая только хуже. — Ммм…ооо, — грудь то напрягалась, то расслаблялась. —Шшш… — она сплюнула на головку члена, что твердо устремился вверх. Ее указательный пальчик начал водить круги по уретре. Чонгуку было чертовски мало, его жутко заводила вся ситуация, поэтому пенис незатыкаемо ныл, а яйца чесались. Вообще, выдержке Чона можно было позавидовать, но не он тут главный. Раз на сегодня его задача быть плаксивым мальчиком, он им и будет. — Мамочка, чешется…– он начал поддаваться бедрами. — Детка, я же говорила, давай наденем клетку. — Нет! — громче, чем ожидалось, — яички чешутся, помни́ их. Ты сказала, что не будешь ласкать член. — Но я не могу просто так помассировать твои шарики, милый. Не забывай про свое плохое поведение. — Я отлижу тебе. — Давай пока займёмся другим. Она обошла Чонгука и села возле его попы. Погладила красные ягодицы и раскрыла их. — Ммм…какая тугая. — Ааааххх, мамочка, — она смочила анус, лизнув его, и начала расстирать слюну пальцем. — Слышала, раньше ты снимался в роли пассива. Как давно? — Когда начинал, было пару раз. — Говорили, тебе не понравилось, правда? — Кайфа не словил. Для нее это звучало, как вызов. — Тебе ведь раньше не лизали, ты так отреагировал на один мазок. Хочешь полижу, засуну язычок в дырочку и поглажу стенки? Если согласен, давай сначала покажем зрителям твою щёлочку, — она сильнее развела половинки в стороны. Чонгук прогнулся и начал тужиться, расширяя дырочку. — Ммм… хорошо, поиграй ей, — сжимает и разжимает мышцы. Женщину заводило это. Не сумев больше терпеть, она прильнула к колечку и начала быстро облизывать, посасывать, на пробу проталкивать кончик внутрь. — Ммм…ааа…дааа, — Чонгук подозревал, что куни или римминг это приятно, но, как и сказала женщина, никогда не пробовал, точнее его не пробовали. Сейчас он чувствует весь кайф данного процесса. Теперь стало даже обидно за все миллионные разы, что он отлизывал киску или попку, а взамен не получал того же. Минет, конечно, был офигенным, но анилингус как будто более интимный, так как смешиваются сразу несколько эмоций: стыд, неловкость, удовольствие и похоть. Они в совокупности передавали неописуемое блаженство. — Детка, ты такой вкусный. Это персик? Ты подмыл себя гелем с запахом персика? — она засунула язык и быстро двигала им внутри, — Ну же, сладкий, поцелуйся со мной, — Чон заработал мышцами, отчего дырочка всасывала язычок, как будто целуясь с девушкой взасос. В какой-то момент она спустилась ниже и обсосала яички, которые от неожиданности сжались. Подключила руку и мяла мошонку вместе с полизываниями. Резко все закончилось, и неожидавший от себя Гук заскулил, заскулил громко и жалостливо, как побитый щенок. — Прогнись, вставлю вибратор, — мужчина прогнулся, насколько это позволяла поза и почувствовал вибрацию на поверхности дырки. На пробу просунув один палец, она поняла, что Чон очень хорошо растянул себя перед съёмкой, поэтому сразу же протолкнула игрушку, проезжаясь по сжатым стенкам. Из попы мило торчал розовый шнурок. — Ааа…мамочка, дааа, блять, как приятно, — бедра сжались, а из члена вытекла обильная струйка смазки. — Никуда не уходи. Вибрация в попе уносила Чонгука куда-то далеко, в глубины его сознания, что он вообще перестал реагировать на посторонние звуки. Поэтому не заметил, как девушка вернулась и стала потираться об его анус чем-то гладким, но в то же время неровным. — Шлюшка так растеклась от обычного вибратора. Что же будет, когда я засажу этот член в тебя, — до него дошло – фаллос на ремне. — Пожалуйста, вставь мне, мамочка. — Сначала нужно смочить его, отсосешь мне, — целует шею, переходя на скулы, сильно кусая и оставляя след от зубов на скорчившимся лице. Гуки запищал: она резко зажала основание члена и надела кольцо. Госпожа встаёт перед ним, черный дилдо болтается у нее между ног. Только сейчас Чонгук в полной мере осознал, что вообще-то его собираются отыметь в зад да ещё не один раз. Девушка отстёгивает Чона, полностью освобождая все конечности, которые порядком затекли от долгой фиксации. — Теперь меня ничего не сдерживает. Я могу просто взять и оттрахать тебя, — руки резко притягивают ее за бока, — Ай, блять. Что это? — Опустись на колени и начни сосать, иначе они, — взгляд падает на яйца, которые только что получили разряд тока, — к концу наших «игр» не выживут. Его глаза переполнены яростью. Удар был неожиданный и по такому чувствительному месту. — Живо, — ещё один удар по перемычке между мошонкой и щёлочкой. — Ннн… Сосать Гук умел, умел по самые гланды, поэтому проблем с горловым не было. Не было, пока она не стала буквально ебать его рот, не жалея, специально стараясь сделать больно. Чонгук не мог отомстить взамен –электрошокер (специальный для таких игр) все ещё был у нее в руках, поэтому он решил действовать иначе. В какой-то момент нырнул чуть дальше и наткнулся на часть киски, которая осталась свободной, и начал лизать. — Ааах…сукин сын, — она была мокрой, она была манящей, ее запах притягивал и заставлял просить большего. Чон быстро заработал языком, проходясь по всей доступной поверхности. Всасывал кожу, целовал боковую часть бедер, даже сумел немного уделить внимание ее задней дырочке. Пока мужчина развлекался с киской, женщина тщательно смазала дилдо. — Наигрался? Поворачивайся. Чону было сложно оторваться от столь приятного занятия, но резкий разряд тока в правую ягодицу заставил подчиниться и выполнить приказ. Мужчина повернулся и раздвинул ноги шире, ожидая дальнейших действий. Мягкие поцелуи в яйца и поглаживания нежной кожи ягодиц вызвали милый скулеж. Она медленно потянула за верёвочку, что торчала из прохода и ещё раз прошлась мазками языка по сморщенной дырочке, когда игрушка полностью вышла из ануса. — Сейчас я заполню тебя своим членом. Уверяю, в этот раз тебе понравится. И не смей сдерживать стоны, сегодня ты маленькая шлюшка с почти девственной попкой, которую я собираюсь отыметь не один раз. Головка, а за ней и сам ствол входят достаточно туговато, и Чонгук чувствует дискомфорт. Она целует его спину и массирует мошонку, чтобы отвлечь от неприятных ощущений. — Мамочка, поеби меня, — и фаллос задвигался. Сначала толчки были медленными, даже едва ощутимыми, но со временем приобрели резкость и большую амплитуду. Темп значительно увеличился, — Нннааахх, — Чонгук чувствует, как с каждым толчком дилдо входит свободнее. Теперь стенки достаточно растянилусь и не представляют никакого препятствия, наоборот расскрываясь самостоятельно. — Ааа…мамочка, мамочка, здесь, прямо тут. — Вот и нашли твою простату. Как ощущения? Тоже так себе, как тогда? — Нет, мне…мне приятно, очень приятно, — мужчина не сдерживал себя. Стонал во весь голос: иногда прерывисто, иногда пропевал последние ноты, скулил и рычал, когда головка в очередной раз соприкасалась с комочком нервов. Женщина видела, что он был на пределе. Она понимала, что в данный момент он физически не сможет кончить без рук – слишком долго не принимал. Поэтому приподнимает за живот, заставляя сидеть только на коленях. Теперь его спина плотно прижата к ее груди. Облизнув ладонь, она начала медленно дрочить член. — Аааа, мамочка, нравится, мне нравится, — его тело постоянно извивалось, пытаясь то увиливать от прикосновений, то самостоятельно подставляться. — Конечно тебе нравится. Ты так кричишь и ссышься смазкой, а твой рот не закрывается. Даже самые конченные извращенцы испытают стыд, глядя на тебя, ебливая шлюха, — в этот момент камера берет крупный план лица Чона, и запечатляет, как черные глаза закатываются вверх, а язык вываливается полностью. — Да!, — вторая ладонь женщины схватилась за шею и принялась душить парня. — Ааа…ммм, мамочка…ккхх…мамочка, к-кончить… — Кончай, я не запрещаю. — Ахх…ммфф…не-не могу, не-не могу… пожалуйста, — слезы кататься по мужскому лицу. — Ты признаешь, что вел себя неподобающе сегодня? Кончишь, только если никогда больше не станешь перечить своей госпоже, что признаешь ее господство и принимаешь свою никчемность передо мной. — Да, госпожа. Я лишь шлюшка, которая служит для вашего удовлетворения. Я больше никогда не буду вам перечить, Вы – моя королева, подарите мне оргазм, молю, — развратная натура Чонгука ликовала. Он обожал пробовать неизвестное в сексе и теперь его копилка пополнилась оргазмом от подчинения женщине, которая трахает его в зад искусственным пенисом. Он надеется, что она не остановится и выдоит из него всю сперму сегодня. Резко сняв кольцо с члена, женщина почувствовала, как тело мужчины замерло на секунду, а после послышался протяжный стон. Сперма брызнула, а элегантная рука размазывала ее по всему стволу, продлевая удовольствие. Она не остановилась, продолжая входить в только что кончившего парня. Руки покинули член, следующий оргазм – без рук. Тонкие пальчики теребили зажимы на обоих сосках, принося боль, которая вместе с быстрыми толчками снова вызвала в теле волну возбуждения. — Боже мой, я хочу кончить снова! — Давай. — Потрогай меня, мамочка. — Нет, ты должен кончить только от члена в своей заднице. Слезы снова непроизвольно собираются в уголках глаз, слюна капает из открытого рта, Чонгуку кажется, что он сейчас потеряет сознание. Мужчина никогда анально не кончал, даже в те разы, самые первые, сам себе додрачивал. Она резко сняла зажимы и круговыми движениями начала мять грудь. — Аааа…– его затрясло, мышцы живота напряглись, он замер и сперма потекла из члена, а дырочка сокращалась вокруг фаллоса. — Умница, кончил без рук, хороший мальчик, — она гладила его тело, целуя в шею и затылок. Дилдо аккуратно выходит из припухшего ануса, и Чонгук падает на пол. Но его быстро переворачивают на спину, и вставляют два пальца, давя на простату. — Мм.не-не надо…я-я кончил…с-сам… — Заткнись, я же говорила, что выдою из тебя все. Фаланги жёстко входили и выходили, каждый раз проезжаясь по чувствительному месту. — Аааахх, мамочка, — несколько капель белой жидкости одиноко стекают по полувялому члену. Женщина не удержалась, слизнув их, что вызвало дрыгание ног. Резкий шлепок по ягодицам быстро привел подчинённого в себя. — Почти все, потерпи, дорогой, — Чонгук лишь слышит копошение позади, а потом орет. Громкий крик сопровождается сильной вибрацией на члене, которая плавно переходит на поджатые яйца и достигает дрожащей дырочки. Игрушка входит до упора, жёстко давя на простату. Чонгук стонет, орет, кричит, его выгибает в спине, он бьётся головой об пол и плачет. — Вот так, детка. Сухой оргазм сопровождается небольшой струёй смазки. Чону и хорошо и плохо, он не может остановить дрожь, его бедра трясутся, а таз совершает волнообразные движения. Девушка схватила вибрирующий дилдо и стала вбиваться в анус сильными толчками. Каждый раз, когда фаллос резко входил и упирался в простату, из члена выстреливала продолжительная струя смазки. — Сука хватит, хватит…ааа. Она вытаскивает вибратор, оставляет пять шлепков плетью сладкой измученной попке и уходит. А Чонгук продолжает лежат на деревянном полу, не в силах пошевельнуться.